Охота на ласточку. Глава 30
Хотя Хэджуну уже доводилось какое-то время быть «импотентом», нынешняя реакция тела его пугала и смущала. Стоило Ли Канджу прикоснуться к нему, как низ живота начинал пульсировать, будто от дозы возбуждающего. Раньше он гордился здоровой эрекцией, ведь она приносила деньги, но сейчас он чувствовал себя мальчишкой, на которого в голом виде нацепили огромную корону. Настолько это было стыдно.
На мягкий зов Хэджун, помедлив, подошёл. Ли Канджу обхватил его грудь обеими руками и притянул лицом к себе.
Потираясь кончиком носа о ложбинку, он обвёл губами кожу, а затем прихватил зубами набухшую от ласк горошину соска. Выдох был влажным и горячим. От одного этого шея Хэджуна покрылась мурашками, а когда Ли Канджу придавил сосок кончиком языка — он вскрикнул:
Язык провёл по ареоле, после чего Ли Канджу втянул сосок в рот и сильно присосался.
— Хи-ик! — Хэджун отшатнулся, пытаясь сбежать, но руки, сжимавшие его грудную клетку по бокам, лишь усилили хватку.
Произношение директора стало смазанным. Хэджун низко опустил голову. Прямо под носом шевелились волосы Ли Канджу. Тот покусывал сосок, лизал, выпускал и снова жадно втягивал. Издевался кончиком языка, щелкал вверх, а затем глубоко впивался.
Хэджуна впервые так ласкали, и в голове будто вспыхнуло красное пламя. Оказывается, это бывает вот так. По позвоночнику бежал холод, а внизу живота тянуло и ныло. Чувствуя, что стон вот-вот вырвется, он ухватился за плечи Ли Канджу.
Директор, удерживая порывистого Хэджуна, сгрёб к центру его небогатую плоть. Он помял невысокие холмики груди, но, видимо, не удовлетворившись этим, больно ущипнул сосок.
Хэджун и сам боялся, что сгоряча расцарапает плечи Ли Канджу, поэтому послушно сцепил руки за спиной. Из-за этой позы вышло, будто он сам выпячивает грудь, напрашиваясь на ласку. Густой румянец залил лицо до самых глаз.
Пока одна рука Ли Канджу вместо плоской груди жадно мяла ягодицы, вторая продолжала игру с соском. Хэджун скулил, как кобель, которому приспичило. Его член, несчастный и забытый, бодро задрал голову, хотя к нему не прикоснулся даже кончик пальца. При каждом всасывании соска он плотнее прижимался к животу, а уретра невольно подергивалась.
Хотелось потрогать. Сжать, передёрнуть и кончить. Казалось, мочеиспускательный канал до краев залит спермой, которая плещется у самого выхода.
Хэджун то сжимал, то разжимал кулаки за спиной, из последних сил стараясь сдержаться. Но даже простое дыхание Ли Канджу на коже заставляло сердце колотиться, а кровь — приливать вниз. Разбухший член ныл и болел.
— Пожалуйста... может, хватит?
Слова о том, что он сейчас взорвется, застряли в горле. Перед другими клиентами он легко болтал о таком, но перед Ли Канджу — хоть убей, не мог.
Хэджун поджал пальцы на ногах и отвел взгляд. Если бы его «хозяйство» хоть немного приуныло, был бы повод для разговора, но член стоял как несгибаемый генерал, заявляя, что не сдастся, пока не извергнет сперму.
Ли Канджу мельком глянул вниз. От его низкого смешка уши Хэджуна вспыхнули. Любой бы оказался в таком состоянии, если бы его раздели до первозданного вида, сосали грудь и лапали за зад. Он хотел верить, что его реакция абсолютно нормальна.
Хэджун кивнул. Красный до кончиков ушей. Он зарекался больше не устраивать шоу с мастурбацией перед Ли Канджу, но если это единственный выход... Достаточно пары движений, и всё закончится. Желание опорожниться было сильнее страха прослыть скорострелом.
— Хочешь, я в тебя вставлю? — ласково спросил Ли Канджу.
Голос был таким, что невозможно отказать. Хэджун чуть было не взмолился о согласии, но вовремя спохватился и замотал головой. Нельзя забывать: после полета на седьмое небо всегда следует жесткое приземление.
— Я... я и сам могу справиться...
Договорить он не успел — получил звонкий шлепок по заднице. Хэджун аж подпрыгнул, но Ли Канджу притянул его обратно и повторил:
Правильный ответ был один, и Хэджун его провалил. Пока он мешкал, Ли Канджу сжал обе его ягодицы так сильно, будто хотел раздавить. Затем рывком усадил к себе на бедро. Мошонку наполовину придавило, и Хэджун задрожал плечами. От него явно ждали подтверждения.
Язык онемел. Хэджун лишь едва заметно кивнул. Ли Канджу прижался губами к его уху и прошептал: «Хороший мальчик».
В итоге фраза про «пролезет даже слон» оказалась дешевой рекламой. Смазка почти не отличалась от обычных аналогов. Да, она была чуть нежнее, но этого явно не хватало, чтобы с комфортом принять член Ли Канджу.
Впрочем, какую смазку ни возьми — результат один. Кто вообще сможет безболезненно вместить такую длину и толщину? Даже для опытной женщины это был бы тяжкий труд. Хэджун в очередной раз подивился выносливости своего задка, который до сих пор не порвался.
Казалось, при каждом выдохе аромат клубники от смазки поднимается из самых внутренностей и вылетает изо рта. В деле Ли Канджу превращался в бойца. Он орудовал членом, как кулаком — это была не близость, а форменное избиение и штурм.
При этом он знал, как довести до пика. Никаких прелюдий не требовалось: стоило ему войти и начать вбиваться, как Хэджун заливался слезами и кончал раз за разом. Оргазм длился бесконечно, перед глазами взрывались фейерверки, а рассудок объявлял о своем увольнении.
Хэджун причмокнул, вспоминая. Техника, достойная зависти. Овладей он такой — и мигом бы покорил мир хост-клубов. Но если главное условие — размер, то, увы, в этой жизни мечте не сбыться.
Но не всё было так гладко. Появился страх: а что, если он станет инвалидом, который не сможет возбудиться ни на кого, кроме Ли Канджу?
Первые звоночки уже были. В одиночку довести себя до нормального финала не получалось. Как-то он поймал себя на том, что пытается засунуть палец себе в зад... и тут же в ужасе бросил это дело. Это было постыдное воспоминание, о котором он не рассказал бы и под пытками.
Утром поясница ныла так, что хоть караул кричи, но после лошадиной дозы пластырей он смог двигаться. Он прошел собеседование в фирме, которую посоветовал Ёхан. После короткого опроса его взяли — рекомендации друга сыграли свою роль.
В тот же день он на новеньком (арендованном) байке встретился с Ёханом под мостом. Там было место отдыха курьеров: кто-то залипал в телефоне, кто-то дымил сигаретой. Ёхан, жевавший жвачку, прислонившись к своему мотоциклу, заметил его и поднял руку.
— Ну как собеседование? О чём спрашивали?
— Да так, ничего особенного. Возраст, опыт.
— Директор там с виду как бульдог, но в душе мягкий. Я за тебя замолвил словечко, так что он к тебе присмотрится. Хоть комиссия и высокая, для старта места лучше не найти.
— Спасибо. Заработаю — угощу обедом.
— Да ладно тебе. На, держи. Подарок в честь первого рабочего дня.
Ёхан всучил ему кособоко упакованный свёрток. Разорвав бумагу, Хэджун обнаружил розовую подушку-бублик. Значит, он тогда не шутил.
Надо бы разозлиться на подколку, но лицо само собой вспыхнуло. В памяти тут же всплыли подробности бурной ночи. Отбитые крепкими ладонями ягодицы до сих пор горели.
Ёхан, самодовольно потиравший нос, вдруг осекся и уставился на Хэджуна. Увидев его пунцовое лицо и то, как тот смущенно теребит подушку, он всё понял и скривился от отвращения:
Хэджун лишь почесал за ухом и пристегнул подушку к сиденью. Уселся — и правда, стало гораздо мягче и удобнее.
Близилось время обеда, и уведомления о заказах посыпались одно за другим. Курьеры начали разъезжаться. Вскоре остались только они вдвоем. Хэджун уже собирался заводить мотор, но Ёхан, примостившись на своем старом седле, спросил:
— Ну... спать с мужиком. Это ведь не так-то просто.
Казалось, вопрос дался ему с трудом. Хэджун почесал висок и медленно кивнул:
Если сравнивать с ночами, проведенными с клиентами, то это была разница между курсом выживания в спецназе и обычной зарядкой.
Во-первых, это требовало колоссальных сил. После того как Ли Канджу заканчивал играть с его телом и членом, из Хэджуна будто высасывали всю жизнь — он просто падал мешком на пол или на кровать. Часто он отключался раньше, чем Ли Канджу успевал уйти, так и не сказав вежливое «счастливо оставаться».
Мочки ушей пылали, как у подростка после первого признания. Хэджун поспешил натянуть шлем, чтобы скрыть лицо. Глянув в зеркало, он увидел Ёхана, который так и застыл с открытым ртом.
— Заказ пришёл! Всё, я погнал!
Пока не посыпались новые вопросы, Хэджун дал по газам. Позже ему, конечно, прилетит, но разгребать это он предоставил «будущему себе».