Знала ведь, что...!

Знаете, здесь такое произошло! То есть оно на самом-то деле ничего и не произошло. Вот совсем ничего. Мышка, если пробежит, в этом и то больше видимого движения будет. Но я ж вам не о видимом, я о внутреннем, щемящем, вы меня поймите. Действия вокруг и так полно, тошно уже от этого действия. Хотя бы в окно взгляните: автобусы, электробусы, машины, бип-бип, бжжж-бжжж, и это я только то, что на колесах перечислил. И только если вы живете в столице. А деревню какую взять. Так там вообще. Одни птицы чего стоят. Они ж пешком ходить отказываются. А полет — это ух какое действие. Мерзость. Ну да ладно. Надеюсь, я вас нет-нет, да и убедил, что можно на две минуты не уподобляться всему движущемуся и послушать.

Сидит старушка за столом, локти на скатерти, лицо в ладони уронила. А внутри монолог громыхает. Точней только его начало.

— Да как же так! Господи! Ну почему! — пустилась нагнетать старушка.

С каждым «почему» и «как так» тревога разгонялась сильней. Ответов на эти вопросы взять было неоткуда, да и какие тут ответы? Подобные вопросы питают панику, а не вразумляют и успокаивают несчастную жертву больных фантазий.

А произошло вот что, причину-то я вам совсем рассказать забыл. Пять минут назад бабушке написала внучка Катя.

«Бабуль, не могла бы ты перевести мне пятьсот рублей? Подружка на день рождения позвала, а у меня денег нет». И два смайлика. Сложенные ладони и сердечко. Смайлики напрягли бабушку не меньше, чем сообщение.

— Ну вот, пожалуйста, маленькая наша Катенька просит деньги на наркотики. Так и знала, что надо было ее еще в четыре годика от этой заразы упреждать. Так кто ж даст? Мама, вы преувеличиваете! Мама, успокойся! Зачем ребенку опасаться того, чего он и знать не знает? Ну вот! Допрыгались. Ну то и ясно. Девочка или попала в плохую компанию… — Бабушка на секунду отвлеклась от немых упреков родственников и подумала, можно ли в восемь лет попасть в плохую компанию. Решила, что можно. И поскакала дальше на тревожных мыслях: — Компания. Самые вероятный вариант. А если нет, так дворник мог предложить или еще кто. Телевизор смотрим, знаем, нас не проведешь. Но ее провели. Не дали! Не дали нанести упреждающий удар, объяснив ребенку про вред наркотиков. Смайлик еще этот. Она уже будто умоляет. А сердечко, видимо, показывает, как наркотики любит. Что же делать-то? Ехать? Наверное, надо ехать. За пятьсот километров ехать и спасать внучку, раз родители ничего сделать не смогли. И ей, самое обидное, не дали.

Бабушке пришло еще одно сообщение от внучки.

«Бабуль, уже не надо, папа раньше освободился с работы. Смотри, что я купила».

Следом на экране показались три розочки в целлофане.

Бабушка призадумалась. Сегодня пронесло. Катюша пока не наркоманка. Но вот почему ее сын раньше вернулся с работы? Его что собираются уволить!? Это ж как они теперь жить будут? Знала ведь, что…!

Вот такая драма развернулась в одном беспокойном сердце. Не отрывая локтей от скатерти, развернулась. А вы все действие-действие. Тоже мне, заладили.