Омега семьи Медичи Глава 5: Под столом
〈 «Щенок, когда проснёшься, съешь пирожное и выпей чай, что стоят здесь. И другой выпечки тоже перекуси. После этого уберись в кабинете. Я ушёл.» 〉
Открыв глаза, Сандро от неожиданности резко подскочил и сел, но тут же вскрикнул от боли. Зад ужасно саднил. Он осторожно приподнялся с места и задрал юбку.
Трусики были аккуратно надеты. И юбка тоже была опущена. Вокруг всё было прибрано.
Сандро осторожно приподнял подол, приспустил трусики и осмотрел ягодицы. Таких чётких следов от ударов, как на бёдрах, не осталось. Видимо, благодаря компрессу отёк значительно спал, но всё равно продолжал пульсировать от боли.
Удивительно, но чайник с чёрным чаем всё ещё был тёплым, а крем на пирожном даже не начал таять.
Почерк настоящего взрослого, так, наверное, это стоит назвать? В отличие от самого Сандро с его круглыми, пухлыми буквами, почерк хозяина был невероятно изящным и стильным.
Сандро было немного стыдно, что он так некстати заснул. Он переживал, как теперь посмотрит в глаза хозяину, но, судя по записке, тот, кажется, не рассердился, и это немного успокаивало. Сандро налил себе чаю и сделал глоток.
Слова сами сорвались с губ. Он отрезал кусочек пирожного вилкой и попробовал. Уголки губ непроизвольно поползли вверх.
Но куда же он всё-таки ушёл? Было бы замечательно съесть такую вкуснятину вместе.
Вспомнив вчерашние слова хозяина о том, что, если он захочет покормить, придётся делать это изо рта в рот, Сандро почувствовал, как его уши заливаются краской.
Ванильное мороженое было настолько вкусным, что он всего лишь набрал в рот последнюю ложку и прижался к его губам, а в ответ получил нагоняй за то, что он без разрешения прикасается к телу хозяина.
Но ведь сегодня, когда он прижимался к нему, господин не рассердился. Сандро ни с того ни с сего обиженно поджал губы.
Он взял лежавшую рядом выпечку и откусил кусочек. Из-за того, что в последнее время ему приходилось долго голодать, в нём сама собой проснулась жадность к пище.
Раньше он не был так падок на еду, но, видимо, когда человек постоянно голодает, у него невольно возникает ненасытность. Тогда он впервые подумал, что человек подобен животному.
Запертый в тюрьме, где не было видно света, не зная, когда настанет конец, он молил, чтобы его вытащили, кто угодно, лишь бы вытащили. И вот он здесь, в доме Медичи.
Он не хотел снова становиться аристократом. Сандро, по сути, было хорошо и так.
Он думал, что раз его наказывают за то, что он впервые в жизни убирается и прислуживает, то ничего не поделаешь. Наверное, дай ему мыть не этот кабинет, а главный холл, его точно так же отругали бы.
Лучше уж получать нагоняй от хозяина, чем от дворецкого. Всё-таки хозяин, даже наказав, обязательно прижимает к себе и сам же лечит.
Он ведь не впервые его ел, просто давно не пробовал, но оно казалось невероятно приятным на вкус.
Согреваясь тёплым чаем и наслаждаясь сладким пирожным, Сандро, несмотря на боль в ягодицах, чувствовал уют.
Когда он, закончив есть, вышел с подносом, к нему подошла Ханна.
– Нет, хозяин велел мне отнести. А тебе велел старательно убираться в кабинете.
Передав поднос, Сандро вернулся в кабинет.
Вчера он усердно смахивал пыль, и руки до сих пор ныли от усталости. Сегодня же в планах была мойка полов.
Однако, сколько бы он ни размышлял, его не покидали сомнения: а правильно ли он вообще убирается? Сандро сначала хотел расспросить Ханну, но решил подождать до ужина. Сейчас ведь у всех полно дел, не стоит никого отвлекать.
Пол был деревянным. На корточках, Сандро с усердием наносил воск и тщательно полировал доски до блеска.
Он приоткрыл дверь и выглянул наружу. Там он увидел горничных, которые стояли на коленях и мыли полы тряпками.
– А-а, вот как это нужно делать...
То-то ему было так неудобно ползать на корточках. Сандро прикрыл дверь, вернулся в кабинет и, подражая горничным, опустился на колени, принимаясь усердно натирать пол тряпкой.
– Этак от одной уборки похудеть можно... – пробурчал он себе под нос.
Неизвестно когда вернувшийся хозяин стоял в дверях и с ухмылкой наблюдал за ним. Перепуганный Сандро, так и оставаясь на коленях, развернулся и снизу вверх уставился на Фроста.
– Как только этот щенок начал вилять задом.
Фрост стоял в дверном проёме и с удовольствием наблюдал, как милый щенок, аппетитно повиливая бёдрами, неуклюже ползает по полу с тряпкой. Сандро оказался настолько невнимательным, что даже не услышал чужих шагов, продолжая бубнить себе под нос и натирать доски. Фрост как раз задумывался о том, что с этим делать, ведь по парню сразу было видно: он отроду не держал в руках тряпку.
Едва Фрост шагнул в кабинет и окликнул его, как Сандро мгновенно подскочил на ноги.
– Да. И на будущее: когда моешь пол, снимай нижнее бельё. Так вид будет куда лучше.
Растерянный Сандро только открывал и закрывал рот, но Фрост лишь жестом показал ему, чтобы он уходил. Сандро крепко сжал тряпку и опустил голову.
Подумав, что нужно поскорее сбежать, пока хозяин не начал говорить ещё что-то странное, Сандро пулей выскочил из кабинета.
Вернувшись после обеда, Сандро снова обнаружил, что кабинет пуст.
Куда же хозяин всё время ходит?
Ему нужно было продолжать мыть пол, но он стоял в полном замешательстве: снимать нижнее бельё, как приказал хозяин, казалось немыслимым, но и ослушаться и остаться в нём он тоже не решался. Так Сандро и стоял посреди комнаты с обиженным и надутым видом.
Может, спросить, когда он вернётся?
Если бы он знал время возвращения хозяина, то мог бы снять трусики как раз к его приходу. А если он снимет их, пока хозяина нет, и кто-нибудь войдёт? Тогда его точно объявят извращенцем. И так в этом доме слухи распространяются быстро.
Но кто может знать расписание хозяина? Неужели только дворецкий? Вот только у него-то точно ничего не спросишь.
Дворецкий всегда занят и, наверное, считает его, бесполезного слугу, бельмом на глазу.
В детстве он даже представить не мог, что кто-то может его ненавидеть. Пока была жива мать.
Мачеха не выказывала ему открытой враждебности, но и дружелюбия тоже не проявляла.
Она беспокоилась, что он вдруг проявится как альфа, но, когда её собственный сын стал наследником, она перестала его открыто ненавидеть.
Да, равнодушие. Вот подходящее слово.
Дворецкий и учитель, воспитавшие его с детства, смотрели на него с жалостью, но Сандро было всё равно.
Говорили ведь, что некоторые мачехи открыто травят пасынков и выгоняют из дома. У него же до такого не доходило.
Сандро от природы был покладистым и не стремился что-то иметь или кого-то обойти. Поэтому ему было всё равно, что место главы семьи принадлежит не ему.
Если подумать, сколько он себя помнил, у него никогда не было такого, чтобы он чего-то страстно желал или на что-то зарился.
Семья Давиде, хотя и не была такой богатой, как некоторые другие, но жила в достатке, поэтому ему не приходилось просить что-то купить или капризничать.
Теперь же тем более. Он был рад уже тому, что выжил. Сандро решил быть довольным настоящим и жить с благодарностью.
Сандро покосился на дверь. Ему не хотелось, чтобы хозяин снова его ругал. Напротив, он жаждал получить от него хоть немного ласки и похвалы.
Через все эти события Сандро пришёл к выводу, что жить лучше, чем умереть.
Кто-то, возможно, сказал бы, что раз вся его семья погибла, то и ему лучше бы сгинуть вместе с ними, чем влачить существование в одиночестве. Но Сандро до смерти боялся самой мысли о гибели. Было ли это трусостью и низостью? Или же знаками того, что он на самом деле не так уж и любил свою семью? На этот вопрос он так и не смог найти ответа.
Говорили, что раз в месяц прислуге разрешалось навещать свои дома или брать отпуск.
У Сандро не было места, куда он мог бы поехать, но, если представится возможность, он хотел бы встретиться со слугами, которые жили с ними раньше.
Особенно он желал увидеть учителя и дворецкого. Хотя он больше не был их господином, он хотел сказать им, что жив и здоров.
А значит, он должен во что бы то ни стало выжить здесь.
Но ничего не поделаешь. Он не собирался ослушаться приказа и быть изгнанным. Сандро положил тряпку на пол и снова покосился на дверь.
Сандро лишь молился. Ему было всё равно, если войдёт хозяин, но только не дворецкий и не другие слуги.
Но как же я не услышал, когда хозяин вошёл в прошлый раз?
Он знал, что он бестолковый, но не до такой же степени.
Навострив уши, прислушиваясь к звукам снаружи, Сандро запустил руку под юбку и расстегнул завязку на правом бедре.
– Ах! Хозяин! Пожалуйста, хоть как-то обозначайте своё присутствие!..
Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
– Это с какой стати я должен ходить по своему дому и извещать о своём присутствии?
Алые глаза молча и холодно уставились на него. Сандро поспешно забил головой:
– Нет-нет! Простите! Я просто слишком сильно испугался.
От того, как стремительно он подошёл вплотную, перепуганный Сандро, точно загнанный в угол зверёк, всем телом прижался к книжному шкафу.
– Нет! То есть... нижнее белье... Ах, подождите, хозяин!
Рука бесцеремонно скользнула ему под юбку.
– А ты милашка. Снимал трусики?
Фрост сжал и стал разминать его право ягодицу, где распустилась завязка, точно ком теста. Затем он перевёл задумчивый взгляд на брошенную на пол тряпку.
Фрост молча и пристально уставился на Сандро. Едва произнеся эти слова, Сандро сгорел от стыда и крепко зажмурился.
– Чего стоишь? Разве не этого ты хотел?
В тот же миг губы Фроста прижались к губам Сандро.
От неожиданности Сандро зажмурился ещё сильнее. Его единственным и первым поцелуем был тот, что случился всего пару дней назад, когда хозяин целовал его под предлогом «осмотра». А следующим – тот случай, когда он сам прижался к его губам из-за мороженого.
Сандро не являлся альфой, поэтому почти не бывал на светских мероприятиях. А если и бывал, то просто стоял в стороне и ни с кем не встречался. И, разумеется, Фрост был первым, с кем он когда-либо целовался.
Как только поцелуй стал глубже, Сандро сразу зашёлся от нехватки воздуха. К тому же Фрост продолжал то и дело сжимать его болящую ягодицу, отчего на глаза навернулись слёзы. Лишь когда Сандро неопытными, слабыми толчками попытался отпихнуть его за плечи, тот наконец отстранился.
– Ха-а, а-а, больно, хозяин... – тяжело дыша, пожаловался Сандро.
В ответ Фрост усмехнулся и нежно поцеловал его в родинку под глазом.
– Доделывай то, что начал, – сказал Фрост.
Сандро осторожно взглянул на него, а затем, приподнявшись на цыпочки, чмокнул Фроста в уголок губ.
Фрост просто поразился. Он от природы не отличался смешливым нравом, но этот щенок то и дело заставлял его вести себя совершенно глупо и несерьёзно.
– Кто тебе сказал продолжать это? Я имел в виду: доделай уборку.
Фрост слегка щёлкнул Сандро по губам, а затем шлёпнул по заднице. Поняв, о чём именно он говорил, Сандро мгновенно вспыхну. Его лицо стало розовым, точно спелый персик.
– Ну и хитрая же ты собачонка.
– Быстро доделывай то, что делал. Хватит баловаться, пора убираться.
Сандро опустил голову, засунул руку под юбку и дёрнул за левую завязку. Трусики упали на пол.
Фрост уселся в кресло и стал наблюдать, как его маленький щенок натирает пол. Он видел это ещё до обеда, но до чего же неумело тот всё делал! У него просто слов не находилось от изумления.
Это он моет пол или просто виляет задницей?
Фросту оставалось только улыбаться.
Каждый раз, когда Сандро вытягивал руки вперёд, его торс подавался вслед за ними, а подол юбки то подпрыгивал вверх, то снова опускался. С каждым таким движением полностью обнажённое мягкое место то выставлялось напоказ, то снова пряталось – настоящая пытка для глаз.
Фрост, будучи аристократом с рождения, мог бы всю жизнь ничего не делать. Он был бы рад просто сидеть и смотреть, как этот щенок дурачится.
Почувствовав на себе взгляд, Сандро, продолжая мыть пол, одёрнул задравшуюся юбку.
Милый щенок обернулся на зов. Удивительно, как на таком маленьком лице умещаются все эти черты. Ослепительно белая кожа и чёрные как смоль волосы – отличное сочетание. Лицо, которое любой бы назвал красивым.
В больших глазах застыло полное любопытства выражение. А чёрные зрачки лучились абсолютным добродушием.
И когда же я наконец с потрохами сожру эту собачонку? – подумал Фрост и разомкнул губы:
– Ты так и будешь постоянно отвлекаться?
Я же именно для этого и смотрю, наивный щенок.
– Если юбка мешает, завяжи её фартуком.
Видеть его голым было приятно, но ещё приятнее было видеть его почти голым.
Едва Фрост поманил его пальцем, как Сандро подошёл ближе с самым любопытствующим видом. Фрост развязал завязки фартука и задрал юбку выше. Но едва он попытался зафиксировать завязки в таком положении, как Сандро в панике схватил его за руки.
– А, ай! Так юбка ещё выше задерётся!
На этот абсолютно невозмутимый вопрос Сандро, даже не пытаясь скрыть своего полного замешательства, жалобно скривился и изо всех сил потянул подол юбки вниз.
– Хозяин, так же всё видно будет!
Фрост переспросил с самым бесстыдным видом, отчего Сандро окончательно растерялся.
– Ч-что?.. Но это же так стыдно...
– С чего бы тебе стыдиться своего хозяина? Ты ведь моя собственность. Разве не так?
Кроткий взгляд Сандро на мгновение заметался из стороны в сторону, но в итоге он слабо кивнул.
– Это кто тут так дерзко просто головой кивает? Так или не так?
Голос звучал тихо, но каждое слово он произнёс предельно чётко. Губы Фроста тронула довольная ухмылка.
И как вообще человек может быть настолько очаровательным?
Когда он был безразличен, он казался пугающим, но когда улыбался, то был ослепительно красив. Сандро аж воздухом поперхнулся.
Пусть ему и выпадало побывать на светских вечерах всего пару раз в жизни, но даже там он отроду не встречал настолько красивого и статного аристократа.
Может, поэтому он и не мог удержаться, то и дело украдкой бросая взгляды на своего хозяина? А уж когда доводилось увидеть эту улыбку, сердце и вовсе пускалось в пляс вопреки любой логике. Сандро даже начинал сомневаться, нормально ли всё это.
– Я завяжу тебе фартук. Подойди ближе.
На этот раз Сандро без колебаний приблизился. Судя по всему, он уже попросту смирился со своей участью, что выглядело донельзя комично.
Фрост поставил Сандро между своих ног, задрал юбку повыше и собирался завязать тесёмки фартука.
В этот момент раздался стук в дверь.
Прекрасные брови Фроста тут же сдвинулись к переносице. Он опустил юбку Сандро и, пока тот растерянно замер, не зная, куда себя деть, притянул его к себе и крепко прижал к своей груди.
Услышав, что это дворецкий, Сандро попытался выскользнуть из объятий, но Фрост удержал его.
Сандро снова осторожно прижался к хозяину, исподтишка поглядывая на дворецкого. Фрост успокаивающе погладил его по спине.
Он ведь только-только вошёл во вкус. И кто вообще посмел ему помешать? Настроение Фроста испортилось в то же мгновение.
Дворецкий доложил с некоторой запинкой в голосе.
– Ну конечно. Я же говорил им не приезжать.
Сандро осторожно поглядывал на хозяина, на лице которого ярко читалось крайнее недовольство.
Сандро был озадачен этим немедленным и недвусмысленным ответом. Конечно, приходить без приглашения – это большая дерзость, даже если они друзья. Глава семьи мог просто сказать, что он отсутствует, и всё.
По сути, фраза «меня нет» была лишь вежливой формой отказа встречаться прямо сейчас. Но ведь речь шла о его друзьях!
– Они уже знают, что вы дома... И, судя по всему, настроены подняться сюда лично, если их не принять.
Фрост усмехнулся с отвращением.
– Вам лучше спуститься, – сказал дворецкий, явно нервничая.
– Ладно. Сделай так, чтобы они не вздумали подниматься наверх. Встречу их только внизу.
Едва дворецкий вышел, Фрост без стеснения тяжело вздохнул. Кто же эти друзья? Сандро хлопал большими глазами и с опаской поглядывал на лицо хозяина. Он не знал, о ком именно идёт речь, но было очевидно, что тот абсолютно не горел желанием с ними видеться.
Озадаченный внезапным приказом, Сандро с недоумением посмотрел на Фроста.
Сандро поднял трусики, лежавшие в стороне, и встал перед хозяином. Фрост взял их и положил на стол.
– Какой крошечный клочок ткани. Посмотри, Сандро. Они же размером с мою ладонь.
Смущённый Сандро обиженно надулся. Увидев это, Фрост слегка погладил его по щеке и развязал пояски фартука.
– Жаль, что не удалось повеселиться. Да?
На этот вопрос хозяина Сандро, хотя и не совсем понял, что именно должно было быть весёлым, всё же послушно кивнул. От этого жёсткое выражение лица Фроста снова смягчилось, а губы изогнулись в невероятно привлекательной улыбке. Сандро так нравилось видеть эту улыбку, что он поневоле приподнял уголки губ в ответ.
– Посмейся мне тут, щенок. Подними юбку.
По команде Сандро поднял юбку, и Фрост, ловко завязав ему трусики, сказал:
– Сегодня не шляйся по дому. Понял?
Кажется, он никогда и не шлялся. Сандро, несмотря на удивление, послушно ответил.
Заметив полное недоумения выражение в больших глазах своего щенка, Фрост слегка щёлкнул его по щеке.
– Ах вот как? А кто же тогда в первый же день умудрился заблудиться в собственном доме?
– Это не потому, что я шатался…
Ему было ужасно обидно. Он ведь просто пытался найти туалет, чтобы обработать рану мазью.
– Не выходи отсюда и сиди играй, а когда придёт время, поешь и запрись у себя в комнате. Понял?
– А как же прислуживать вам за ужином?
– А как же прислуживать вам во время купания?
Фрост взглянул на часы. Было уже почти пять вечера. До чего же бестактные гады – заявиться в такой час, чтобы остаться бог весть насколько!
– Если понадобишься, я позову. Запомни, что я сказал. Понял?
Дом был большим, и лестницы для слуг и господ были разными. Поэтому даже если Сандро будет ходить по дому, он вряд ли столкнётся с хозяином и его гостями.
– Значит, вы сегодня больше не придёте в кабинет, хозяин?
Фрост поднялся с кресла и легонько щёлкнул Сандро по щеке.
– Любопытный какой. Если я говорю «делай», нужно отвечать «да» и делать. До ужина не спускайся вниз. Понял? Сиди здесь, а когда будет время ужина, спускайся. Поешь и сразу иди в комнату, не шатайся.
Фрост ещё раз предупредил. Сандро, хотя и мучило любопытство, нехотя кивнул. Всё равно, сколько бы он ни спрашивал, ему вряд ли что-то объяснят.
Фрост напоследок слегка коснулся его белоснежной щеки и без тени сожаления вышел из кабинета. Сандро молча провожал его взглядом.
Выйдя из кабинета, Фрост даже не пытался скрыть своего раздражения. Его так называемые друзья вечно выкидывали подобные штуки. Зайдя в холл, он хмурил брови сильнее некуда.
– Кажется, я ясно сказал, что вечеринка через две недели.
Фрост говорил резко, но его друзья, казалось, не обращали на это внимания. Они лишь улыбались и грациозно махали руками.
На мгновение у Фроста даже мелькнула мысль просто прикончить их на месте. В конце концов, это владения рода Медичи, и если здесь сгинет парочка людей, никакой особой проблемы не возникнет.
– Не смотри так, будто готов разорвать нас на части. У Джошуа хорошие новости.
– Вот именно! В такой день грех не поднять общий бокал.
Джошуа, держа в руках бутылку дорогого вина, улыбнулся. Может, убить? Фрост действительно хотел их убить. Он уставился на Чезаре и Джошуа.
– И почему это вы должны поднимать свои бокалы именно в моём доме?
– Ну как «почему»? Это же очевидно!
– И что именно тут «очевидно»?
Стоило спросить наглого Чезаре, как тот выдал совершенно потрясающий ответ:
– Ну сам пораскинь мозгами! Джошуа – младший сын, он ютится в флигеле. Представляешь, какая там теснота?
– Ха, да ты издеваешься! Если мерить размерами, то собираться надо у тебя!
– Ага, пустить к себе в дом альф, а потом слушать дурные сплетни? Ну уж нет.
Чезаре, с лицом, как в детстве, невинно улыбнулся, делая вид, что ничего не понимает.
Боже, как же хочется их прикончить. От этих двоих у Фроста давление подпрыгивало в небеса.
В этом и заключалось оружие Чезаре: его красивое лицо, которое все считали эталоном. В отличие от этого его проницательного лица, он иногда притворялся невеждой. Он ведал обо всём, но вёл себя как дурак.
Те, кто не знал Чезаре, попадались на эту уловку и были готовы сделать для него всё.
Но Фрост знал Чезаре уже двадцать пять лет. Хотя они не были друзьями с рождения, как с Джошуа, но знали друг друга с пяти лет, так что провели вместе довольно много времени.
А это значило, что Джошуа и Фрост видят его насквозь и знают о нём то, о чём остальные даже не догадываются.
– Неужели омеге можно встречаться с альфами до свадьбы? Разве это не странно?
– Ах ты, гад. Ты хоть слово дашь сказать?
– А смысл мне тебе уступать? И ты, похоже, постоянно забываешь о моей ориентации. Ну так как? Хочешь устроить себе сегодня пробный день?
– Ебанутый. Если я пройду в отбор императриц с кучей синяков и ссадин на теле, думаешь, тебе за это ничего не будет?
– Ладно, садитесь. Садитесь и рассказывайте. Что у вас стряслось-то?
В любом случае, эти люди не уйдут, даже если их выгнать. Фрост сдался и сел. Чезаре тут же приземлился рядом.
– А ты чего не садишься? – спросил он, глядя на стоящего Джошуа.
Джошуа, словно не слыша, оглядывался по сторонам. Все горничные опустили головы, избегая его взгляда.
– Куда ты его спрятал? – с улыбкой спросил Джошуа.
Чёрт, вот почему их надо было вышвыривать сразу. Фрост закурил сигарету и сделал лицо человека, который понятия не имеет, о чём идёт речь.
– А? Ну и где он? Среди них? – Джошуа тоже закурил и снова огляделся по сторонам. – Ау, ты где его прячешь?
– И с чего это мы должны поднимать бокалы? Неужели омегу себе нашёл?
– Если уж даже у рода Медичи не вышло найти, то где бы я его отрыл?
Одна бровь Фроста дёрнулась. Увидев это, Джошуа усмехнулся и пожал плечами, а Чезаре, глядя на них, тихо рассмеялся.
– А если серьезно, Фрост, где он?
А-а, то есть вы припёрлись вообще без какого-либо дела. Фрост был просто поражён такой наглостью. И мысленно дал себе обещание позже жёстко выдрать того гада, который отпер им двери.
Он ведь на самом интересном месте прервался! Только собирался насладиться зрелищем щенка, моющего пол с голой задницей, а эти двое мало того что помешали, так ещё и несут какую-то ахинею?
– Убирайтесь, пока я вас не убил.
Как только Фрост встал, Чезаре поспешно схватил его за рукав.
– Ну ну-у-у, не уходи! Давай посидим, а? У меня ведь почти не осталось времени погулять. Как только меня сбудут с рук, я буду ничем не лучше птицы в клетке.
Чезаре, глядя снизу вверх, уговаривал его. Он всегда так делал, с детства. Чтобы добиться своего, он использовал своё лицо как оружие, канюча.
И хотя Фрост знал это, он не мог устоять перед этим личиком и всегда уступал.
Взгляд Фроста мельком скользнул в сторону кабинета. Оставалось лишь надеяться, что щенок надёжно затаился и не высунет нос.
Фрост решил, что лучше сыграть в бильярд прямо сейчас, а уже потом подняться в столовую. Если отложить партию на потом, вырастает риск, что гости, спустившись в подвал после ужина, пересекутся с пареньком, который как раз пойдёт к себе.
Сандро даже не чувствовал голода. С утра и до обеда он съел слишком много. К тому же сегодня он почти ничего не делал.
Утром он проспал, после обеда хотел немного убраться, но хозяин велел ему отдохнуть, так что он почти не двигался и не проголодался.
Сандро посмотрел на время и решил, что спустится чуть позже, чтобы перекусить.
– Раз хозяин сказал отдохнуть, нужно немного отдохнуть.
Кабинет был поистине огромным. Сандро медленно обвёл взглядом бесконечные книжные стеллажи.
– Эх, как бы и мне хотелось иметь такой кабинет...
Сандро не смел даже прикасаться к книгам, только скользил по ним взглядом. В прежнем доме он часто сидел в библиотеке. Ему нравилось читать и рисовать.
Зато он не умел делать ничего, что требовало физической активности. Особенно он не умел танцевать на балах и совсем не ладил с лошадьми.
Лошадей, на которых остальные катались с лёгкостью, Сандро ужасно боялся. По этой причине он считал огромным везением, что его определили работать прислугой внутри дома. Поручи ему работу снаружи, вроде ухода за лошадьми, как у Роба, он, наверное, сбежал бы в тот же день.
Хозяин с гостями, скорее всего, сейчас в обеденном зале. Ну или в парадной гостиной?
Обеденный зал находился в противоположном конце здания, наискосок от кабинета. А парадная гостиная располагалась на втором этаже, аккурат рядом с ванной комнатой.
Поскольку парадная гостиная предназначалась исключительно для особо важных персон, сегодня гости туда вряд ли поднимались. Они ведь приехали без при приглашений и предупреждения.
– Кто же они такие? – пробормотал Сандро, не сводя глаз с книжных полок.
– Да кем же они являются, если мне даже выходить запретили?..
Сказав это, он почувствовал себя неловко. Может, он просто не подходит для работы слугой?
Впрочем, если подумать, косяков за ним и правда хватало. Сандро и сам толком не понимал, как нужно работать: путался в порядке уборки и сомневался, правильно ли вообще держит тряпку.
И это лишь малая часть. Он всё ещё много спал и уже дважды засыпал перед хозяином без разрешения. Прошло меньше недели с тех пор, как он здесь.
Лицо Сандро становилось всё более хмурым. Ему хотелось усерднее трудиться и заслужить похвалу господина. Если его выгонят отсюда, ему некуда будет идти.
Он выжил, потому что был бетой, но кто знает, что будет, если он окажется на улице. Даже будучи бетой, он мог подвергаться опасности.
Особенно стоит опасаться рода Магритт – тех самых людей, что считали род Давиде костью в горле и в итоге довели его до такого плачевного состояния. Сандро просто хотел находиться здесь в безопасности.
Снова посмотрев на часы, Сандро поискал место, где можно было бы присесть. Но вся библиотека была хозяйским пространством, и он не решался сидеть где попало. Поэтому он прислонился спиной к дивану и сел на пол.
Ягодицы всё ещё саднило. Сегодня он снова проливал слёзы от боли, и от мысли, что подобную порку придётся терпимо сносить каждое утро, на душе становилось совсем тяжко.
– Я ведь теперь могу двигаться гораздо быстрее…
Сандро пробормотал это и достал из кармана фартука маленькую книжечку. Это была «Книга вознаграждений».
Обычно их раздавали как рождественские подарки или призы, но в доме Медичи выдавали каждому слуге.
Они предоставляли бесплатную одежду, да ещё и «Книгу вознаграждений» просто так. Всё это говорило о том, что дом Медичи – довольно хорошее место для слуг.
Маленькая, в кожаном переплёте с золотым тиснением книжечка легко помещалась в кармане фартука.
Там были записаны правила для слуг: о вере, послушании и преданности. В конце были пустые страницы для заметок.
Сандро также достал из кармана ручку. Это была единственная вещь, которую он взял с собой, когда бежал. И единственная память о матери.
Сандро всегда носил её с собой, вложив в «Книгу вознаграждений», чтобы не потерять.
Сандро положил книгу на диван и стал вспоминать, чему его учили вчера вечером.
Он начал записывать восемь блюд, вспоминая их по порядку. Затем, сменив позу, положил книгу на колени и продолжил записывать.
Пока он думал, ручка выскользнула из его пальцев и покатилась по полу.
Сандро наклонился и посмотрел на пол. Ручка закатилась под стол хозяина.
Он поднялся и посмотрел на часы. Время уже было позднее, ужин прошёл. Он не чувствовал голода, и, погружённый в свои мысли, не заметил, как пролетело время.
Мысль о том, что нужно скорее прибраться и хотя бы немного перекусить, заставила его поддаться невольной спешке.
Хозяин сейчас вовсю развлекал гостей и едва ли собирался возвращаться в кабинет, но мало ли что могло произойти. Не хватало ещё случайно столкнуться с ним в коридоре – вот тогда точно быть беде.
От сознания того, что хозяин избегает показывать его другим, на душе становилось неописуемо паршиво. Притом что сам Сандро пока не отличался абсолютно никакими талантами. От этих тоскливых мыслей он тихонько шмыгнул носом.
Закатившаяся под стол ручка казалась ему сейчас удивительно похожей на него самого. Нужно было скорее поднять её и уходить. Сандро залез под рабочий стол и дотянулся до ручки.
– И на кой черт тебя вообще сюда принесло?
Сандро мгновенно забыл о своей обиде и чуть было во весь голос не выкрикнул: «Хозяин!». Не раздайся вслед за этим чужие голоса, он бы, не раздумывая, с радостным видом выскочил наружу.
– Дай хоть взглянуть, давно здесь не был.
– Я и спрашиваю: на кой тебе это надо?
– Ну ты и сухарь! Не слишком ли ты чёрств с другом, который скоро замуж выходит?
Глаза Сандро округлились. Замуж? Женщина? Но голос-то вроде мужской... Сам того не осознавая, Сандро сжался в комок и глубже забился под стол.
Хозяин вернулся, но не один. С ним были ещё двое.
Время ужина уже давно прошло. Судя по всему, именно поэтому хозяин и вернулся в кабинет. Вот только Сандро, так и не успевший убраться отсюда вовремя, оказался в крайне бедственном положении.
Ладно бы он хоть уборкой занимался – это ещё можно было бы объяснить, но сейчас-то он забился прямо под рабочий стол! Со стороны это выглядело донельзя подозрительно. В итоге Сандро оставалось только затаить дыхание.
– Всё, что есть у меня, есть и у вас. Зачем вы притащились сюда?
Раздражённо сказал Фрост. Сандро, чтобы не выдать себя, зажал рот рукой. Даже дыхание не должно было выдать его.
Уходить надо было с самого начала. Стоило сразу же выбраться из-под стола и как ни в чём не бывало поприветствовать вошедших, но он упустил этот момент.
До чего же жалкий вид у него сейчас! Сандро буквально презирал себя за эту трусость. Он чувствовал себя забившейся в угол крысой.
А что, если хозяин подумает что-то не то? При этой мысли его тело задрожало. Сандро, чтобы успокоиться, сжался в комок и обхватил себя руками.
Послышались шаги. Топ-топ. К счастью, это были шаги хозяина.
Хотя... к счастью ли? Что, если он обнаружит его и в гневе вышвырнет прочь прямо на глазах у своих друзей? Или, того хуже, Сандро своим позорным видом просто посрамит хозяина перед гостями? В голове кружился целый вихрь самых страшных мыслей.
Если бы хозяин был один, он бы встал и, глупо улыбаясь, всё объяснил, но сейчас с ним были гости.
Единственное, что мог сделать Сандро, – молиться, чтобы они поскорее ушли.
Сандро, увидев крушение своей семьи, решил больше не верить в Бога. Если бы Бог существовал, он не был бы так жесток. Сандро думал так каждый раз, когда оказывался в трудной ситуации.
Но прямо сейчас он был готов молить даже того Бога, в существование которого не верил. Ему хотелось вцепиться в Его штанину и умолять вытащить его из этой западни.
– Ого, ты только глянь на эту кожу! Я в жизни не видел такой выделки, даже на самой дорогой обуви. Фрост, ну ты реально извращенец.
Услышав чьи-то слова, Сандро широко раскрыл глаза. Какое отношение кожа имеет к извращенцам?
– Ты только взгляни на эти книги! Они же абсолютно одинаковые! Сделать переплёты точь-в-точь одного размера, без малейшего изъяна – это же умудриться надо. Ну ты реально...
Тот же голос продолжал звучать.
– Чезаре, и после такого тебе всё ещё нравится Фрост? Ты правда хочешь с ним жить?
Чезаре? Чезаре Борджиа? У Сандро от шока буквально отвисла челюсть.
Тем временем кто-то подошёл к столу. И стул отодвинулся назад.
Сандро затрясся от ужаса, как осиновый лист.
Фрост, собиравшийся сесть в кресло, и Сандро, забившийся под стол, встретились взглядами. Глаза в глаза.
– Ты чего? – спросил Чезаре, заметив, как Фрост на мгновение замер.
Уголки губ Фроста чуть заметно ползли вверх, пока он качал головой. Его алые глаза хищно блеснули. Словно зверь, завидевший добычу, он пару мгновений разглядывал Сандро взглядом, полным искреннего любопытства.
Сандро инстинктивно сложил руки в молитвенном жесте. Эти несколько секунд показались ему вечностью.
– Ты что там делаешь? Нашёл что-то?
Раздались шаги приближающегося гостя. Сандро, не разжимая зажатых ладоней, отчаянно и быстро замотал головой из стороны в сторону.
Фрост плюхнулся в кресло. И ногой пододвинул Сандро вглубь.
– Да нет. Чему тут быть? Ничего там нет.
От слов хозяина Сандро перевёл дух и тихонько выдохнул. Теперь оставалось лишь дождаться, пока он поскорее уведёт своих друзей из кабинета.
Но тут раздался стук. Тук-тук.
И господин разрешил кому-то войти.
Сердце Сандро упало. Похоже, они собираются есть десерт здесь!
Раздался звук раскладываемой дворецким посуды. По кабинету поплыл звон: три чашки легли на поднос, в них зажурчала горячая заварка, следом послышалось шуршание другой посуды и тихий стук ложечек. Эти мелкие металлические звуки казались Сандро невыносимо громкими.
Затем донёсся шум отдвигаемых стульев: двое гостей устроились поудобнее. Всё это время Сандро продолжал судорожно сжиматься в комок, не смея даже вздохнуть.
Услышав слова дворецкого, Фрост бросил быстрый взгляд вниз. Он и сам не знал, с каких пор этот щенок так полюбил играть в прятки, но из-за своих мелких габаритов тот умудрился забиться под стол крайне ловко.
Фрост вытянул длинные ноги и носком сапога слегка ткнул Сандро в бедро. Он буквально ощутил, как щенок от неожиданности вздрогнул и от испуга заёрзал, пытаясь забиться ещё глубже в самый дальний угол.
– Может, он снова где-то заблудился...
Джошуа, словно гиена, разумеется, не упустил ни единого слова из разговора. Стоявший рядом Чезаре тоже сгорал от любопытства и, сверкая глазами, в упор уставился на Фроста.
Фрост, опасаясь, что щенок снова заблудится и наткнётся на этих двух гиен, попросил дворецкого проверить, всё ли в порядке с Сандро и находится ли он в своей комнате.
Дворецкому, казалось, не нравилось, что хозяин забавляется с бетой, но его мнение никого не волновало.
Жениться Фрост по-прежнему не собирался, а беспородная собачонка, так удачно подобранная и притащенная в дом, пришлась ему по душе. С какой стати ему отказывать себе в таком удовольствии?
– Кто такой Сандро? А? Расскажи нам.
– Слушай, это случайно не та горничная?
– Ты, я смотрю, поиски своего омеги уже забросил?
Джошуа надоедливо вставил своё слово. Фрост не упустил шанс тут же перевести тему и снова уколоть Джошуа, напомнив о том самом омеге, который дерзнул трахнуть второго сына рода Магритт и сбежать.
– Да уж точно где-нибудь забился и сидит, – Джошуа зажал в губах сигарету и чиркнул зажигалкой.
– Если люди Медичи не смогли его найти, значит, он уже мёртв. Хватит искать. Может, будешь хранить целомудрие?
В ответ на слова Чезаре Джошуа выпустил струйку сигаретного дыма и шагнул к нему практически вплотную:
– А ты сам-то как насчёт верности? Ах да, в императорской семье так не принято? У вас там разве нет этого правила? Наступают определенные дни, и изволь выполнять супружеский долг, хочешь ты того или нет.
Фрост лишь покачал головой. Эту сцену он наблюдал до тошноты часто ещё с самого детства. Джошуа до тонкостей освоил искусство изводить Чезаре и поддевал его при каждом удобном случае.
Он делал это не со зла и не для привлечения внимания, а просто ради забавы. Ему нравилось, когда Чезаре злился, обзывал его и плакал.
Пока эти два злодея препирались, дворецкий тихо вышел.
Сандро же, сидя под столом, пытался отползти хоть немного назад, хотя подаваться дальше было уже абсолютно некуда.
Но это оказалась так себе идея. Напротив, его телодвижения лишь подтолкнули Фроста к действию.
Фрост вытянул длинные ноги чуть дальше. Как ни велик был стол, пространства под ним для Сандро было ограничено. Он уже прижался к углу, но вытянутая нога хозяина проскользнула между его ног.
Перепугавшись до смерти, Сандро ещё сильнее зажал рот руками. Иначе из его груди вырвался бы отчаянный крик.
От одной лишь мысли об этом его охватывал дикий ужас. Что же с ним сделают, если выяснится, что он прятался здесь и подслушивал разговоры знатных господ?
Тем временем нога Фроста проникала всё глубже, толкаясь между ног Сандро.
С совершенно подавленным видом Сандро покорно чуть раздвинул ноги. Он был уверен: если этого не сделать, Фрост будет изводить его до тех пор, пока не добьётся желаемого.
Носок туфли приподнял подол платья. Сандро замер, и нога, продвинувшись ещё немного, задрала ткань выше. Сандро крепко зажмурился.
Тем временем Джошуа и Чезаре продолжали препираться.
– Я надеюсь, ты никогда не найдёшь ту омегу.
– Что за обидные слова, Ваше Величество Императрица.
– Я же просил не называть меня так!
– Почему? Надо постепенно привыкать. Правда, Фрост?
– Перестань над ним издеваться.
Сандро, который по приказу хозяина сидел с раздвинутыми ногами и задранной юбкой, насупился. Он знал, что хозяин, сидящий в кресле, не видит его лица, но брови его невольно сошлись на переносице.
Он сказал, что пришли двое друзей. Один из них – Чезаре Борджиа, будущая императрица. А второго, как он ни ломал голову, он не мог вспомнить.
Впрочем, сейчас это было абсолютно неважно. Куда больше Сандро задевало то, насколько ласково его хозяин обращался с Чезаре. Губы сами собой обиженно поджимались.
Он и сам прекрасно знал, каким мягким и заботливым умел быть хозяин. Но, как оказалось, с бывшим возлюбленным он был ничуть не менее чуток. Похоже, альфы и омеги вполне могли расстаться и как ни в чём не бывало продолжать общаться будто старые добрые друзья.
В этот момент носок хозяйского сапога с тихим стуком подтолкнул его с внутренней стороны колена. Встрепенувшись от неожиданности, Сандро снова шире развёл испуганно сжатые ноги. Но этим дело не закончилось.
Из его горла вырвался сдавленный стон. Испуганный Сандро снова зажал рот. Нога хозяина давила на его пах. Сандро, крепко зажмурившись и зажав рот, заёрзал задом.
– Какой звук? Чезаре, у тебя паранойя? Боишься императорского дворца и не можешь спать?
Фрост рассмеялся. Чезаре, встретившись с ним взглядом, прищурился.
– И почему же ему не спится? Сердечко от предвкушения трепещет?
Чезаре снова отвесил Джошуа сочный мат. Втроём они по-прежнему вели себя точно так же, как и в подростковые годы.
Фрост неизменно с утончённым и исполненным достоинства видом нес сущую ахинею, а Джошуа, не сгоняя с красивого лица умиротворённой улыбки, молол полнейшую чушь. Только лишь Чезаре, зажатому между двумя этими альфами, оставалось исходить желчью от досады.
Немудрено, что он с каждым днём становился всё более вспыльчивым и суматошным: чтобы хоть как-то дать отпор этим двоим, у него просто не оставалось иного выхода.
– Когда ты забрался под стол в кабинете Его Величества, дрочил там и попался?
– Да ты совсем охуел, пёс?! Это был не я! Это Джошуа посадил омегу под стол и заставил делать ему отсос!
Фрост посмотрел на Джошуа, но тот лишь пожал плечами. По его лицу было видно, что он очень хорошо это помнит.
– Я тогда ещё подумал, что ты конченый псих.
– Да не я это был! – снова вспыхнул Чезаре.
– Ах, ну да. Я думал, что этот ублюдок – конченый псих, но сейчас, размышляя об этом... Похоже, в этом что-то есть. Представится возможность, я бы и сам не прочь попробовать.
С этими словами Фрост надавил носком сапога прямо на член Сандро и медленно повёл им вверх-вниз.
Сандро изо всех сил пытался сдержаться. От того, как хозяин размеренно дразнил и растирал его достоинство обутой в жёсткую кожу ногой, всё его тело натянулось, словно струна. Опасаясь, что стоны вот-вот вырвутся наружу, он протянул руки, намереваясь оттолкнуть ногу хозяина, но...
Но хозяин с силой нажал на его член, и стон вырвался наружу. Испуганный Сандро широко раскрыл глаза. Его взгляд заметался. Сердце билось так сильно, что казалось, его слышат все.
– А? Я точно слышал какой-то звук.
Сандро прижал руку к груди. Он пытался заглушить бешено бьющееся сердце.
– Да какой ещё звук, что ты выдумываешь? – ответил Фрост с таким видом, будто тот нёс полную чушь.
Сандро почувствовал невероятную благодарность к хозяину, который таким естественным образом защищал его. Вот только нога, продолжавшая с наслаждением истязать его плоть, была совершенно отдельной проблемой.
– Слушай... ты какого черта феромоны распустил?
– А, заметил? – как ни в чём не бывало отозвался Фрост.
Сандро обомлел. Сам он был бетой и ничего не чувствовал, но хозяин, оказывается, выпустил свои феромоны? Зачем? В обществе выпуск феромонов без причины считался высшим проявлением дурного тона. И реакция не заставила себя ждать:
– Ты совсем с ума сошёл, псих?! Я вообще-то омега! – закричал Чезаре, подскочив с места и стремительно отсаживаясь подальше.
– Убери феромоны! Ты накой их вообще распустил?!
– Да просто так. Вспомнил тот случай и подумал, что тогда вам было весело. Вот и захотелось опробовать на собственном опыте.
– Что этот сумасшедший вообще несёт?! Сейчас же спрячь свои феромоны!
Пока Чезаре вовсю кричал и возмущался, Джошуа громко, от души расхохотался.
Сдавленный стон всё же вырвался из горла, но, к счастью, на этот раз его напрочь заглушил этот раскатистый хохот. Тем временем нога Фроста без устали продолжала растирать плоть Сандро.
Несмотря на то, что его беспощадно давили кожаным носком сапога, и вопреки всей абсурдности и опасности происходящего, мужское тело оказалось слишком уязвимо перед инстинктами. Его член начал судорожно пульсировать и наливаться тяжестью.
Сандро сгорал от стыда и одновременно испытывал дикий страх от того, как странно и предательски ведёт себя его собственное тело. От ужаса уголки его глаз снова покраснели и влажно заблестели.
Но если он заплачет, он будет всхлипывать и задыхаться, и его точно услышат.
– Ну и как, Джошуа? Как тебя тогда застукали?
Нога скользнула под его мошонку и приподняла её. Сандро не мог даже открыть глаза. Он не смел убрать руку ото рта.
Каждый раз, когда подъём сапога мягко поглаживал яички, ягодицы Сандро судорожно вздрагивали. Член уже встал колом, до отказа заполнив тесные трусики, а круглые яйца заметно отвердели.
– Я же говорю, Чезаре, у тебя паранойя. Сходи к врачу перед императорским дворцом. А то тебя выгонят.
– Да я бы счастьем лучился, если бы меня вышвырнули! – вспыхнул Чезаре от слов Фроста.
– И почему? Мечтаешь выйти замуж за Фроста? Впрочем, окажись ты здесь, тебе, может, пришлось бы целыми днями просиживать под столом и отсасывать его член, – подлил масла в огонь Джошуа.
Пока они ссорились, под столом разворачивалась совсем другая история.
Глаза и нос Сандро покраснели от стыда. Головка члена уже выглядывала из трусиков и касалась юбки, вызывая зуд.
Внизу живота нарастало приятное напряжение, а его задница вздрагивала. Ему хотелось свести ноги, но он боялся, что шуршание ткани выдаст его.
В конце концов, Сандро зажал юбку зубами. Рукой он больше не мог сдерживать стоны.
В глубине души ему до смерти хотелось оттолкнуть ногу хозяина, но он прекрасно понимал: стоило лишь дотронуться до неё руками, как потом его непременно отругают и отхлещут розгами. Поэтому Сандро не оставалось ничего иного, кроме как одной рукой крепко прижимать к губам закушенную ткань, а другой – отчаянно вцепляться в юбку.
– Так как же тебя застукали, Джошуа?
Но... Джошуа? Кто такой Джошуа? Без фамилии Сандро никак не мог понять, о ком речь. К тому же имя Джошуа было довольно распространённым.
Заметил ли хозяин, что он отвлёкся? Он снова начал ласкать его ствол ногой.
От увеличившейся силы давления бёдра Сандро затряслись крупнее. Ему казалось, что он вот-вот кончит. Обильно выделявшийся ещё с самого начала предэякулят уже вовсю пачкал ткань платья.
– В тот день? Меня застукали из-за феромонов.
– Будто сам не знал, к чему эти откровения. Чезаре, иди лучше ко мне в наложники. Я куда больше джентльмен, чем Фрост.
– Джентльмен хренов! И с какого перепугу я должен идти в наложники?!
– А какая разница? Ты ведь и так сейчас идёшь во дворец на правах наложника Его Величества?
Пока под боком вовсю кипела перепалка, Сандро на мгновение задумался, всё ли у них там в порядке, но тут же до него дошло: в самом нелепом и бедственном положении сейчас находился он сам.
Он был на грани. Голова шла кругом, и он думал только о том, чтобы сдержаться.
Если бы здесь был только хозяин, он бы уже кончил. Но он не мог сделать это при других.
– Да пусть даже Его Величество тогда был всего лишь кронпринцем!
– Да я первый в той комнате был! Кронпринц заявился позже, ясно тебе? И что, по-твоему, мне надо было делать с совершенно голой девчонкой?
– Не свисти! Этот омега с самого начала сидел под столом и отсасывал у тебя!
– Ты слишком хорошо осведомлён о деталях, не находишь?
– Да потому что от такого отродья, как ты, другого и не ждёшь. Из-за той истории моя репутация пострадала просто от того, что я рядом стоял. Всё, мы разрываем дружбу!
– Если собрались разрывать дружбу, будьте добры, проваливайте и делайте это снаружи. Нечего устраивать здесь балаган. Поразвлеклись? Дождь начинается. Пошли вон.
Сандро сильнее сжал зубами юбку. В тот момент, когда хозяин сказал «Пошли вон», он вздрогнул, словно эти слова были обращены к нему. Из головки члена вырвалась струя спермы.
Сандро сгорал от невыносимого стыда. Он просто не мог поверить в происходящее: прямо здесь, в присутствии посторонних, забившись под стол, он кончил, точно незрелый мальчишка. Ему до безумия хотелось зарыдать, но пришлось давить всхлипы изо всех сил.
В голове оглушительно зазвенело. Звуки внешнего мира перестали долетать до ушей, лишь веки и уголки глаз жгло от сжигающего позора. Он сидел, крепко зажмурившись, и продолжал судорожно дрожать, когда...
Раздался звук отодвигаемого кресла, и Сандро на четвереньках покорно пополз из-под стола. Но далеко отойти так и не решился, застыв прямо перед Фростом.
Его бледное личико, как и следовало ожидать, пылало: уголки глаз покраснели от невыплаканных слёз, а щёки налились спелым персиковым румянцем. Глупый щенок, тяжело и рвано дыша, торопливо сучил руками, пытаясь загладить и судорожно оттянуть задравшуюся юбку пониже, и испуганно ловил каждый взгляд хозяина.
– Я и не знал, что у меня в доме завелась мышь.
Сандро шмыгнул носом и попытался заговорить. Фрост на мгновение задумался: поторопить его или же продолжить дразнить? Что из этого заставит этого щенка плакать сильнее?
Ему определённо нравился исходящий от мальчишки запах жасмина. А уж аромат, таящийся у него сзади, наверняка окажется ещё слаще. Может, просто взять и трахнуть его прямо сейчас?
Фрост едва заметно повёл подбородком, понукая продолжать. Он решил сыграть роль великодушного и терпеливого хозяина, умеющего ждать без лишнего давления.
– Ручка упала и закатилась под стол. Я пошёл искать её…
Чем больше он говорил, тем тише становился его голос.
– В этот момент вы вошли с друзьями, и я не мог выйти.
На этот вопрос Сандро опустил голову. Он думал, что раз ему велели прятаться, он должен прятаться. Он хотел подчиниться приказу, чтобы не опозорить хозяина.
Но от одних только воспоминаний об этом Сандро становилось невыносимо горько и жалко самого себя.
– Как я могу поверить, что ты залез под стол за ручкой? Ты мог украсть что-то другое.
– Нет, хозяин! Я просто залез за ручкой.
Сандро принялся отчаянно отрицать обвинения и, запустив руку в карман передника, стал судорожно что-то искать. В итоге он выудил оттуда перо и протянул его Фросту. Вещь с первого взгляда выглядела роскошно и дорого. Фрост забрал перо и небрежно положил его на стол.
– С ручкой разобрались. Но как мне убедиться, что ты не украл ничего другого?
На этот вопрос Сандро не решился ответить сразу. Он слишком хорошо помнил, как на второй день, заблудившись в поместье и столкнувшись с хозяином, очутился в этой самой комнате и подвергся досмотру.
– Хозяин, я действительно ничего не крал. Вы же и в прошлый раз сами всё видели...
– Ты ведь помнишь, как доказывал свою невиновность в прошлый раз. Значит, сегодня просто повторишь процедуру.
– Снова копаешься, – бросил Фрост, вкладывая в губы сигарету.
Заметив это, Сандро развязал узел передника и украдкой бросил взгляд на хозяина. Стоило снять передник, как на ткани платья проступило намокшее в одном месте пятно. От стыда Сандро торопливо прикрыл его рукой.
– Давай, раздевайся. Только пройдя проверку, ты сможешь снять с себя подозрения. Верно?
Фрост сказал это и, затянувшись, выпустил дым. Сандро, увидев его скучающий взгляд, зажмурился и начал снимать платье горничной.
Поверх белого кружевного передника на пол бесшумно упало чёрное платье. Фрост, потягивая сигарету, с откровенным интересом наблюдал за каждым движением своего слуги.
Фрост мысленно похвалил себя за выбор тёмно-синих трусиков. Они были мокрыми от белой жидкости.
Сандро, только собравшийся расстегнуть пояски для чулок, от неожиданности вздрогнул и торопливо отозвался.
– Кто разрешал тебе так бесстыдно кончать?
Сандро обиженно поджал губы и уставился в пол с недовольным видом. На его лице было предельно ясно написано: «Но вы же сами трогали меня ногой...»
– Простите. Я пытался сдержаться, но не смог…
– Мои ботинки тоже запачкались твоей спермой.
От этих слов Фроста Сандро с ног до головы залился густым румянцем. Сцепив пальцы и нервно теребя их, он тихо пробормотал:
– Подойди сюда и ложись на стол. Я проведу досмотр.
С совершенно несчастным видом Сандро несмело переступил с ноги на ногу и сделал шаг вперёд, вставая между Фростом и столом. Его бледное тело, облачённое в тёмно-синее бельё на тонких верёвочках, белые чулки и пояс для гартeров, выглядело откровенно и беззащитно.
Его соски набухли, как красные ягоды, тонкая талия и выпирающие рёбра вызывали жалость, но были красивы.
Сандро осторожно присел на край стола. Он сжал губы и слегка поморщился от боли в отхлёстанных ягодицах, а затем опустился на спину, растягиваясь на полированной столешнице. Сгорая от стыда, он даже не смел поднять взгляд и в смущении отвернул голову в сторону.
– Ты должен смотреть на своего хозяина. Нам ведь нужно доказать твою невиновность, не так ли?
Едва Сандро пересилил себя и снова перевёл взгляд на Фроста, встретившись с ним глазами, как прямо за их спинами раздался шумящий звук.
– Слушай, Фрост. Я забыл кое-что сказать!
Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в неё ворвался громкий голос Джошуа.
– Ого? А вы тут уже вовсю развлекаетесь, я смотрю? – с искренней радостью выдал Чезаре, высунув голову из-за плеча Джошуа.
Оба гостя беспечно шагнули обратно в кабинет.
– Блядь, – сквозь зубы выругался Фрост.
Он подхватил с пола упавший передник и первым делом швырнул его поверх обнажённого тела Сандро, прикрывая его от чужих глаз.
– Вы вообще сошли с ума? Проваливайте, – отрезал Фрост, накреняясь ниже и практически накрывая Сандро своим телом.
Даже прикрыв его передником, он чувствовал себя неуютно под въедливыми взглядами этих двоих. Проблема этой троицы заключалась в том, что они знали друг друга как облупленных. С одной стороны, это говорило о близкой дружбе, но с другой – в самые решающие моменты превращалось в настоящую отраву. Как, например, тогда, когда Фрост вместе с Джошуа вытолкнули Чезаре на место императрицы.
– С какой стати мы должны уходить?
Вот пожалуйста. Ответ последовал именно такой, какого и следовало ожидать. Чезаре лишь нагло ухмыльнулся и переспросил.
– А мы-то думали, зачем ты нас выставляешь, а ты тут, оказывается, развлекаешься по-крупному?
– Джошуа, пошли вон, – прорычал Фрост, свирепо уставившись на него.
Алые глаза встретились с изумрудно-зелёными.
В этот момент щенок, лежащий под ним, схватил его за одежду и захныкал. Фрост ощутил, как тот пытался прижаться к нему ещё сильнее, пытаясь сбежать от посторонних глаз.
– Тише, все нормально. Я сейчас их выпру, – прошептал Фрост, спустив взгляд вниз и успокаивающе похлопав слугу по аппетитной, мягкой заднице.
– Мы не можем посмотреть? Это же не в первый раз.
– Джошуа, не неси херню и вали отсюда.
– Да ладно тебе, будто впервые, – расплылся в улыбке Джошуа.
Естественно, Чезаре был омегой, так что его в расчёт не брали, но эти двое альф действительно не стеснялись трахаться в присутствии друг друга. Фрост предпочитал исключительно бет, а Джошуа развлекался абсолютно со всеми подряд. Поэтому, когда Джошуа подворачивалась бета или альфа, им не обязательно было делиться партнёром: они вполне могли уживаться в одном пространстве.
У Фроста были заморочки с чистотой. Он мог уступить Джошуа, но никогда не пользовался тем, что уже использовал Джошуа. Джошуа был другим. Его глаза заблестели.
– Эй, Джошуа... Кажется, этот парень – тот самый Сандро.
– А Чезаре-то подливает масла в огонь... – фыркнул Джошуа.
Рядом подначивал Чезаре. Он, хотя и грозился на каждом шагу порвать с Джошуа всякую дружбу, в подобные моменты неизменно подталкивал того стать ещё большим безумцем.
Обычно Фросту было плевать: пока стрелы не летели в его сторону, он с удовольствием наблюдал за чужими выходками со стороны. Но стоит им задеть его личные границы, и к чёрту дружбу: он тут же оскалит клыки и начнёт рычать.
– Да что ты так кипятишься? Мы его сожрать, что ли, собрались? Ты его так усердно прячешь и никому не показываешь, вот нам и стало любопытно, что там за сокровище такое.
Прижатый к столешнице щенок судорожно дрожал. Он выглядел точь-в-точь как промокший под дождём пёс, и его безумно хотелось прижать к груди, утешить и приласкать, но стоящие перед глазами ублюдки и не думали уходить.
– Мы можем хоть мельком взглянуть на него?
Чезаре приблизился. Джошуа тоже сделал шаг. Они походили на стаю гиен, окруживших раненого зверя.
В этой ситуации Фрост искренне порадовался, что не успел раздеть пацана до конца.
Фрост прикрыл глаза Сандро своей большой ладонью.
Почуяв знакомый, успокаивающий запах хозяина, Сандро наконец ощутил облегчение и стал постепенно расслаблять цепеневшие от страха мышцы.
– Как только отодвинусь, быстро одевайся. Понял?
Сандро моргнул. Его длинные ресницы пощекотали ладонь Фроста.
– Фрост, ну давай поиграем вместе, а? Ну пожалуйста! – как пятилетний ребёнок, с невинным видом запричитал Чезаре.
Невинное у него было разве что рыло. Фросту до безумия хотелось пожелать этому гаду сгнить в одиночестве во дворце, прочувствовав на своей шкуре все «прелести» свекровских притеснений и жизни в золотой клетке.
Кто-то из этих двоих точно предложил вернуться в кабинет, заподозрив, что Фрост что-то от них скрывает.
Они провели вместе столько времени, что знали друг друга досконально, и как бы Фрост ни старался скрыть свои эмоции, они сразу всё поняли. Запах спермы и сдержанные стоны только подогревали их любопытство.
– Блядь. Перестаньте мешать и проваливайте. Сандро, одевайся.
Фрост слегка приподнялся, поднял платье горничной, упавшее под стол, и набросил на него. Затем выпрямился во весь рост, словно огромный зверь, потягивающийся после сна.
Не сводя глаз со своих закадычных дружков, Фрост обошёл стол и встал впереди, полностью закрывая собой слугу. Пользуясь этой защитой, Сандро торопливо и нервно принялся натягивать на себя платье.
– Никакого шоу не будет, так что валите.
– Да мы же даже чай толком не допили, когда ты нас выставил! Можно нам хотя бы допить?
Как оказалось, эти типы вовсе не из кротости так легко согласились уйти, даже не допив свой чай. У них с самого начала был свой коварный замысел. Как говорится, два сапога пара: эти ублюдки с искренним азартом искали любой способ подгадить друг другу и втянуть в неприятности.
– Ты не пил холодный чай, а теперь хочешь?
Убедившись, что щенок закончил одеваться, Фрост вальяжно прислонился к краю стола и ухмыльнулся. Впрочем, если бы эти двое отступили прямо сейчас, они не были бы законченными мерзавцами. Джошуа и Чезаре синхронно расплылись в ответных ухмылках.
– Я хочу попробовать холодный чай, начиная с сегодняшнего дня.
– И на кой чёрт? – с кривой ухмылкой переспросил Фрост.
– А что? Чезаре полезно тренироваться заранее, – вставил Джошуа. – Чтобы потом во дворце, когда его начнут ни во что не ставить, он мог терпеть и не отсвечивать. Скажешь, не так?
– Ах ты сука! Ты-то с какого перепугу на меня взъелся?! – закрутился от возмущения Чезаре.
Фрост скрестил руки на груди, с холодным удовольствием наблюдая за их перепалкой.
Пока они ссорились, Фрост оттолкнулся от стола и тихо позвал Сандро. Тот осторожно сполз со столешницы и тут же сжался за его спиной, буквально прилипнув к широким лопаткам хозяина.
Джошуа, хотя и продолжал переругиваться с Чезаре, не упустил это движение из виду.
– Чего ещё «погоди», ублюдок?! – рявкнул Чезаре.
Голос Джошуа изменился. Чезаре, почувствовав это, перестал дурачиться и насторожился.
Если Фрост предпочитал вести свои дела тихо и хладнокровно, то Джошуа был безумцем прямолинейным и жестоким: никогда нельзя было угадать, в какой момент он рванёт, словно вулкан. Чезаре въелся в него настороженным взглядом.
Фрост, увидев холодный взгляд Джошуа, усмехнулся. Этого не избежать, так что лучше покончить с этим быстро.
– А я-то думал, откуда мне так знакомо это имя... Так вот ты где, значит?
Фрост завёл руку за спину и прижал Сандро к себе ещё плотнее. Щенок судорожно дрожал. До чего же милый. Жаль только, что не удалось трахнуть его прямо сейчас, как планировалось.
– Сандро. Ну надо же, а я всё гадал, где уже слышал это имя.
– И где же ты мог слышать имя моей горничной?
В то же мгновение со стальным тихим звоном «ср-р-р» Джошуа обнажил клинок. Он сходу наставил остриё прямо в шею Фроста. А точнее, на замершего за его спиной Сандро.
Прим.редактора: вот и первый том закончился, пошла какая-то заварушка? Счёт «задниц»: 42.