У окна летнего дворца 44 глава
Наш тгк: https://t.me/the_cosmos_of_love
«Он ведь не думает, что я всю жизнь буду торчать здесь в роли няньки?» — Аллену до безумия хотелось прямо сейчас купить билет на самолет и рвануть на место событий, но он сдержался. То, что Флориан, несмотря на всю внешнюю холодность к своему подопечному, приставил к нему Аллена в качестве телохранителя и надсмотрщика, было связано исключительно с семьей Каия.
Вялотекущий конфликт с Каия, тянувшийся уже два года, напоминал мину замедленного действия, которая могла рвануть в любой момент. Мэтью Каия, этот мстительный и упрямый старик, наверняка годами будет вынашивать план, как отплатить Флориану за нанесенный щелчок по носу. А Саймон Каия — этот чертов извращенец — ни за что не отступится от добычи, которую однажды наметил, даже если небо рухнет на землю.
Раздраженно взъерошив волосы, Аллен ответил на звонок:
— Ну, как там босс?
— Еще не пришел в себя. А мелкий?
— Блядь, ни омеги рядом, ни ингибиторов он не принимал, а гон уже накрыл по полной.
— Должно быть, это из-за влияния босса.
— «Должно быть»? Ты там что, расслабился? Не знаешь, что ли, что если с безопасностью этого пацана случится хоть малейший косяк, у босса крышу сорвет?
— Вот ты с этим и разбирайся. Отработай хоть раз свою недельную зарплату.
Аллен собирался трехэтажным матом обложить Миллера, который бросил трубку даже не попрощавшись, как вдруг резко обернулся к выходу.
— Аллен. Давно не виделись.
Хозяином присутствия, который до этого крутился возле входной двери, оказался адвокат Нил. Сам открыв дверь и войдя внутрь, Нил неловко поприветствовал его.
«Ха, ну и обуза».
— Какое еще «давно не виделись»? У тебя что, склероз? Не помнишь, что мы позавчера виделись?
— Ха-ха.
Нил лишь добродушно усмехнулся в ответ на раздраженный выпад Аллена, у которого возникло нехорошее предчувствие, и молча последовал за ним во второй корпус особняка.
•••
Такого чувства покоя он не испытывал уже очень давно.
Флориан открыл глаза от звука крупного дождя, переходящего в град, и еще какое-то время неподвижно смотрел на балдахин кровати. Действительно, впервые за долгое время он проснулся без изнуряющей боли. Стоило ему повернуть голову, как половина его лица утонула в подушке. От нее исходил сладкий, обволакивающий аромат ванили. Нет, этот запах исходил не от подушки — им было пропитано само тело Флориана.
— ……
Тяжело вздохнув, Флориан прикрыл глаза тыльной стороной ладони.
Спальня была безупречно убрана и приведена в порядок. Он не знал, сколько именно пробыл в беспамятстве, но, судя по всему, прошло достаточно времени, чтобы все следы течки были ликвидированы.
Бейли. Этот человек, никогда не колеблющийся, когда нужно пойти наперекор приказу, и в этот раз поступил по-своему.
Наверняка и ингибиторы он подменил на пустышку.
А Саран...
— ……
Убедить Сарана для такого старого и искушенного лиса, как Бейли, не составляло никакого труда.
Флориан не злился — напротив, внутри него воцарилось странное спокойствие. Он думал, что до этого успешно контролировал свое состояние, но это было заблуждением. Только сейчас он почувствовал, как тяжесть, вечно сковывавшая его голову, отступила, а натянутые до предела нервы наконец расслабились.
「Риан, я люблю вас.」
В памяти всплыло одинокое признание, оставленное в блокноте, который стал единственной нитью к прошлому Сарана.
Столкнувшись лицом к лицу с ситуацией, которой он так отчаянно пытался избежать, Флориан погрузился в глубокие размышления. Он снова вернулся к фундаментальному вопросу: чем именно были его сны? Ближе всего это подходило под определение вещих снов. Поскольку раньше Флориан никогда не интересовался подобным, он никогда не задумывался, верит он в это или нет, но сейчас он медленно сел на постели.
Каждый раз, когда в голове начинала зарождаться тупая боль, остававшийся на его коже аромат ванили мягко притуплял её. Было такое чувство, словно кто-то невидимый и теплый ласково гладит его по голове. И это при том, что у самого обладателя этого ванильного запаха кончики пальцев всегда были ледяными.
Когда он сел, излишне чистая спальня еще отчетливо бросилась в глаза. Даже если сменить все постельное белье, тщательно вымыть тело, настежь распахнуть окна и залить все углы нейтрализатором запахов, феромоны альфы, с которым омега провел течку, еще долгое время будут оставаться на теле.
Это не было нормой. Подобный феномен проявлялся исключительно у омег с невероятно сильными, превосходными генетическими характеристиками даже среди высших. Поскольку это свойство встречалось крайне редко, в специализированных медицинских курсах его касались лишь вскользь. Более того, чем выше был процент совместимости партнеров, тем концентрированнее и долговечнее оставался чужой запах на теле.
И чувствовать это мог только сам Флориан. Спустя сутки после окончания течки никто из посторонних уже не мог уловить или почувствовать запах этого альфы на нем. Учитывая, что об этом не писали ни в учебниках, ни в научных диссертациях, явление явно не носило массовый характер.
Флориан никому не раскрывал эту информацию, которая могла стать как его уязвимостью, так и преимуществом. Бейли, будучи бетой, не имел подобного опыта, а Саран тем более не мог знать таких тонкостей. До того как у Флориана начались проблемы с феромонами, эта особенность не причиняла ему никаких неудобств.
В то время как большинство омег избавлялись от чужого запаха за день, Флориану приходилось носить на себе феромоны альфы до пяти дней. Пройдя через множество циклов, он выявил несколько закономерностей.
Чем выше совместимость, тем сильнее концентрация и тем дольше держится запах. Однако феромоны слабых, рецессивных альф, независимо от процента совместимости, не оставляли на Флориане вообще никаких следов. Именно это в свое время позволило ему поддерживать длительное партнерство с рецессивным альфой, чья совместимость составляла 95%.
Запах от партнеров с совместимостью ниже 60% исчезал уже через два дня. Такой уровень Флориан мог легко контролировать. К тому же альф с совместимостью выше 60% в принципе было тяжело найти. Но с тех пор как его феромоны дали сбой, все изменилось. Независимо от уровня совместимости с альфами, их запахи въедались в него намертво. Противные, агрессивные феромоны пытались подчинить и придавить Флориана к земле порой до целой недели.
И так было со всеми альфами, с которыми он проводил течки последние два года. Но в этот раз...
— ……
Флориан попытался осмыслить происходящее.
Сны, которые шли впереди реальности. И схожие ситуации, которые так или иначе материализовались в настоящем. Флориан всегда делал все возможное, чтобы повернуть даже самый сомнительный расклад к лучшему исходу. В отличие от того Флориана из его снов, он стремился обеспечить Сарану безопасность, дать ему ровно столько заботы, сколько положено опекуну, и принять от него ровно столько же. Относиться к нему исключительно как взрослый к ребенку.
Но тот день, когда закончилась весна, словно посмеялся над его наивной самоуверенностью.
Восемнадцатилетний Ким Саран, который стоял перед ним, едва дыша и долго не решаясь сделать шаг. Флориан открыл глаза за секунду до того, как этот дрожащий, едва переступивший порог совершеннолетия мальчик коснулся его своими губами. Прекрасно видя, как в этих темных, глубоких глазах Сарана от явного отказа медленно разгорается боль, Флориан тогда не оставил ему ни единого шанса.
«Риан».
«Да, Саран».
«Я теперь совершеннолетний».
«Поздравляю, Саран».
«Я хочу жить самостоятельно».
«Хорошо, Саран».
Эти чувства не исчезали от того, что между ними увеличивалось расстояние. Флориан просто день за днем, кирпичик за кирпичиком, оседал в сердце Сарана. Пока сам Флориан держался в стороне и вальяжно очерчивал границы дозволенного, Саран бережно копил в своей душе это хрупкое, драгоценное чувство. Пока оно, в конечном счете, не разрослось до размеров лавины.
И даже в этом проявлялась истинная суть Сарана. Горько усмехнувшись, Флориан хотел было спустить ноги с кровати, но замер. Он опустил взгляд и осмотрел себя — его тело было абсолютно чистым. На коже человека, который целых две недели делил постель с альфой, не было ни единого синяка или кровоподтека. Все выглядело так, словно к нему прикасались с величайшей осторожностью и трепетом.
А ведь Флориан, находившийся в беспамятстве течки, наверняка вел себя дико и яростно. Но Саран явно не хотел оставить на нем ни единой царапины. Перед глазами Флориана сама собой возникла картина: Саран, который, должно быть, покрывал поцелуями каждую клеточку его бесчувственного тела, делясь своими феромонами, чтобы залечить малейшие микротравмы. Вот почему ванильный запах остался таким густым.
— ……
Молча разглядывая себя, Флориан бессильно прислонился головой к стене.
Если Саран не будет любить Флориана, то трагедия из сна никогда не повторится. Каким же поверхностным и глупым было это суждение. Сделать так, чтобы Саран его не любил... Это нужно было не только ради самого парня. Флориан просто больше никогда не хотел чувствовать ту невыносимую, удушающую скорбь, которую он ощутил перед тем, как проснуться от кошмара, — ту пронизывающую до самого сердца боль и сожаление.
Плакал ли Саран в тот последний весенний день?
— ……
Его угольно-черные глаза тогда блестели от влаги, точно драгоценные камни.
Флориан тогда заставил себя спокойно моргнуть, сделав вид, что ничего не заметил. Даже в тот момент он не отвел взгляда, безмолвно выражая свой отказ и намеренно игнорируя чувства юноши.
Должен ли он и сейчас отвернуться и сделать вид, что ничего не произошло? Но Саран ведь уже полюбил его всем сердцем.
「Риан, я люблю вас.」
Возможно, всему этому суждено было случиться именно так.
Флориан закрыл глаза, и его золотистые ресницы отбросили густую тень на бледное лицо.
Он мысленно проанализировал все мелкие происшествия, случившиеся за последние два года.
После того как Саран съехал, Флориан старался не вмешиваться в его жизнь напрямую. Когда он полностью передал ведение всех его дел Нилу, Саран сломал палец на тренировке. Когда он перестал лично отслеживать новости о нем и поручил это Бейли, Саран попал в незначительную аварию и получил множественные ушибы.
До определенного момента Флориан списывал все на простые совпадения. Но когда подобные вещи начали повторяться с пугающей регулярностью, ему пришлось признать очевидное. Каждый раз, когда Флориан пытался разорвать нити, связывающие его с Сараном, парень получал травмы. И словно в наказание за это, феромоны самого Флориана начинали стремительно терять стабильность.