Романтика в изгнании Глава 68: Похоронная песнь
Это был второй раз за день, когда Цяо Шубай направлялся в закрытую военную зону, и теперь рядом с ним сидел Чжань Шэньчжи.
С того момента, как они с Цяо Шубаем открылись друг другу, атмосфера в машине словно загустела. В общежитии района Мо Чжань Шэньчжи лишь коротко бросил «хорошо» в ответ на предложение Цяо Шубая съездить за пределы Е Цы, и с тех пор не проронил ни слова.
Тот думал, что, скорее всего, Чжань Шэньчжи просто не мог так сразу осмыслить столь невообразимые факты.
Ведь ещё мгновение назад он был просто сыном мэра Чжаня, молодым главой района Мо, который всего год как вступил в должность и упорно трудился ради ясных целей и идеалов. А уже в следующую секунду в его жизни внезапно появилась какая-то немыслимая предыстория, и ему вдруг пришлось взвалить на свои плечи груз веры десятков тысяч совершенно незнакомых людей.
Машина мчалась сквозь ночь. Было уже поздно, но в центре района Мо всё ещё кипела жизнь. На рекламных щитах вдоль улиц без конца крутили проморолики второго турнира Бессмертных чемпионов.
В этом году рекламная кампания была особенно воодушевляющей. Вэй Фэйчжо, победитель предыдущего турнира, глядя прямо в камеру, с непоколебимой убеждённостью вещал жителям города:
- Я даже не знаю, как описать процедуру модификации Бессмертия. Она подарила мне новую жизнь. В тот момент, когда прыжковый корабль доставил меня на Землю, мне показалось, что я увидел будущее. И поэтому я решил привезти это будущее и надежду обратно на Е Цы.
Его слова вселяли в горожан надежду на бессмертие и возможность возвращения на Землю. Говорили, что на данный момент число заявок на участие во втором турнире уже вдвое превысило прошлогодние показатели.
На самом деле, сегодня днём Цяо Шубай видел Вэй Фэйчжо в толпе в центре управления полётами на шестом подземном уровне военной зоны. Одетый в чёрную рабочую форму, он ловил на руки оператора, только что спустившегося с летательного аппарата.
Цяо Шубай не знал, был ли он изначально ставленником мэрии, которому заранее отдали победу, или же его взяли на работу в военную зону уже после того, как он стал чемпионом. Раньше Цяо Шубая, возможно, одолело бы любопытство, но теперь он лишь думал о том, что чемпион в любом случае остаётся чемпионом, только вот весь этот ажиотаж вокруг турнира - не более чем предсмертная судорога Е Цы.
После въезда на дорогу Сумеречных Колоколов рекламных щитов стало меньше.
Чжань Шэньчжи наконец нарушил тишину, спросив Цяо Шубая:
- Мэр Чжань попросил тебя рассказать мне всё, потому что сам не мог подобрать слов?
- Нет, - честно ответил Цяо Шубай. - Мэр Чжань хотел подождать какое-то время, чтобы я побыл с тобой и мы пожили счастливо ещё несколько дней. Но я подумал… - он посмотрел в глаза Чжань Шэньчжи, и сердце его сжалось от боли:
- Мне показалось, что если бы ты знал, то не захотел бы никаких отсрочек.
Чжань Шэньчжи не сводил с него глаз и молчал. Цяо Шубай почувствовал неуверенность. В конце концов, он никогда не умел принимать решения, и потому невольно извинился:
- Возможно, я был слишком самонадеян, мне жаль…
Не успел он договорить, как тот положил руку ему на плечо и обнял.
- Спасибо, - тихо произнёс Чжань Шэньчжи, всё ещё находясь в некоторой прострации и чувствуя опустошение. Сжимая худые плечи Цяо Шубая, он добавил:
Цяо Шубай в его объятиях дышал очень тихо, его спина едва заметно вздымалась. Спустя несколько секунд он тоже обнял его:
Голос его был таким мягким, и это простое обращение прозвучало почти как признание в любви, даря Чжань Шэньчжи ощущение, что в его жизни всё ещё осталось нечто незыблемое и безопасное. По крайней мере, в этом мире есть человек, которого он глубоко любит, который любит его в ответ, понимает его и готов быть с ним рядом без тени сомнений.
Цяо Шубай въехал на территорию закрытой зоны так уверенно, словно делал это каждый день, в то время как Чжань Шэньчжи был здесь впервые. Он последовал за Цяо Шубаем в главное здание с плоской крышей. У лестницы их уже ждали его отец и Ян Сюэ.
Отец, как всегда, был строг и бесстрастен, а на лице Ян Сюэ читалась глубокая тревога.
- Шэньчжи… - нерешительно позвала она.
Чжань Шэньчжи кивнул ей, и отец спросил:
Он коротко ответил «Да», а затем мэр Чжань повёл их к лифтам:
- Я уже оповестил их, но знают лишь немногие из сектора В. Я боялся, что твой первый визит может вызвать панику.
- Что за сектор В? - уточнил Чжань Шэньчжи.
- Платформа под Верхним округом, - объяснил мэр Чжань. - Там находится более ста точек спуска для ремонта. Мы поедем туда же, куда я водил Шубая сегодня днём.
Они вошли в лифт и начали спускаться на шестой подземный этаж. Мэр продолжил:
- Бригадира Рабочих в секторе В зовут Фобос, они сами придумывают себе имена. Все Рабочие очень похожи друг на друга, но у бригадира на руке синий браслет. Поначалу ты сможешь узнавать его только по браслету, однако со временем начнёшь различать их лица.
Двери лифта открылись, Цяо Шубай посмотрел на Чжань Шэньчжи. Лицо того не выражало никаких эмоций, спина была прямой, как струна, словно у хорошо обученного солдата.
Даже посреди ночи в центре управления полётами кипела работа. Люди сновали туда-сюда. Благодаря своему высокому росту Чжань Шэньчжи выделялся из толпы, и многие сразу же обращали на него внимание, узнавали и останавливались, чтобы посмотреть.
Они подошли к двум летательным аппаратам. Цяо Шубай полетел с Ян Сюэ, а Чжань Шэньчжи - с мэром Чжанем.
Цяо Шубай никогда раньше не встречался с Ян Сюэ, лишь звонил ей с угрозами похитить собаку.
Переодевшись в защитный костюм и сев в кабину, он почувствовал лёгкую неловкость, когда дверь закрылась, оставив их вдвоём в тесном пространстве.
Наблюдая, как Ян Сюэ нажимает кнопки на панели управления, он решил, что тишина в кабине слишком угнетает, и попытался завязать разговор:
- Директор Ян, трудно управлять этим аппаратом?
К его удивлению, услышав его голос, Ян Сюэ вздрогнула, а затем чуть дрожащим тоном ответила:
Аппарат выехал на взлётную полосу, вокруг было темно. Ян Сюэ вжалась в своё кресло, словно стараясь оказаться как можно дальше от Цяо Шубая. Тот, всегда лишь терпевший чужие издевательства, был совершенно непривычен к тому, что его образ может кого-то напугать, и чувствовал себя крайне неуютно.
У него не было никаких непримиримых противоречий с Ян Сюэ, и в духе лозунга «мир во всём мире» он решил предпринять ещё одну попытку растопить лёд:
- Директор Ян, вам не нужно меня бояться.
Даже сквозь шлем Цяо Шубай чувствовал её настороженный взгляд, поэтому добавил:
- Я не собираюсь похищать вашу собаку.
Ян Сюэ промолчала и лишь спустя некоторое время отозвалась:
- Не за что, - ответил Цяо Шубай. - Я видел фото, она очень милая. Какой она породы?
- ...Цвергшнауцер, - нехотя сказала Ян Сюэ, а затем подчеркнула:
- Нет, это клон. Персоналу проекта «Е Цы» запрещалось брать с собой питомцев, я смогла лишь сохранить её ДНК, а саму Маомао оставила отцу, - заговорив о своём питомце, Ян Сюэ немного оживилась и стала держаться более уверенно, просто рассказывая тому:
- Нынешнюю Маомао я заказала в лаборатории клонирования всего пять лет назад. До этого была слишком занята, не было времени на собаку.
- Но сейчас времени снова не хватает, - добавила она.
Покинув туннель, они оказались за городом. Небо казалось ещё более жёлтым, чем днём, а повсюду, куда ни кинь взгляд, бушевали волны грязи под проливным дождём. Создавалось впечатление близости конца света.
Ян Сюэ сосредоточенно управляла аппаратом, покинув прозрачную трубу и следуя сквозь бурю за машиной мэра Чжаня. Вскоре они вернулись на ту самую тёмную платформу.
В подземном городе не было ни солнечного света, ни времени на отдых - лишь всё те же мерцающие огни и снующие повсюду силуэты.
Цяо Шубаю в защитном костюме было немного неудобно двигаться. Он и Ян Сюэ, слегка притормаживая, вышли из кабины и увидели, что под тусклой лампой их уже ждут человек двадцать.
Они медленно подошли ближе, и вдруг Фобос, тот самый бригадир с синим браслетом, от волнения так исказился в лице, что его высокий голос перешёл в сплошной визг, и он внезапно бросился на колени перед Чжань Шэньчжи.
Чжань Шэньчжи молниеносно выбросил руку, схватил Фобоса за бледное длинное предплечье и удержал его от падения.
Затем, словно поколебавшись пару секунд, он поднял руки и снял свой шлем.
Цяо Шубай, стоявший в нескольких метрах, видел, как лицо Чжань Шэньчжи обнажилось в мрачном воздухе за стенами города.
Внезапно снова поднялся ураганный ветер, тусклые сенсорные лампы отчаянно закачались и начали мигать из-за плохого контакта. Цяо Шубай не расслышал, что именно Чжань Шэньчжи тихо сказал Фобосу, но увидел, как в больших, слегка навыкате глазах бригадира скопились слёзы. Два десятка Рабочих вокруг тоже подошли ближе, и в их взглядах читались острая, пронзительная боль и скорбь.
В этот момент затрещала система оповещения рядом с лампой. Динамики ревели так громко, что хриплый голос Рабочего перекрыл даже вой ветра:
- Сектор B76! B76! Нужна бригада!
Все разом подняли головы, глядя на динамик. Рабочие переглядывались с тревогой на лицах.
Ветер немного стих, оповещение прервалось на несколько секунд, и Цяо Шубай уловил голос Чжань Шэньчжи:
- Где находится B76? - спокойно спросил он Фобоса.
Бригадир указал куда-то себе за спину:
- Там, недалеко. - затем повернулся к одному из Рабочих и спросил:
- В восьмой бригаде хватает людей и оружия?
- Их одиннадцать, маловато, - ответил тот. - Трое ещё не оправились от ранений.
- Я тоже пойду, - заявил Чжань Шэньчжи.
Он стоял спиной к Цяо Шубаю, поэтому тот не видел его лица, но заметил, как у Фобоса ещё больше округлились глаза. Его губы шевельнулись, словно он пытался сказать «нет», но Чжань Шэньчжи, не обращая внимания на его протесты, похлопал его по плечу и решительно произнёс:
Фобос не смел пошевелиться и с мольбой глянул на мэра Чжаня. Мэр, до этого хранивший молчание, слегка отвернулся, несколько секунд смотрел Чжань Шэньчжи в глаза, а затем сказал Фобосу:
- Покажи ему, что делать. Он сможет помочь.
Они сели в небольшой электромобиль и поехали сквозь кромешную тьму.
В машине было полно людей. Цяо Шубай и Ян Сюэ ютились на заднем сиденье и слушали, как Фобос объясняет Чжань Шэньчжи правила погружения, перемежая инструкции уговорами не рисковать собой, которые тот попросту игнорировал.
Цяо Шубай видел лишь затылок Чжань Шэньчжи и его широкую спину.
Возможно, из-за жары Чжань Шэньчжи вообще снял верхнюю часть защитного костюма, оставшись только в рубашке. Ростом он не уступал Рабочим, у него тоже были длинные руки и ноги, но при этом он был гораздо более крепко сложен и шире в плечах.
- Под водой очень опасно, - тихо сказала Ян Сюэ Цяо Шубаю.
Сквозь прозрачный визор шлема всё вокруг казалось тёмным и расплывчатым. Цяо Шубай понимал, что решение Чжань Шэньчжи обжалованию не подлежит. Повернувшись к Ян Сюэ, он заглянул ей в глаза и, не снимая перчаток, сжал её руку.
У глубокого колодца в секторе B76 собралось около десятка Рабочих в чёрных облегающих водолазных костюмах - по-видимому, та самая восьмая бригада. Фобос отвёл Чжань Шэньчжи переодеться, после чего они, вооружившись, нырнули в тёмную воду.
Ожидание было мучительным. Ян Сюэ долго стояла, но затем, словно лишившись сил, сначала опустилась на корточки, а потом и вовсе села на пол.
Под землёй не было ничего, кроме темноты и редких источников света. Ветер дул то сильнее, то слабее. В таком месте время текло невыносимо медленно, казалось, ему не будет конца.
Цяо Шубай, не отрывая взгляда от чёрной дыры размером два на два метра, напряжённо вслушивался, надеясь уловить хоть какой-то звук снизу. Он простоял так долго, что ноги онемели, а Ян Сюэ тем временем уснула прямо на полу.
Цяо Шубаю казалось, что в Е Цы, наверное, уже рассвело. Взглянув на часы, он обнаружил, что Чжань Шэньчжи и восьмая бригада спустились уже более пяти часов назад. Он размял затёкшие ноги, подошёл ещё ближе к колодцу и вдруг услышал голос мэра Чжаня:
- Шубай, у меня к тебе просьба.
Он звучал так тихо, словно мэр сомневался в своих словах. Цяо Шубай обернулся, но тот не смотрел на него, а лишь продолжал:
- Я долго думал об этом, потому что...
В этот момент из колодца донеслись звуки: плеск воды и тяжёлые шаги карабкающихся по лестнице людей.
Первым поднялся Рабочий. Сняв маску, он обнажил белую морщинистую шею с двумя мелкими царапинами. Упав на колени, он сгорбился и тяжело задышал.
Вслед за ним поднялись Фобос и остальные семеро истекающих кровью Рабочих.
Чжань Шэньчжи всё не было. Цяо Шубай ждал, в голове было пусто, казалось, вся кровь отхлынула от его тела. Спустя мгновение снизу вновь раздался звук шагов - более грузных, чем предыдущие. Глухой стук «бух-бух» эхом разносился в пустой, тёмной тишине, сливаясь с хриплым дыханием только что поднявшихся Рабочих.
Чжань Шэньчжи выбрался наверх. На спине он нёс человека. Тяжело дыша, он одной рукой ухватился за поручень на краю колодца. Оказавшись на поверхности, он осторожно опустил свою ношу на землю.
Человек не двигался. Цяо Шубай наблюдал, как по чёрному полу во все стороны медленно расползается не то вода, не то кровь.
Фобос первым пришёл в себя. На четвереньках он подполз к неподвижному телу, сорвал с него маску и включил фонарик на своём запястье.
В ярком свете Цяо Шубай разглядел мёртвенно-бледное лицо Рабочего, которого вытащил Чжань Шэньчжи, его закрытые глаза и огромную, страшную рваную рану на груди, сквозь которую виднелись белые кости и внутренности.
Из ранения непрерывным потоком хлестала кровь. Фобос приоткрыл ему глаза и посветил в зрачки - серая радужка уже расплылась, словно туман.
- Лицзы больше нет, - произнёс бригадир.
Один из Рабочих подошёл с куском чёрной ткани, развернул его и накрыл тело. Остальные Рабочие опустились на колени вокруг него и в тусклом свете хриплыми голосами затянули печальную песню. Казалось, они верили, что с этой песней его душа сможет подняться на поверхность Е Цы, на прекрасные небеса.
Чжань Шэньчжи, пошатываясь, встал на ноги, подошёл поближе и тоже опустился на колени у чёрного покрывала.
Цяо Шубай услышал, как колени того с глухим стуком ударились о землю. Этот звук растворился в песне и вновь поднявшемся вое ветра.
Когда похоронная песнь смолкла, Ян Сюэ настояла на том, чтобы Чжань Шэньчжи пошёл переодеться - она хотела осмотреть его на предмет ранений.
Перед тем как войти в палатку, Чжань Шэньчжи посмотрел на Цяо Шубая, и тот последовал за ним.
Палатки в подземном городе были скудно обставлены, в них было всего несколько стальных шкафчиков и пружинная кровать.
Чжань Шэньчжи молча снял водолазный костюм. Цяо Шубай заметил мелкие ранки у него на руках и груди. Лишившись давления гидрокостюма, они тут же закровоточили.
Цяо Шубай подошёл ближе и поднял глаза. Лицо Чжань Шэньчжи было мёртвенно-бледным. Он закрыл глаза, опустил голову, обнял Цяо Шубая и уткнулся лицом ему в плечо. Затем он прижал юношу к себе так крепко, словно забыл о том, как нужно рассчитывать силу. Это была вынужденная, неудобная поза, его лицо было плотно прижато к Цяо Шубаю, как будто он хотел соприкоснуться с ним каждым дюймом своего тела.
Тот обнял его в ответ и услышал едва различимый, полный боли, похожий на исповедь шёпот: