Стереотипы против объективности


Критическое мышление: Анализируй, сомневайся, формируй свое мнение

Том Чатфилд

Четыре типа эвристических правил

1. Аффективная эвристика

Почему мозг искажает информацию и принимает неверные решения

Представьте, что вы госпитализированы в связи с редким заболеванием, которое может вызвать летальный исход, и должны выбрать один из двух экспериментальных методов терапии. В клинических исследованиях участвовали 20 000 пациентов. Что вы предпочтете?

— Метод А, применение которого окончилось смертью 4900 человек.

— Метод В, применение которого в 70% случаев спасает жизнь.

Какой будет ваша естественная реакция в данном случае? Если вы внимательно читаете и думаете, то, вероятно, заметите, что метод А является лучшим вариантом. Если метод В спас 70% больных, то метод А — 75,5%: 4900 человек — это 24,5% от 20 000. То есть в живых осталось большее количество пациентов, получавших лечение А.

Однако для многих людей яркая и конкретная информация о 4900 умерших перевешивает чисто математическую оценку шансов на излечение. Это так называемая аффективная эвристика, отражающая тенденцию руководствоваться силой эмоциональной реакции на варианты выбора, даже если эмоциональный отклик вводит в заблуждение.

Как установили психолог Пол Словик и другие ученые, склонность людей подчинять выводы своим симпатиям и антипатиям имеет общие следствия. Например, если вы считаете себя консервативно мыслящим человеком, то склонны положительно оценивать консервативные аргументы и отрицательно — аргументы противоположного характера. Напротив, если вы устойчиво ассоциируете себя с либеральной политикой, то либеральные идеи кажутся вам убедительными и полезными, а противоположные им — необоснованными и вредными.

Не слишком ли это радикальная и упрощенная картина? Отнеситесь к данной тенденции как к проявлению нашего желания видеть мир более упорядоченным, чем он есть на самом деле. Если нечто кажется хорошим, то, естественно, мы недооцениваем минусы и отрицательные стороны этого явления. Столь же естественно пренебречь достоинствами и преимуществами того, что представляется нам опасным или дурным. Когда вы пытаетесь выбрать одну из альтернатив, эмоциональное воздействие замещает все прочие факторы.

Допустим, вы решили жертвовать $10 в месяц на борьбу за сохранность морей и хотите выбрать ту из двух организаций, которая наилучшим образом распорядится деньгами. Какое из обращений вас привлечет?

— Здравствуйте! Готовы ли вы жертвовать $10 в месяц, чтобы способствовать распространению знаний об экологической деградации Тихого океана?

— Здравствуйте! Готовы ли вы жертвовать $10 в месяц, чтобы защитить стаю дельфинов от опасности, которой они подвергаются из-за экологической деградации Тихого океана?

Вопрос о том, кто найдет наилучшее применение вашим деньгам, остается открытым, но я считаю второе обращение более заманчивым по чисто эмоциональным причинам. Пусть его манипулятивность очевидна — заботиться о дельфинах интереснее, чем распространять информацию, — обращение к эмоциям трудно отделить от процесса принятия решения в целом. Вопрос, на который сложно ответить («Как лучше всего потратить средства на благотворительность?»), заменяется простым и очевидным («Что мне больше нравится: повышать осведомленность людей о проблеме или защищать дельфинов?»).

2. Эвристика доступности

Как вы думаете, чего в английском языке больше:

— слов, начинающихся на букву «К»;

— слов, третьей буквой которых является «К».

Какой вариант вы выбрали? Скорее всего, первый. Однако это неправильный ответ. На самом деле английских слов, в которых третьей буквой является «К», примерно в три раза больше, чем начинающихся на «К». Но значительно труднее вспоминать слова по третьей букве, чем по первой, и эта относительная трудность провоцирует быструю стереотипную реакцию: первый вариант ответа.

Здесь проявляется так называемая эвристика доступности, описывающая нашу склонность оценивать вероятность или значимость события или явления прямо пропорционально легкости, с которой оно приходит на ум. Пожалуй, самый знаменитый пример: люди склонны переоценивать риск смерти или ранения вследствие террористической атаки (поскольку нападения экстремистов привлекают огромное внимание СМИ и получают широкую огласку) и одновременно недооценивать опасность для жизни и здоровья менее сенсационных факторов (например, болезней сердца и автомобильных аварий). А между тем для среднестатистического американца вероятность умереть от сердечно-сосудистого заболевания, чем погибнуть вследствие теракта, примерно в 35 000 раз выше.

Иными словами, один чрезвычайно выразительный рассказ, получивший широкую известность, может значительно сильнее повлиять на представления людей, чем любые реальные показатели вероятности или значимости. Если вдруг какая-то знаменитость умирает от редкой формы рака, то многие люди начинают именно ее бояться значительно сильнее любой другой, более распространенной формы этой болезни.

В целом простота или сложность припоминания определенной информации становится для нас прямым показателем возможности события. Отсюда, в частности, следует, что чем чаще повторяется какое-либо утверждение, тем вероятнее, что люди в него поверят (это неопределенное ощущение привычной истинности даже в отсутствие доказательств лучше всего передается понятием «правдоподобность»). Рассмотрите два утверждения и постарайтесь дать искренний ответ, подчеркнув наиболее подходящий вариант.

  1. В целом я провожу за чтением книг и статей больше времени, меньше времени или примерно столько же времени, что и среднестатистический человек.
  2. В целом я пользуюсь мобильным телефоном больше времени, меньше времени или примерно столько же времени, что и среднестатистический человек.

Оценили ли вы себя выше среднего в каком-либо случае или в обоих? Как правило, люди склонны переоценивать собственные затраты времени и усилий в сравнении с чужими, по- скольку о своих делах знают больше, чем о чужих. Наши привычки «выпирают» на общем фоне, так как они у нас на виду. А то, чего мы не знаем, автоматически сбрасывается со счетов.

В одном эксперименте с участием супружеских пар каждому партнеру по отдельности предлагалось оценить в процентах собственный вклад в общие домашние заботы: стирку, покупку продуктов, мытье посуды и т. д. В большинстве случаев сумма вкладов обоих супругов превышала 100%. Каждый из них систематически переоценивал свою работу на ниве домашнего хозяйства, так как вспомнить собственные действия оказывалось намного проще.

Эвристика доступности предполагает подмену головоломного фактического вопроса («В каких пропорциях вы с партнером делите домашние обязанности?») намного более простым, удобным и эмоциональным («Насколько легко вам вспомнить собственное участие в домашних делах в сравнении с вкладом вашего партнера?»).

Следствиями эвристики доступности являются многочисленные любопытные феномены. Особого внимания заслуживает эффект новизны — тенденция переоценивать значимость недавних событий, потому что их проще вспомнить. Ответьте на вопрос: Кого вы считаете пятью величайшими музыкантами всех времен и народов?

Вы смогли назвать пятерых? Сколько из них родились в последние полвека? А сколько в последние 100, 200 лет? Интересно, если бы вы составляли список из 20 или 50 музыкантов, то назвали бы хоть нескольких, живших ранее XIX в.?

Эффект новизны неизбежно срабатывает в подобных случаях, поскольку мы гораздо меньше знаем об отдаленном прошлом, чем о недавней истории. Выбор величайших музыкантов субъективен, обычно подобного рода вопросы задаются для развлечения; совсем иное дело такие сферы, как политика, техника, экономика или история. Чтобы достичь максимального понимания мира, абсолютно необходимо умение видеть картину во всей ее полноте и компенсировать непропорциональное внимание, интуитивно уделяемое недавним событиям просто потому, что этот опыт еще свеж.


3. Эвристика закрепления

Внимательно прочтите два абзаца и заполните пропуски числами, которые кажутся вам подходящими.

— Я привык делать покупки в магазине «Вкусное вино» в доме No 997 по Хай-стритрядом с «Мясной лавкой» в доме No 999 и «Зелеными-презелеными овощами» в доме № 995. Так славно было при случае купить бутылочку вкусненького винца по совету владельца магазина. Жаль, что он внезапно умер в прошлом году в возрасте _____ лет.

— После этого я стал отовариваться в магазине «Элитное вино» в доме № 12 по Хай-авеню, между «Овощной империей» в доме № 10 и салоном «Сегодня с волосами, завтра без» в доме № 14. Так славно было при случае купить бутылочку отборного вина по рекомендации владельца магазина. Жаль, что и он внезапно умер на прошлой неделе в возрасте _____ лет.

Выполните это упражнение, даже если находите его странным. Здесь нет правильного или неправильного ответа — просто вставьте любой возраст, который вам нравится. Готово? Прекрасно! В каком абзаце число больше? Если в первом, вы только что наблюдали проявление эффекта закрепления.

Закрепление происходит, когда нечто срабатывает в качестве якоря для вашего суждения, придавая ему определенное направление, причем сами вы этого не осознаете. Содержание обоих абзацев из моего примера практически одинаково, за исключением номеров домов: в первом использованы значительно большие числа (997, 999, 995), чем во втором (12, 10, 14). Очевидно, что адреса не имеют прямой связи с возрастом, в котором может скоропостижно умереть какой-либо человек, пусть даже вымышленный. Однако, как свидетельствуют исследования, даже совершенно нерелевантные якоря способны оказывать на наши суждения влияние, остающееся незамеченным.

Почему? Да хотя бы потому, что никакое суждение не выносится в безвоздушном пространстве. В любой сфере мы оцениваем вещи и события путем сравнения, а не в абсолютных показателях. Земля большая по сравнению с телом человека, но маленькая в масштабах галактики Млечный Путь. Если я предложу продолжить список действительно больших объектов, то ваши варианты почти наверняка будут различаться в зависимости от того, как я его начну: «планета Юпитер, Солнце, возраст Вселенной» или «Эмпайр-стейт-билдинг, Великая Китайская стена, пирамида Хеопса».

Этот механизм восприятия контекста вполне обоснован и необходим для оптимизации повседневного существования, но его невозможно просто взять и выключить, даже в ситуации, когда он нам вредит. Первая полученная информация всегда оказывает особое влияние на суждение. Как знает большинство работников сферы продаж, полезно начать переговоры, озвучив запредельно высокую цену, чтобы затем просто высокая показалась разумной, или сначала предложить клиенту слишком дорогой для него товар — все последующие будут восприниматься как дешевые. Рестораны и супермаркеты используют эту хитрость: на фоне очень дорогих блюд и товаров просто дорогие представляются более доступными.

Разновидностью данного феномена является эффект фокусировки — тенденция уделять слишком большое внимание одной сразу же бросающейся в глаза характеристике, приводящая к несбалансированной оценке. Представьте, что обсуждаете с другом его мечту о переезде. Кажется ли вам обоснованным следующее суждение?

Я сыт по горло холодной промозглой Англией! Три месяца в году вообще не видишь солнца. Поеду в Калифорнию и попробую найти работу. Солнце, море, красивые люди, Голливуд! Уж там-то я заживу на славу, не сомневаюсь! Не будет больше никаких блужданий в сумерках, никаких пальто поверх двух свитеров.

Очевидно, вы должны узнать намного больше, чтобы дать другу дельный совет. Высказанное им мнение наводит на подозрение, что он слишком сосредоточивается на единственной, самой очевидной стороне жизни в Калифорнии — погоде, упуская из виду остальные факторы.

Этот паттерн уже знаком нам по другому эвристическому механизму. Сложный вопрос, требующий комплексной информации («Следует ли мне переезжать в Калифорнию?»), подменяется простым, связанным с удобством и эмоциями («Какие чувства вызывает у меня первое, что приходит в голову при упоминании Калифорнии?»). Даже если замечаешь этот скачок, не всегда удается нивелировать непропорциональное влияние первого фактора.

4. Эвристика репрезентативности

Перед вами одно из самых нашумевших психологических исследований последних десятилетий, которое получило название «проблема Линды». Прочтите описание и выберите один из двух предлагаемых вариантов.

Линде 31 год, она не замужем, у нее прямой характер и очень живой ум. В колледже она специализировалась по философии и серьезно интересовалась вопросами дискриминации и социальной справедливости, а также участвовала в демонстрациях против ядерного оружия. Что более вероятно?

— Линда работает кассиром в банке.

— Линда работает кассиром в банке и активно участвует в феминистском движении.

Ну и что вы предпочли? Из первой части книги вы могли усвоить, что версия «Линда — кассир» более вероятна, чем «Линда — кассир и феминистка», поскольку второй вариант представляет собой частный случай первого. Количество сотрудниц банка, активных на ниве феминизма, никак не может превышать общее количество банковских служащих женского пола.

Если вы выбрали второй вариант или хотели это сделать, то попали под воздействие так называемой эвристики репрезентативности. Этот научный термин обозначает простую вещь: зачастую на людей сильнее влияет убедительность подачи информации, а не ее достоверность. С учетом описания Линды более убедительным выглядит, что она является кассиром в банке и одновременно активной феминисткой, и в результате формируется предпочтение, способное перевесить математическую вероятность.

Ведутся оживленные дебаты о том, иллюстрирует ли «проблема Линды» иррациональную невосприимчивость к вероятности, не естественно ли в данном контексте считать «наиболее вероятное» синонимом «правдоподобного» и нельзя ли объяснить этот эффект другим процессом, абсолютно рациональным. Очевидно, что присущее каждому человеку стремление к связному последовательному повествованию может привести к ложной уверенности в точности суждений, отвечающих этому требованию. Рассмотрим еще один пример.

Я молодой англичанин со здоровым загаром, стремлюсь поддерживать хорошую физическую форму, люблю проводить время на свежем воздухе и пить крепкий чай с двумя кусочками сахара. В какой из перечисленных сфер я, скорее всего, работаю?

— Сельское, лесное или рыбное хозяйство.

— Добыча полезных ископаемых, энергетика и водоснабжение.

— Здравоохранение и социальные службы.

Выслушав подобное описание, разумнее всего прикинуть, сколько англичан заняты в каждой из перечисленных сфер деятельности. Менее рациональный ответ: «Похоже, твоя работа предполагает активный физический труд под открытым небом, например в сельском хозяйстве или коммунальных службах».

В Великобритании сотрудников здравоохранения и социальных служб в четыре с лишним раза больше, чем во всех остальных перечисленных категориях, вместе взятых. В отсутствие другой необходимой информации это означает, что я с наибольшей вероятностью являюсь медицинским или социальным работником. Однако эвристика репрезентативности описывает нашу склонность при оценке подобных сценариев искать не значимые данные, а наибольшую близость стереотипу. Чем больше описание соответствует нашим ожиданиям относительно того, как выглядит типичный индивид, тем выше шансы, что мы за него ухватимся.

Здесь, опять-таки, наблюдается эффект замещения. Мы подменяем сложный вопрос, требующий ресурсоемкого поиска ответа («Сколько людей заняты в каждой сфере деятельности?»), на простой, связанный с эмоциями и ожиданиями («Какому стереотипу наиболее соответствует описанный человек?»). Стереотипность является универсальной особенностью нашего восприятия не только посторонних людей, но и даже многих из тех, с кем мы хорошо знакомы. Это лишь верхушка айсберга социальных предубеждений — предвзятостей, которые влияют на наши суждения о других и в сочетании со структурным социальным неравенством становятся несправедливостью высшего уровня.

Помните: эвристика естественна и жизненно необходима. Но вот только при неверном использовании, приводящем к необоснованному суждению, она становится причиной когнитивного искажения. Это наиболее вероятно при спешке, неопытности, избыточном поступлении информации, намеренной манипуляции (см. вышеприведенные примеры из области рекламы, СМИ, продаж и маркетинга) или в случаях, когда вы попадаете под влияние стереотипов и социальных предубеждений.

Рекомендуем подписаться на другие наши проекты:


НеИскусственный Интеллект - Как остаться конкурентоспособным в эпоху роботизации и искусственного интеллекта? Когнитивная психология, только научный подход и рабочие техники для развития вашего главного компьютера.


Великие Вещают - Как получить бесплатный коучинг от мировых гуру бизнеса: Маск, Безус, Робинс, Цукерберг и другие авторитеты в Первом Бизнес Видео Архиве в Телеграм. 


Zdislav Group - канал с уникальным контентом из Нью-Йорка! Рубрика "Книга в день" - это выжимка самой сути из бизнес книг, многие из которых даже не были опубликованы в России!


Digital Gold - канал о цифровых валютах, интернет активах и будущем денег, а также дайджест актуальных статей из Нью-Йорка.


Другой Telegram - Тут я рассказываю, как зарабатываю в Telegram. Публикую кейсы, делюсь информацией, которой нигде не найти. Информация полезна для тех, кто интересуется заработком на каналах в Telegram.