июль, который не молчит.

я так соскучилась по буквам. тем, что льются из сердца и раскрашивают пространство в разные цвета: от пастельно-ноарных до бесячих неоновых клякс невпопад.

время самоизоляции, которая лично у меня началась загодя и до сих пор не сильно закончилась, и весна 20 20 поменяли многое и принесли столько всего, что я могла бы никогда не получить будь режим жизни привычным, построенным по подобию всех прошлых лет.

можно с точностью сказать, что обитание преимущественно в четырёх стенах оголило всё то, что игнорировалось за шелухой дел разной степени бесполезности, которые просто в миг перестали существовать.

двухнедельная мартовская апатия сменились самопринуждением к движению, я научилась в список задач и выполнению дел на день/неделю, потому что поняла, что если я не начну делать хоть что-то, я просто не переживу то, что было впереди, я просто уже в начале готова была выбить эмоциональный страйк и упасть, но вовремя поняла, что я в силах это предотвратить, а потом втянулась.

три месяца. это было время хаоса и напряжения, если говорить лишь только о делах, итог которых можно пощупать.

ещё, за это время со мной произошла очень терапевтичная история. это могло бы звучать хорошо, если не знать, что терапевтический эффект может оказывать в том числе зашкаливающий уровень боли смешанной с разочарованием и ещё кучей всего.

я прошла через период, который только я знаю на сколько мне тяжело было проживать.

который я до сих пор пропускаю через себя, потому чувствую подступающие слезы и дрожь, когда кинолента памяти обвивает шею. а значит — не отпустило.

до какого-то момента я каждый день проходила дистанцию, которая если бы была спортивной — была бы нехилым кардио на износ. в реальности же это был просто замкнутый круг токсичных мыслей, изнуряющий сталкеринг и регулярное обнаруживание себя болезненным комком напряжения, который не мог мыслить ни здраво, никак. я была тупиком.

я понятия не имела, как из этого выйти, и никто, вообще никто, кроме меня знать, а соответственно помочь не мог.

пусть эта история вовлекает определенное количество человек, я не могу точно знать, как ее вынесли они. я точно знаю, что это было не прикольно, а ещё знаю, как это далось мне.

я чувствовала очень сильно, не потому что вещь была огромной, хотя и не маленькой, а потому что

я. чувствовала. сильно.

боль приправленная страхом толкает на разного рода действия. я делала неправильно, моя реальность в какой-то исказилась на столько, что если простроить её макет, то она была бы разбитым вдребезги автомобилем, который могла спасти только свалка или металлолом.

сейчас бы я справилась со всем иначе, но тогда я не умела и делала как могла. и все мои старания приручить собственную реальность выглядели, как прогулка по размытой дождем почве, где ты спотыкаешься через шаг и вообще, вот вот шлёпнешься в лужу самым нелепым образом и не сможешь встать. я сильно натянула струну и вместо того, чтобы экстренно раскручивать штырёк в обратную сторону, я дождалась пока она лопнет и отстрелит в самого близкого. это горько. и ещё долго послевкусие будет сводить скулы. искренне надеюсь и верю, что мне не придётся проходить этот курс по простройке личных границ ещё раз.

метафорично можно подойти к тому, что на днях мне сильно полегчало в сравнении с последними двумя месяцами и на фоне всех приступов и истерик, которые выпали на нашу долю. все дело в том, что как-то засыпая, проплакав очередную порцию слез и вдохнув все регламентированные истерикой тяжелые вздохи, а потом решив, что очень надо не разгоняться, уткнулась носом в любимого мальчишку, который к тому времени уже часа два спал, и ко мне в голову постучалась, с намерением раскинуть свои владения и освоить её как новое место жительства совершенно простая и гладкая мысль, по совместительству резонный вопрос:

какое значение моя боль и мои переживания здесь и сейчас будут иметь вес в масштабе нескольких или десятка лет совместной жизни?

и мне вдруг подумалось, что всё вокруг — такие мелочи. этот вопрос можно просто прикладывать вместо подорожника на тревогу и отторжение, которые я испытываю. и даже если очень больно и невыносимо трясёт сейчас, все причины приходят и уходят и возможно даже не будут иметь особого веса и яркой окраски через год и дальше. а я, своей тонкой организацией и умением порой выцеживать из всего происходящего исключительно негатив, просто разрушу здесь и сейчас то, что есть, и во что мы взялись верить.

фокусироваться надо на последнем и думать о том, какое влияние моё состояние имеет на нас, а не на нас и кого-то ещё.

потому что переменные на то и переменные, чтобы не брать их во внимание и не сливать на них эмоции.

конечно, жаль, что некоторые уроки, которые можно было бы выучить в теории, мне почему-то жизненно важно пройти на практике с самыми экстремальными вводными. но надеюсь, эта их составляющая — наиболее отрезвляющая и работает, как трамплин в лучшую жизнь. которую я хочу пройти с человеком, который позволил мне все это прожить и даёт руку каждый раз, когда собираюсь падать в пропасть из-за очередной обвалившейся дощечки веревочного моста, который — моя витиеватая реальность.

spasibo.