Бермуды 188 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
Из тела королевы вырвалось яростное пламя. Поражённая молнией, тварь подпрыгнула в воздухе от отдачи и пыталась выдержать давление.
Пытаясь уйти от разряда сверху, тварь инстинктивно укрепила череп. Но всё тело промокло под дождём — ток прошёл повсюду, и остальные части тоже попали под высокое напряжение. Почерневшая, судорожно скрученная шкура дымилась серым дымом и воняла горелым мясом.
В трещинах разорванной шкуры вместе с рёвом задёргались мышцы и плоть. А затем под кожей началось жуткое движение — похоже, тварь перестраивала ткани, пытаясь заполнить повреждённые участки.
Хьюго, спешно отходивший назад, пристально уставился на подозрительно пульсирующую шею матери. В тот самый миг, когда ударила молния, над шеей вздулся округлый силуэт. И тут же плавно ушёл вниз, в сторону брюха, укрытого толстым слоем плоти.
Едва эти очертания исчезли, в поле зрения возник Леонардо — он сжимал длинное копьё-молнию и мчался прямо на тварь.
Бугорки были вырезаны, и материнское тело, похоже, не чувствовало чужого присутствия. Оно никак не отреагировало на человека, подлетевшего к самому носу.
Тварь, не успевшая принять защитную стойку, корчилась в муках от удара током — и в этот миг остриё копья на полной скорости устремилось в открытый загривок.
Командиры, которых оттеснило назад, и те, кто окружил место схватки, забыв как дышать, остолбенело уставились на эту сцену.
Хьюго, который уже развернулся и снова летел сюда, и Леонардо, стоявший прямо перед тварью, — тоже.
Звук пронзаемой плоти прошёл сквозь дождевые струи и вонзился в уши каждому.
Вспышка молнии содрогнулась и аккуратно пронзила толстую шею. Всё произошло всего за несколько секунд.
Едва ощущение удара пронзило кончики пальцев, Леонардо выдохнул задержанный воздух. Дрожащее дыхание ещё не сорвалось с губ, а наполовину утонувшие в плоти искры уже издали резкий звук и яростно вспыхнули.
Остриё, пронзившее загривок материнского тела насквозь, было сплошь покрыто алой кровью. Но мощные дождевые струи постепенно смывали её. Копьё-молния обрело свой истинный цвет и проступило в чёрной шкуре ещё отчётливее. Спустя мгновение послышался сдержанный шёпот командиров:
Стоя в самом центре этих надежд, насквозь промокший под дождём, Леонардо забыл даже о дрожи под глазом и тяжело дышал. Его сузившиеся зрачки были прикованы к застывшим глазам материнского тела.
Десять зрачков, устремлённых на него, сверкали зловещим блеском. Встретившись с ними взглядом, Леонардо на мгновение ощутил прилив радости, но почти сразу его сменило необъяснимое беспокойство.
Он, несомненно, попал в уязвимое место, но чутьё твердило: это ещё не конец.
Он снова сжал кулак, желая довести дело до конца. И в этот миг остановившаяся королева внезапно схватила передней лапой золотое копьё, пронзившее её шею. А затем, проталкивая его ещё глубже в горло, одним махом подтянула к себе человека, сжимавшего конец копья.
В её продолговатой голове, стоявшей перед лицом смерти, не чувствовалось ни тени страха или замешательства. Напротив, голос твари был переполнен яростью — и одновременно ликованием, словно она намеренно выжидала этого момента.
Оказавшись вплотную к башке монстра и глядя в его жутко ухмыляющуюся физиономию, Леонардо нахмурился. Мысли в голове спутались окончательно и обратились в белую пустоту.
Почему тварь, пронзённая в шею, не умирает и движется? С самого начала шея не была уязвимым местом? Тогда как, чёрт возьми, убить её теперь, когда исчезла последняя надежда? Мысли цеплялись одна за другую без конца.
Но больше всего он не мог понять слова, которые сейчас произносил монстр перед ним.
[По сравнению с ним — жалкое зрелище, но в тебе определённо та же самая энергия.]
[Уж не потомок ли ты его, часом?]
Леонардо, которому было совершенно неоткуда знать, кто такой этот «он», почувствовал, как по телу медленно расползается мерзкое ощущение. Но в следующий миг тварь, даже с пронзённой шеей, разинула пасть и бросилась на него. Разбираться с источником этого холодящего чувства было некогда — оставалось только спешно разрывать дистанцию.
Королева вытянула шею и угрожающе защёлкала зубами, пытаясь вцепиться Леонардо в ноги. А затем, словно сменив цель, свирепо рычащий монстр начал бешено гнаться за уходящим человеком.
Хьюго, почувствовав недоброе, преградил путь материнскому телу и на мгновение заморозил поверхность её шкуры. Но тварь взрывным образом извергла пламя, и эффект оказался незначительным. Материнское тело попросту проигнорировало надоедливого человека, всадившего в её плоть десятки ледяных копий, и взмыло вверх, целясь только в маленькую золотистую точку, мерцающую в воздухе.
И этот свирепый напор, казалось, готов был...
[Да плевать на всё. Если ты хоть как-то связан с ним,]
разорвать цель на куски прямо сейчас
Корделия мгновенно вскинула голову, ощутив внезапно донёсшуюся энергию.
Они находились у подножия гор, недалеко от равнин на севере полуострова Элдер Мили — там, где рыцари Харета и кавалеристы Паррена, объединившись, преграждали путь тварям и сейчас вели с ними ожесточённый бой, оттесняя их к югу.
Корделия, облачённая в алые доспехи, скакала на коне, разрубая мечом чудовищ. Она остановилась посреди напряжённого сражения и устремила взгляд в южное небо. Кровь чудовищ, убитых другими рыцарями, стекала по её шлему, но ей было не до этого.
Небо над полуостровом и так всегда было мрачным, но в той стороне, куда она смотрела, особенно густо клубились чёрные тучи. Да и погода, похоже, совсем испортилась: между гор то и дело сверкали молнии, и раскаты грома сотрясали окрестности.
Почувствовав среди всего этого знакомую энергию, она ещё некоторое время всматривалась в далёкие облака, а затем ошеломлённо шевельнула губами:
В этот миг один из монстров, заметив застывшую цель, бросился прямо на неё.
Корделия мгновенно собралась, перехватила меч одной рукой и, готовая встретить врага в лоб, крепко сжала поводья. Но нашёлся тот, кто среагировал быстрее: внезапно раздвинув заросли, один всадник без колебаний помчался на монстра.
Он смёл тварь, проскочив далеко вперёд, затем тут же развернулся и принялся хладнокровно втаптывать уже, казалось, мёртвого зверя конскими копытами. В довершение не забыл пробить горло и голову мечом.
По доспеху и конскому седлу Корделия сразу узнала всадника. Вскоре он приблизился к ней и, снимая пропитанный потом шлем, заговорил своим неизменно мягким голосом:
— Даже вы порой теряете бдительность — удивительное дело.
— ...Потеряла бдительность? Ничего подобного. Я могла справиться сама, просто вы, генерал, появились именно в этот момент.
Выслушав ответ Корделии, генерал Паррена одарил её своей особенной, едва заметной улыбкой. В ответ прозвучало: «Если вы так говорите, значит, так тому и быть», — но по глазам было видно, что он не поверил.
На вопрос генерала Корделия снова перевела взгляд на южное небо. Затем, глядя на сверкающие грозовые тучи, она обеспокоенно пробормотала:
— Мне кажется, там происходит что-то серьёзное.
— Хм... Действительно, облака выглядят неважно.
— Да. К тому же сигнальный огонь зажгли раньше, чем ожидалось... И если Блейн излучает магию такой силы...
Корделия не закончила, замолчала, прикусив губу. Генерал, слушавший её и смотревший в ту же сторону, вдруг обернулся к ней. Он стёр с лица улыбку и переспросил:
На звук его голоса Корделия тоже повернулась к генералу.
— Блейн... Вы имеете в виду Леонардо Блейна?
Корделия озадаченно уставилась в лицо генерала. Человек, который обычно на всё отвечал мягкой улыбкой, — и вдруг такое серьёзное выражение.
Это не походило на реакцию на обычное имя, и Корделия на мгновение замолчала, испугавшись, что сболтнула лишнего о внутренних делах императорского двора.
Однако генерал пристально смотрел на неё, ожидая ответа. Пытаясь понять причину его вопроса, она вскоре осторожно кивнула. Они уже пользовались поддержкой этих людей, и не было причин скрывать что-либо от них.
— ...Да, верно. Но... почему вы спрашиваете?
— То есть вы хотите сказать, что Леонардо Блейн сейчас здесь, на полуострове Элдер Милли?
Генерал Паррена, в отличие от своего обычного спокойствия, казался довольно взволнованным. Корделия не могла понять, в хорошем для неё смысле или в плохом, и невольно снова заколебалась с ответом.
В южном небе снова пронеслась меж облаков необычная электрическая вспышка.
Генерал Паррена рефлекторно вскинул голову и перевёл взгляд туда же — в южное небо, куда смотрела Корделия. Она медленно моргнула и тихо принялась разглядывать напряжённое лицо генерала, которого таким видела редко.
Спустя мгновение по его лицу медленно расплылась улыбка — совсем иного оттенка, чем она видела до сих пор.