Омега семьи Медичи Глава 10: Подозрительная охота
Охота с ружьями была развлечением для альф. Иногда в ней участвовали и омеги, вооружившись дробовиками. Именно таким был Чезаре.
Однако на этот раз он не мог принять участия. Ведь недавно он стал императрицей. Поэтому нынешний выезд целиком и полностью принадлежал альфам.
Охота длилась три дня. Обычно её устраивал дом Магритт. У семьи Магритт был собственный лес, так что далеко ехать не приходилось, а за угодьями ухаживали гораздо лучше, чем в других аристократических семействах.
И всё же на этот раз дом Медичи неожиданно вызвался организовать охоту, что немало озадачило аристократов. Ведь Фрост Медичи крайне редко покидал главную резиденцию.
– Среди альф столько разговоров ходит.
Джошуа, прибывший на виллу раньше остальных, сидел на диване и улыбался.
Фрост посмотрел на мальчишку, стоявшего рядом с Джошуа. Кудрявые каштановые волосы, белоснежная кожа, родинка под губой… Стоило изменить цвет и причёску, и он был бы вылитый Сандро.
А, точно. Совсем забыл. У этого ублюдка ведь такой же вкус, как у меня.
Когда Джошуа попросил одолжить ему горничную, он, должно быть, говорил серьёзно. Если бы ему не удалось найти этого омегу, он наверняка продолжил бы подкатывать к Сандро. Тогда мишенью нынешней охоты стал бы сам Джошуа.
Хотя даже в таком случае этот ублюдок наверняка сумел бы выкрутиться. Или, наоборот, направил бы ружьё на Фроста. И всё это с его обычной ухмылочкой.
Если бы они не дружили ещё с тех пор, как находились в материнских утробах, то давно бы уже поубивали друг друга.
– Ну сам посуди. Фрост Медичи, который без крайней необходимости даже на виллу не спускается, вдруг устраивает охоту! Все спрашивают, что случилось.
– Просто захотелось поохотиться. А что ещё?
Джошуа фыркнул на слова Фроста.
– Сказал, что, наверное, ему просто захотелось поохотиться.
Этот хитрый лис прекрасно знал, почему Фрост устроил охоту, но в ответ, разумеется, умолчал о самом главном.
Впрочем, Джошуа всего лишь наблюдал за происходящим со стороны, как зритель, которому вся эта история казалась занимательной.
На виллу они прибыли прошлой ночью. До этого дворецкий, повар и несколько слуг отправились туда заранее, а Сандро и Фрост выехали позже в карете.
Всю дорогу Сандро проспал. Он то и дело клевал носом, словно цыплёнок, которого накормили лекарством. Фросту это казалось удивительным.
Он и без того понимал, что у Сандро мало сил, да и особых требований к нему как к горничной не предъявлял. Поэтому всю дорогу Фрост с удовольствием любовался мордашкой щеночка, дремавшего, положив голову ему на колени.
– И зачем тебе знать, куда подевался мой щеночек?
– Что я, съем его, что ли? У меня тоже есть горничная.
– Да он же совсем ребёнок. Совести у тебя ни на грош, вот что.
Джошуа посмотрел на Фроста с изумлением. Как и следовало ожидать, он не удержался и всё-таки отпустил замечание:
– Двадцать ему или двадцать два – какая разница?
Ему стало жаль мальчишку, который стоял рядом с Джошуа, послушно опустив глаза. Надо же было такому случиться, что он попался Джошуа Магритту.
– Хозяин, я принёс угощение, которое вы просили.
– Не нужно ничего подобного. Сами нальём.
Вообще-то горничная должен был разливать чай, но Фросту совершенно не хотелось, чтобы Джошуа обслуживали. Тот уже выглядел так, будто умирает от удовольствия.
– Я сам налью. Занимайся своими делами.
С этими словами Джошуа легонько похлопал по плечу мальчишку, стоявшего рядом. Тот неумело принялся разливать чай.
Фрост усадил Сандро к себе на бедро.
Сандро растерялся и забился, пытаясь вырваться. Тогда Фрост шлёпнул его по ягодице.
Лицо Сандро, которого отшлёпали на глазах у других, вмиг залилось пунцовой краской. Но Фрост продолжал разминать его ягодицы и невозмутимо говорить:
– Нужно хорошо слушаться. Правда?
Обычно Сандро в такой ситуации уткнулся бы лицом в грудь господина и принялся капризничать, но сейчас рядом были другие люди, поэтому он изо всех сил сдерживался.
– Да что он такого сделал, чтобы называть его умницей?
Джошуа всё-таки не удержался и бросил это замечание. Но Фрост не обратил на него внимания, обхватил Сандро за талию и крепко притянул к себе.
– Сандро, я должен кое-что тебе объяснить, так что запомни хорошенько. Если забудешь, дома будешь наказан. Понял?
Сандро кивнул. Джошуа пил чай и пристально наблюдал за ними, словно говоря взглядом: «Ну-ну, продолжайте». В его глазах так и светилось любопытство.
– Все, кто приедет на эту охоту, будут альфами.
Сандро встретился взглядом с Фростом и внимательно прислушался к речи хозяина.
– Ты щеночек-бета, так что феромоны тебя не коснутся. Но альфы по природе жадные ублюдки: им вечно нужно больше, и они норовят присвоить чужое. Особенно тот ублюдок, что сидит перед тобой.
С этими словами Фрост развернул Сандро, заставив его взглянуть на Джошуа. Тот с самодовольной ухмылкой пил чай, сохраняя элегантную позу. Внешне он был таким же безупречно красивым, как и его господин, но вот когда и где его перекосило, оставалось загадкой.
Похоже, стоявший рядом с ним юноша и был тем омегой, которого он искал. Интересно, всё ли с ним в порядке? На вид он был ещё совсем юным.
– Щеночек, на что ты смотришь? Ты вообще слушаешь хозяина?
Фрост с поразительной проницательностью заметил, что Сандро отвлёкся. Тот поспешно повернулся к хозяину. Ему с трудом удалось удержаться, чтобы снова не наклониться вперёд. Он старался не забывать, что здесь находятся посторонние.
Фрост усмехнулся и похлопал Сандро по заднице. Джошуа молча следил за этой сценой. Со стороны могло показаться, будто он смотрит театральное представление.
Прикрыв чашкой поднимающиеся уголки губ, он продолжал наблюдать за выходками своего давнего друга. Похоже, эта охота окажется даже интереснее, чем он ожидал.
– Среди этих альф-ублюдков есть такие, которые распоряжаются чужими горничными, словно те принадлежат им. Не слушай их. Если встретишь такого ублюдка, сразу приходи и рассказывай мне, понял?
Сандро медленно прикрыл и открыл большие глаза. На его лице читалось неподдельное любопытство.
– Что такое? Тебя что-то интересует?
– Мне нельзя просто оставаться рядом с вами, хозяин?
Его брови уже печально опустились. То ли из-за больших глаз, то ли из-за родинки под правым глазом, но с таким понурым выражением лица он выглядел ещё более несчастным.
– Конечно, давай просто будем держаться рядом. Вот и всё. В чём проблема?
– А ты уверен, что это вообще возможно?
Джошуа безжалостно окатил его холодной водой.
– Эй, когда отправишься на охоту, собираешься посадить щеночка перед собой на лошадь? Ты войдёшь в лес, а что ему делать? Думаешь, все альфы отправятся охотиться? Некоторые ведь останутся жрать всякую всячину. И кто будет за ними присматривать? Он что, не должен их обслуживать?
– Я привёз щеночка вовсе не для того, чтобы он прислуживал остальным.
Джошуа поднял пустую чашку. Горничная, стоявшая рядом, тут же потянулась за чайником, но Джошуа остановил её.
– Я хочу, чтобы мне налил щеночек. Эй, щеночек, налей мне чаю.
Сандро неловко сполз с колен Фроста, взял чайник и наполнил чашку.
Но едва он поставил чайник на место, как его тут же схватили за талию и снова притянули к себе. Фрост крепко удерживал Сандро и дважды подряд шлёпнул его по ягодицам.
Сандро невольно принялся яростно растирать зад. Его лицо стало пунцовым. Ему было не только больно – он ещё и испытывал жгучий стыд оттого, что его отшлёпали на глазах у других.
– Выходит, ты не понял ни единого слова из того, что я тебе только что сказал. Я ведь объяснил, что среди альф-ублюдков есть такие, которые распоряжаются чужими горничными, словно те принадлежат им. А потом что я велел? Не слушаться таких ублюдков, а сразу приходить ко мне и докладывать. И что мне теперь делать, если ты даже за собой уследить не можешь? Может, отшлёпать тебя по заднице прямо здесь, на глазах у всех? Только так до тебя дойдёт? Или, возможно, тебе больше понравится, если я заставлю тебя раздеться догола и накажу, как в старые добрые времена?
– Я больше не буду, хозяин. Простите меня, пожалуйста.
Сандро низко опустил голову и стал вымаливать у господина прощения.
Это была ловушка. Да, кто такой Джошуа? Лучший друг Фроста. Он наверняка с самого начала раскусил всю ситуацию и специально расставил эту западню.
– Твой щеночек – отличная добыча. Просто сажай его перед собой на лошадь и вози повсюду. Будешь не на охоту ездить, а горничную сопровождать.
Джошуа хихикнул. Юноша, стоявший рядом с ним, явно не знал, куда деваться от смущения из-за выходок своего хозяина.
Несмотря на провокацию друга, Фрост сохранял невозмутимость. Он неторопливо сунул в рот сигарету, прикурил и усмехнулся.
– Ты лучше за своим следи. Мой щеночек – бета, поэтому феромоны не чувствует. А вот как насчёт твоей горничной? Какой же надо быть конченой мразью, чтобы притащить омегу туда, где собрались одни альфы? У тебя вообще голова на плечах есть?
Фрост язвительно поддел Джошуа. Тот, должно быть, привёл с собой омегу, которого так долго искал, чтобы никто другой не положил на него глаз. Вот только этот малыш как раз и был самой настоящей добычей для альф.
– Прижмите свои феромоны, глава дома Медичи. А то я пристрелю вас раньше, чем вы успеете моргнуть.
Джошуа улыбнулся и угрожающе прорычал эти слова. Сандро сам того не заметив, встал между Джошуа и Фростом, заслоняя хозяина собой.
– Ха-ха-ха! Эй, видел? Мой щеночек встал на защиту хозяина, испугавшись, что его пристрелят!
Фрост обнял Сандро сзади за талию и снова усадил к себе на колени.
– Малыш, ты за хозяина переживал? Боялся, что этот грубиян в меня пальнёт? Ну до чего же ты милый, просто умереть можно! Не волнуйся. Щеночек, хочешь печенье? Ты ведь любишь печенье, правда? На, ешь.
Фрост вложил в руку Сандро большое печенье.
– Щеночек, держись поближе к хозяину, понял? И помни всё, что я тебе объяснял.
Сандро откусывал печенье своим маленьким ртом и кивал. Он выглядел таким милым, что Фрост оставил на его шее отчётливый засос. Сандро вздрогнул, но послушно остался сидеть смирно.
В этот момент к ним подошёл дворецкий.
– Хозяин, гости уже прибывают.
Фрост рассеянно кивнул и похлопал Сандро по ягодицам.
После завтрака все альфы без исключения направились к угодьям. На этот раз в выезде участвовало около десяти человек. За исключением Фроста и Джошуа, все они принадлежали к числу новых аристократов.
По неизвестной причине аристократы, однажды охотившиеся вместе с Фростом, больше никогда не желали появляться на охотничьих угодьях.
– Вилла дома Медичи ничуть не уступает главной резиденции.
Так сказал один из гостей, вдоволь наевшихся за завтраком.
Как бы ни были богаты новые аристократы, им всё равно не сравниться с домами Медичи и Магритт. Масштабы их богатства выходили за пределы воображения. И у альф, теперь с восхищением оглядывавших виллу, имелось ещё несколько подобных мест.
– Вообще-то другая вилла подходит для охоты ещё лучше, но сейчас там остановились родители, бывшие глава дома и его супруга.
Ответил не Фрост, а Джошуа. На собраниях аристократов Фрост обычно не отличался разговорчивостью.
Напротив, общительностью превосходил всех именно Джошуа. С красивым лицом и лукавой улыбкой он непринуждённо поддерживал беседу, а затем прибирал к рукам всё, что ему было нужно. Таков был Джошуа Магритт.
Фрост же, высокомерный и властный, предпочитал наблюдать со стороны, сохраняя на лице прекрасную улыбку.
– А, значит, они вернулись из путешествия?
Было широко известно, что прежние глава дома Медичи и его супруга, родители Фроста, неожиданно передали сыну главенство в семье и отправились в путешествие.
Никаких особых происшествий не случилось – они просто решили, что пора отдохнуть.
– Они вернулись неделю назад, – отозвался Фрост.
Сандро, следовавший за господином, почему-то почувствовал напряжение. Если это родители хозяина, значит, они стоят ещё выше него? Одно лишь упоминание о них внушало трепет.
А вдруг однажды они внезапно явятся в главную резиденцию и начнут проверять новых слуг? От этой мысли у Сандро пробежал холодок по спине. Он решил, что теперь ему нужно стараться ещё усерднее.
– Значит, они останутся на вилле?
Иными словами, настоящая власть в доме Медичи тоже принадлежала нынешнему главе семьи – Фросту.
То же самое происходило и в императорском доме, да и в аристократических семьях: пока прежний глава был жив, он неизбежно продолжал вмешиваться в дела наследника.
Но, удалившись на виллу, прежние глава дома Медичи и его супруга дали понять, что передают всю власть сыну, Фросту.
Сандро не знал обо всех этих тонкостях. Он лишь напряжённо стоял, не сводя больших глаз со спины хозяина.
Фрост позвал его. Сандро, до этого смотревший на хозяина, вздрогнул, когда их взгляды встретились. Сегодня господин внушал ему куда больший трепет, чем обычно.
На охоте слуги, как правило, сопровождали своих хозяев: следили за вещами и одеждой, заряжали ружья.
Разумеется, были и слуги, остававшиеся в доме, а также те, кто накрывал столы для альф, которые предпочитали перекусить на свежем воздухе.
Но на этот раз Сандро поручили сопровождать хозяина. На охотничьих угодьях Фрост выглядел совсем иначе.
– У тебя сейчас спина треснет. Поклажа тяжёлая, так что поставь её. Можешь оставить прямо на земле, никто слова не скажет.
Сандро, до этого прижимавший к себе целую охапку вещей, наконец расслабился и опустил их на землю.
– Теперь, когда вы стали полноправным главой дома, разве вам, господин Фрост, не пора задуматься о браке?
– Кто знает. Я пока об этом не размышлял.
Стоявший рядом Сандро невольно покосился на хозяина, пытаясь угадать его реакцию.
– Каково вам было, когда господин Чезаре женился?
– Всё-таки это свадьба близкого друга. Наверное, чувства были особенные?
Альфы один за другим вставляли свои замечания.
Стоило им заговорить о Чезаре Борджиа, как Сандро снова почувствовал необъяснимую тревогу.
Разве не бывает таких людей? Тех, рядом с кем почему-то неуютно, хотя они ничего тебе не сделали и ты ничего им не должен. Тех, кто почти не обращает на тебя внимания, но всё равно не выходит из головы.
Для Сандро таким человеком был Чезаре Борджиа.
Джошуа, напротив, при каждой встрече цеплялся к Сандро, однако хозяин неизменно давал ему отпор, поэтому Джошуа не казался особенно опасным.
Конечно, Сандро было немного обидно, что совсем недавно он получил нагоняй из-за Джошуа, но это было и всё. Теперь даже при встрече с ним Сандро уже не ощущал себя так неловко.
С Чезаре Борджиа всё было иначе. Он улыбался Сандро, относился к нему по-доброму, но тот всё равно испытывал дискомфорт. Возможно, дело было в том, что Чезаре когда-то состоял в отношениях с хозяином.
– Хм, наверное, это было похоже на чувства старшего брата, выдающего младшую сестру замуж.
Фрост бросил эту фразу как бы между прочим.
Джошуа разразился безумным хохотом. Сандро уставился на него, словно на сумасшедшего. Что же тут такого смешного? Чем дольше он наблюдал за этим человеком, тем меньше его понимал. Стоявшую рядом с Джошуа горничную было даже жаль.
– А, кстати, господин Джошуа, вы, должно быть, тоже испытывали подобные чувства?
– Да, я чувствовал то же самое, что и Фрост. Остаётся только надеяться, что Чезаре будет жить в достатке.
Слово «достаток» здесь означало не столько счастье, сколько буквальное изобилие и богатство. Денег у Чезаре и без того было более чем достаточно, но ведь ещё большее богатство никогда не помешает.
Чезаре должен был успешно удержаться при императорском дворе. Только тогда дома Медичи и Магритт, которые протолкнули его туда, тоже смогут процветать, держа императорский двор в своих руках.
Аристократы, не понимавшие истинного смысла этих слов, просто смеялись вслед за Джошуа.
– Кстати, господин Фрост, вы ведь даже не охотитесь на омег. Неужели у вас припрятана какая-нибудь юная леди?
– С чего бы? Я ещё не настолько спешу, чтобы жениться на омеге. Хватит болтать, пора начинать охоту. Малыш.
Услышав внезапный зов хозяина, Сандро, который всё ещё отвлекался на слова об омегах и браке, испуганно обернулся.
Фрост принял у Сандро ружьё и улыбнулся, приподняв уголки губ. Альфы на мгновение затаили дыхание, наблюдая за ними: между этими двумя витала какая-то странная атмосфера.
– Да что он такого сделал, чтобы называть его молодцом?
Джошуа, проходя мимо, всё-таки не удержался и бросил очередное замечание. Но Фрост не стал отвечать на выпад своего друга.
Раздался выстрел, и птица, до этого летевшая по небу, камнем рухнула вниз.
– Как и ожидалось! Ни одного промаха!
Сам Фрост лишь слегка улыбнулся, но у стоявшего рядом Сандро уголки губ взлетели чуть ли не до небес.
Каждый раз, когда его хозяин сбивал очередную птицу, щёки Сандро округлялись от широченной улыбки, словно это он сам добился успеха на охоте. А потом он своими маленькими ладошками начинал хлопать: хлоп-хлоп-хлоп.
Сандро и так знал, что хозяин умеет всё на свете, но узреть это собственными глазами было совсем другим делом. Он так им гордился! Как же можно быть настолько великолепным?!
Увидев это зрелище, Джошуа усмехнулся, притянул к себе своего омегу и что-то прошептал ему на ухо. Сандро не знал, что именно тот наболтал, но заметил, как лицо юной горничной вспыхнуло докрасна.
Фрост некоторое время пристально смотрел на своего друга и его омегу, затем отвернулся и с улыбкой взглянул на Сандро.
– Иди внутрь и сообщи дворецкому, что мы будем обедать. А потом снова выйди, прогуляемся.
Сандро, по-прежнему одетый в форму горничной, засеменил обратно в дом.
Перед охотой Фрост долго раздумывал, во что его одеть: в форму горничной или в одежду мужского слуги.
Поразмыслив некоторое время, он решил, что, если щеночек всё равно привлечёт внимание альф, в чём бы ни был одет, лучше нарядить его покрасивее, чтобы все как следует его запомнили.
Однако смириться с привычной короткой юбкой он так и не смог, поэтому всё-таки выбрал юбку подлиннее.
– Это ведь та самая горничная, да?
Эстер обратился к нему с вопросом.
Фрост именно этого и ожидал, поэтому встретился с тем взглядом. Сегодня его красные глаза казались ещё более зловещими.
Джошуа с нескрываемым интересом наблюдал за двумя альфами. Одновременно он крепко притянул к себе своего омегу и что-то прошептал ему на ухо. Омега поспешно взял добычу, которую подстрелил Джошуа, и скрылся в доме.
– Тот самый, которого я просил вас продать мне в прошлый раз…
Фрост громко расхохотался. Этот ублюдок, который совершенно не знает своего места, ничуть не изменился.
Он слегка склонил голову набок, прикидывая, как с тем поступить, и тут Сандро снова выбежал из дома, торопливо перебирая ножками.
– Красивый, правда? Мой малыш.
Ничего не подозревавший Сандро подбежал к Фросту и доложил ему.
– Дальше развлекайтесь как хотите. Увидимся за обедом.
Фрост без малейшего сожаления отвернулся. Бросив взгляд на стоявшего рядом вороного коня, он посмотрел на Сандро.
– Да, хозяин. Мне идти за вами следом?
– Пешком собрался? А я поеду верхом.
Сандро огляделся. Лошади, на которой он мог бы поехать, поблизости не было. Он уже задумался, не нужно ли сходить за ней в конюшню, когда Фрост легонько похлопал его по ягодицам.
– Я подержу поводья. Садись впереди.
– Тебе ещё и ножку подставить?
Сандро энергично замотал головой.
Он с трудом взобрался на вороного коня. При этом юбка задралась, обнажив белоснежные бёдра. На них повсюду виднелись многочисленные красные следы. Заметив их, Джошуа покачал головой и усмехнулся.
Фрост забрался на коня позади Сандро и обхватил его за талию.
Фрост медленно повёл коня вперёд. Несколько альф, в том числе Эстер, молча смотрели им вслед, пока оба постепенно не скрылись в лесу.
Когда они углубились в лес, Фрост заговорил:
– Может, стоило посадить моего малыша на лошадь одного?
Ответ последовал мгновенно. Сандро всё ещё было страшно.
Сандро украдкой оглянулся на хозяина и кивнул.
– Когда едешь верхом, нужно смотреть вперёд.
– И после всех этих тренировок тебе всё ещё страшно?
Он даже не знал, сколько слёз пролил, сидя на треугольной деревянной лошадке. За то, что не мог держать спину прямо, его снова и снова шлёпали по ягодицам, а под конец досталось и по дырочке.
Он терпеть не мог короткий хлыст. Ему и без того было ужасно стыдно за то, что приходилось выставлять зад и показывать дырочку, а когда его били ещё и по этому месту, стыд и унижение становились совсем невыносимыми.
На улице всё оказалось точно так же. Езда на настоящей лошади сильно отличалась от сидения на деревянной лошадке. Уже одно лишь восхождение в седло стало для него началом череды мучений.
Ему говорили, что уши, плечи, ягодицы и пятки должны находиться на одной прямой, но он никак не мог понять, как этого добиться. Ещё говорили, что нужно расправить плечи, чтобы перенести вес тела на седалищные кости, но и это у него не получалось.
На лошади хозяин его не бил. Однако стоило тренировке закончиться, как он заставлял Сандро прямо там, в саду, самому обнажать ягодицы, после чего принимался его шлёпать. Сандро каждый раз плакал от невыносимого стыда, думая, что кто-нибудь может их увидеть.
– А разве нельзя мне сидеть вот так, перед вами, хозяин?
Сандро потёрся затылком о плечо Фроста и принялся капризничать. Тот тихо рассмеялся и крепче обнял его за талию.
– Какие-нибудь назойливые альфы приставали к тебе?
С тех пор как они приехали на виллу, Сандро всё время держался рядом с Фростом, словно его тень. И всё же хозяин решил переспросить:
– Если какой-нибудь альфа начнёт приставать к тебе, сразу приходи и рассказывай мне. Понял?
Хотя Сандро был бетой, а не омегой, Фрост продолжал подчёркивать, что речь идёт именно об альфах. Для него аристократы, стоявшие ниже него, были не более чем такими вот ублюдками. Не настоящими аристократами, а низшими альфами, которые не заслуживали ни малейшего уважения. К новым аристократам он относился с особенным презрением.
«Ублюдки, у которых за душой ни гроша, зато они надеются сорвать куш благодаря своим альфа-феромонам».
Именно так Фрост представлял себе новых аристократов.
В Альбитро выше дома Медичи стоял только императорский дом. Если не считать семьи Магритт, все остальные были ниже всякой меры.
Среди альф тоже существовали лишь три семьи с представителями высшего доминирующего уровня. Остальные были низшими альфами, у которых даже феромоны толком непонятно на что годились.
Фрост не мог спокойно смотреть, как эти ублюдки ведут себя так, будто стоят с ним на одном уровне, и нагло задирают нос.
Причина, по которой он устроил охоту, была проста. Он действительно собирался на кого-то поохотиться. Иначе зачем ему затевать всё это хлопотное мероприятие?
– Может, останемся здесь ещё на несколько дней после окончания охоты?
Вилла была меньше главной резиденции, но в ней имелось своё уютное очарование.
– Да. Главная резиденция слишком большая, а здесь хотя бы не заблудишься…
– Ха-ха-ха-ха! А ведь мой щеночек совершенно не умеет ориентироваться на местности!
Сандро жалобно застонал в ответ на слова Фроста.
– Здесь тоже нужно быть осторожным. Лес густой, поэтому плохо видно. Стоит зазеваться, и можно заблудиться среди деревьев.
– А здесь водятся дикие звери?
Сандро с тревогой оглянулся на своего хозяина.
– Э-э, сколько раз тебе твердили, что во время верховой езды нужно смотреть вперёд.
– А здесь правда водятся дикие звери?
Это были охотничьи угодья, за которыми следили. Управляющий ухаживал за ними каждый день. Здесь водились лишь птицы вроде куропаток да мелкие животные, например кролики. Но Фросту всё никак не удавалось удержаться от желания подразнить Сандро.
– В охотничьих угодьях всегда водятся дикие звери.
Какая там правда. Разумеется, это была ложь.
– Вот поэтому тебе и нельзя бродить одному. Да?
Сандро так энергично закивал, что, казалось, вот-вот сломает себе шею.
– Тогда прижмись ко мне ещё крепче. Ничего страшного. Сейчас ведь мы вместе.
Фрост обнял его за живот чуть крепче, и Сандро уютно устроился у него на руках. Казалось, будто они были созданы друг для друга: Сандро всё лучше прилегал к телу Фроста. Такой крошечный – держать его в объятиях было одно удовольствие.
– А нам можно остаться здесь ещё на несколько дней? Вы ведь не заняты и всё такое?
– Тогда, если вы останетесь ещё на несколько дней, я тоже хочу побыть с вами.
– Значит, ты собирался отправить щенка обратно одного, без меня? Кто тебе такое позволил?
Он что, до сих пор так ничего и не понял? Куда это он собрался идти один? Разумеется, раз он принадлежит Фросту, то должен держаться поближе к хозяину.
– Нет, я не это имел в виду. Просто подумал, вдруг буду вам мешать. Вы ведь наконец-то можете здесь отдохнуть.
Фрост тихо рассмеялся. Какой же умный щенок.
Он остановил лошадь, первым спешился, а затем протянул руку Сандро.
– Ой, я и сам могу спуститься.
– Юбка длинная. Ещё зацепишься за что-нибудь и упадёшь.
– Тогда я лучше позволю хозяину подхватить меня на руки.
Сандро непринуждённо протянул руки и с готовностью плюхнулся в объятия хозяина. В такие моменты Фросту каждый раз казалось, будто щенок сам прыгает к нему. Он ловко подхватил Сандро и помог тому спуститься с лошади.
Едва протянул руку, как маленькая ладошка тут же легла в его. Вот ведь умница – даже команду «Дай лапу!» выполняет как следует.
Когда они прошли немного дальше, из густого леса потянуло приятным горным ароматом. Свежим и бодрящим.
– Хозяин, как же здесь чудесно пахнет.
Стоило отпустить его руку, и щенок наверняка тут же принялся бы носиться по лесу туда-сюда. А потом весь перемазался бы в земле.
От одной этой картины Фросту захотелось помучить белоснежного щенка. Может, заставить его поваляться здесь на земле? Если он расплачется и перемажет себе всё лицо, это ведь будет так мило.
Но тут Фрост вспомнил Эстера, который положил глаз на Сандро.
Какой-то ничтожный ублюдок смеет зариться на чужое!
Фрост собирался не трогать Сандро до тех пор, пока Эстер не уедет. Он прекрасно знал, что его предпочтения отличаются от вкусов обычных людей. Но это вовсе не означало, что он хоть на мгновение собирался их менять.
Вместо этого Фрост умело различал чужие вкусы и собственные, используя их там и тогда, где это было уместно.
И сейчас всё было так же. Для него щенок, который рыдает, ползает по земле и умоляет о пощаде, выглядел бы очаровательно. Но он понимал, что другим подобное зрелище могло показаться жалким.
Если этот никчёмный ублюдок увидит такое, он ведь начнёт вести себя так, будто сам стал спасителем, верно?
Позволить ему это? Дать ему возможность протянуть руку помощи? И если он станет разыгрывать из себя спасителя, а Сандро отвергнет его, как же сильно его это взбесит? В голове Фроста одна за другой шевелились дурные мысли.
Сандро крепко сжал руку Фроста и указал на одно из деревьев. На ветках тесно росли маленькие фиолетовые ягодки – голубика. И надо же, нашёл что-то такое же милое, как он сам.
– Вот как? Хочешь попробовать?
Сандро спросил, с любопытством глядя на ягоды. Фросту хотелось скормить их ему не в верхний, а в нижний рот. Интересно, есть ли способ?
Фрост подвёл Сандро к дереву и сорвал одну ягоду.
Сандро послушно открыл рот, как велел хозяин. До чего же очаровательный. Настолько, что Фросту немедленно захотелось засунуть ему в рот свой член.
Навыки Сандро в минете почти не улучшались. Но его неопытность только доставляла Фросту больше удовольствия. Ведь именно его член первым оказался в этом маленьком ротике.
Сандро медленно разжевал ягоду. Сладость постепенно заполнила весь рот, и уголки его губ понемногу поползли вверх.
Сандро сорвал голубику и протянул её Фросту. Тот вместо ягоды поднёс к губам руку Сандро и прикусил её.
Фрост лизнул кончик пальца языком, и щенок тут же принялся тихонько поскуливать.
Фрост произнёс это, глядя на Сандро. Казалось, его красные глаза стали ещё глубже. Сандро невольно сглотнул.
– Хозяин, вы ведь не заболели?
Даже задавая вопрос, он словно осторожничал и слегка склонил голову набок.
– Мне кажется, ваше тело немного горячее обычного.
Сандро произнёс это, часто моргая своими большими глазами.
– Правда? Тогда проверь ещё раз.
Фрост снова сорвал голубику и положил её Сандро в рот. Одновременно два его пальца скользнули внутрь, придавили ягоду и прижали язык Сандро. Из приоткрытого рта потекла слюна.
– Малыш, пососи так же, как сосёшь член хозяина.
Фрост взял Сандро за плечи и усадил на землю. Тот ухватился за его бёдра и опустился перед ним на колени. Затем высунул язык и принялся сосать пальцы своего хозяина.
Сандро, как его учил Фрост, сложил губы трубочкой и принялся посасывать пальцы.
Фрост протяжно застонал, словно ему отсасывали член. Член, запертый в штанах, мучительно упирался в ткань.
Маленькая рука всё время скользила по его бедру, задевая спрятанный под одеждой член. Щенок, окончательно потерявший страх, закрыл глаза и сосал пальцы, при этом его бёдра едва заметно подрагивали. Фросту хотелось схватить его за волосы и затолкать член глубоко, до самого горла.
Белое личико Сандро до предела разжигало похоть. Фрост просунул пальцы ещё глубже. Из-за этого щенка его тело никак не могло остыть. Даже будучи сверхдоминантным альфой, он, к собственному стыду, постепенно приближался к пределу.
Стоило ему подумать, что этот маленький щенок, настоящий искуситель, способен им помыкать, как феромоны пришли в волнение. Проблема заключалась в том, что сам щенок был бета и ничего этого не ощущал.
Фрост неважно себя чувствовал. Его бросало в жар. Приближался гон.
После проявления вторичных половых признаков все альфы и омеги прежде всего учились контролировать свои феромоны. Ведь среди обладателей вторичных половых признаков феромоны влияли друг на друга сильнее всего.
Даже те, кто ненавидел друг друга, могли провести вместе ночь из-за гона или течки. И наоборот, даже безумно влюблённым приходилось держаться подальше, если их феромоны не подходили друг другу. Поэтому и обладателям вторичных половых признаков следовало осторожно обращаться с феромонами.
Особенно это касалось альф. Они могли подавлять соперников феромонами, запугивая их и устанавливая иерархию, а могли выпустить феромоны так, чтобы заставить омег опуститься перед ними на колени.
Для начала ему нужно было кончить – тогда он, вероятно, немного успокоится. Сам гон пока не должен был начаться.
У Фроста гон не только длился продолжительное время, но и предвестники проявлялись задолго до его начала. Гон должен был начаться после окончания охоты.
Джошуа рассказывал, что в прошлый раз отправился на охоту, прекрасно зная о приближении гона, и сожрал омегу, который по незнанию забрёл в лес.
Судя по обстоятельствам, у того омеги ещё не проявились вторичные половые признаки. Несчастному не повезло столкнуться с Джошуа, и именно тогда у него произошло проявление.
В тот раз Фрост лишь покачал головой, назвав своего друга бесцеремонным грубияном.
Если Джошуа был склонен действовать импульсивно, то Фрост, напротив, всё тщательно планировал. Он точно знал, как проявляются предвестники собственного гона и когда тот начнётся и закончится.
Даже дату охоты он назначил намеренно, подгадав её к появлению первых признаков гона.
Всё было продумано заранее: пока шла охота, он собирался феромонами подавлять альф, стоявших ниже него по иерархии, а после её окончания – провести гон вместе с Сандро.
Однако, каким бы тщательно спланированным ни было всё это, бушующий внутри жар всё равно причинял мучения. Фрост вынул пальцы изо рта Сандро, затем расстегнул ремень и пуговицы. Сандро растерянно посмотрел на него снизу вверх.
От голубики уголки его губ слегка окрасились в фиолетовый, и это выглядело очаровательно. Фрост лизнул его в уголок рта, а затем спросил. Сандро встретился с ним взглядом и медленно покачал головой.
– Раз нравится, значит, надо брать.
Сандро по-прежнему оставался неумелым и пугливым, но, к его чести, не отказывался. Он слишком хорошо понимал своё положение. Фрост не мог не умиляться тому, как Сандро умел знать своё место.
Сандро протянул руку, стянул с Фроста нижнее бельё и высунул язык. На самом кончике члена уже выступила предэякуляторная жидкость. Сандро лизнул её и тут же осторожно взглянул на хозяина, проверяя его реакцию.
– Какой же ты послушный щенок.
Сандро нравилось, когда хозяин его хвалил. Даже за самые незначительные вещи господин ласковым голосом говорил ему, что он молодец, что он хороший.
Сандро хотелось слышать похвалу снова и снова, поэтому, несмотря на свою неопытность, он старался изо всех сил.
Красные глаза Фроста были полны страсти. Глядя в глаза хозяина, Сандро набрался смелости и длинным движением языка провёл по стволу члена.
Когда тёплый язык обвил его член, Фрост издал расслабленный стон. Он погладил маленькую головку Сандро, а затем нежно потрогал его мягкие ушки.
Феромоны, которых Сандро даже не мог почувствовать, бурлили и окутывали его со всех сторон. Стоило им вернуться на виллу в таком виде, и любой сразу бы понял, чем они занимались.
Сандро открыл рот и обхватил губами головку члена Фроста. Затем начал двигать головой, постепенно принимая член всё глубже.
Затвердевший член скользнул по нежной, мягкой полости его рта и проник внутрь. Сандро с такой силой заглотил его, что щёки у него округлились.
Когда Фрост крепко схватил Сандро за затылок, маленькие руки, сжимавшие его твёрдые бёдра, напряглись ещё сильнее.
Фрост то сжимал маленькую головку, то ослаблял хватку, направляя движения рта Сандро. Одновременно он обильно выпускал феромоны.
Если бы Сандро был омегой, от такого количества феромонов он бы уже давно, истекая смазкой, ползал по земле. И каждый раз Фросту было искренне жаль, что этого не происходило.
Длинный и толстый член заполнял маленький рот и двигался внутри, так что Сандро, похоже, не хватало воздуха. Его белое лицо снова начало заливаться слезами.
Когда он вот так плакал, у него забивался даже нос, и дышать становилось трудно. Сколько бы Фрост ни объяснял ему это, Сандро каждый раз плакал так сильно, что всё лицо у него становилось мокрым, чем бы они ни занимались.
Неизвестно, от природы ли он был таким плаксивым, но Фроста это вполне устраивало. Ему нравилось видеть мокрое от слёз лицо Сандро.
Схватив его за волосы, Фрост стал двигать рукой быстрее. Видимо, такой темп оказался для Сандро слишком тяжёлым: он вздрагивал и сильнее прижимался к бедру господина.
Фрост спокойно наблюдал, как тот снова и снова приподнимал бёдра. Уголки его губ сами собой поползли вверх.
Маленькая головка Сандро усердно двигалась. Он старался не задевать член зубами, раскрывал горло и продолжал, но из-за приближавшегося гона Фрост чувствовал, что его прикосновения становились всё более грубыми.
Сандро посмотрел на хозяина глазами, полными страха. Какой милый щенок.
Он ни за что не собирался отдавать кому-либо эту прелесть. Фрост погладил большим пальцем родинку под правым глазом Сандро.
Фрост с силой прижал Сандро за затылок. Сперма, которую тот не смог проглотить, потекла из уголков его рта. Вынимая из его рта член, похожий на оружие, Фрост произнёс:
Фрост провёл пальцем по губам Сандро, убирая остатки спермы, а затем снова вложил тот ему в рот. Сандро, словно выпрашивая ласку, потёрся щекой о твёрдое бедро Фроста и заёрзал задом. Фрост улыбнулся и погладил его по голове.
Фрост достал носовой платок и, приводя в порядок одежду спереди, отдал приказ. Сандро неловко поднялся, повинуясь хозяину.
Сандро настороженно посмотрел на него. Он выглядел то ли смущённым, то ли встревоженным.
– Простите, что кончил без разрешения.
В конце концов Сандро признался. Призрака ещё можно обмануть, но разве можно обмануть собственного хозяина?
– Надо поднять юбку. Подними и покажи.
Покраснев, Сандро засуетился и начал поднимать юбку.
– Выше. Иначе ничего не видно.
Сандро с неловким выражением лица отвернулся и поднял юбку повыше. Подол оказался у самого белого живота. Передняя часть серых трусиков, которые Фрост утром собственноручно надел на него, промокла насквозь.
Фрост учил его обязательно получать разрешение перед тем, как кончить, но Сандро то и дело не мог сдержаться. Может, дело было в том, что он ещё совсем юный щенок: он даже не умел контролировать мочеиспускание и вообще требовал немало хлопот.
Но Фроста это не раздражало. Просто Сандро нужно было научить.
– Иди сюда, спусти трусики и подставь задницу.
– М-м, простите, я больше не буду.
– Давно тебя не наказывал, и ты уже вовсю своевольничаешь, да?
– Сандро, если ты вернёшься с запахом спермы, у альф у всех слюнки потекут. Ты что, хочешь, чтобы те альфы, которые там сидят, по очереди тебя оттрахали?
Сандро отчаянно замотал головой. Даже от одной этой мысли становилось не по себе. Служанка ведь принадлежала хозяину лишь до тех пор, пока тот не решит от неё отказаться.
– И что мне с тобой делать, если ты так течёшь? Альфы обрадуются, вытащат свои члены и начнут предлагать тебе их. Ты и правда будешь принимать их всех?
– Нет. Только вас, хозяин. Только ваш член.
– Что именно ты собираешься делать, щенок?
– М-м, что угодно. Всё что угодно, только ваше, хозяин.
– Вот и хорошо. А теперь живо выставляй задницу. За проступок нужно отвечать.
Такого не случалось уже очень давно. Сандро помнил, насколько страшным и болезненным бывало наказание, поэтому слёзы снова ручьём потекли по его щекам.
– Эй! Слёзы не помогут. Или, может, пойдём внутрь? Там перед всеми этими альфами спустишь трусики и получишь наказание?
– Не хочу. Здесь, хнык, я хочу, чтобы вы наказали меня здесь.
– Ну хорошо. Тогда скорее подставляй задницу.
Сандро спустил влажные трусики до колен. Несмотря на то что он уже кончил, член всё ещё оставался наполовину твёрдым. Чистый, совершенно без волос, он выглядел мило.
Фрост прижал живот Сандро к своей руке и заставил его согнуться. Кончик члена, ещё не успевшего полностью опасть, тёрся о руку Фроста. Остатки белой спермы, которую не удалось вытереть дочиста, оставили след на чистой одежде.
– Сейчас ты о моей одежде беспокоишься? Лучше бы о своей заднице подумал.
Фрост большими ладонями принялся мять белые ягодицы.
– И чего ты уже ревёшь, будто тебя ни за что ни про что обидели?
Он собирался оставить на белых ягодицах новые отпечатки ладоней. Как же приятно будет смотреть на них и трахать Сандро весь период гона!
Фрост почувствовал, как член, который ему едва удалось успокоить, снова набухает, словно вот-вот прорвёт ткань брюк.
– Да, ты провинился, поэтому и получишь наказание. Нужно как следует тебя проучить, чтобы, когда те альфы начнут пускать слюни и набрасываться на тебя, хозяин мог тебя защитить. Верно?
– М-м, да. Я хочу быть только с вами, хозяин.
– Вот и умница. И это тоже, и это – всё моё. Ты должен принимать только то, что принадлежит хозяину. Понял?
Фрост просунул руку между раздвинутых ног Сандро и провёл ладонью по члену, промежности, а затем и по самому отверстию.
Сандро задрожал всем телом. Он боялся наказания, но его тело, приученное к ласкам собственного хозяина, нередко возбуждалось даже от одних таких прикосновений.
– Охота продлится ещё два дня. Кто знает, когда эти щенки начнут облизываться и подбираться к тебе. Держись поближе ко мне. Понял?
– За проступок нужно отвечать. Давно тебя не наказывал. Давай-ка получишь ровно тридцать шлепков.
Даже если Фрост бил ладонью, его удары были настолько жестокими, что Сандро невольно вскрикивал от боли. Он снова разрыдался, но тут ему прямо в рот сунули три сладкие ягоды голубики.
– Считать не нужно. Хорошенько держи во рту. Выплюнешь – получишь ещё больше.
Сандро отчаянно закивал. Слёзы крупными каплями падали на землю.
Лес наполнился звуками ударов ладони о ягодицы и тихими всхлипами Сандро. Птицы давно уже разлетелись, испуганные его плачем.
– Сандро, ну как ты можешь так шуметь? Все птицы разбежались. А мы после обеда собирались снова охотиться. И что теперь будем делать?
– Хнык, всхлип… Хозяин, простите меня. Всхлип…
Голубика, которую Фрост положил ему в рот, давно уже оказалась в желудке. Даже плача, Сандро не решился выплюнуть ягоды и проглотил их. Из-за сладкого сока у него всё время выделялась слюна, которая стекала изо рта.
Но хозяина, похоже, совершенно не смущало, что Сандро весь перепачкался. Он продолжал шлёпать его по заднице, словно ничего особенного не происходило.
– М-м, хозяин, я больше так не буду.
– Разумеется, не будешь. Или ты собирался и дальше кончать без разрешения?
С каждым предложением Фрост высоко поднимал руку и опускал её на ягодицы Сандро. Упругая задница при каждом ударе отскакивала, словно пудинг.
После десяти ударов правая ягодица уже раскраснелась, как спелое яблоко.
Осенью в этом лесу тоже созреют красные яблоки. Фрост подумал, что, если они вернутся сюда в тот сезон и он снова отшлёпает Сандро, уже не разберёшь, где яблоко, а где ягодица.
Мысль была совершенно пустяковой, но Фрост вдруг решил, что осенью непременно снова приведёт Сандро в этот лес.
– Больно, хозяин. Хнык, больно!
Сандро лежал животом на твёрдой руке Фроста и не мог свободно двигаться. Он боялся, что, если пошевелится неосторожно, начнёт тереться вставшим членом о руку хозяина.
Даже получая шлепки, Сандро оставался возбуждённым. Поначалу такого не было, но постепенно его тело привыкало к воспитанию, которое проводил Фрост.
Шлёп! После десяти ударов по правой ягодице очередь перешла к левой. Удары были такими сильными, что казалось, будто тело Сандро вот-вот опрокинется вперёд. Он невольно попытался протянуть руку назад.
– Простите, хозяин. Больно, больно!
Рука, потянувшаяся назад, снова легла на колено. Колени дрожали. Сильнее всего болели ягодицы, но удерживать позу было не намного легче.
Даже несмотря на то, что хозяин поддерживал его за живот, при каждом ударе всё тело Сандро содрогалось, и ему казалось, что он вот-вот рухнет вперёд.
Лучше бы ему стоять на четвереньках на земле или опереться на что-нибудь. Хотя это было ужасно стыдно, больше всего ему нравилось, когда хозяин клал его себе на бедро и шлёпал в таком положении.
Очередной шлепок обрушился на ягодицы. От боли Сандро невольно изогнул спину. Казалось, чем дольше Фрост его бил, тем сильнее становились удары.
– Ты ещё и половины не получил, а уже так расклеился. Может, мне тебя весь день пороть?
Им ещё предстояло вернуться и обслуживать остальных во время обеда, да и самому Фросту нужно было поесть. Во второй половине дня они собирались охотиться на зайцев. Дел было невпроворот.
– Сможешь терпеть как следует?
По опыту Сандро знал: если угодить хозяину, порка быстрее закончится или количество ударов уменьшится. Поэтому он вытер слёзы плечом.
Фрост легонько похлопал по левой ягодице, на которую пока пришлось всего два удара, стараясь не причинять боли. Он почувствовал, как Сандро сжал мышцы вокруг отверстия и напряг ягодицы.
Стоило Сандро подчиниться приказу Фроста и расслабиться…
– А-а! Ай! Больно! Больно! Хозяин, простите! А-а-а!
Ладонь обрушилась на задницу. Слёзы сами собой хлынули из глаз, а крики вырывались один за другим. Четыре удара последовали без единой паузы.
Сандро принялся топать ногами. Из-за этого его напряжённый член скользил вверх и вниз по предплечью Фроста.
– А-а-а, больно! Хозяин, простите! Пожалуйста, простите меня!
– Осталось четыре удара из тридцати. А остальные десять заменить чем-нибудь другим?
Услышав это, Сандро резко повернул голову и посмотрел на хозяина. Он понимал, что это не что иное, как дьявольский шёпот, но всё равно не мог не кивнуть.
– Хозяин, я не выдержу ещё десяти ударов. Кажется, у меня сейчас задница лопнет.
С этими словами Фрост погладил покрасневшие ягодицы, и Сандро снова надул губы.
– Если вы ударите меня ещё десять раз, кажется, пойдёт кровь.
Фрост определённо обещал заменить оставшиеся десять ударов чем-то другим, но Сандро всё равно старался убедить его изо всех сил. Иначе хозяин запросто мог передумать в последнюю секунду.
– Может, просто отшлёпать тебя все четырнадцать раз, а если пойдёт кровь, я отнесу тебя на руках?
Вот именно. Поэтому нужно было уговаривать господина, пока тот не даст твёрдое обещание.
Сандро, даже не раздумывая, покачал головой. Его уже били так, что на ягодицах оставались фиолетовые синяки, но до крови кожа никогда не лопалась.
Хозяин прекрасно знал, как причинить ему боль, чтобы потом, в повседневной жизни, он постоянно вспоминал о ней и испытывал неудобство. Поэтому бил ровно настолько сильно, насколько требовалось.
Так, чтобы синяки на ягодицах болели настолько, что Сандро морщился каждый раз, когда садился или вставал.
Приучить его тело к тому, чтобы он снова и снова вспоминал и о возбуждении, которое испытывал, пока получал шлепки с эрекцией, и об остром удовольствии, охватывавшем его после наказания, когда он кончал, – вот в чём заключался метод хозяина. Один из способов воспитания.
– Хозяин, хнык, я не выдержу. Не выдержу столько ударов.
Сандро поднял обе руки, окончательно сдаваясь, и взмолился о пощаде.
– Тогда получишь ещё ровно четыре удара, а потом займёмся другим.
– Хорошо, всхлип, так и сделаю.
Другого выбора не было. Оставалось лишь подчиниться тому, чего хотел хозяин.
Сандро даже не спросил, что именно подразумевалось под «другим», а просто кивнул. Ему было неинтересно. Он лишь желал поскорее выбраться отсюда.
– Осталось четыре удара. Сможешь выдержать?
Сандро снова опёрся животом на руку Фроста и упёрся ладонями в колени. Руки у него были насквозь мокрыми от пота. Фрост похлопал его по левой ягодице.
– Хорошенько держи это во рту.
Хозяин снова положил ему в рот три ягоды голубики. Сандро ронял крупные слёзы, но всё равно не выплёвывал ягоды.
Четыре удара подряд обрушились на его ягодицы. В разных уголках леса всполошились птицы, сидевшие на ветках, и с громким хлопаньем крыльев взмыли в небо.
Но Сандро было не до них. Как только порка закончилась, он тут же повис на хозяине, прижавшись к нему всем телом.
Однако прежде, чем он успел разрыдаться, его рот уже оказался занят. Фрост поцеловал его.
Голубика заметалась у них во рту и вдруг лопнула. Потёк сладкий сок.
Сандро потянулся языком к этой сладости и стал принимать слюну хозяина. Слюна Фроста вместе с соком голубики скользнула ему в горло.
Когда его били, было ужасно больно, но утешение, которое хозяин дарил после наказания, было невероятно сладким.
Сладости, которые тот вкладывал ему в рот, и большие ладони, нежно гладившие его, – всё это ему нравилось.
Мягкий язык, подхвативший его собственный и потянувший за собой, заставил Сандро игриво тереться языком о язык хозяина. Когда большая ладонь погладила его по голове, он ещё крепче обнял Фроста за талию.
В образовавшуюся на мгновение щель между их губами снова проскользнула ягода голубики. Она долго перекатывалась из стороны в сторону, а затем исчезла.
Кто именно проглотил её, было не разобрать, но, когда они наконец отстранились друг от друга, от ягоды остался лишь сладкий привкус.
– Стоит тебе расплакаться, и ты превращаешься в грязного замарашку. Высморкайся.
Фрост сам растёр пальцами мокрые от слёз уголки глаз Сандро, а затем протянул ему носовой платок. Сандро шмыгнул носом.
– Глупый щенок. Я же не велел тебе есть сопли, а сказал высморкаться. Давай, сильно выдохни носом.
Фрост сам поднёс платок к его носу. Щенок, у которого от долгого плача распухло всё лицо, высморкался, а затем незаметно забрал платок себе. Пока щенок вытирал слёзы, Фрост одним движением задрал его юбку.
Фрост внезапно обхватил губами член Сандро, который всё это время тёрся о его руку, пока тот получал шлепки. Плоть целиком скользнула ему в рот.
Ошарашенный Сандро попытался оттолкнуть хозяина, но красивое лицо Фроста так и осталось спрятанным под юбкой, словно он и не собирался выбираться наружу.
– Хозяин, нельзя! Не надо! А-а!
Сандро попытался отодвинуть зад, но Фрост грубо схватил его руками за обе ягодицы. Стоило ему сжать ушибленные места, как Сандро затрясся от боли.
– М-м, хозяин… Нельзя, я сейчас кончу!
Ещё во время порки Сандро уже был возбуждён. Его твёрдый член всё это время тёрся о руку хозяина, пока тот шлёпал его по ягодицам. Стоило теперь добавить совсем немного стимуляции, и он бы кончил. Но эти ощущения оказались слишком сильными.
Сандро не мог ни отодвинуть зад, ни продолжать держать член во рту хозяина, поэтому ему оставалось лишь плакать.
– Хнык, ах, хозяин, нельзя… всхлип, я сейчас кончу! А-а… Я хочу кончить! Хнык, хозяин, пожалуйста, дайте мне кончить!
В этот момент Фрост развёл его ягодицы в стороны, и один палец протиснулся между складками и скользнул внутрь.
Длинный палец сменился двумя, и они безжалостно принялись проникать всё глубже и глубже. Бёдра Сандро дрожали. Если бы член не оставался зажатым во рту хозяина, он бы уже рухнул на землю и пополз на четвереньках.
С громким стоном пальцы отступили к самому входу, а затем резко проникли обратно. Одновременно с этим Сандро затрясся всем телом.
Наконец Фрост показался из-под юбки. Его серебристые волосы растрепались в разные стороны. Он высунул язык, показывая Сандро его сперму.
– Выплюньте, хозяин! Скорее выплюньте!
Сандро протянул маленькую ладонь к губам Фроста. Но тот и не подумал выплёвывать. Он снова втянул язык в рот и сильно сглотнул. Глаза Сандро округлились.
– Вкусно. Ну что, нашему щенку было приятно?
– А-а-а, хозяин! Зачем вы это съели? А-а…
Сандро разрыдался, прижимаясь к нему.
– Вот же плакса. Ну всё, тише. Пойдём теперь обедать.
Фрост подхватил Сандро на руки. Как и всегда, тот обвил ногами его талию и крепко обнял за шею. Уткнувшись лицом в плечо хозяина, он продолжал жалобно причитать.
– И что такого, если я это съел? Но другим альфам себя не отдавай, понял?
– М-м. Не отдам. Я принадлежу вам, хозяин.
Фрост вышел из леса. Всю дорогу Сандро утыкался лицом в его плечо и что-то жалобно бормотал. При этом он всё же протягивал руку и поправлял растрепавшиеся серебристые волосы хозяина.
Джошуа курил и, увидев, в каком виде Фрост возвращается, неся на руках служанку, лишь усмехнулся. Кто из них двоих вообще был хозяином?
Джошуа придавил окурок, туша его, и пробормотал себе под нос. Даже не проходя совсем уж близко, Фрост умудрился наполнить воздух своим ароматом феромонов.
Джошуа знал, что тот делает это намеренно. Он бросил косой взгляд на служанку, которая стояла вплотную к нему.
Юная служанка испуганно вздрогнула.
– Это мы узнаем, когда вернёмся внутрь и проверим.
От слов Джошуа лицо служанки покраснело.
Он поднялся и направился в комнату. Юная служанка тут же поспешила следом, держась совсем рядом. Когда они скрылись, остальные альфы, находившиеся там же, переглянулись, пытаясь понять, что происходит.
– Неужели господин Фрост вошёл в гон?
– Да быть не может. Обладатели вторичных половых признаков с самого детства учатся скрывать свои феромоны. Если бы он знал, что у него начинается гон, то не стал бы приглашать нас на охоту.
Альфы, успевшие договорить до этого места, замолчали. Ведь было совершенно очевидно, чем именно занимались те двое в лесу, прежде чем вернуться.
– Ха-ха, эта горничная даже не омега, а он с ней так развлекается… Вот уж не пойму, что он в ней нашёл.
Услышав эти слова одного из альф, Эстер рассмеялся.
– Разве Фрост не славится тем, что принципиально не держит омег среди прислуги? Наверняка где-нибудь у него припрятана юная госпожа-омега из знатного рода.
– Ну, у каждого ведь есть свои пристрастия.
– Вот именно. Эта горничная, должно быть, тоже всего лишь мимолётное развлечение, не так ли?
Фрост и Джошуа спускались по лестнице и прекрасно слышали беседу этой компании.
Фрост остановился, не дойдя до конца лестницы, и сунул в рот сигарету. Тогда Джошуа достал из кармана зажигалку и поднёс огонь.
– Может, тебе стоит принять немного подавителя гона?
– С каких это пор я такое принимал?
– Неужели мне ещё и запах твоих феромонов нюхать?
– А ты ведь сам позвал меня искать омегу, которая тебя оттрахала и сбежала, хотя твой гон ещё даже не закончился.
– Не перевирай. Это не я тебя звал. Ты сам пришёл к нам домой, а потом заглянул в гостевой корпус.
Память у него была просто потрясающая. Фросту больше нечего было сказать, и он с шумом выдохнул дым. Джошуа же захихикал.
– Из-за тебя мой малыш весь истёк.
– Уже проверил? Он что, и правда так быстро истекает, хотя я даже рядом с ним не стоял? Так дело дойдёт до того, что, когда у меня начнётся гон, твоя омега сама ко мне на четвереньках приползёт.
– Думаешь, я позволю такому случиться? Я уйду, как только закончатся развлечения. Если из-за тебя у моей омеги начнётся течка, я, кажется, тебя убью.
– Ты же говорил, что течка у него была совсем недавно. А, он ещё совсем кроха, поэтому пока не умеет себя контролировать? Чем больше об этом думаю, тем яснее понимаю, какой же ты бесстыжий ублюдок. Ты и правда оттрахал такого малыша?
– Это меня оттрахали.
– Не волнуйся. Даже если я окончательно лишусь рассудка, я не стану проводить гон с омегой.
Джошуа усмехнулся, сунул сигарету в рот и прикурил.
– Как же ему не повезло нарваться на такого ублюдка, как ты. Бедняга.
Услышав слова Фроста, Джошуа слегка склонил голову набок.
– По-моему, твою собачку жальче. Ты уже запер его в комнате? Скоро обед, почему он не выходит?
– Уложил спать.
Заставил его сосать, отшлёпал по заднице, а потом снова довёл до оргазма – у щенка попросту не осталось сил, и он успел уснуть. Так дело и до того дойдёт, что Фрост будет трахать его, пока тот проспит весь гон. Надо было найти что-нибудь, что помогло бы ему восстановить силы.
Тем временем на нижнем этаже всё ещё спорили об омеге Фроста и загадочной горничной.
– Так когда ты наконец покажешь мне что-нибудь интересное? Давай, поскорее. Я посмотрю и уйду.
– Посмотрю на состояние щенка и решу, закончить всё завтра или послезавтра.
– До послезавтра он вряд ли дотянет.
Фрост снова затянулся сигаретой и пожал плечами. В нынешнем положении, похоже, скорее его собственные силы иссякнут раньше, чем щенок придёт в себя.
Вечером каждый развлекался по-своему: одни играли в бильярд, другие пили. Сандро не отходил от Фроста ни на шаг.
– Щенок, ты когда-нибудь пробовал алкоголь?
Джошуа, сидевший напротив, обратился к Сандро, который прилепился к Фросту, словно приклеившаяся к нему жвачка. Его собственная горничная, чем бы она ни занималась, на встрече не присутствовала.
– Нет, никогда не пробовал.
– Совсем малыш! Щенок, хочешь попробовать? Вкусно же.
Джошуа протянул ему бокал. Сандро уже потянулся к нему, но тут же вздрогнул: Фрост звонко шлёпнул его по заднице.
– Ай! Больно, хозяин.
– Похоже, тебя нужно наказать. Что я тебе говорил?
Только теперь Сандро вспомнил слова хозяина: даже если альфа заговорит с ним, не отвечать ему, а обо всём сразу докладывать хозяину. С другими аристократами он держал ухо востро, но насчёт Джошуа почему-то постоянно забывал.
Может, дело было в том, что тот подходил к нему так естественно, словно всё шло само собой? К тому же они уже не раз виделись, и Сандро невольно ослаблял бдительность.
Сандро настороженно оглянулся и прижался к хозяину ещё теснее. Фрост погладил его по заду, словно одобряя такое поведение.
– Кто-нибудь ведь может подумать, что вы любовники. Вы так дорожите своей горничной.
Кто-то из присутствующих высказал это замечание. Фрост лишь усмехнулся.
– Владелец должен заботиться о своей собственности. Кто же ещё будет о ней заботиться?
Услышав слово «собственность», Сандро на мгновение поник, но ведь хозяин не сказал ничего неверного, поэтому он поспешил взять себя в руки.
Нельзя расстраиваться. Я всего лишь горничная хозяина.
Повторяя это про себя снова и снова, Сандро продолжал стоять рядом, словно кукла.
– А потом, когда в доме появится омега, он ведь наверняка расстроится. Не стоит уж слишком его баловать.
– Правда, малыш?
Фрост обратился к Сандро. Вопрос прозвучал так неожиданно, что тот не смог ответить и лишь часто заморгал большими глазами.
– Малыш, ответь. Расстроишься?
Сандро закусил губу. Как же трудно было ответить.
Он всё-таки отозвался, но уже чувствовал, как ему становится горько на душе. Когда-нибудь в доме Медичи всё равно появится омега.
Какой же омега это будет? Наверняка юная госпожа из знатного рода. И тут Сандро вспомнил Чезаре Борджиа, который недавно женился.
Неужели в дом войдёт кто-то столь же ослепительный, как Чезаре Борджиа? Чезаре был похож на великолепную, изысканную розу – утончённую и роскошную.
Предыдущая императрица была скромной и сдержанной, поэтому люди немало удивились, когда её полная противоположность, Чезаре Борджиа, стал новой императрицей.
Но ведь что бы Чезаре ни делал, всё у него получалось и во всём он был очарователен. Наверное, поэтому он нравился и хозяину Сандро, и самому императору.
Каждый раз, вспоминая Чезаре Борджиа, Сандро думал об этом. И каково же ему будет, если такой омега войдёт в дом в качестве будущего супруга его хозяина? От одной только мысли об этом плечи Сандро поникали.
– Господин Фрост, похоже, вы действительно прекрасно обучили свою горничную. Некоторые, стоит их немного приласкать, начинают воображать себя кем-то особенным и забывают о своём месте…
– Но разве с такой горничной не захочется обращаться понежнее? Я бы и сам, будь у меня такая, наверняка был бы с ней куда ласковее.
После слов Эстера окружающие альфы дружно рассмеялись.
– Господин Эстер, вы, кажется, с прошлого раза проявляете немалый интерес к моей горничной.
– Да она ведь такая красивая. А по тому, как она вам прислуживает, видно, что она не похожа на обычных горничных.
Эстер окинул Сандро оценивающим взглядом с головы до ног. Джошуа усмехнулся и прикрыл рот бокалом.
Сандро не знал, как следует вести себя в такой ситуации, поэтому просто стоял и настороженно поглядывал по сторонам.
– Но, малыш, ты и правда не расстроишься?
– Да. Ведь когда-нибудь хозяин тоже женится.
– Вот как. А мне, пожалуй, от этого грустно.
Фрост бросил эти слова как бы невзначай, затем сунул сигарету в рот и прикурил.
Сандро взглянул на хозяина. Правильно ли он расслышал? Что тот сейчас сказал? Но переспросить он не осмелился.
Фрост налил алкоголь в бокал, а затем протянул его Сандро.
Бутылка имела необычную форму. По словам дворецкого, этот напиток воссоздали по образцу того, который пили моряки флота Альбитро.
От алкоголя исходил аромат можжевеловых ягод и кориандра, а на заднем плане едва уловимо чувствовался запах апельсиновой цедры. Сандро, любивший фрукты, поднёс бокал ко рту.
Он скривился. Несмотря на приятный аромат, горло словно обжигало огнём.
– Горько? Тогда добавлю льда. Сегодня можешь напиться, ничего страшного. Попробуй ещё.
Фрост положил в бокал несколько кубиков льда и снова протянул его Сандро. Тот крепко зажмурился и ещё раз проглотил напиток. Со стороны могло показаться, будто он принимает какое-нибудь горькое лекарство.
– Ну как? Со льдом немного лучше, правда? Садись сюда и пей.
– А? Х-хозяин…
– Всё в порядке. Допьёшь и пойдём.
Место, на которое уселся Сандро, оказалось вовсе не стулом, а бёдрами собственного хозяина.
Немного погодя Сандро, выпив полный бокал до дна, уткнулся носом прямо в грудь Фроста.
Услышав слова Джошуа, Фрост потушил сигарету, придавив её в пепельнице. Остальные альфы тоже выпили по несколько бокалов и разошлись, так что в конце концов остались только Джошуа и Фрост.
– Ты специально напоил его?
– Ты сам первым создал повод, вот я и поддержал.
– И всё же кто наливает пятидесятиградусный алкоголь тому, кто пьёт впервые?
Сандро, словно щенок, ещё глубже забрался в объятия Фроста и потёрся лицом о его грудь.
– Раз щенок напился, завтра утром он не появится, да?
– Ага. Собираюсь дать ему отоспаться. Если не будить, он проспит до самого обеда. Кстати, чем занимается твоя омега?
– Из-за одного типа, который не удосужился подавить свои феромоны, мне пришлось спрятать его подальше.
– Не спрятать, а запереть. Ты его, небось, под замком держишь. И с какой стати устраивать заключение на чужой загородной вилле?
– Надо бы зайти проведать. Если потом придётся менять постельное бельё, выставь мне счёт.
– Какого чёрта ты там собрался делать, псих ненормальный?
Фрост пожурил своего друга и первым поднялся. Поудобнее перехватив Сандро на руках, он направился наверх.
– Иди пойми, кто из нас двоих больший псих…
Джошуа осыпал руганью спину своего закадычного приятеля.
Моргнув несколько раз, Сандро открыл глаза и попытался понять, где находится. Потолок был незнакомым. Это была не комната, в которой он жил вместе с Робом, и не спальня хозяина.
Сандро сонно приподнялся и сел. Голова раскалывалась. К тому же ему, кажется, было жарковато.
Осторожно позвав Фроста, Сандро огляделся. Но в просторной спальне никого не было.
Куда тот ушёл, оставив его одного? И как сам Сандро вообще оказался в спальне?
За окном, похоже, ещё стоял предрассветный час: солнце только-только начинало подниматься. Сквозь приоткрытое окно в комнату проникал бледный утренний воздух.
Сандро оглядел себя с головы до ног. Он был совершенно голым. Похоже, хозяин принёс его сюда и уложил спать. Ведь сам Фрост спал обнажённым, снимая с себя всю одежду. Заодно он раздел и Сандро, который дремал рядом с ним.
Почувствовав, что хочет в туалет, Сандро встал и принялся торопливо одеваться. Натянув повседневную одежду вместо формы горничной, он приоткрыл дверь и осторожно высунул голову. В коридоре было тихо, похоже, никого не было.
В загородном доме, в отличие от главной резиденции, туалетов в спальнях не имелось. Вместо этого на каждом этаже они располагались по обоим концам коридора. К счастью, здесь коридор шёл по прямой, так что заблудиться было невозможно, в отличие от главной резиденции. Правда, аристократы и прислуга пользовались разными туалетами.
Сандро поспешил к туалету на противоположном конце коридора.
Кстати, куда же ушёл хозяин? Когда мы спали вместе, он обычно оставался рядом со мной, пока я не проснусь.
В главной резиденции Сандро нравилось, что они с господином проводили много времени вместе. А здесь почему-то казалось, что хозяин стал ещё более занятым.
Вчера после утренней охоты он вернулся, прижавшись к Фросту, и тут же отключился.
Когда Сандро проснулся, обеденное время давно прошло. Ему было так стыдно и неловко! Хотя сам господин, похоже, даже не обратил на это внимания.
Выйдя из туалета, Сандро наконец смог как следует рассмотреть часы на стене. Было почти пять утра.
Он уже собирался вернуться в спальню, но ему стало любопытно, где находится хозяин, и он решил спуститься вниз.
В главной резиденции Сандро и подумать не мог о том, чтобы вот так свободно бродить по дому. Она была устроена словно лабиринт, и он до сих пор путался в её коридорах. С садом было то же самое.
Поэтому в главной резиденции Сандро всегда ходил только знакомыми маршрутами. Но здесь всё было устроено по прямой, так что, наверное, ничего страшного не случится.
Сандро тихо двинулся вперёд. Под ногами скрипели старые деревянные половицы. Возможно, из-за того, что вокруг никого не было, на душе становилось как-то жутко.
Пройдя по длинному коридору, он осторожно спустился на нижний этаж. На втором этаже располагались комнаты для гостей, а на первом – гостиные и кухня.
Вряд ли хозяин сейчас на кухне. Может, вышел на улицу?
Сандро невольно поёжился и поднялся на цыпочки. Ему почему-то казалось, что нельзя издавать ни единого шороха.
Услышав доносившиеся откуда-то стоны, Сандро резко остановился. По спине пробежали мурашки.
Он замер на месте и огляделся. Вдалеке, со стороны небольшой гостиной, пробивался свет.
Может, хозяин там? Сандро колебался: подняться ли обратно наверх или пойти туда, но тут вдруг вспомнил беседу, которая состоялась днём.
Вообще-то он никогда не пробовал алкоголь и не собирался этого делать. Но разговор об омегах встревожил его, и, когда ему протянули бокал, он выпил сгоряча.
Он и не подозревал, что настолько плохо переносит спиртное. А поскольку хозяин сказал, что пить можно, Сандро позволил себе расслабиться и выпил ещё больше.
С любопытством в глазах, словно заворожённый, он понемногу направился к небольшой гостиной.
А что, если хозяин там с омегой? Господин Джошуа ведь привёл с собой омегу. А вдруг тот ему понравился?
Сандро был бетой, поэтому никогда, даже если бы умер и воскрес, не смог бы понять, что чувствуют альфы.
Даже господин Джошуа, которого Сандро считал сумасшедшим, не приводил свою горничную-омегу туда, где собиралось много альф. Выходило, что альфы относились к своим омегам как-то по-особенному.
Сможет ли он выдержать, когда в доме появится новая омега?
Сандро не мог быть уверен, что сумеет отнестись к этому безразлично. Хозяин больше не станет его звать, а часть спальни, возможно, тоже займёт та омега.
Но что, если самому Сандро стать омегой? Как? Такое ведь просто невозможно.
К тому же хозяин говорил, что никогда не возьмёт в услужение горничную-омегу. Уголки губ Сандро печально опустились.
Может, всё дело было в его настроении, но сердце всё время бешено колотилось, а внутри всё переворачивалось. Ему хотелось спать в объятиях хозяина. И всё же желание узнать правду оказалось сильнее.
Откуда-то доносился странный аромат. Сандро прижал ладонь ко лбу, который продолжал пульсировать от боли, и медленно пошёл дальше.
Увидев открывшуюся перед ним картину, Сандро остолбенел. Там были аристократы и горничные, которых они привезли с собой. Все они были обнажены и тесно переплетены друг с другом.
Но среди них не было ни его хозяина, ни Джошуа.
Поражённый зрелищем, которого прежде никогда не видел, Сандро отступил на шаг и обо что-то ударился.
– А?
– Что такое? Ты тоже пришёл повеселиться?
Сандро отчаянно замотал головой. Это был тот самый мужчина, который днём вёл себя как настоящий джентльмен. Тот, кто всё время поглядывал на него.
Сандро не мог вспомнить всех аристократов, приехавших сюда, но этот человек сохранился в его памяти. Ещё на прошлой вечеринке тот пристально за ним наблюдал.
Это был тот самый мужчина, которого Сандро встретил у входа, когда после прогулки по саду заблудился и вернулся в дом на руках у хозяина.
– Давай к нам присоединяйся.
– Мне это неинтересно. К тому же я не омега.
– Какая разница? Разве тебе не скучно в доме Медичи? Пойдёшь со мной? Я буду баловать тебя куда сильнее.
Мужчина схватил его за запястье. Пальцы крепко сжали тонкую руку, и Сандро почувствовал боль.
– Не надо так.
– Ты, наверное, не понимаешь, потому что бета, но стоит омеге появиться в доме, как тебя в один миг выбросят на улицу. Так что лучше перебирайся ко мне, пока это не случилось. Я тебя не брошу. Можем даже оформить всё документально. Ну как?
– Мне это не нужно.
Сандро попытался вырвать руку, извиваясь из стороны в сторону. Но он был маленьким и худым даже для беты, и противостоять силе альфы не мог.
– Ну и кричи. Наверняка альфы внутри выйдут поглазеть. Тут и без того полно тех, кто на тебя положил глаз. Так что присоединишься к нам?
Что именно он предлагал ему делать вместе? Сандро было ужасно страшно.
– Пусть хозяин сейчас и балует тебя, но это ненадолго. Не жди, пока он тебя бросит и вышвырнет. Просто переезжай ко мне уже сейчас. Я тебя не брошу. Можем даже подписать бумаги. Ну, что скажешь?
– Почему? Где ты ещё найдёшь такие условия? Останешься там – только и будешь получать наказания. Я ведь видел, как он тебя отшлёпал на глазах у всех за то, что ты его не послушался. А я тебя пальцем не трону.
– Вы и так держите меня за запястье. Отпустите!
Сандро нахмурился и попытался вырвать руку.
Ему было всё равно. Пусть господин ругает его, дразнит или причиняет боль – всё это не имело значения.
Прикосновения хозяина приносили ему только радость, а от прикосновений этого мужчины его едва не тошнило. Желудок неприятно скрутило.
И тут Сандро широко распахнул глаза, почувствовав свежий, прохладный аромат. Тот самый запах, который он недавно ощущал в спальне, где находился вместе с хозяином.
– Малыш, на такое смотреть не следует.
Так и есть. Низкий голос, прозвучавший у самого уха, свежий аромат и рука, хватка которой постепенно ослабевала… Это определённо был хозяин.
– Почему мой малыш проснулся посреди ночи и вышел из комнаты?
Фрост развернул его и, как обычно, поднял на руки. Испуганный Сандро тут же обхватил господина за шею и прижался к нему.
– Зачем ты спустился так далеко? Я же уложил тебя спать в комнате. Вот и лежал бы там спокойно.
– Я пошёл в туалет, а потом спустился, чтобы найти хозяина.
Сандро нечего было скрывать. Ему хотелось рассказывать хозяину обо всём. Да и утаить от него что-либо всё равно не получалось. Впрочем и сам Сандро не желал этого делать.
– Меня не оказалось рядом, и ты пошёл искать?
– Но это не значит, что можно бездумно заходить куда попало. Кто знает, что могло случиться? И когда этот ублюдок схватил тебя за запястье и начал нести всякую чушь, ты должен был закричать. Почему молчал?
– Я так испугался, что не мог вымолвить ни слова.
– Значит, ты ещё недостаточно наказан. Я же говорил тебе: если эти альфы начнут вытворять всякую хрень, сразу приходи и докладывай мне. Может, тебя надо ещё отшлёпать, чтобы ты наконец понял, а?
Сандро резко уткнулся лицом в плечо Фроста и замотал головой.
– Я хотел вам сказать, но вас же не было!
Он недовольно бурчал, не скупясь на жалобы.
– Ах вот оно что. То есть это ты сам пропал, а теперь ещё и говоришь такое? Ты сейчас обвиняешь хозяина?
Сандро плотно сжал губы и только сильнее уткнулся лицом в его плечо, словно признавая, что всё именно так.
Фрост рассмеялся от изумления. Он и раньше знал, что этот щенок произносит всё, что вздумается, но в последнее время тот, похоже, совсем страх потерял.
– Мне кажется, вы стали ещё горячее. Вы правда не заболели?
Этот бестолковый щенок-бета смотрел на него широко распахнутыми глазами.
– А если заболел? Будешь за мной ухаживать?
Сандро без малейшего колебания кивнул.
– Какой у меня заботливый малыш. Обязательно сдержи обещание.
– Хорошо. Тогда отпустите меня, я хочу спуститься.
– Почему? Потому что думаешь, что я заболел?
– Какой же ты милый. Так заботишься о хозяине. Для начала давай ещё поспим. Проснёшься – тогда и подумаем.
Фрост прекрасно знал, что эти альфы ведут себя отвратительно, и сам в прошлом развлекался точно так же, поэтому осуждать их не собирался.
И, что важнее всего, он понимал, что этот ублюдок Эстер лишь притворяется джентльменом, а за спиной старается во всём подражать тому, как ведут себя альфы из высшего света. С какой стати выскочке из числа новых аристократов так задирать нос, будто он настоящий аристократ? Просто смешно.
Альфы могли делить омег между собой и даже обмениваться ими.
Но новые аристократы пошли ещё дальше: они считали, что лишь участие в групповом сексе позволяет стать полноценным аристократом-альфой. Такова была их собственная мода.
– Что-то случилось? Сегодня ты особенно внимательно следишь за своим поведением рядом со мной.
– Случилось, ещё как. Жди. Я покажу тебе кое-что интересное.
Под утро Фрост снова уложил Сандро спать у себя на руках. Он опасался, что, если просто дать щенку уснуть, тот утром опять зашуршит и проснётся, поэтому перед рассветом немного помучил его.
– Но ты не можешь хоть что-нибудь сделать со своими феромонами?
– Нет. Потерпи немного. Я скоро закончу.
Фрост ответил Джошуа с улыбкой. В этой улыбке было что-то необычное, и тот тоже усмехнулся в ответ. Похоже, Фрост наконец собирался показать ему что-то занимательное.
– Ну что, господа, надеюсь, вы хорошо провели ночь?
Фрост вёл себя так, словно намеревался сделать вид, будто ничего не произошло на рассвете. Альфы, до этого напряжённо следившие за его реакцией, неловко рассмеялись.
– Сегодня поохотимся на зайцев.
– Разумеется! Что может быть лучше охоты на зайцев?
Эстер тоже неуклюже захохотал:
Жалкий ублюдок. Ему ведь сказали не трогать щенка, но он всё равно не послушался.
Фрост приподнял уголки губ в улыбке и зарядил ружьё.
– Э-э, эй! Что вы делаете, господин Фрост? Вы меня до смерти напугали!
Эстер отшатнулся, когда Фрост неожиданно направил на него дуло ружья. Фрост усмехнулся и произнёс: