Мой маленький охотник за головами 18 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
В ушах стоял оглушительный грохот, какого Ди никогда раньше не слышал. И всё же, почувствовав тепло Джона, к которому он прижимался, мальчик ощутил странное спокойствие.
— Ди... Нет, не пойдёт. Слишком паршивое имя, — коротко пробормотал Джон, выдернув передними зубами чеку гранаты. Такое имя точно не годилось.
Граната улетела назад и разнесла в щепки машину с четырьмя бандитами.
— Знаешь, что из всего, что начинается на D, самое дорогое и лучшее?
Джон, нанизавший предохранительную чеку гранаты на безымянный палец, словно кольцо, вдруг хищно усмехнулся. У Ди внутри всё перевернулось. Эта улыбка была такой чужой и одновременно такой великолепной. Может быть, поэтому он и ответил ужасно глупо.
Пш-ш! Выдернув чеку из новой гранаты и швырнув её на этот раз в окно со стороны пассажирского сиденья, Джон опустил руку на макушку Ди и достал из бардачка два пистолета. Ди так сильно закатил глаза, пытаясь разглядеть руку Джона, что на лбу прорезались глубокие морщины — ему показалось, будто Джон гладит его по голове. Хотя, конечно, самой руки он при этом видеть не мог.
— Бриллиант (diamond). Бриллиант — самое дорогое и лучшее.
Джон, легко уложивший далеко стоящего бандита даже из пистолета с коротким стволом, тихо дунул на поднимающийся от дула дымок. Бриллиант. Ди тоже знал, что это такое. Но ни разу в жизни не видел его своими глазами.
— Так что дадим тебе имя Даймонд. Даймонд Райли. Слишком длинно, сократим до Монд.
Ди тихо, по слогам повторил своё новое имя — с фамилией, длиннее двух букв. Его именем станет бриллиант — дорогой драгоценный камень. Это казалось полной нелепицей, но он не стал возражать. Ведь это имя дал ему Джон.
— Тогда... Джек, ты меня усыновил? — осторожно спросил мальчик, который теперь звался Мондом.
Джон — бах, ба-бах, бах, ба-бах! — выдал серию выстрелов и, когда патроны иссякли, швырнул опустевший пистолет прямо в лицо бандиту, выведя его из игры.
Джон оглядел оставшихся бандитов — только двое, и те раненые, явно потерявшие всякое желание продолжать погоню. Стоило ему просто навести на них ствол, как они вздрагивали и пытались укрыться. Джон выпрямился и накрыл своей широкой ладонью маленькую руку Монда, который сжимал руль так, что побелели костяшки пальцев.
— Отпусти. И пересядь обратно. И пусть это не усыновление...
В этот миг желанием Монда было «Хочу быть вместе с Джеком», а желанием, которое вспомнил Джон, — «Хочу стать миллионером».
Монд был свято уверен, что желание, о котором говорит Джон, — это конечно же «быть вместе». Ведь он дал ему новое имя, наградил фамилией, спас из этого вонючего, полного побоев приюта и помог сбежать.
Но Джон, глядя в полные надежды карие глаза мальчика, втайне думал о другом. Он искренне желал, чтобы этот ребёнок поскорее вырос и прикончил его. Снёс ему голову и забрал астрономическую награду, исполнив заветное желание. Чем не единственное доброе дело, которое можно совершить перед смертью?
С трепетом в сердце Монд раз за разом шепотом повторял своё имя. Мальчик был ещё слишком мал и невинен, чтобы понять цену и вес имени человека, которому в будущем суждено перерезать горло безжалостному преступнику «Джону Кейну».
Ба-бах! Швырнув последнюю гранату и окончательно прикончив оставшихся двоих бандитов, Джон запрокинул голову и громко рассмеялся. Монд впервые видел, чтобы он так смеялся и веселился. И в этот миг Джон показался ему настоящим героем. Герой. Да, именно так. Для мальчика по имени Монд Джон был героем. Каким бы жестоким преступником он ни был, каким бы отличным лжецом. Мальчик всегда будет восхищаться Джоном и мечтать о нём. Украдкой поглядывая на Джона, Монд невольно расплылся в счастливой улыбке.
«Я тоже хочу стать таким же замечательным, как Джек...»
Мальчик хранил в трепещущем сердце желание, которое пока ещё стыдился произнести вслух.
— Похоже, всё кончено. Скучновато.
Джон гнал по пустынной равнине, пока не убедился, что погони больше нет, и только тогда остановил машину. Бесстрастное, скучающее лицо — таким Монд и привык видеть Джона. Выпрыгнув из водительского сиденья, Джон открыл заднюю дверцу и прикинул, сколько осталось оружия. Он не скупился на боеприпасы, и теперь их осталось немного. Тяжёлая прежде машина стала легче — это ощущалось всем телом.
Громоздкие длинноствольные ружья, которые только зря занимали место, он выбросил и оставил лишь то, что было короче и удобнее в ношении. А когда открыл багажник, то обнаружил огромные пачки денег.
Джон негромко присвистнул. Монд, тут же выскочивший следом, заглянул в багажник, округлил губы и тоже попробовал выдать: «Фью-ю!» Но чистого свиста, как у Джона, у него не вышло. Фу-у, фу-у, фу-у! Пока Монд раз за разом пытался свистеть, Джон пересчитывал пачки наличных.
— Неплохо зарабатывал на продаже детей.
Видимо, Сэм приготовил этот тайник на случай, если придётся срочно бежать. Сумма оказалась внушительной. Даже сам покойный Сэм понимал, каким грязным делом занимался.
У Джона и своих денег было немало. Даже с избытком. Но тащиться в банк, где они лежали, было лень, а тут в руки сама шла такая куча наличных — как тут не радоваться. Даже безжалостные преступники любят лёгкие деньги.
— Фью-и-и-ить! Ого! Джек, Джек! У меня получилось? Ты слышал? Слышал?
— Да. Слышал. Садись в машину.
На самом деле Джон был так увлечён подсчётом денег, что даже не расслышал неуклюжий свист Монда. Но он знал: скажи правду — и мальчишка начнёт приставать. Поэтому ответил первое, что пришло в голову. Счастливый Монд, сияя до ушей, заложил руки за спину и вприпрыжку — прыг-прыг! — поскакал к пассажирскому сиденью. Из-под ног Монда взметнулась пыль с песком, но Джон, вместо того чтобы сделать ему замечание, просто сунул пачку денег в задний карман. Фью-и-и-ить! Фью-и-и-и-ить! Слабый свист Монда разносился по ветру.
В конце концов, это были деньги, вырученные за продажу детей. Один из этих детей, Монд, имел полное право ими воспользоваться. Джон не отличался особой совестливостью, но к детям относился немного мягче. К тому же теперь Монд стал тем, за кого Джон несет ответственность.
— Правда? Можно попросить всё, что угодно?
Широко распахнутые глаза Монда засияли, но Джона это не тревожило: ребёнок, выросший в приюте, вряд ли захочет чего-то особенного. Монд ещё немного подумал, а потом вскинул обе руки и выпалил. Джон не ошибся.
Ответ прозвучал бодро, и Джон упустил из виду одно обстоятельство: Монд сел в машину впервые в жизни и был ещё совсем неумелым мальчишкой. Джон привёл в порядок откинутое до упора сиденье, проверил, что вокруг водительского места, а когда перевёл взгляд на пассажирское — слегка ужаснулся.
— Дже-ек! А мне немножко трудно дышать!
Монд сам себя связал ремнём безопасности, обмотавшись им с ног до головы и затянув в узел. Если так привязывать человека, он, конечно, не вылетит при аварии. Но, скорее всего, задохнётся ещё до этого. Монд был так мал, что ремень, хоть и не слишком длинный, обвил его целиком.
Джон глубоко вздохнул и принялся распутывать эту паутину. Он расправил перекрученные ленты и пристегнул его как полагается. В это время Монд только и делал, что открывал рот: «Ух ты, ух ты!»
— Так вот оно что! Вот оно что! Ух ты-ы-ы!
Джон оставил Монда забавляться с защёлкой — вставить, вынуть, вставить, вынуть — и достал из внутреннего кармана электронную карту. Прибор работал на солнечной энергии и показывал текущее местоположение через GPS. Они уехали далеко от Додж-Сити, и поблизости не было ни одного подходящего города.
Придорожные заправки, где раньше стояли цистерны с бензином, давно превратились в постоялые дворы, где кормили и поили лошадей. А значит, заправить эту прожорливую железную махину было практически негде. Бензина в канистре из багажника хватило бы на пару дней, но сама машина слишком привлекала внимание. От неё нужно было поскорее избавиться.
Впрочем, постоялых дворов на тракте хватало. Лошади уставали быстрее машин, да и ночевать в чистом поле всадники не любили, так что места для отдыха людей и коней росли у дорог как грибы после дождя. Судя по карте, ближайший постоялый двор был совсем рядом... Ах да. Джон вдруг осознал, что теперь у него на руках появился ребёнок, и спросил Монда, который всё ещё играл с ремнём:
— Эй, малявка, ходить долго можешь?
— Я не малявка! У меня теперь есть замечательное имя! Я больше не Ди! И не Дай! У меня имя — длинное и замечательное!
Монд заморгал и надулся. Он так откровенно просил, чтобы его назвали новым именем, что Джон сдался.
— ...Монд. Пешком-то идти сможешь?
— Смогу! Я и бегать могу очень быстро!
Монд болтал ногами и кивал, но доверия это не внушало. Пришлось всё-таки ехать до ближайшего постоялого двора на машине. В конце концов, автомобили здесь ещё встречались, а эта модель была старая — может, и не слишком бросится в глаза. Джон вышел из машины, переложил все деньги и оружие в большую сумку, снова сел за руль и направил автомобиль к ближайшему постоялому двору.