Омега семьи Медичи Глава 8: Вечеринка аристократов
Увидев форму горничной, которую ему выдали перед вечеринкой, Сандро озадаченно склонил голову набок.
– Господин дворецкий, это… точно мне?
Немного поколебавшись, он всё же решил спросить и осторожно открыл рот.
Фасон был таким же, как у его обычной формы, но юбка оказалась длиннее. В повседневной одежде подол доходил до колен. Поэтому, стоило ему поднять руки, как из-за широко расходящейся юбки становилось видно всё нижнее бельё.
Однако выданная сейчас форма по длине ничем не отличалась от той, которую носили остальные горничные. Юбка доходила до середины голени.
Сандро поспешно прижал форму к груди, опасаясь, что её отберут обратно.
И это было ещё не всё. На фартуке тоже не оказалось белых оборок. Это был самый обычный белый фартук. Если он затеряется среди множества горничных, его, пожалуй, будет трудно отыскать.
– Поднимайся наверх, не опаздывай.
Когда дворецкий вышел из комнаты, стоявший рядом Роб покачал головой.
– Не понимаю, почему дворецкий так к тебе придирается.
На слова Роба Сандро неловко улыбнулся. Он хорошо знал причину такого отношения.
Несколько дней назад он спал в спальне хозяина, в кольце его рук, и утром столкнулся с вошедшим дворецким.
Ещё не до конца проснувшись, Сандро попытался было снова уютно устроиться в объятиях хозяина, но тут до его ушей донёсся недовольный голос:
– Господин, если вы и дальше будете постоянно приводить к себе горничных…
Какое выражение было у господина, неизвестно. Во всяком случае, после этого дворецкий ничего не сказал.
Однако среди звуков передаваемых чая и газеты то и дело слышались маленькие вздохи, ясно показывавшие неодобрение.
Сандро было неловко от этой ситуации, он проснулся, но всё время притворялся спящим.
Даже ему самому было понятно: если горничная, которая не особенно приспособлена ни к уборке, ни к наведению порядка и потому приносит мало пользы, будет вечно только и делать, что лежать в объятиях хозяина, управляющему это вряд ли понравится.
Поэтому Сандро решил, что во время вечеринки ему нужно работать ещё усерднее. Ведь каждое его действие, каждое движение будет представлять весь дом Медичи.
Обычно летом устраивали праздники с соколиной охотой, но это было возможно только в конце июля. В июне же часто собирались в садах, наблюдая за скачками на ипподроме.
Нынешнее торжество называлось последней встречей перед вступлением Чезаре Борджиа в должность императрицы, но, по словам хозяина, это было лишь названием. Праздники аристократов часто являлись просто развлечением.
План был таков: во второй половине дня, когда солнце не палит, посмотреть скачки на ипподроме, а затем приехать в дом Медичи и насладиться вечерним банкетом.
Зрительские места на ипподроме делились на несколько категорий. Аристократы, роскошно одетые в соответствии с дресс-кодом, занимали предназначенные для них ложи и предавались развлечениям.
Пока знать проводила время подобным образом, слуги без устали трудились, готовясь к мероприятию, чтобы не допустить ни малейшего недочёта.
За столом в основном использовали серебряные приборы и дорогой фарфор, поэтому даже одна лишь чистка столовых принадлежностей требовала немало труда.
Сандро поспешно переоделся и поднялся наверх. Сегодня ему тоже предстояло вместе с остальными слугами начищать серебряные приборы.
Пока он оглядывался, не зная, с чего начать, Ханна позвала его. Сандро светло улыбнулся и сел рядом с ней.
– Ты ведь впервые этим занимаешься?
– В первый раз это довольно тяжело.
Ханна уже смотрела на него с сочувствием.
– Ничего страшного. Всем приходится тяжело, так что всё нормально.
Ханна знала, что Сандро, выросшему в аристократической семье, трудно справляться с работой горничной.
К тому же она много раз видела, как нежно выращенный господин, у которого и пальцы неловкие, часто получает наказания от хозяина. Вечно его били, ставили в угол, и он плакал... Для бедного Сандро это было обычным делом.
Протирать серебро было труднее, чем казалось. Даже Ханна с ловкими пальцами считала это одной из самых сложных работ. И она уже беспокоилась, справится ли Сандро.
– Ханна, научи меня, что нужно делать.
Серебряные приборы следовало чистить с помощью ружа. Это был порошок бенгала – красный пигмент на основе оксида железа, применявшийся для полировки драгоценных металлов. Он обладал красящей способностью, стойкостью и химической устойчивостью, а также использовался в качестве пигмента для красок.
– Сандро, насыпь немного этого порошка ружа на тарелку и смешай с нашатырным спиртом. Когда получится густая паста, нанеси её на палец и начинай тереть.
Сандро вплотную придвинулся к Ханне и наблюдал, как она делает. Затем и сам обмакнул палец в руж.
– Да, но тереть гораздо труднее. Хочешь попробовать вместе?
Сандро собирался спросить девушку, правильно ли у него всё выходит.
Услышав слова дворецкого, Ханна и Сандро вскочили с мест.
Видимо, господин не собирался выезжать ко времени скачек. Куда он направлялся так рано утром, неизвестно, но обычно он был хорош собой, а сегодня особенно сиял.
Все склонили головы в сторону хозяина. Сандро тоже собирался сделать это, как вдруг встретился с ним взглядом.
Что-то в его алых глазах было не таким, как обычно, и Сандро невольно вздрогнул от неожиданности, хотя ни в чём не провинился. Чтобы поскорее избежать этого взгляда, он поспешно опустил голову.
Сандро невольно погрустнел, глядя на руки прислуги, занимавшейся чисткой столовых приборов. Он и представить не мог, что полировать серебро настолько тяжело.
Другие, должно быть, уже привыкли к этой работе благодаря многократному опыту, но Сандро делал это впервые, и, возможно, именно поэтому у него ужасно болели пальцы.
Во время обеда руки у Сандро так дрожали, что он едва мог удержать столовые приборы.
Он изо всех сил старался улыбаться. Наверное, скоро у него появятся волдыри. Если бы можно было, он бы ел прямо руками.
Чистя серебряную посуду, Сандро осознал, что каждый день в библиотеке ему доставалась лишь лёгкая работа. До сих пор он считал даже те задания, которые выполнял прежде, тяжёлыми, но на самом деле всё было совсем не так.
Чистка серебряных приборов входила в число основных обязанностей лакеев. Поэтому руки у них огрубели и кожа на них стала твёрдой, как доски.
– Поначалу мне было так больно, что я чуть не плакал. А дворецкий сказал, чтобы я просто продолжал работать, пока не привыкну.
Когда старшие слуги отошли, младшая прислуга принялась болтать.
Лакей, глядя на Сандро, у которого всё ещё дрожали руки, рассказал о своём опыте и показал собственные.
Руки у него и впрямь превратились в настоящую сталь: волдыри снова и снова лопались и заживали, пока кожа не огрубела до такой степени.
Сандро задумчиво посмотрел на собственные руки. В нескольких местах кожа покраснела.
– Сегодня не время болтать! Быстро доедайте и все выходите!
Дворецкий вернулся и снова крикнул на них. Младшие слуги, которые только собирались как следует предаться разговорам, тут же замолчали и сосредоточились на еде.
– Сандро, как закончишь есть, приходи в столовый зал.
– Говорю, приходи. Нужно накрыть на стол.
Сандро недоумевал, зачем он понадобился, но, по правде говоря, у любого дела могло и не быть какой-то особой причины. Поэтому ему оставалось лишь послушно кивнуть.
Закончив есть, он поспешил в банкетный зал и увидел огромный стол. Откуда только привозят такие столы? Пока он думал об этом, дворецкий начал объяснять, что делать дальше.
– Расставьте здесь серебряные приборы, бокалы, фарфор, постелите скатерти и разложите салфетки. Вы двое сначала займитесь скатертями. А салфетки нужно красиво сложить и разложить, так что делайте это вместе.
Сандро подумал, что ему тоже придётся складывать салфетки, и уже направился к остальным.
– Сандро, ты иди в сад и выбери цветы.
– На столе должны быть цветочные украшения. Иди в сад и выбери цветы. Когда закончишь, скажи садовнику, и он срежет их для тебя. Принесёшь их сюда и украсишь стол.
Сейчас было самое жаркое время. А ему велели выйти на улицу и выбирать цветы. Сандро помрачнел.
Но ничего не поделаешь. Жаловаться здесь было совершенно бесполезно.
Сандро решил, что и он должен внести свой вклад в подготовку к званому ужину. К тому же он всё-таки был аристократом и обладал достаточным вкусом, чтобы выбрать цветы, подходящие для подобной вечеринки. Не проронив ни слова жалобы, Сандро отправился в сад.
Поместье Медичи было поистине огромным, и сад ему ничуть не уступал – казалось, тому не было конца и края.
Солнце палило нещадно, и Сандро стало жарко, хотя он пробыл на улице совсем недолго. Он решил, что нужно поскорее выбрать цветы.
На столе должны были стоять ананасы и виноград, серебряные подсвечники, папоротники и плющ, а также другие фрукты.
Сандро всегда сидел взаперти в библиотеке и прежде не замечал, сколько вокруг красивых растений. Теперь же он с удивлением обнаружил, что их здесь так много. Он направился туда, где пышно цвели розы, и принялся их рассматривать.
Свежие розы распустились во всей красе, и даже один их вид успокаивал душу. Густой аромат проникал глубоко в ноздри.
– Красиво. Думаю, эти подойдут. Ай, колется!
Сандро случайно коснулся кончиком пальца ветки и укололся шипом.
Он поднёс палец ко рту и принялся посасывать его. Похоже, сегодня его руки подвергались настоящим пыткам. Они всё ещё ныли после чистки серебряных приборов, а теперь он ещё и укололся шипом.
Сандро невольно приуныл. Погода стояла настолько прекрасная, что её невозможно было описать словами, но собственная участь казалась ему печальной.
Глядя на пышные розы, Сандро вспомнил Чезаре Борджиа.
Человека, которому предстояло стать императрицей. Доминантного омегу. И бывшего возлюбленного его господина.
Вдыхая сильный аромат, щекотавший ноздри, Сандро шёл по дорожке вдоль розовых кустов.
Что чувствовал господин, зная, что его бывший возлюбленный собирается жениться? Сандро был бетой, поэтому, наверное, ему никогда не понять этого, даже до самой смерти.
Неужели альфы и омеги всегда такие? А что, если бы человек, который нравится ему самому, собрался жениться на ком-то другом? Что бы тогда почувствовал Сандро?
От этих мыслей уголки его глаз печально опустились. Ему становилось больно даже просто от того, что он об этом думал.
В гостиной начали собираться многочисленные гости. Сандро уже доводилось бывать на вечеринках, но настолько пышный приём был для него в новинку.
Дворецкий стоял на лестнице и громко объявлял имена прибывающих.
Это была также первая вечеринка, которую подготовили новые слуги дома Медичи. Сами они тоже во все глаза смотрели на размах этого грандиозного мероприятия.
По гостям было видно, что все они нарядились на славу. Впрочем, иначе и быть не могло: вечеринку устраивал самый высокопоставленный аристократ в стране.
Каждый из гостей наверняка хотел поговорить с главой этого дома. А заодно и с его друзьями.
Собравшиеся в гостиной украдкой поглядывали друг на друга, оценивая ситуацию.
Внезапно подойти к кому-нибудь на вечеринке и лично представиться считалось дурным тоном, поэтому необходимо было, чтобы вас представил человек, знакомый с обеими сторонами.
Кроме того, по обычаю человека более низкого положения представляли тому, кто стоял выше его по статусу, так что теперь гости негласно соревновались друг с другом, стараясь понять, как поступить.
Как же им поздороваться с теми, чей статус был выше их собственного?
Сандро издалека посмотрел на своего хозяина и его друзей, окружённых людьми, а затем направился в обеденный зал.
Сегодня ему предстояло провести там весь вечер. Понурив плечи, Сандро покинул гостиную.
Джошуа сказал это, сверкнув своими привлекательными нефритово-зелёными глазами. У Джошуа был зоркий глаз: среди множества горничных он каким-то образом сумел отыскать именно Сандро.
– Даже не думай на него заглядываться. Кстати, своего омегу ты с собой не привёл?
– Пока ещё рано брать его с собой на такие мероприятия.
Джошуа сообщил, что несколько дней назад наконец нашёл того омегу, которого так отчаянно разыскивал. Услышав эту новость, Фрост и Чезаре не то что не поздравили его – они от всего сердца оплакали будущее несчастного омеги. И как только тот умудрился попасться такому психу?
– Когда я закончу обучать своего омегу, может, поиграем вместе с твоим щеночком?
Что ни скажет этот псих, всё какая-то собачья чушь. Впрочем, Фрост и Чезаре с детства наслушались безумных речей Джошуа, поэтому теперь, что бы он ни нёс, просто пропускали его слова мимо ушей, словно где-то лает собака.
– Хватит уже лаять, лучше присмотри как следует за своим омегой. Кто знает? Вдруг после того, как Чезаре станет императрицей, у него внезапно что-нибудь перемкнёт и он возьмёт твоего омегу себе в наложницы? Правда ведь, Чезаре?
Чезаре посмотрел на него так, словно спрашивал: с какой стати ты втягиваешь меня в этот разговор? По его лицу было видно, что он хочет выругаться, но сдерживается из-за множества присутствующих вокруг людей.
Чезаре не только совершенно не интересовался омегами своего пола, но и, несмотря на то что водился с такими друзьями, до сих пор сохранял невинность. Однако эти два закадычных приятеля постоянно выставляли его каким-то странным человеком.
Если бы в пять лет он не встретил этих двоих на вечеринке, они бы никогда не сблизились настолько.
– Фро, слушай, а чем сегодня занимается щеночек?
Услышав обращение Чезаре, Фрост лишь молча посмотрел на него, не ответив ни слова. Зачем тебе это знать?
– Нет, мы ведь ничего такого не собираемся делать…
Чезаре не договорил, но его глаза продолжали сиять от любопытства.
Сегодня Фрост намеренно одел Сандро в такую же одежду, как у остальных горничных. Наряд, который он надевал на него до сих пор, слишком сильно выделялся.
Не было никакой необходимости специально выставлять напоказ его гладкие ножки, как и наряжать его в красивые одежды, чтобы привлекать взгляды окружающих. Сегодня Фрост хотел, чтобы люди вообще не замечали существования Сандро.
Поначалу он собирался одеть его не в форму горничной, а в обычную одежду прислуги. Однако тогда на него могли положить глаз аристократки или омеги.
Будь его воля, он бы вообще велел Сандро запереться в кабинете и сидеть там, развлекаясь в одиночестве.
Но теперь, когда Джошуа и Чезаре уже знали о существовании щеночка, избежать их внимания было трудно. В таком случае лучше уж было официально оставить его среди большого количества людей.
Потому что, какими бы отъявленными мерзавцами ни были эти двое, на официальных мероприятиях они всё же соблюдали приличия.
– А нельзя представить его нам отдельно, когда банкет закончится и мы останемся втроём? В тот день он показался мне таким милым.
– И ты действительно думаешь, что я соглашусь?
Услышав ответ Фроста, Чезаре бросил взгляд на Джошуа.
– В следующий раз я одолжу тебе своего омегу.
Фрост едва не выругался вслух, позабыв даже о том, в каком месте находится. Джошуа всегда был таким.
– От тебя вообще никакой пользы.
Чезаре тихо прошипел это сквозь зубы. Фрост покачал головой. Пусть они и друзья, но додуматься до того, чтобы делить омегу на двоих…
Оставалось только заранее помолиться за того юного омегу, которого этот тип уже пометил как свою личную собственность.
Фрост посмотрел на друзей, которые теперь с нескрываемым интересом не сводили глаз с обеденного зала, куда вошёл Сандро, и сегодня как никогда надеялся, что тот справится со своей работой как следует.
– Приготовления к банкету завершены!
Громко объявил дворецкий Жерар.
Все приглашённые на сегодняшнюю вечеринку были обладателями вторичных полов.
На обычных приёмах перед тем, как отправиться в обеденный зал, хозяин сопровождал туда женщину из числа приглашённых, занимавшую самое высокое положение. А самый высокопоставленный мужчина среди гостей, в свою очередь, должен был сопроводить хозяйку дома. Таковы были правила этикета.
Однако на приёмах для обладателей вторичных полов всё определялось статусом и половой принадлежностью. Среди альф, присутствовавших сегодня на вечеринке, самое высокое положение, разумеется, занимали Фрост и Джошуа, а среди омег – Чезаре.
Фрост протянул Чезаре правую руку.
Двери обеденного зала распахнулись, и, как и следовало ожидать, первыми внутрь вошли Фрост и Чезаре.
Сандро, который как раз занимался подготовкой к банкету, при виде этой сцены почувствовал, будто сердце ухнуло к самым пяткам. Сам того не замечая, он крепко сжал кулаки. И без того израненная рука отозвалась невыносимой болью.
Следовавшие за ними гости один за другим рассаживались на отведённые им места. По обычаю супруги и кровные родственники не должны были сидеть рядом друг с другом.
Обычно хозяин дома и хозяйка занимали места во главе стола с противоположных концов, а мужчины усаживали сопровождаемых ими женщин справа от себя. Однако в доме Медичей не было хозяйки, поэтому во главе стола сел один Фрост, а справа от него разместился Чезаре.
Поскольку тому вскоре предстояло стать императрицей, никто даже не пытался связывать его с Фростом.
И всё же на душе у Сандро почему-то стало тоскливо. Пусть сейчас всё обстояло именно так, но ведь раньше эти двое были любовниками, и эта мысль никак не давала ему покоя.
Уголки губ Сандро невольно опустились. И именно в этот момент его взгляд встретился со взглядом хозяина.
Он уже было невольно потянулся улыбнуться, но тут же решил, что этого делать не стоит, и поспешно взял себя в руки, сохранив невозмутимое выражение лица. Затем отвёл глаза.
Наконец банкет начался. Футмены, несколько мужчин из числа слуг и Сандро принялись за работу.
Они бесшумно входили в зал с подносами и стали расставлять тарелки по часовой стрелке, начиная с Чезаре – самого высокопоставленного омеги среди гостей.
Первым Сандро подошёл к Чезаре с подносом, на котором стояла тарелка с супом, и поставил её перед ним.
Тот молча смотрел на Сандро. Однако самому Сандро было не по себе под этим взглядом, и он поспешно отвёл глаза.
Фрост, сидевший слева от Чезаре, тоже приглядывал за своей горничной, но по какой-то причине тот двигался на удивление тихо и сдержанно, совсем не так, как обычно. Это был совершенно не тот щенок, которого Фрост знал. Он решил пока просто понаблюдать.
До этого дня Сандро проходил тщательное обучение под руководством хозяина. Сегодня было предусмотрено восемь подач, включавших в общей сложности одиннадцать блюд.
После супа подавали рыбное блюдо. Дворецкий обходил стол, проверяя, хорошо ли прислуга обслуживает гостей, и разливал вино по бокалам. Особенно часто он украдкой поглядывал на Сандро, проверяя, как тот справляется.
Вопреки опасениям, Сандро двигался спокойно, с прямой спиной и бесстрастным лицом.
Он совершенно не походил на ту юную горничную, которая никак не могла проснуться в спальне хозяина и, не желая выбираться из его объятий, прижималась к нему ещё крепче.
Правда, рука, державшая тарелку, слегка дрожала, словно ему было трудно ею пользоваться, но заметить это можно было, лишь внимательно присмотревшись.
Впрочем, поднос был слишком большим, а стоявшие на нём тарелки с блюдами – слишком тяжёлыми для Сандро. И всё же он прекрасно справлялся, ничем не выдавая своих затруднений.
Когда подача рыбного блюда уже подходила к концу, Сандро взял в руки баранью котлету, которую подносили в качестве антре. При одном взгляде на неё у него неожиданно защемило в груди, и он крепко стиснул зубы. Так сильно, что на челюстях проступили желваки.
Он вспомнил, как во время обучения у хозяина сидел у него на бёдрах и ел баранью котлету.
Глядя на своего хозяина, который сейчас ел и пил с такой утончённой грацией, Сандро едва мог поверить, что тот самый человек действительно когда-то вёл себя так вульгарно за столом перед ним.
Пусть хозяин и обращался с ним не таким образом, как с остальной прислугой, он всё равно оставался всего лишь горничной. Стоило ему оказаться здесь, как всё вдруг стало до боли реальным.
Он был всего лишь бета-горничной, не альфой и не омегой. И уж тем более больше не был аристократом.
За весь день Сандро натёрся и искололся, пока начищал серебряную посуду и отбирал цветы, так что руки у него превратились в сплошную рану. Однако теперь он даже не чувствовал боли. По сравнению с тоской, охватившей всё его тело, боль в ладонях была сущим пустяком.
После бараньих котлет подавали паштет из устриц с томатным соусом. Расставляя тарелки по столу, Сандро в какой-то момент оказался рядом с Джошуа.
Услышав, как его окликнули, Сандро почувствовал, будто сердце ухнуло в пятки. Но виду не подал.
– Да. Я не пользуюсь этой фамилией.
Как ни посмотри, Джошуа был настоящим подонком. Сам собственноручно довёл его семью до краха, а теперь ещё и нарочно называл его Давиде. Совершенно очевидно, что он делал это умышленно.
Услышав ответ Сандро, Фрост молча посмотрел на него.
– А, вот как? Прости за тот раз.
Фрост прекрасно понимал, что в этих словах не было ни капли искренности. Джошуа просто прощупывал почву из любопытства и ради развлечения.
В другое время Фрост спрятал бы Сандро за своей спиной, но сейчас не мог себе этого позволить, поэтому оставалось лишь наблюдать. Каким бы ненормальным ни был этот псих, даже он вряд ли станет вытворять что-нибудь безумное прямо здесь, на официальном приёме.
– Ничего страшного. Всё в порядке.
– А ты неплохо разговариваешь. Будешь обслуживать гостей и во время чаепития?
– Прошу прощения. В мои обязанности входит обслуживание только во время банкета.
Сандро спокойно и последовательно отвечал на вопросы Джошуа. На этот раз ему было не так страшно, как в прошлый. Когда Джошуа направил на него меч, Сандро трясло от ужаса, но теперь всё было иначе.
– Жаль. А я думал, что ты вполне можешь оказаться интересным собеседником. Ты ведь так хорошо разговариваешь.
– Если в следующий раз вы снова предоставите мне такую возможность, я постараюсь обслужить вас ещё лучше.
Он кивнул и посмотрел на Фроста. Сандро не заметил, как Джошуа слегка ухмыльнулся.
Однако Чезаре уже давно понял, что его сумасшедший друг сейчас дразнит Фроста. Он также заметил, что уголки губ Фроста опасно приподнялись.
– Похоже, все закончили есть. Убери со стола.
Сандро склонил голову и ответил. Он знал, что господин смотрит на него, но не мог встретиться с ним взглядом.
После того как стол тщательно очистили, подали сыр, сладкие пирожные, мороженое, фрукты и прочие десерты.
Когда банкет подошёл к концу, омеги поднялись со своих мест и направились в гостиную. Они собирались провести время в обществе друг друга, без альф.
В это время слуги тоже покинули обеденный зал. Они ожидали гостей в гостиной и подавали омегам чай и кофе.
Альфы, напротив, оставались в обеденном зале, где за бокалом вина и сигаретами обсуждали политику, спорт или делились секретами.
– Господин Фрост, я слышал, что после того, как вы стали главой семьи, вы набрали новых слуг. Возможно, поэтому здесь такая оживлённая атмосфера.
Фрост, до этого куривший сигарету, повернул голову. Мужчина выглядел примерно его ровесником. Кто это?
В этот момент сидевший рядом Джошуа усмехнулся и ответил вместо него:
– А, вы старший сын семьи Эстер. Вообще-то, Медичи обычно не нанимают новых слуг, так что это довольно необычное событие. Не так ли, Фрост?
Лишь теперь тот вспомнил, кто именно заговорил с ним. Это был будущий глава семьи Эстер, разбогатевшей и получившей дворянский титул благодаря деньгам.
Фрост мысленно решил хорошенько отчитать дворецкого. Сколько раз ему повторять, чтобы тот не приглашал всяких выскочек из числа новых аристократов?
Такие ублюдки вечно лезут не в своё дело, совершенно не зная своего места.
Да и аристократия уже давно изменилась. В отличие от высокородных семей вроде Медичи и Магритт, которые прочно удерживали свои позиции, мелкие дворянские роды переживали взлёты и падения чуть ли не каждый день.
Если уж им повезло подняться по социальной лестнице, следовало просто быть благодарными за это и сидеть тихо в своём углу. Но нет, они непременно начинали важничать, словно отныне их ждёт один успех за другим и скоро они будут заправлять всем Альбитро.
Как будто такие ублюдки не могли исчезнуть в одночасье, стоило только семьям Медичи или Магритт этого захотеть. А ведь они ещё и позволяли себе так нагло вести себя, совершенно не зная своего места.
Фрост на мгновение задумался, что ему сделать с этим зазнавшимся выскочкой.
– Я отправил слуг к родителям, так что пришлось набирать новых. Просто новоприбывшие выглядят молодо, но на самом деле они не так уж юны, как может показаться.
Фрост и сам когда-то отчитывал дворецкого именно за это, но теперь отбросил подобные воспоминания куда подальше.
В последнее время развелось немало юнцов, которые изо всех сил старались угодить хозяевам, надеясь хоть как-нибудь изменить свою жизнь. Говорили, что сейчас среди молодых горничных это стало настоящей повальной модой.
Пусть сословная система и постепенно рушилась, у Фроста были чёткие представления о допустимых границах. Поэтому ему совершенно не нравилось, как молодые горничные пытались сорвать куш одним махом.
Тем более что уже имелся дурной прецедент, связанный с горничной-омегой.
– А, вот как? Я заметил, что за столом нам прислуживала одна горничная, которая выглядела совсем юной.
Джошуа догадался, о ком идёт речь, и поспешно прикрыл рот бокалом вина. Иначе он, чего доброго, не сумел бы скрыть своего веселья, и его приятель всё сразу понял бы.
– Разве там была такая горничная? Не знаю, их было слишком много, чтобы я мог кого-то конкретно вспомнить.
– Ну, та, у которой родинка под правым глазом.
Фрост затушил сигарету и взял бокал вина. Ему стоило немалых усилий сдержаться и не разбить тот, чтобы затем осколком полоснуть этого ублюдка по лицу.
В конце концов, сейчас он находился здесь в качестве хозяина приёма.
По своей натуре Фрост был невероятно жесток, однако его публичный образ был полной противоположностью.
Джошуа слыл отъявленным повесой, от которого отказались даже в семье Магритт, но, в отличие от него, Фрост всегда сохранял достоинство.
Именно поэтому окружающие удивлялись, как глава семьи Медичи умудрялся поддерживать дружбу с таким отъявленным негодяем из семьи Магритт.
– Не могли бы вы сообщить мне, если этот ребёнок решит уволиться? Он ведь такой хорошенький. И, судя по тому, как он обслуживал гостей, несмотря на юный возраст, он очень толковый.
Услышав слова Эстера, Фрост приподнял уголки губ и изящно улыбнулся. В его красных глазах на мгновение сверкнул опасный огонёк, но, к несчастью, Эстер его не заметил.
Слуги больше не были собственностью одной семьи до конца жизни, как в прежние времена. Теперь они могли уволиться в любой момент.
Особенно часто горничные уходили со службы, достигнув брачного возраста. В конце концов, слуги должны были постоянно жить в доме семьи, которой служили.
Поэтому аристократы порой присматривали себе слуг из других домов, а затем переманивали их к себе. Ещё когда Фрост поручил Сандро обслуживать гостей за банкетным столом, он заранее предвидел, что может возникнуть подобная ситуация.
Сандро не отличался ловкостью рук и никогда прежде не занимался даже такой простой работой, как уборка, поэтому с обычными обязанностями горничной справлялся не слишком хорошо.
Однако он вырос в аристократической среде, а потому многое из того, что касалось образа жизни знати, знал с самого начала и не нуждался в дополнительном обучении.
Обслуживать гостей за столом, подбирать цветы для украшения стола – в подобных делах он превосходил остальных.
И всё же Фрост не хотел показывать эту прелесть другим аристократам, поэтому старался держать его подальше от чужих взглядов, чтобы тот как можно меньше бросался в глаза. Но, похоже, в итоге ему это не удалось.
Глупец из семьи Эстер, которая в последнее время стремительно набирала влияние, в точности создал ситуацию, которой Фрост опасался.
Впрочем, в глубине души Фрост даже испытывал некоторое удовлетворение от того, как хорошо Сандро себя проявил.
– Этот ребёнок принадлежит семье Медичи. Я купил его за деньги.
– Именно. Он отличается от остальных слуг. Поэтому, к сожалению, я не могу передать его вам.
– Тогда я сам заплачу за него…
И тут раздался оглушительный звон разбитого стекла!
Все присутствующие разом повернули головы в сторону звука.
Это был Джошуа. Да разве мог тот напиться? Немыслимо.
Между бровями Фроста на мгновение залегла складка, но вскоре лицо вновь стало бесстрастным. Заметить это удалось лишь Джошуа. Фрост про себя осыпал его проклятиями.
– Не пора ли нам теперь пройти в гостиную? Нужно поздравить Чезаре Борджиа, сегодняшнего виновника торжества.
По словам Фроста сидевшие за столом поднялись со своих мест.
Официальная часть вечера закончилась, и теперь можно было заниматься чем угодно.
Оставалось лишь свободно проводить время, пока из каждого дома не прибудут экипажи.
Фрост встал. Когда вслед за ним поднялись и гости, ожидавшие в стороне слуги снова вошли в зал и принялись убирать. Среди них был и Сандро. Чтобы убрать цветы, которыми он украшал зал, Сандро собрал их в охапку и прижал к груди.
Джошуа и Чезаре остановили Фроста. Тот некоторое время молча смотрел вслед Сандро, выходившему из банкетного зала, а затем направился наружу. Двое друзей последовали за ним.
Выйдя из банкетного зала, Фрост молча уставился на Джошуа. Тот усмехнулся.
– Ты ведь только что собирался его убить, да?
В ответ на вопрос Джошуа Фрост пожал плечами и сунул в рот сигарету. Джошуа поднёс ему огонь и снова спросил:
– С чего бы мне быть тебе благодарным?
– А что такое? За что? Фро кого-то собирался убить?
Чезаре тут же посмотрел на Фроста с живейшим любопытством. Однако тот не стал ничего пояснять.
– Если бы не я, сегодня пришлось бы снова убирать труп, – с гордостью заявил Джошуа.
Услышав это, Чезаре быстро придвинулся к нему.
– Рассказывай подробнее, мне интересно. Живо!
Джошуа вздохнул. Семья Эстер прославилась благодаря своему бизнесу. Настолько, что даже ходили слухи: если не знаешь их, заниматься предпринимательством невозможно.
И всё же из троих только Джошуа было известно его имя. Впрочем, это не означало, что он обращал на него особое внимание. Просто очередное развлечение.
– Ладно, допустим, есть такой человек. И что дальше?
– Он попросил отдать ему щенка Фро.
Чезаре посмотрел на Джошуа так, словно спрашивал, зачем тот это сделал.
– Это же весело. Было бы слишком жаль убить такого типа сразу. Его нужно растоптать, когда он будет на вершине. Только тогда он поймёт своё место.
Фрост не особенно беспокоился, пока никто не переходил границ. Если не трогать то, что принадлежало ему, он мог даже не взглянуть в сторону, сколько бы войн вокруг ни развязывали. Именно таким человеком и был Фрост.
Но Джошуа был другим. Он не знал милосердия. И единственным мотивом всех его поступков было развлечение.
Чезаре взглянул на него с выражением, словно говоря: «Ну а чего ещё от тебя ожидать», – и с осуждением покачал головой.
Оставив препирающихся друзей позади, Фрост направился в сад.
– Кажется, щенок может заблудиться.
– Только не вздумай в саду раздеваться и устраивать там хрен знает что. Иди внутрь и делай это там.
Услышав слова Джошуа, Фрост вздохнул.
– Я, по-твоему, такой же, как ты?
Джошуа тот, кто взял в лесу того, кто даже омегой не был, и превратил его в омегу.
Оставив друзей, Фрост направился вглубь сада. Пусть стояло лето, но была уже поздняя ночь, и вокруг царила непроглядная тьма.
На второй день после приезда в поместье щенок уже успел однажды заблудиться.
Сад был довольно сложным по своей планировке, и стоило немного не туда свернуть, как можно было потерять дорогу и начать кружить на одном и том же месте. Особенно в темноте.
Издалека доносились ржание лошадей и голоса людей – похоже, где-то собралась группа гостей.
А вдруг кто-нибудь из других альф заметил, как щенок бродит по саду, неся в своих маленьких ручках огромный букет? От одной этой мысли у Фроста скрипнули зубы.
Фрост произнёс это себе под нос. Посмел позариться на то, что принадлежало ему. И при этом даже не знал своего места.
Похоже, эти люди полагали, что навсегда останутся аристократами. Наивные мечты.
Разве они не видели, как рухнул дом Давиде? А ведь дом Давиде даже не относился к новоиспечённой аристократии.
– Как бы мне убить этого придурка?
Фрост снова прикурил сигарету и продолжил идти по саду.
– Куда же запропастился мой щенок?
Выпустив дым в воздух, Фрост продолжал искать Сандро. Тот уже должен был быть где-то поблизости, но его кругленькую головку всё никак не удавалось заметить.
Судя по тому, что нигде не валялись выброшенные цветочные украшения, щенок ещё не добрался до этого места.
Фрост решил подождать, пока сигарета не догорит. И тут послышались лёгкие шаги.
Фрост усмехнулся. Даже на слух было понятно, что это его щенок.
Он чуть отступил в сторону, не сходя с места. Ему было любопытно, когда же его неповоротливый щенок наконец заметит его.
Сандро был настолько невнимателен к чужому присутствию, что даже не обращал внимания на Фроста, когда тот стоял на пороге кабинета и наблюдал за ним. Можно было бесконечно смотреть, как Сандро, бормоча что-то себе под нос, шевелит своим маленьким тельцем, и не замечает, как летит время. Это было и забавно, и увлекательно.
Сандро произнёс это, прижимая к своей маленькой груди целую охапку цветов. Луна скрылась за облаками, поэтому Фрост не мог разглядеть его выражение лица, но, скорее всего, тот снова понурил брови и выглядел расстроенным.
Сандро сказал это унылым голосом и присел на корточки. Если бы луна показалась хоть немного сильнее, Фрост смог бы получше рассмотреть его, но облака закрывали свет, и это было досадно. Он мог лишь смутно различить очертания своего щенка.
Тот принялся выбрасывать цветы с таким видом, будто ему ужасно не хотелось с ними расставаться.
Внезапно он тихонько вскрикнул. Фрост уже собирался шагнуть вперёд, но замер на месте. Потому что щенок начал плакать.
– Рука болит. Что это такое? Хнык, бесит…
Он что, плачет из-за того, что у него болит рука? Фрост собирался ещё немного понаблюдать, но Сандро вдруг резко вскочил на ноги.
– Хнык, да всё мне опротивело!
После этого он резко развернулся и быстро зашагал прочь. Фрост неспешно последовал за щенком, который широко шагал своими маленькими ножками.
Похоже, настроение у того было скверное: он то и дело вытирал лицо рукавом.
Даже когда Фрост подобрался достаточно близко, Сандро совершенно не замечал его присутствия – то ли слишком погрузился в свои эмоции, то ли не слышал из-за шума, доносившегося со всех сторон.
Щенок, шедший уже довольно долго, внезапно остановился. Затем принялся озираться по сторонам. При этом назад он так и не посмотрел.
Немного поразмыслив, щенок осторожно свернул направо и снова пошёл вперёд.
Фрост беззвучно рассмеялся. Если пойти в ту сторону, от дома станет ещё дальше. Интересно, когда же он собирается возвращаться?
Шаги, которые ещё недавно были быстрыми, теперь стали осторожными. И Фрост понял, что щенок, как он и предполагал, снова заблудился.
Дом Медичи славился своими обширными садами, однако место, где Сандро срезал цветы, находилось у самого входа в сад.
Ему достаточно было просто повернуть обратно и пройти той же дорогой, по которой он пришёл. Но разве его щенок мог так поступить?!
Невозмутимо следуя за Сандро, Фрост подумал, что тот, как всегда, не разочаровывает.
Фрост не мог поверить, что у человека может быть настолько отвратительное чувство направления. Хотя, если подумать, он ведь не человек, а щенок. Может, тогда всё объяснимо?
– Ой, что же делать? Кажется, я заблудился…
Сандро резко остановился и пробормотал это себе под нос.
Фросту было ужасно смешно, что щенок только сейчас это понял. Он размышлял, как долго ещё понаблюдать за ним, когда Сандро вдруг плюхнулся на землю и принялся громко плакать.
– Хнык, какой же я дурак. Что мне делать? Ничего не видно, как же мне отсюда выбраться? Почему сегодня всё идёт наперекосяк? Что я такого сделал? Хнык, всех ненавижу. Всё ненавижу. Больше всех ненавижу себя. Даже дорогу найти не могу, ну что это такое? Хнык-хнык. А если никто не знает, что я здесь? Хнык, мне что, придётся провести здесь всю ночь?
Фрост впервые видел человека, который так много разговаривал сам с собой.
Он нарочно поскрёб ногой землю. Зашуршали соприкасающиеся друг с другом травинки. Услышав этот звук, Сандро испуганно вздрогнул.
Фрост едва сдержал смех. На территории дома Магритт был лес, так что, если уж совсем не повезёт, там и вправду можно было встретить дикого зверя.
Но вот в доме Фроста – нет. К тому же здесь был всего лишь внутренний сад. Звери в саду? Фросту стало любопытно, что же творится в этой маленькой головке.
Он снова зашуршал травой. Сандро тут же вскочил и бросился бежать.
И что он собирался делать, если бы споткнулся о длинный подол? Как ни посмотри, горничной форме это маленькое создание совершенно не соответствовало.
Фрост резко схватил Сандро за тонкую талию.
Сандро тут же вцепился в Фроста, повиснув у него на груди. Фрост довольно улыбнулся и крепко обнял маленькое тельце.
– Хозяин, где вы были? У-у-у, я заблудился, хнык. Мне было так страшно…
Фрост легко поднял Сандро на руки.
Сандро поспешно обвил руками шею Фроста, но, словно этого было недостаточно, обхватил его ногами за талию. Затем уткнулся лицом ему в плечо.
– Чего ты из-за такой мелочи плачешь? Потому что ещё малыш?
Фрост похлопывал Сандро по попке, направляясь к поместью.
– Мне было так страшно. Я думал, меня съест какой-нибудь зверь.
– Правда? Поэтому ты и плакал?
Фрост спрашивал так, словно успокаивал маленького ребёнка, и Сандро кивнул. А затем прижался к нему ещё крепче, будто наконец встретил своего спасителя.
– Я боялся, что мне придётся провести здесь всю ночь. Думал, а вдруг никто меня не найдёт, но тут появился хозяин. Как вы узнали, что я здесь?
– Конечно, я узнал. Мой щенок пропал, так что я должен был пойти его искать.
Сандро снова разрыдался и потёрся лицом о плечо Фроста. Наверное, из-за того, что его с детства холили и лелеяли, он был таким пугливым и ласковым. К тому же ужасно любил капризничать.
Фрост продолжал нежно похлопывать его по попке.
Сандро вытер лицо и произнёс это, хотя они успели пройти всего несколько шагов.
– Здесь так много гостей, мне стыдно.
– Чего стыдиться? Ты ведь постоянно у меня на руках. Неужели впервые я тебя так несу?
Вопреки своим словам о том, что хочет слезть, Сандро прижался к Фросту ещё теснее и пробормотал:
– Но сегодня здесь ведь столько других людей.
– И что с того? К тому же все уже ушли.
Сандро поднял голову и встретился с ним взглядом. Когда они подошли ближе к поместью, Фрост наконец смог как следует разглядеть лицо своего щенка.
От того невозмутимого Сандро, каким он держался во время банкета, не осталось и следа. Перед Фростом снова был щеночек, который вовсю капризничал и ластился к хозяину.
– Щенок, тебе не идёт эта форма горничной.
Фрост остановился и оглядел Сандро с головы до ног.
– С завтрашнего дня снова одевайся как раньше.
Сандро задумался, но вскоре кивнул.
– Вот и хорошо. Нашему малышу идут короткие юбочки. И фартучек с оборками. Кстати, сегодня ты даже ободок не надел. А ведь с ободком ты такой красивый.
Огни поместья становились всё ближе. И тут раздался голос:
– Ты так долго не выходил из леса, что я уж решил: нашёл себе занятие поинтереснее. А ты, оказывается, вернулся раньше, чем я ожидал.
От внезапно прозвучавших слов Сандро, прижимавшийся к своему хозяину, весь напрягся.
– Всё хорошо, малыш. Это знакомый человек.
Фрост произнёс это, успокаивающе похлопывая Сандро по спине.
Услышав ответ Чезаре, Фрост вздохнул. Сандро не мог даже поднять головы.
Пусть он и показывал хозяину себя с самых разных сторон, но какая горничная станет вот так разгуливать, повиснув на хозяине и обнимая его?
– Всё в порядке. Мы ведь всё равно идём внутрь.
Фрост сказал это совершенно невозмутимым тоном.
– Не обращай на нас внимания. А? Кстати, щенок, почему ты плакал?
Чезаре посмотрел на Сандро и удивлённо спросил.
Стоило Сандро встретиться с ним взглядом, как он застыл на месте. Он и раньше знал, что Чезаре красив, но вблизи тот был настолько прекрасен, что у Сандро перехватило дыхание.
Неужели хозяину и правда всё равно? Такой привлекательный человек теперь собирается выйти замуж за другого…
Мысли Сандро снова пришли в смятение.
Сандро, всё ещё сидевший на руках у Фроста, тихо произнёс это. Джошуа усмехнулся.
– Ах, ну какой же он милый! Глаза и нос красные, а он говорит, что не плакал. Может, как-нибудь потом поиграешь с моим омегой?
Джошуа подошёл поближе и поинтересовался. Сандро лишь захлопал своими большими глазами. Почему-то слова Джошуа о том, чтобы «поиграть», не казались ему такими уж невинными.
– Малыш, не принимай близко к сердцу то, что они болтают.
– Почему? С моим омегой будет весело играть.
Джошуа произнёс это, сверкнув глазами, полными озорства.
– Хозяин, я хочу слезть. Кажется, гости ещё не все ушли.
– Всё в порядке. Какая разница, если я хочу ходить со своим щенком на руках?
Вокруг всё ещё стоял шум – похоже, некоторые гости пока не разъехались. Однако Фроста это ничуть не волновало.
– Ага. Не обращай на нас внимания, иди. Пока, щенок.
– Хозяин, отпустите меня. Я хочу попрощаться.
– Всё в порядке. Попрощайся вот так.
Фрост схватил Сандро за руку и принялся размахивать ею из стороны в сторону.
Как горничная могла позволить себе помахать рукой на прощание аристократу? За такое не то что в подземелье отправили бы – голову могли бы сию же минуту отрубить, и никто не стал бы её защищать.
– А-а, нет, простите. Всего доброго!
Сандро растерянно забормотал, испугавшись, но Фрост, словно ничего не произошло, продолжил идти к поместью.
Однако они успели пройти совсем немного, когда раздался чей-то голос.
По приказу хозяина Сандро поспешно уткнулся лицом ему в грудь.
Похоже, гостю стало любопытно, что это за горничная на руках у хозяина.
– Господин Эстер! Экипаж прибыл!
Издалека донёсся голос Жерара.
– Похоже, экипаж уже прибыл. Что ж, позвольте откланяться.
Фрост резко оборвал разговор и широкими шагами направился внутрь. Сандро, кажется, немного испугался и всё дрожал.
– Всё хорошо. Это всего лишь ничтожный ублюдок, даже запоминать его незачем. Ну что, мой щенок, пойдём наверх и съедим что-нибудь вкусненькое? Или хочешь принять ванну? Посмотри на хозяина.
Сандро осторожно выглянул из-за груди хозяина.
– Наш малыш опять превратился в грязного щенка. Давай искупаемся, а потом займёмся чем-нибудь интересным. Поиграем вместе, и тогда ты хорошо уснёшь. Завтра можешь спать хоть до позднего утра.
Фрост направился в ванную чуть быстрее обычного, словно ему и не требовалось ответа Сандро.
Едва войдя туда, он опустил Сандро на пол и уселся на бортик ванны.
Сандро провёл рукавом по заплаканному лицу и развязал завязки фартука. Простой фартук с тихим звуком упал на пол.
В ответ на вопрос Фроста Сандро ничего не сказал, а просто подошёл и встал перед хозяином.
– Хочешь, чтобы я тебя раздел?
Фрост задрал длинную юбку и шлёпнул Сандро по внешней стороне бедра.
– А куда делось «хозяин» перед ответом?
И всё же Сандро не отступил, а, наоборот, придвинулся ещё ближе.
– Эта юбка слишком длинная, она мне не нравится. Может, порвать её?
– Ты больше не будешь её носить. Чего жалеть?
– Но ведь вы ещё будете устраивать вечеринки, правда?
Фрост задумчиво погладил бедро, по которому только что шлёпнул.
– Тогда наденешь другую одежду.
– Но ведь это одежда, которую вы подарили мне на первую вечеринку…
– Малыш, тебе понравилось торжество?
На этот вопрос Сандро не смог ответить сразу. На самом деле ему совсем не понравилось.
Сандро покачал головой. В его больших глазах тут же выступили слёзы.
Тихо произнеся это, Сандро протянул хозяину ладонь.
– Ну и что это такое? Какая красивая ладошка! Что же случилось с ручкой моего щенка?
Вместо того чтобы помочь ему раздеться, Фрост притянул Сандро к себе и поставил между своих ног.
Затем обхватил крепкими руками его гибкую талию, взял мягкую ладошку и поцеловал её. Сандро слегка вздрогнул от щекотки.
– Щенок, что случилось с твоей рукой?
– Когда я мыл серебряную посуду…
Сандро захлопал большими глазами. Фрост похлопал его по попке, словно предлагая продолжить.
– Я трогал розы и укололся шипом.
Сандро уже собирался отозваться, что его собственная, но вдруг понял, что хозяин ждёт совсем другого ответа, и осторожно взглянул на него, пытаясь угадать, чего тот хочет.
Фрост задрал юбку и на этот раз шлёпнул его по попке. В отличие от обычного, сегодня на Сандро было целое нижнее бельё, и слой ткани хоть немного смягчил удар. Хотя, учитывая, насколько тяжёлой была рука Фроста, толку от этого было немного.
– Отвечай ещё раз. Чья это ладошка?
– Вот именно. А ты меня спрашивал, можно ли тебе её поранить?
Сандро крепко сжал губы. Какая же несправедливость! Да с какой стати вообще? Тогда не нужно было заставлять его работать! Ему и без того было обидно, а хозяин ещё и придирался к нему, и от этого обида становилась только сильнее.
– Не спрашивал. Но ведь я должен работать…
– Стоило поручить тебе обычную работу, которую выполняют все остальные, как ты тут же явился с травмированными руками. И как ты теперь будешь убирать кабинет со следующего дня?
Сандро стало очень горько на душе. Он и сам знал, что его пальцы недостаточно ловкие и что он справляется с работой хуже остальных слуг.
Но стоило услышать от хозяина такие прямые слова, как ему показалось, что и здесь он оказался бесполезным. И снова чувства нахлынули на него, грозя прорваться наружу слезами.
– Опять не отвечаешь? Всё забыл? Сегодня я был занят и утром не выпорол тебя, вот ты, похоже, и забыл. Может, выпороть тебя сейчас?
– Нет. Я отвечу, хозяин. Я виноват.
– Вот и хорошо. Тогда ответь, что ты будешь делать начиная с завтрашнего дня.
– Если намазать мазью и поспать, к утру всё пройдёт.
Произнося это, Сандро спрятал руки за спиной. Но Фрост покачал головой и протянул ладонь. Когда Сандро тоже покачал головой, Фрост бросил на него строгий взгляд.
Тот медленно вернул руку вперёд и положил её на большую ладонь хозяина.
– У тебя тут волдыри. Разве такие раны могут зажить за одну ночь?
Сандро опустил голову. Слёзы снова закапали одна за другой.
– Простите, хозяин. Я ведь тоже хочу хорошо справляться, но… хнык… я ни на что не гожусь…
– С чего это наш малыш ни на что не годится?
Фрост притянул Сандро к себе и усадил на одно своё бедро.
– Мой щенок сегодня столько плачет.
Вообще-то Сандро не был настолько плаксивым. Даже в детстве он родился в обеспеченной семье и жил так, как ему хотелось, поэтому поводов для слёз у него почти не было.
Но когда умерла мама, он впервые выплакал столько слёз. Ведь мысль о том, что больше никогда не увидишь любимого человека из своей семьи, разрывает сердце.
После этого он жил довольно бесстрастно. Он не слишком горевал из-за того, что у него не проявился вторичный пол, а к новой семье не испытывал особых чувств.
Сандро считал, что такова жизнь аристократов. Они готовы покупать даже титулы и положение ради того, чтобы получить более совершенного носителя вторичного пола. На этом фоне разве было так уж плохо, что семья не отвергла его, бету? Он всю жизнь рассуждал именно так.
Но когда его дом пал, родные погибли, а с любимыми слугами пришлось расстаться навсегда, он больше не смог сдерживаться. Он плакал почти каждый день.
И вот тогда он оказался здесь.
Теперь ему, наверное, больше не грозила потеря близких, но душевное равновесие, нарушенное в те дни, до сих пор оставалось непрочным.
К тому же, если честно, хозяин его пугал. В нём смешивалась доброта, но всё равно от побоев было больно, а когда его ругали, ему становилось обидно до слёз.
А то, что слёзы текли по его лицу, как у маленького ребёнка, во многом объяснялось тем, что после этого хозяин обычно становился ласковым.
– С твоего красивого личика никак не сойдут слёзы.
Фрост произнёс это, вытирая Сандро влагу, скопившуюся в уголках глаз. Словно эти слова послужили сигналом, Сандро тут же зарылся в объятия Фроста. В такие моменты он был самым настоящим щенком.
– Раз тебе больше нечем заниматься, кроме уборки, будешь развлекать хозяина.
– А что именно? Я хочу! Я хорошо справлюсь.
Фрост указал на пространство между своими бёдрами. Сандро всё ещё сидел у того на бедре и растерянно смотрел в лицо хозяина.
– Ты ведь сказал, что хорошо справишься. Да?
Фрост поцеловал его в уголок глаза, где ещё блестели слёзы. Обхватив маленькое лицо большой ладонью, он по очереди поцеловал Сандро в щёку, в уголок глаза и в родинку под правым глазом. Затем похлопал его по попке.
Сандро сполз с бедра и медленно опустился на колени между ног своего хозяина.
Фрост погладил маленькую головку и легонько похлопал Сандро по щеке.
– У тебя руки болят, так что доставать его будет хозяин.
Сандро примерно догадывался, что означает эта поза. Раньше он бы от неожиданности наверняка вздрогнул всем телом, но с тех пор, как простудился и стал спать вместе с хозяином в его спальне, у него уже был опыт петтинга и дрочки – пусть до проникновения дело и не доходило.
К тому же на второй день, когда он заблудился в поместье, его подвергли риммингу в целях осмотра. Поэтому он без труда мог предположить, что подразумевается под этой позой.
Фрост расстегнул ремень и брюки. Сандро протянул руку.
Сандро протянул маленькие руки и ухватился за нижнее бельё Фроста. Затем слегка потянул его вниз.
С глухим шлепком наружу показался напряжённый член. В спальне хозяин засыпал совершенно голым, и, поскольку они спали, прижавшись друг к другу, по утрам член хозяина нередко упирался Сандро в межъягодичную складку.
И всё же к его размерам было невозможно привыкнуть. Сандро уставился на напряжённый член и замешкался, не зная, что делать дальше.
– Если не можешь пользоваться руками, воспользуйся ртом. Верно?
Услышав слова Фроста, Сандро кивнул, словно загипнотизированный. Тот с нажимом прижал большим пальцем его нижнюю губу. Маленькие губы медленно разомкнулись.
– Шире открой рот. Высунь язык.
Когда Сандро высунул красный язык, Фрост положил на него толстую головку члена.
Сандро поднял глаза, пытаясь понять реакцию хозяина, а затем провёл языком по головке.
– Вот так. Пососи, словно леденец.
Фрост придержал ствол члена, и Сандро принялся раз за разом облизывать головку. С каждым движением языка раздавался влажный звук: слюна смачивала кончик члена.
Звуки, издаваемые ртом Сандро, заполнили ванную комнату. Атмосфера становилась всё более непристойной.
– Постепенно опускай язык ниже, облизывай и ствол. Вот так.
Фрост принялся обучать своего неумелого, совсем неопытного щенка. Обычную работу по дому Сандро поручать уже не имело смысла. В таком случае оставалось заняться тем, чему Фрост и собирался научить его с самого начала.
Чтобы щеночек смог выдержать предстоящий гон, тренироваться следовало уже сейчас.
– Хорошо получается. Теперь попробуй понемногу брать его в рот. Постепенно. Не торопись.
С каких это пор Фрост стал таким заботливым хозяином? Он принялся ласкать Сандро за ушком, поглаживать его по головке, уговаривая и успокаивая.
Сандро открыл рот и начал понемногу вводить внутрь толстый член. Но на деле тот оказался ещё более похожим на оружие, чем казался на глаз. Сандро взял лишь самый кончик, а его маленький рот уже был полностью заполнен, щёки заметно выпирали.
Фрост посмотрел на щенка, который не мог справиться даже с половиной, с откровенно насмешливым выражением. С такими темпами ему придётся держать член во рту целый день.
– Сандро, давай попробуем поглубже.
Фрост погладил того по затылку, а затем с силой надавил. В больших глазах снова выступила влага. Это была естественная физиологическая реакция. У Сандро и без того, должно быть, заложило нос от слёз, а теперь ему ещё и перекрыли возможность дышать.
Как и следовало ожидать, он принялся отталкивать маленькими передними лапками твёрдое бедро. Проблема заключалась лишь в том, что силы в этих толчках не было совершенно, так что никакого эффекта они не давали.
Сам перекрыл все отверстия, через которые можно дышать, а потом ещё и такое говорит. Вот поэтому он и садист. Сандро, всхлипывая и шмыгая носом, изо всех сил пытался вдохнуть.
– Вот так. Прячь зубы и открывай горло пошире.
– Умница. Полностью вынь, а потом снова поглубже засунь. Вот так. Хорошо.
Ну как можно быть настолько неумелым? Фрост уже всерьёз задумался, что же вообще этот щенок в силах делать хорошо.
Юный возраст? Или красивое личико? Фигурка, которая ему так нравилась? Привычка капризничать и выпрашивать ласку? Если не считать всего этого, то что он вообще умел?
Стоило поручить ему подмести пол – он поднимал пыль; попросить протереть пол тряпкой – оставлял после себя лужи; отправить почистить камин – и уже невозможно было понять, то ли он убирает золу, то ли просто играет с ней. И всё же за ним было забавно наблюдать.
Он казался простодушным, но при этом всегда высказывал то, что хотел сказать, и не скрывал своих чувств, выражая их совершенно искренне. Это тоже нравилось.
Впрочем, было бы странно, если бы кто-то с первого раза умел хорошо сосать член. Фрост повидал немало служанок, которые сами раздвигали ноги и раскрывали горло, но этот щенок был куда милее всех них.
– Ну, главное, чтобы был милым.
Стоило Фросту пробормотать это себе под нос, как щенок, каким-то чудом расслышавший его слова, поднял на хозяина покрасневшие глаза. Да, главное, чтобы был милым.
– Мой милый щеночек, давай ещё немножко постараемся?
Фрост нежно погладил густые чёрные волосы Сандро. Ему ужасно хотелось намотать пряди на руку и заставить того двигаться взад-вперёд как попало, но он сдерживался изо всех сил, боясь напугать маленького щенка.
Сейчас Сандро скорее просто смачивал член слюной, чем действительно делал минет. И всё же он старательно пытался раскрыть маленькое горлышко и изо всех сил пытался справиться.
– Нежнее. Вот так. Горло нужно раскрыть пошире. Зубы прячь.
Фрост взял Сандро за волосы и, медленно двигая его голову, вытянул длинную ногу. Затем ступнёй принялся с ощутимым нажимом придавливать переднюю часть одежды Сандро. Стоявший на коленях Сандро вздрогнул от неожиданности и дёрнул бёдрами.
– Отпущу, когда кончу. Так что постарайся как следует, малыш.
Сандро посмотрел на Фроста полным обиды взглядом. Но стоило ему взглянуть так, как это лишь разжигало в хозяине дурные желания. Когда же этот щенок наконец научится понимать такие вещи?
– И как ты сегодня вообще закончишь? Собираешься держать его во рту всю ночь?
Голос звучал ласково, улыбка была нежной. Но рука вела себя совсем иначе. Как и нога. Сандро протянул руку к ступне, придавливавшей его пах.
В тот миг прикосновения стали настолько грубыми, что Сандро едва не вырвало. Головка, раз за разом упиравшаяся ему в горло, заставила слёзы ручьями потечь из уголков глаз.
– Малыш, давай поскорее соси. Когда закончишь с моим, я тоже займусь твоим.
– В прошлый раз тебе ведь понравилось, когда тебя придавили ногой под столом? Вспомни об этом.
Фрост ласково прошептал, предлагая ему припомнить тот случай.
– Тогда ты кончил, потираясь о ногу хозяина.
В тот же миг член Сандро резко встал. Та необычная атмосфера, царившая в тот день, движения хозяйской ноги, ладонь, которой он зажимал себе рот, чтобы не застонать, смех и оживлённые голоса людей вокруг, то мучительно долгое мгновение, когда его тело дрожало от возбуждения, а он изо всех сил старался не выдать себя… Всё это будоражило Сандро.
Когда Фрост сильнее надавил на него ногой, Сандро всем телом затрясся. В тот же миг Фрост вынул член из его маленького рта и принялся энергично водить по нему большой рукой. Затем схватил Сандро за затылок и удержал его лицо неподвижно.
Стоило послушному щенку опустить веки, как Фрост кончил ему прямо на лицо. Белёсая сперма медленно потекла по маленькому личику. Оно было настолько красивым, что Фросту захотелось навсегда запечатлеть эту картину в памяти.
Похоже, стекающая по лицу сперма мешала ему говорить. Сандро крепко зажмурился и принялся жалобно хныкать.
– Хозяин, вытрите, пожалуйста… У-у…
Фрост довольно улыбнулся и неторопливо привёл в порядок одежду. Затем открыл кран.
– В глаза попадёт, так что держи их крепко закрытыми.
Фрост принялся осторожно поливать тёплой водой стоявшего перед ним на коленях Сандро. Затем большой рукой принялся вытирать его маленькое лицо, тщательно проходясь по каждому участку. Скользкая жидкость стекала вниз.
– Крепко закрой рот. Всё же внутрь попадёт. Хочешь попробовать на вкус? Тогда в следующий раз кончу тебе в рот.
Услышав это, Сандро тут же плотно сжал маленькие губы. Обращаясь с ним словно с крошечным милым зверьком, Фрост тщательно вытер его со всех сторон.
Из-за стекавшей по ней спермы и пролитой воды форма горничной была в ужасном состоянии. Когда Сандро поднял руки, платье горничной легко соскользнуло с него. Фрост швырнул его куда подальше, затем поднял Сандро на ноги и снял с него оставшееся нижнее бельё. Упругая попка выглядела такой аппетитной.
– Сегодня мой малыш, наверное, устал, так что хозяин сам его вымоет.
Вроде бы господин и в другие разы его мыл. Сандро озадаченно склонил голову набок. Фрост усадил его не в саму ванну, а на её бортик.
– Щеночек, давай для начала приведём в порядок вот это место.
Фрост легонько ткнул пальцем в волосы на лобке Сандро. Глаза того округлились. На его удивлённое лицо стоило посмотреть.
– Я же сказал, что сегодня хорошенько тебя вымою.
Сандро не знал, что делать, и беспокойно дёрнул ягодицами.
– Давай поскорее помоемся, съедим что-нибудь вкусное и ляжем спать. Малыш, поставь сюда ножку.
Фрост взял бритву и спокойно посмотрел на Сандро сверху вниз. Тот насупился, готовый вот-вот расплакаться.
– Значит, ты не доверяешь хозяину? Боишься, что я тебя пораню?
– Может, тебя связать, чтобы ты не двигался?
Сандро и без того понимал: если уж он станет отказываться, говоря, что не может этого сделать, то в итоге проиграет только он сам. Хозяин всё равно добьётся своего.
Сандро с недовольным видом поставил одну ногу на бортик ванны. Он-то удивлялся, почему хозяин усадил его не на боковой бортик, а ближе к стене, но, оказывается, всё было предусмотрено заранее.
Если поднять обе ноги и раздвинуть их, всё самое сокровенное окажется на виду. Конечно, Сандро уже показывал хозяину себя во всех возможных видах, но каждый раз в подобных ситуациях от смущения он всё равно заливался румянцем. Сандро с усилием поднял ногу и настороженно посмотрел на хозяина, пытаясь угадать его намерения.
Он слегка раздвинул ноги и посмотрел на Фроста. Его большие, круглые и доверчивые глаза были такими милыми, что тому захотелось заставить его разрыдаться в голос.
Но тут он вспомнил, что сегодня этот щенок и без того много плакал, и на мгновение задумался, как поступить.
– Раздвинь пошире. Широко. Ты что, не знаешь, что значит «широко»?
Брови Сандро жалобно опустились. Какой же милый. Фрост намылил руки до пены и придвинулся поближе.
У Сандро ещё даже не выступили слёзы, а он уже нарочно шмыгал носом. Впрочем, этим он лишь сильнее разжигал садистские наклонности хозяина.
– Если будешь двигаться, поранишься. Нужно сидеть смирно. Хорошо?
На лице Сандро появилось выражение, словно ему было что сказать.
– Но зачем мне вообще это делать?
Для щенка он, как и следовало ожидать, совершенно не стеснялся высказывать всё, что вертелось на языке. Фрост задумался, не сказать ли ему прямо, что всё это делается ради собственного удовольствия.
И что тогда? Перепугается? Заплачет? Хотя, когда он плачет, то выглядит очень мило.
В голове промелькнула уйма мыслей. Наконец Фрост совершенно невозмутимо ответил:
– Ты ведь принадлежишь мне. Разве я не могу делать с тобой что захочу?
В итоге растерялся именно Сандро. Застигнутый врасплох, он лишь беззвучно шевелил губами.
– Вот именно, мой. Давай сделаем моего щеночка красивым, а сегодня будем спать вместе. Я уложу тебя у себя на груди.
Сандро ничего не оставалось, кроме как медленно раздвинуть ноги. На его лице по-прежнему читалось явное недовольство: он всё ещё не понимал, зачем ему это нужно. Но послушный щенок больше не сопротивлялся и не возражал.
Сандро крепко зажмурился, почувствовав, как пена трётся о волосы у него на лобке.
– Нет, малыш. Нужно открыть глаза и хорошенько смотреть.
Фрост продолжал растирать пену и задавал вопросы. От напряжения Сандро сам не заметил, как начал понемногу сводить ноги.
– Нельзя сводить ноги. Поранишься, и член порежешь.
– Раздвинь бёдра руками. И глаза открой.
Сандро послушно приоткрыл глаза, которые до этого крепко зажмуривал, и собственными руками раздвинул внутреннюю поверхность бёдер.
Фрост ласково погладил его по внутренней стороне бедра и взял в руку бритву.
Лезвие заскользило по коже короткими движениями. Он начал сбривать волосы внизу живота. По спине Сандро пробежали мурашки от головы до самого копчика.
– Ну-ну, я же сказал, что нельзя двигаться. Ты что, двигаешься потому, что тебе это не нужно?
Похоже, Сандро снова сам того не заметил, как зажмурился и начал всё сильнее сводить ноги. Судя по всему, он ещё и нахмурился.
Хозяин легонько щёлкнул его по члену и строгим голосом заговорил, отчего Сандро тут же снова приготовился расплакаться.
– Я-я не поэтому. Но, хозяин, я хочу прекратить. Мне страшно.
– Чего ты боишься? Что я возьму и отрежу тебе член?
– Ха… н-нет, не в этом дело. Просто…
– Мой малыш опять не слушается. Может, тебя немного наказать, а потом ты будешь делать это, плача?
Сандро отчаянно замотал головой.
– Я буду хорошо себя вести, хозяин.
Бритва по-прежнему ужасала Сандро, но он понял, что ничего не поделаешь.
Сандро с опущенными бровями позвал своего господина. Красные глаза Фроста пристально смотрели в чёрные глаза Сандро.
– Поцелуйте меня. Тогда, думаю, у меня получится.
– Ты, я погляжу, совсем обнаглел и решил вертеть хозяином как вздумается?
Попросить его первым поцеловать себя! Вот ведь дерзкая горничная.
Сандро умоляюще уставился на него такими жалкими глазами. Ну кто перед подобным устоит? Фрост чмокнул его в губы и некоторое время молча смотрел на него.
– Теперь сможешь вести себя хорошо?
Сандро кивнул. И всё же, похоже, он продолжал нервничать: брови оставались нахмуренными. Но, несмотря на страх, он старался сдержать обещание – кончики пальцев, которыми он сжимал бёдра, побелели от напряжения. Жалкий и в то же время очаровательный.
Фрост легонько коснулся его щеки, а затем снова опустил руку и принялся короткими движениями сбривать волосы внизу живота, там, где тот переходил в основание члена.
Сандро вздрагивал от каждого движения, но стойко терпел.
– Убери правую руку и опусти её вниз. А член потяни прямо вверх. Иначе я не смогу побрить мошонку.
Сандро нахмурил брови, глядя на свою обнажённую нижнюю часть живота, от которой до самого основания члена уже сбрили все волосы. Затем он послушно ухватился за кончик и потянул его вверх, как велел хозяин.
– И так, по-твоему, я увижу мошонку? Нужно открыть её получше.
Сандро потянул член ещё немного выше. Фрост усмехнулся и слегка откинул его корпус назад. Теперь нижняя часть тела открылась ещё сильнее.
– Держи крепко. Если отпустишь, случится беда.
Всем своим видом Сандро показывал, как сильно ему не хочется этого делать, но при этом послушно выполнял приказы. Даже с недовольным лицом и обиженно выпяченной нижней губой он крепко держал себя за кончик члена.
– Где? – спросил Фрост, поглаживая один из милых круглых яичек.
– Надо же сказать, тогда я почешу.
Фрост придерживал яичко и сбривал волосы, нарочно то и дело слегка задевая промежность. Сандро тут же остро реагировал на каждое прикосновение. Вот поэтому Фрост и не мог с ним расстаться.
Стоило прикоснуться к нему – и он так красиво поддавался, словно его можно было вылепить по своему желанию. Как тут остановиться?
Когда Фрост с силой прижал пальцем дырочку, ягодицы Сандро вздрогнули.
Голос становился всё тише. Одновременно всё тело Сандро заливалось персиковым румянцем.
Фросту захотелось впиться зубами в эти персиковые ягодицы. Член под брюками снова начал теснить ткань.
Фрост снова намылил руки и, густо нанося пену на оставшееся яичко, задал вопрос. Возможно, от стыда лицо Сандро так красиво раскраснелось. Он принялся покусывать губы, которые были ещё краснее его щёк.
Теперь его голос был почти не слышен. И всё же от смущения Сандро покраснел с головы до ног.
– За членом следи, чтобы не опустить.
Заметив, что тот незаметно опустился, Фрост большим пальцем медленно потёр уже полностью освобождённое от волос яичко.
Сандро тут же снова сосредоточился и схватился за головку члена. Фрост тем временем продолжал поглаживать большим пальцем гладкую мошонку.
Похоже, член Сандро начинал вставать, и тот жалобно захныкал. Фрост сделал вид, будто не слышит его, и принялся сбривать волосы с оставшегося яичка.
Каждый раз, когда Фрост останавливал руку, Сандро начинал ёрзать ягодицами.
– Малыш, чем это ты тут занимаешься?
– Опять во всём хозяина обвиняешь?
Сандро посмотрел на свой вставший член и чуть не заплакал. Фрост считал это выражение лица безумно милым, но ничем не выдал своих чувств.
Фрост без труда поднял Сандро на руки и вынес из ванны. Затем принялся мыть его тело. Из-за того, что волосы были полностью сбриты, кожа Сандро стала чрезвычайно чувствительной, и даже вода, стекавшая по телу, ощущалась как сильнейшее раздражение.
– Ну почему ты такой капризный? Иди сюда, ложись на живот.
– Что? Я… я не хочу наказания. Я буду хорошо себя вести. Не бейте меня.
Сандро прикрыл ягодицы руками и замотал головой. По плану его должны были каждое утро пороть в кабинете, но сначала он избежал наказания из-за похода в церковь, потом – из-за болезни, а затем – из-за вечеринки. Так и получилось, что наказание перестало быть ежедневным.
Поэтому, когда хозяин вдруг велел ему лечь на живот, Сандро уже был готов расплакаться.
– Малыш, ну чего ты так испугался? Я тебя не буду бить. Просто хочу закончить с бритьём.
Фрост большим пальцем провёл по родинке под правым глазом Сандро.
Услышав ласковый голос, Сандро осторожно взглянул на хозяина. Затем потихоньку придвинулся к нему и посмотрел на свои бёдра.
Сандро имел в виду, что его тело мокрое и он, наверное, испачкает хозяйские брюки, но Фросту почему-то эти слова показались непристойными. Хотя он уже кончил Сандро на лицо, его член снова стоял прямо.
В то же время Фрост подумал, что нужно поскорее приучить эту дырочку. Неважно, верхнюю или нижнюю.
– И что с того? Мой щеночек уже и так надул на одежду хозяина. Какая разница из-за какой-то воды?
Похоже, Фрост собирался дразнить его до конца жизни. Сандро посмотрел на хозяина полным обиды взглядом, а затем медленно лёг животом на его бёдра.
– Ай! Вы же сказали, что не будете бить!
– Глаза нужно держать красиво открытыми. Это ещё что за взгляд?!
Фрост звонко шлёпнул по упругим ягодицам и постучал пальцами по внутренней стороне бёдер.
– Раздвинь ноги как можно шире и положи их мне на колени.
Сандро послушно выполнил приказ: широко раздвинул ноги и положил их на колени Фроста.
Фрост произнёс это, разминая ягодицы Сандро.
От стыда у Сандро покраснела задняя часть шеи. Нет, покраснело, кажется, всё тело. Фрост довольно улыбнулся и принялся наносить пену на промежность.
Когда он покрыл пеной всю промежность и медленно переместил руку к дырочке, стало видно, как она сжимается и разжимается. Маленькая, узкая дырочка с розоватым оттенком казалась напряжённой до предела.
– Я тебя не пораню. Ты ведь доверяешь хозяину?
Сандро кивнул, но при этом крепко вцепился в брюки Фроста.
Тому хотелось ещё немного полюбоваться на него, но он решил не мучить щенка и поспешил закончить. В ванной раздался шорох лезвия, срезавшего волоски.
Фрост чувствовал, как дрожит внутренняя сторона бёдер Сандро. Жалкий, трогательный и такой милый.
Он принялся смывать водой пену с промежности и ягодиц.
– Я же не смогу тебя вымыть, если ты не будешь лежать смирно.
В какой-то момент вода стала настойчиво омывать именно дырочку и промежность Сандро.
А он и без того оказался в крайне неловком положении, поскольку уже был возбуждён.
Будь вода холодной, возбуждение хотя бы немного утихло бы, но тут и температура была приятно тёплой, и прикосновения ощущались слишком остро!
Вместо того чтобы прикрывать ягодицы, Сандро мог лишь тереться членом о бедро хозяина. Сам того не замечая, он принялся покачивать нижней частью тела.
Фрост молча наблюдал за тем, что вытворял его щенок. Тот вовсю двигал бёдрами, используя собственного господина в качестве средства для самоудовлетворения.
Фрост задумался, что же ему делать с этим очаровательным щенком, но в итоге решил просто позволить ему продолжать.
Вместо этого он взял и ввёл два пальца в дырочку.
Испуганный Сандро резко замахал руками в воздухе, но Фрост не обратил на это внимания. Он принялся настойчиво двигать пальцами, точно нащупав место, прикосновения к которому отзывались в Сандро особенно остро.
– А-мх! А! А-а, хозяин, хозяин!
Тот вцепился в ногу Фроста и принялся отчаянно раскачивать бёдрами. Он тёрся затвердевшим членом о крепкое бедро и стонал.
– Хозяин, я сейчас… Нельзя… А-а!
Фрост принялся звонко шлёпать по его белым ягодицам. Сандро заметался, не зная, куда деться. Он всё ещё кончал, а хозяин в такт происходящему хлестал его крепкой ладонью по заднице. По спине пробегал холодок, а голова словно вот-вот готова была взорваться.
По всем правилам ему должно было быть только больно, но вместо этого сильнейшее удовольствие разливалось от кончиков пальцев ног до самой макушки.
В конце концов Сандро продолжал получать шлепки, пока не кончил, и едва всё закончилось, как бросился в объятия хозяина.
– Уа-а… Моё тело… с моим телом что-то не так, хозяин.
Глядя на своего щенка, который использовал его как средство для самоудовлетворения, а теперь из-за оргазма забрался к нему на руки и плакал, Фрост мог лишь рассмеяться. Ну и что же это за жалкое, до невозможности милое создание?