Мой маленький охотник за головами 13 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
— Я шёл, я шёл, до края земли я дошёл... И тогда, и тогда я узнал: радуга на обрыве расцвела...
Где он, этот край земли? Правда ли радуга цветёт на обрыве? Можно ли к ней прикоснуться? Как появляется радуга? Появляется ли она ночью? Ди мучили самые разные вопросы, но Джон ничего не объяснял.
Ди закрыл глаза и стал представлять. Край земли, радугу, расцветающую на обрыве, прекрасную деревню, связанную с этой радугой, себя — он съезжает по радуге, словно с горки, прямо в ту деревню, а жители встречают его с улыбками.
Там, наверное, всё иначе, чем в этом шумном и жестоком месте. Там, наверное, уютно и все добрые. Ди любил хороших людей. И сам хотел стать хорошим взрослым. Ему не нравились те, кто обижает детей, кричит на них, гонит прочь. Но весь его мир состоял из таких взрослых. Он боялся, что и он в конце концов вырастет таким же. Единственным замечательным взрослым, которого знал Ди, был Джон.
— Я хочу стать таким же, как Джек...
Наверное, есть только один способ: пусть Джон его усыновит, и они уедут из этого города.
— Вот бы Джек меня усыновил...
«Джек мне нравится. Правда, очень нравится!»
«Лучше бы ты просто сдох! Куда ни пытаюсь тебя сбагрить — никто не хочет покупать!»
Директор говорил: грязный болтливый мальчишка, которому уже тринадцать, никому не нужен. Другие дети из его комнаты тоже так говорили.
«Да кто тебя усыновит? Ты же тощий — даже супа из тебя не сваришь!»
Ди теперь знал, как нужно мыться — Джон научил, — поправился от еды, которую тот ему покупал, и уже не выглядел таким глупым и невзрачным, как раньше.
— ...Я замечательный парень. Я — Ди, Ди, Ди!
Даже когда было тоскливо и уныло, Ди пел. Только приходилось следить за громкостью: проснутся другие дети или директор, и поднимется крик.
Вот так Ди ещё долго пел на крыше и только потом спустился. Нога больше не болела — Джон хорошо за ней ухаживал. Теперь нужно начисто вымыться, как учил Джон, и выйти к дверям мотеля. Джон, кроме одного-единственного раза, всегда выходил из комнаты в одно и то же время.
«А вдруг Джек ждёт меня так же, как я жду его?»
Ди и сам понимал, что предположение нелепое, но всё равно тихонько, радостно захихикал.
«Вот если бы это оказалось правдой... Было бы так здорово. Если бы я стал тем, кого Джек ждёт... Было бы так хорошо...»
Он старательно почистил зубы новой пастой, которую купил ему Джон, кое-как намылил лицо и руки крошечным обмылком, умылся. Мокрыми ладонями попытался хоть как-то причесать волосы (расчёска была, но Марк отобрал и сломал). Он очень хотел выглядеть достойно перед Джоном.
Одежду выбрал самую чистую. Под мышкой была дырка, но если не поднимать рук, не видно, так что сойдёт. Покрутился перед заляпанным зеркалом, разглядывая себя, и вышел из туалета. И вдруг, не в силах сдержать переполнявшие его чувства, пробормотал:
— ...Вот бы Джек меня усыновил...
«А я сейчас неплохо выгляжу, правда? Разве не захочется забрать такого ребёнка?» — подумал он про себя. Похоже, небеса услышали. Снизу, с лестницы, вдруг послышался голос:
— Хочешь, чтобы тебя усыновили?
Ди вскинул голову и встретился взглядом с мужчиной, поднимавшимся по ступеням. Очень высокий, с выпученными глазами, с волосами, густо покрывавшими руки и ноги — казалось, на них мог бы вырасти целый лес.
«Друг директора! У директора есть друг! У меня тоже есть друг — Энн!»
Ди изо всех сил сдержал рвущуюся наружу болтовню и втянул голову в плечи.
— Но друг директора... Он говорил, что забирает только девочек. А я мальчик...
«Сопляк» — это слово Ди хорошо знал. Директор часто его употреблял. Ди уверенно кивнул. Длинные, до плеч, волосы качнулись. Мужчина, похоже, на мгновение растерялся, но тут же присел, мягко обнял Ди за плечи и ласково сказал:
— Ничего. Такого хорошенького, как ты, могут забрать, даже если ты мальчик.
От впервые испытанного ласкового прикосновения Ди напрягся. От мужчины пахло гарью и едким табачным дымом. Запах изо рта был неприятный. Но Ди знал от директора: крикнешь «У вас изо рта пахнет!» — получишь по заслугам. Он сглотнул.
Ему не хотелось портить настроение доброму взрослому, который назвал такого грязного и чумазого мальчишку, как он, хорошеньким. Тем более что он говорит, будто его могут усыновить! Усыновить! Неужели правда усыновят? Неужели?
Правда! Он сказал — правда! Меня и вправду могут усыновить! От этих решительных слов Ди захлестнуло радостное волнение. Усыновление! Слово, о котором мечтал каждый сирота. И Ди не был исключением. Неужели и у меня могут появиться родители? Раньше он рисовал на грязной бумаге обломанными карандашами дом, где живут мама, папа, младший брат и собака. И Энн всегда была там.
Переполненный нетерпением и волнением, Ди выпалил это очень быстро. Теперь ему хотелось нарисовать на чистой бумаге только себя и высокого, красивого Джона. Джона он хотел больше, чем родителей.
— Вы не знаете Джека? Джек не хочет меня усыновить? Джек сказал, что такой мальчишка, как я, ему не нужен?
От этих слов Ди едва не заплакал. Он вцепился в толстую, заросшую шерстью руку и отчаянно заглянул мужчине в лицо. В круглых глазах заблестели слёзы, вид стал совершенно несчастный. Мужчина сглотнул и облизнулся. Ди кусал губы в ожидании ответа, а услышав следующие слова, расцвёл в улыбке.
— ...Конечно, знаю Джека! Джек — мой хороший друг! Джек сказал, что хочет взять тебя к себе. Так что... как зовут моего хорошенького маленького друга?
«Он знает Джека! Наверное, он друг Джека! Но Джек говорил, что у него нет друзей... Может, он просто стеснялся? Хи-хи! Джек хочет забрать меня! Он меня усыновит!»
Ди улыбался, счастливый как никогда прежде. Он уже было потянулся к руке мужчины, но вдруг опомнился и спросил:
— Только мне нужно идти... Где меня будет ждать Джек?
Если прямо сейчас не пойти к мотелю, можно разминуться с Джоном.
В голове у Ди всё перепуталось.
«Я должен идти к Джеку, а Джек меня ждёт? Мы же всегда встречаемся у двери мотеля? А друг директора говорит, что знает Джека. И что Джек меня ждёт. Как же так?»
Мужчина смотрел на Ди, который нахмурился с озадаченным видом. Он усмехнулся, присел на корточки, положил руки ему на плечи, поравнявшись глазами, и заговорил очень приветливо:
— Джек? А, Джек сказал, что немного поработает и сразу придёт к нам домой. Так что пойдём ко мне — там его и встретим.
— Правда. Разве я похож на взрослого, который обманывает? Джек правда так сказал. Он скоро придёт к нам домой.
Ди не то чтобы полностью верил мужчине. Всё-таки это друг директора, плохого взрослого, да ещё и незнакомец. Но Джону Ди доверял. Джон был хорошим взрослым и никогда не врал. По крайней мере, так думал Ди. Поэтому слова «Джек правда так сказал» прозвучали для него как своего рода волшебство. Хотя мужчина и был другом плохого взрослого — директора, Ди казалось, что ему можно последовать.
— Хорошо. Только сначала зайдём к директору. Чтобы усыновить, нужно его разрешение.
Ди взял мужчину за руку, и они направились к кабинету директора. Тот находился недалеко, всего этажом выше.
Тук-тук-тук! На волосатой тыльной стороне руки, стучавшей в дверь, виднелся красный круг. Мужчину звали Роберт Принс. Он был в прекрасном настроении: в этом захудалом приюте неожиданно обнаружился хорошенький ребёнок. Даже когда на стук никто не ответил, Роберт не разозлился.
Ответа не последовало, и он рывком распахнул дверь. Сидевший перед телевизором директор приюта, Сэм Бэнкс, тут же вскочил на ноги.
— Появился ребёнок, которого я хочу «усыновить».
«Усыновление» было паролем между Робертом и Сэмом. Поэтому, увидев Ди с Робертом за руку, Сэм нахмурился.
— Этот — шумный, да и пацан к тому же, всё, что надо, у него уже выросло.
Ди съёжился от безжалостных слов Сэма. Роберт похлопал его по плечу, успокаивая, а потом взял за подбородок и сильно сдавил мягкие щёки. Ди глядел на него круглыми моргающими глазами.
— Но он же хорошенький. Самый лакомый из всех, кого мне до сих пор приводили.
— Сэм, разве ты в том положении, чтобы долго спорить со мной? Не забывай наше правило: я забираю кого хочу и когда хочу.
Ди переводил взгляд с одного на другого, ничего не понимая во взрослом разговоре. Ему не терпелось заговорить, но он прикусил нижнюю губу и сдержался. «А как же Джек?», «Когда Джек меня заберёт?» — слова так и рвались наружу. Но Ди знал: взрослые не любят шумных детей. Разве не за это Сэм бил его чаще всего?