Романтика в изгнании Глава 65: Подарок (Часть 1)
В шесть часов тридцать минут утра в северной части района Синьцзяо произошло временное отключение электроэнергии. В жилом комплексе, где проживал Цяо Шубай, запустились аварийные генераторы.
Из-за перехода от весны к лету температура воздуха повысилась, спрос на электричество вырос, и одновременный запуск десятков генераторов создал оглушительный шум. Жильцы плотно закрыли двери и окна, но даже это не спасало от невыносимого гула.
К тому же сквозь щели в окнах просачивался едкий запах неполного сгорания топлива, от которого перехватывало дыхание - впрочем, ничто из этого не помешало Андрею созвать экстренное и крайне серьёзное семейное собрание.
А началось всё с того, что утром Чжань Шэньчжи, уходя из дома, прихватил с собой хлеб и соевое молоко, которые Андрей ещё со вечера достал из холодильника и оставил на столе размораживаться, чтобы съесть на завтрак.
Умывшись и спустившись вниз, он как раз успел заметить спину уходящего Чжань Шэньчжи с пакетом в руке.
- Он выше, чем Рабочий-телохранитель, - понизив голос, со страхом описывал он ситуацию Цяо Шубаю и Цзинь-цзинь. - Наверное, это какой-то здоровенный Рабочий-вор! Нам больше нельзя здесь оставаться!
- Да не паникуй ты так, это, скорее всего, был глава района Чжань, - зевая, не задумываясь выдала правду Цзинь-цзинь, поскольку Цяо Шубай не успел её предупредить. - Он вчера приходил к нам. Бай-бай даже просил меня приготовить для него одежду. И правда, размерчик ещё тот, ну очень уж он высокий. Ну вот, дело раскрыто! - торжественно объявила она, поднялась и пошла досыпать.
Андрей резко повернулся и свирепо уставился на Цяо Шубая:
Загнанному в угол Цяо Шубаю ничего не оставалось, как написать Чжань Шэньчжи: [Ты случайно не брал у нас из дома хлеб и соевое молоко?]
[Я подумал, это завтрак для меня], - без тени смущения ответил тот. - [Я взял чужое? Извини.]
Цяо Шубай сунул телефон под нос Андрею:
Разумеется, Андрей не удовлетворился столь поверхностными извинениями. Он устроил грандиозный скандал, требуя, чтобы впредь все, кто приводит кого-либо домой, отчитывались об этом в общем чате, и категорически запретил без спроса трогать любую еду в местах общего пользования.
Цяо Шубаю пришлось пойти на уступки и пообещать съездить в новую кондитерскую в Верхнем округе, чтобы купить ему яичные рулетики.
- Но скажи мне, почему глава района Чжань вообще пошёл домой с таким сталкером, как ты? - спросил Андрей, отправляя адрес кондитерской.
- Кто тут сталкер?! - возмутился Цяо Шубай такому определению.
- Тот, кто тратит кучу денег на фотки... - пробурчал Андрей. - Если это не сталкер, то кто же?
Цяо Шубай только открыл рот, чтобы возразить, как раздался совершенно неожиданный звонок от мэра Чжаня.
В последнее время мэр почти всё время проводил за пределами Е Цы, координируя работу техников и Рабочих по ремонту внешних систем, и в городе бывал редко, поэтому и с Цяо Шубаем они общались нечасто.
Даже если у мэра были какие-то поручения, он обычно оставлял длинные голосовые сообщения, пока Цяо Шубай спал, подробно объясняя суть дела и предоставляя ему свободу действий. Прямых разговоров, подобных этому, между ними не было уже очень давно.
- Я вернулся, Шубай, - голос мэра звучал устало. - Планирую пару дней отдохнуть. У тебя найдётся время приехать в военную зону?
С тех пор как Цяо Шубай побывал за пределами Е Цы и начал помогать мэрии наводить порядок в районе Синьцзяо, их общение утратило прежнюю натянутость, свойственную временам, когда он работал на Хэ Чу.
Мэр перестал вести себя как капризный диктатор в период менопаузы, стал более понимающим и вежливым, и их отношения всё больше походили на обычное партнёрство.
Как раз днём Цяо Шубай был свободен, поэтому он согласился, быстро уладил несколько мелких дел и отправился в закрытую военную зону.
Включив утренние новости Е Цы, он услышал, что в районе острова Маши готовится масштабная проверка безопасности. Размышляя о подозреваемом во вчерашнем нападении, он внезапно получил сообщение.
Номер был незнакомым: [Спасибо за подарок на день рождения, но что именно ты мне подарил: вот эту сумку или эту хрустальную статуэтку балерины?]
К сообщению прилагались две фотографии: розовая сумочка и статуэтка из синтетического хрусталя в виде балерины, на деревянной подставке которой было выгравировано «Для Дэйл».
Следом пришло ещё одно сообщение: [Мой папа перепутал твои подарки с подарком главы района Чжаня и сказал, что это от вас двоих.]
Цяо Шубай опешил, вспомнив дочь бизнесмена с благотворительного аукциона. Оказывается, Чжань Шэньчжи и правда послал от его имени подарок, а Дэйл - это, судя по всему, её имя.
Он ответил: [Это Дэйл? А что тебе больше нравится?]
[Да, это я. Я попросила у папы твой номер через школьный совет. Мне больше нравится статуэтка.]
Тогда Цяо Шубай без зазрения совести написал: [Статуэтку подарил я. Согласись, у меня вкус получше, чем у него?]
Спустя некоторое время девочка написала: [Ты что, злишься, потому что не поужинал с главой района Чжанем?] - затем после долгого набора текста пришло длинное сообщение: [Не расстраивайся. Я тоже думала, что глава Чжань такой классный, он был моим кумиром. Но моя кузина права - он просто непробиваемая каменная стена! Мой папа потом тайно встречался с ним, предлагал отличные условия: спонсировать его на первых выборах мэра, но он ни в какую. Заявил, что это совершенно разные вещи. Точно стена!]
Цяо Шубай только-только начал улыбаться, как позвонил Чжань Шэньчжи. Он сообщил, что вчерашнее нападение за ужином спланировал Хэ Чу, и велел Цяо Шубаю не переживать - он сам со всем разберётся.
Завершив звонок, трудоголик Чжань Шэньчжи вдруг прислал сообщение: [Чему ты так улыбался, когда разговаривал по телефону?]
Цяо Шубай ответил выборочно: [Дэйл написала. Поблагодарила за подарки, сказала, что ей очень понравилось.] - и, не удержавшись, начал нахваливать Чжань Шэньчжи: [Чжань-гэ, спасибо, что помог мне.]
[Я поручил Вэнь Юэ выбрать два хороших подарка], - набрал Чжань Шэньчжи. - [Нельзя же было просто сходить с ней на ужин.]
Цяо Шубай вдруг почувствовал, как сердце тает от нежности. Они не виделись всего несколько часов, а он уже снова скучал по Чжань Шэньчжи.
Он напечатал: [Чжань-гэ, я уже внёс твои данные в систему, теперь ты можешь свободно проходить на территорию комплекса.] - подумав немного, он добавил предупреждение: [Но будь осторожен, ни в коем случае не трогай вещи Андрея. Он сегодня очень нервный.]
Чжань Шэньчжи, вероятно, был сильно занят, поэтому ответил коротко: [:-)]
Цяо Шубай в недоумении посмотрел на смайлик, но, подняв голову, увидел, что уже подъехал к сетчатому забору военной зоны под хмурым небом.
Его биометрические данные уже были занесены в базу закрытой зоны, поэтому он проехал без проблем.
Направляясь внутрь, он заметил, что машин на территории стало значительно меньше. Казалось, большая часть военных и Рабочих просто испарилась - то ли уехали на учения, то ли отправились за пределы города.
Цяо Шубай по обыкновению припарковался и вошёл в здание. Внутри тоже было непривычно пусто: лишь изредка мимо пробегали люди с ноутбуками.
Он постучал и вошёл в кабинет мэра Чжаня. Мэр, заснувший, откинувшись в кресле, вздрогнул и проснулся.
Небритый уже несколько дней, со взлохмаченными волосами, он утратил свой прежний безупречный вид и лишь кивнул Цяо Шубаю.
Удивлённый его неопрятностью, тот сел напротив и мимоходом поинтересовался:
- Хватает. - мэр пожал плечами и, как бы между делом, спросил:
- Шубай, как у вас дела с Шэньчжи?
- ... - Цяо Шубай не ожидал от мэра такой прямолинейности. Сердце ёкнуло. Не зная, что ответить, он помолчал, разглядывая мэра, а затем уточнил:
- Мэр Чжань, на каком этапе наших отношений вы начнёте возражать?
- А какой толк от моих возражений? - и добавил:
- Я просто интересуюсь как старший. Шубай, я позвал тебя сказать: если вы снова вместе, не переживай, я не стану вмешиваться. Просто проведи с Шэньчжи это время как следует, побудь с ним.
Казалось, у мэра кружилась голова от недосыпа. Закончив фразу, он закрыл глаза, потёр лоб, затем достал из ящика ампулу регенератора и, не скрываясь от собеседника, вколол себе.
Цяо Шубай почувствовал, что в словах мэра скрыт какой-то подтекст. Дурное предчувствие закралось в его душу, и он с подозрением, медленно спросил:
- Что значит «это время»? Чжань Шэньчжи куда-то уезжает?
Он смотрел на Цяо Шубая, и в его глазах, казалось, скрывалось множество тайн.
Цяо Шубай знал мэра уже больше двух лет. Формально его внешность не изменилась, но невооружённым взглядом можно было заметить глубокую усталость в глазах.
Сухие губы мэра едва заметно дрогнули, словно ему было неловко говорить. Наконец он произнёс:
- Шубай, раньше я был к тебе предвзят и судил поверхностно. Думал, что ты из самых низов, не видел хорошей жизни, только и хочешь, что пробиться наверх, а Шэньчжи лишь используешь и обманываешь, не испытывая к нему никаких чувств. Теперь я понимаю, что не всегда бываю прав. Ты очень дорожишь им. Мы давно сотрудничаем, и я знаю, что ты не тот беспринципный человек, каким я тебя считал. Шэньчжи - самое важное достижение Е Цы, на его плечах лежит огромная ответственность, - продолжил мэр, его взгляд стал пустым, словно наполненным болью и нежеланием расставаться, а голос - ещё более глухим. - И прежде чем ему придётся взять на себя это бремя, я, как отец, хочу, чтобы у него было хотя бы несколько счастливых дней. Я так мало был с ним в детстве, и даже не думал, что у него могут появиться собственные чувства. На самом деле, это большое счастье.
Цяо Шубай мало что понял из сказанного. Ему показалось, что мэр слишком долго нёс груз своих тайн в одиночестве, не имея возможности с кем-то поделиться, и теперь просто изливал душу. Поэтому он не стал задавать лишних вопросов и просто слушал.
Вот только его сердце, до этого парившее в облаках, с глухим стуком упало обратно на землю, забившись в тревоге и обиде. Он вдруг осознал, что им с Чжань Шэньчжи, похоже, не суждено стать теми счастливчиками, чья жизнь полна радости и безоблачного покоя.