Охота на ласточку. Глава 32
Хэджун радостно ухватился за встречный вопрос. Он был рад любой теме, лишь бы нарушить тишину.
— К байку привык, и в последнее время даже появились хозяева заведений, которые просят именно меня. Есть одна аджумма, держит столовую, готовит просто потрясающе. Раньше они доставку не делали, но в последнее время дела пошли не очень, вот и решили начать. Говорит, у неё сын — мой ровесник, сейчас в армии.
— Да! А, на днях ещё с неадекватом столкнулся. Представляете, клялся, что оплатит наличными при встрече, а сам заказ забрал и дверь заблокировал.
Воспоминание всколыхнуло в нём праведный гнев. Хэджун даже сжал кулаки, с жаром описывая ситуацию.
— Сказал, что не уйду, пока не заплатит. Выставил ногу в проём, зашёл и сел прямо в прихожей. Он там орал, грозился полицию вызвать, но в итоге швырнул деньги и плюнул мне под ноги.
— Монетами отдал, гад, но я всё равно забрал и ушёл. Позже в столовых поспрашивал — оказалось, этот адрес у всех в чёрном списке. Он аккаунты постоянно меняет. Когда его по адресу вычислять начали, он стал указывать соседние дома, а когда курьер звонит — перенаправляет. Каких только людей не бывает!
— Зато интересно. И с людьми общаешься, и на байке с ветерком катишь.
Хэджун подумал, что когда выплатит все долги, работа курьером вполне могла бы стать его основным делом. Удивительно, но это было ему по душе: никто не понукает, а если не лениться, то и заработать можно прилично.
Он прикрыл лицо ладонями, а сам украдкой взглянул на Ли Канджу.
Когда долг будет погашен, их отношения закончатся. Ему придётся съехать из этой квартиры, и больше не будет поводов встречать Ли Канджу, видеть его или ждать.
В горле пересохло, губы стянуло. Должно быть, потому что он не сделал ни глотка воды после сна. Хэджун достал две бутылки воды, одну поставил перед директором, а свою сразу открыл и присосался к горлышку.
— Но вы, должно быть, устали? Время уже совсем позднее. Могли бы сегодня просто дома отдохнуть.
— И то верно. Зачем же я сюда пришёл?
Ли Канджу потер глаза — видимо, усталость всё же начала брать своё. Взгляд оставался ясным, но присмотревшись, Хэджун заметил в нём печать изнеможения.
Наверное, его болтовня показалась директору скучной. Хэджуну следовало помнить, ради чего Ли Канджу дал ему жильё и зачем, преодолевая лень, приезжает сюда.
Не забывая о своём призвании подстилки, Хэджун решил уточнить. Он хотел было изобразить жест кольца из пальцев и провести языком по губам, но побоялся выглядеть слишком вульгарно, поэтому просто натянул улыбку. Ли Канджу не сдержал смешка, видимо, его позабавила такая прямолинейность.
С усмешкой на губах Ли Канджу потянулся за пиджаком. Собирался уходить. Такие ночи, когда ничего не происходило, случались и раньше, но Хэджуну стало неловко от того, что он не принёс никакой пользы, и он невольно протянул руку.
И в тот самый миг, когда он ухватился за рукав Ли Канджу, небо расколол ослепительный разряд, а здание содрогнулось от громового раската. Хэджун аж подпрыгнул на месте. С губ сорвался испуганный вскрик, а спина мгновенно взмокла от пота.
— Это... а, ничего страшного, я просто...
Директор посмотрел на него с недоумением. Хэджун лихорадочно соображал, какой бы предлог придумать.
Пока он пытался выкрутиться, за шторами снова полыхнуло, и гром ударил с новой силой. Плечи Хэджуна мелко задрожали.
— Да. Обещали, что до утра будет лить как из ведра. Может, побудете ещё немного? Сейчас ехать опасно. Дороги скользкие, не дай бог занесёт. Я сам сегодня пораньше закончил, побоялся в аварию попасть.
Ли Канджу подошёл к окну и отодвинул штору. И правда: за тяжёлыми тучами беспрестанно сверкало, а гром не утихал. Струи дождя яростно барабанили по стеклу. Редкие машины на шоссе почти не двигались, едва ползли сквозь стену воды.
Хэджун отвёл взгляд от окна, стараясь не смотреть наружу. Но спрятаться от мертвенно-бледных вспышек молний, озаряющих всю комнату, было невозможно. Как и от следующего за ними гула.
Он вцепился в спинку стула, пытаясь перебороть накатывающий ужас. Костяшки пальцев побелели, лицо осунулось. Натянутая улыбка на губах мелко подергивалась.
Ли Канджу молча посмотрел на него и задернул шторы. Когда молнии исчезли из виду, тревога немного отступила. Хэджун выдохнул с явным облегчением.
— Ну, раз такая погода... присяду на дорожку.
Ли Канджу, собиравшийся уходить, внезапно передумал. К щекам Хэджуна тут же вернулся румянец. Радость на его лице была слишком очевидной. Он отвернулся, но не смог скрыть округлившиеся от улыбки щеки.
— Тогда ложитесь на кровать. А я на диване устроюсь.
Он указал на гостевую кровать прямо под окном. Кровать в спальне была просторнее, но Хэджуну хотелось остаться с Ли Канджу в одной комнате.
— Всё в порядке. Я скоро поеду.
— И всё равно. На кровати спине будет лучше.
Усадив Ли Канджу на постель, Хэджун пулей занял диван. Выключил торшер и специально громко пожелал «спокойной ночи». Вскоре послышался шорох — Ли Канджу всё-таки лёг.
Хэджун крепко зажмурился, а потом осторожно приоткрыл один глаз. В темноте, к которой зрение уже адаптировалось, он едва различал профиль Ли Канджу, лежащего на спине.
Хэджун подложил руку под голову и принялся рассматривать его. Он верил, что мрак скроет его вороватый взгляд.
Даже если тучи застилали небо, предрассветные сумерки всё равно находили лазейку в комнату. Благодаря этому он отчётливо видел прямой нос Ли Канджу, его губы и чёткую линию челюсти.
Хэджун начал лениво водить пальцем по воздуху, обрисовывая этот силуэт. Указательный палец в пустоте взбирался на переносицу, замирал у обрыва, пересекал губы и спускался к подбородку.
И тут веки, которые казались плотно сомкнутыми, дрогнули и поднялись. Их взгляды встретились. Хэджун вздрогнул сильнее, чем от грома.
Делать вид, что спишь, было уже поздно. Хэджун потёр раскрасневшееся лицо и кивнул.
Хэджун не сразу понял, что для Ли Канджу это была попытка пошутить. Этот вечно серьезный человек и колыбельная? Хэджун прыснул, как ребёнок. Тягучее напряжение в воздухе тут же развеялось.
Когда Ли Канджу пошёл на попятную, Хэджуну стало даже немного жаль. У директора такой приятный голос, он наверняка отлично поёт.
Странно: только что сон был ни в одном глазу, но после пары слов с ним на Хэджуна навалилась неимоверная усталость. Голова будто проваливалась в подушку. Он пытался держать глаза открытыми, но веки стали тяжелее свинца.
Он услышал только окончание фразы. Глаза уже не открывались, работали только уши. Хэджун едва заметно кивнул, показывая, что слушает.
— Там были ребята, которые проворачивали махинации и сбежали в страну. Пришлось с ними разбираться, потому и задержался.
Это был ответ на вопрос, который Ли Канджу так резко оборвал раньше. Хэджун, даже проваливаясь в сон, невольно улыбнулся. Всё-таки этот человек был по-своему добр.
Послышался шорох, будто директор повернулся в его сторону. Но Хэджун уже не мог разомкнуть век, чтобы увидеть его. А ему так хотелось знать, какое сейчас у Ли Канджу выражение лица.
Ответ был очевиден. Губы Хэджуна шевельнулись, но вырвался лишь тихий звук, похожий на свист ветра.
Всю ночь молнии и гром без устали колотили в окна. Но то ли из-за того, что он был не один, то ли потому, что рядом был именно Ли Канджу — страха больше не было.
Раскаты грома казались сладкой колыбельной. Хэджун почувствовал себя так, словно погрузился в тёплую воду, и его сознание окончательно растворилось в темноте.
Это был самый спокойный сон в его жизни.
Проснулся он сам, поворочавшись немного. Шум дождя, который так неистово колотил перед сном, стих.
Хэджун раздвинул шторы, и в комнату хлынул яркий солнечный свет из чистого синего неба. От неожиданной яркости он зажмурился и прикрыл глаза рукой, но затем медленно опустил её.
Впервые в жизни он так крепко спал во время грозы. Даже когда они жили с Ёханом, Хэджун обычно ворочался всю ночь, пока небо не успокаивалось, и засыпал только под утро.
«Может, здесь звукоизоляция хорошая?» — засомневался он, но, вспомнив, как стены дрожали от ударов грома, покачал головой.