Звёздная пыль луны 3 глава
Наш тгк:The Cosmos of Love
Сон Ун, погружённый в глубокий сон, вдруг проснулся от ощущения, будто чья-то рука скользнула по его лицу. Хотя это не было прямым прикосновением, он отчётливо почувствовал, как что-то легонько провело по его коже.
«Неужели охранник?» Его всё ещё сонный мозг выдал логичное предположение, но, как ни крути, не было никакого смысла в том, чтобы охранник вёл себя подобным образом с тем, кого он охраняет.
Сон Ун открыл глаза и встретился взглядом с человеком, который пристально смотрел на него сверху вниз. Сон Ун, которого было трудно удивить, резво вдохнул, не ожидая, что кто-то окажется так близко.
Мужчина ласково окликнул Чэ Юна и нежно вытер его щёку тыльной стороной ладони. Сон Ун вскочил со своего места от ощущения, вызывающего мурашки по его коже.
— Тебе не следует так много двигаться, пока ты ещё не оправился.
Сон Ун огляделся. Видя, что охранники никак не реагируют, он понял, что этот человек может свободно передвигаться по больничной палате. Вероятно, это родственник Рю Чэ Юна. Среди близких родственников Чэ Юна был человек, чье лицо он ещё не видел.
Когда Сон Ун назвал одно из похожих имён, мужчина тепло улыбнулся и ответил.
Он забыл проверить, кто входит в состав семьи. Возможно, это произошло потому, что социальные сети и внешность Рю Чэ Юна настолько поразили его, что он исчерпал все свои умственные ресурсы.
Он ничего не сказал. «Неужели поведение настолько разное?» Сон Ун кивнул, делая вид, что ничего не знает.
Мужчина с нахмуренными бровями нежно коснулся волос Сон Уна. Пряди волос, хоть и одинакового цвета, имели совершенно другую текстуру, когда медленно рассыпались.
— Что нам делать, если наш малыш так сильно страдает?
«Ты можешь перестать сюсюкать? Не только родители, но и братья с сёстрами, кажется, сошли с ума».
Чан Юн, до этого молча наблюдавший за Сон Уном, легонько поцеловал его в щёку. Чан Юн расхохотался, увидев широко раскрытые глаза Сон Уна, который не знал, как реагировать.
— Ха-ха. Глядя на тебя, можно подумать, что ты действительно потерял память.
«Этот парень что, сумасшедший? Кто так обращается со своим братом?»
— Когда мой малыш учился в средней школе, он садился ко мне на колени и позволял целовать себя в щёку, но с тех пор, как у него начался период полового созревания, он постоянно убегает.
Рю Чэ Юн, похоже, был единственным, кто оставался в здравом уме. Сон Ун думал, что, возможно, чрезмерная опека со стороны семьи была вызвана значительной разницей в возрасте и его болезнью, но, похоже, дело было не только в этом.
Однако сейчас было бы глупо бунтовать. Сон Ун слегка выдохнул и повернул голову. Пронзительный взгляд оказался тяжелее и невыносимее, чем он ожидал.
Его взгляд слегка смягчился, но когда Рю Чан Юн прислонился лбом к его плечу, Сон Ун напрягся. Ему было неприятно от прикосновений, и рука уже рефлекторно потянулась, чтобы оттолкнуть его. Но в этот момент он услышал влажный от слёз голос.
— Я слышал, что ты потерял сознание и не мог прийти в себя, поэтому я полетел на самолёте, беспокоясь о тебе.
— Мне всё время казалось, что что-то не так.
Возможно, он думал, что Рю Чэ Юн умер. Рю Чан Юн замолчал с лёгкой улыбкой на губах... Не в силах оттолкнуть его, Сон Ун опустил руку. Он не знал, исчезла ли душа Рю Чэ Юна или куда она ушла, и, несмотря на своё смятение, он видел, как ярко выражены шок и страх семьи.
Почувствовав дрожь в том месте, где его коснулся Рю Чан Юн, Сон Ун больше не мог его оттолкнуть.
— Где-то ещё болит? Ты упал и ударился лбом.
Сон Ун покачал головой, потому что глаза Рю Чан Юна выглядели так, словно он сойдёт с ума в любой момент, если тот скажет, что ему больно. У всех в семье были ясные глаза, и всё же казалось, что они все наполовину сумасшедшие.
Чан Юн осторожно погладил его по затылку и уложил Сон Уна обратно на кровать.
— Прости, что разбудил тебя. Скорее ложись спать. Тебе нужно много отдыхать, чтобы вырасти.
Хотя он казался уже вполне взрослым. Несмотря на то, что он был худым, Чэ Юн был довольно высоким. Джин Сон Ун тоже не был таким уж низким, учитывая, что они были почти одного роста.
... Конечно, рост — понятие относительное, и Рю Чэ Юн ниже остальных членов семьи Рю, рост которых составляет около 180 см.
Они смотрели на него с беспокойством и обращались с ним как с ребёнком. Уф, Сон Ун устал злиться, поэтому просто закрыл глаза. Ему было трудно выражать свои эмоции из-за недостатка физической силы.
Сон Ун даже не упомянул о том, что хочет выписаться из больницы, но все остальные настаивали, чтобы его отпустили как можно скорее. Глядя на это, он невольно думал, что с Рю Чэ Юном было непросто иметь дело… По крайней мере, такое у него сложилось впечатление.
Во-первых, телохранители пришли в восторг, стоило Сон Уну хотя бы раз послушно кивнуть, и вся семья разделяла эти чувства. Казалось, все были безмерно довольны, обращаясь с ним, как с ребёнком. От этого Сон Ун начал сомневаться: а не стал ли он в самом деле слишком сложным в общении? Хотя, конечно, он был уже не в том возрасте, чтобы подобное обращение могло всерьёз повлиять на его характер.
Причиной поспешной выписки, вероятно, было то, что Рю Чэ Юн очень не любил больницы. Итак, Сон Уну сняли повязку — рана была действительно крошечной, так что он не мог понять, зачем её так чрезмерно заматывали. И он наконец ступил в главный дом «Рю Шин», одного из пяти крупнейших чеболей Кореи.
— Комната Чэ Юна находится на втором этаже.
Третий ребёнок, Рю Хо Юн, который на 12 лет старше Чэ Юна, даже лично показал ему дом.
Рю Чэ Юн определённо был самым младшим. Старшему, Рю Хэ Юну, было 37 лет; второму, Рю Чан Юну, — 35; третьим, Рю Хо Юну и Рю Ха Юн, — 32 года, они были разнояйцевыми близнецами, а Рю Чэ Юну было всего 20 лет. Он был в том возрасте, когда ему нечего было сказать, даже когда его называли малышом.
Была причина, по которой говорили, что второй этаж принадлежит Рю Чэ Юну. Итак, это не означало, что комната Рю Чэ Юна находилась на втором этаже, это означало то, что он использовал весь второй этаж.
— Кроме комнаты Чэ Юна, все остальные независимы.
Там было по меньшей мере шесть видимых дверей, но не похоже, чтобы Рю Чэ Юн пользовался всеми этими комнатами. Некоторые из них были пустыми, а на одной, как ни странно, был установлен дверной замок.
— Это фанатская комната Чэ Юна.
«Фанатская комната? Это бездна человеческой души. Подглядывать без разрешения неправильно». Поскольку Сон Ун ещё не был морально готов к этому, он отказался и отвёл взгляд.
Сон Ун внимательно посмотрел на дверь с замком, а затем огляделся. По пути сюда он заметил в общей сложности 12 камер.
Учитывая, что слепых зон практически не было и не было явного намерения их скрыть, было очевидно, что камеры были установлены с согласия всех жильцов... Однако, даже для семьи-конгломерата, было непонятно, зачем понадобилось устанавливать такое количество камер видеонаблюдения в жилом доме.
Рю Хо Юн, должно быть, заметил, что Сон Ун смотрит на камеры видеонаблюдения, установленные по всему коридору.
— На случай, если с тобой что-нибудь случится.
— Значит, они всё-таки есть в комнатах? — спросил Сон Ун, глядя прямо на Хо Юна, который уклонялся от ответа.
— Имеешь ввиду есть ли они в личных комнатах?... Ну да.
Даже гиперопека не достигает такого уровня.
— Ничего не поделаешь. Чэ Юн, было время, когда несчастные случаи происходили, пока ты спал… Тогда тебе и установили дефибриллятор.
…Что ж, ничего не поделаешь. Ему придётся довольствоваться тем, что их нет в ванной. Хо Юн, наблюдавший за реакцией Сон Уна, который коротко вздохнул, вдруг спросил:
Похоже, Рю Чэ Юн был зол из-за них. Но, судя по тому, что они не убрали камеры, они приняли его гнев.
— Мы ничего не можем с этим поделать.
Сон Ун не привык к тому, что его постоянно снимают, но, поскольку сами камеры не казались ему навязчивыми, он просто пожал плечами.
Более того, похоже, что семья решила смириться с вторжением в частную жизнь ради Рю Чэ Юна. Лучше быть благодарным, чем злиться.
— Да... эм, сегодня все члены семьи решили поужинать здесь. Ты хочешь отдохнуть в своей комнате до ужина? Или хочешь посидеть с нами в гостиной на первом этаже?
Сверкающие глаза напоминали взгляд большой собаки, которая просит поиграть с ней, но Сон Ун покачал головой. Этот парень терял силы, если хоть на мгновение замирал на месте. Ему отчаянно хотелось прилечь.
— Я бы хотел немного отдохнуть.
— Камеры ведь не записывают звук, верно?
Мог ли он доверять этому? Сон Ун, бросив подозрительный взгляд на камеры, вошёл в спальню Рю Чэ Юна.
Комната оказалась не такой большой, как ожидалось, и на удивление пустой. Как будто он мог уйти в любой момент.
Что ж, история болезни Рю Чэ Юна, которую он узнал в больнице, была чрезвычайно сложной, хотя он и половины не понял. В возрасте десяти лет у него случился острый миокардит, приведший к инфаркту миокарда, а также был обнаружен врождённый порок сердца.
Даже после экстренной операции они не смогли полностью исправить деформацию, и у пациента возникли серьёзные осложнения, такие как отмирание некоторых участков миокарда. Несмотря на несколько повторных операций, значительного улучшения не произошло.
Хоть существовала высокая вероятность смерти из-за того, что сердце не могло поддерживать организм после того, как он полностью сформировался, Рю Чэ Юн каким-то образом выстоял и выжил.
Поэтому каждый раз, когда он теряет сознание и приходит в себя, семья воспринимает это как чудо, а Рю Чэ Юн, вероятно, всегда был готов к собственной смерти.
Глядя на пустое пространство, Сон Ун почувствовал себя не в своей тарелке. Он вздохнул и начал осматриваться. Может быть, ему удастся найти дневник или что-то в этом роде.
Но, похоже, Рю Чэ Юн не хотел оставлять после себя ничего подобного.
Там было всего несколько английских романов и чистые учебники по менеджменту. Он поступил в университет, но не смог продолжить обучение из-за того, что потерял сознание в кампусе. Он, естественно, сдал экзамен на соответствие требованиям средней школы, и, конечно же, его не отправили учиться за границу.
В этой «фанатской комнате» может быть много всего, но ему пока не хотелось её открывать. Вероятно, именно там его внутреннее «я» наиболее уязвимо.
В тот момент, когда он плюхнулся на кровать и перевёл взгляд на камеру в углу комнаты, что-то медленно поднялось из-за его плеча.
Сон Ун несколько раз протёр глаза. Ему показалось, что из-за переутомления у него начались галлюцинации.
Но сколько бы он ни тёр глаза и ни моргал, голограмма, парящая в воздухе, не исчезала.
Произнеся это, Сон Ун тут же испуганно прикрыл рот рукой. Это слово он недавно видел в книге, поэтому оно слетело с языка само собой.
Это правда, что камера ничего не записала, верно? Если бы запись была, все бы подумали, что он сумасшедший. Нет, может, они бы просто подумали, что он читает фантастический роман?
Сон Ун медленно убрал руку, и уставился в пустоту. Белые буквы всплыли вверх, словно рассыпавшись по голубоватой голограмме.
[Появляйтесь в визуальных медиа, таких как сериалы, фильмы и т. д.]
[Однако личное вещание запрещено.]
[Компенсация: перераспределение
Комитетом по управлению реинкарнациями]
[Реализация проекта по корректировке души...]