Пост 02.04.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 39
Когда он снова открыл глаза, вокруг по-прежнему был тот же таинственный, величественный храм.
Рядом было тихо. Шэнь Цзюньюнь моргнул и обнаружил, что «Он» исчез.
Словно почувствовав что-то, он повернул голову и снова посмотрел в сторону статуи.
Всё то же леденящее душу подобие. Сереброволосый юноша несколько секунд пристально вглядывался в неё, и снова возникло то чувство, словно он смотрится в зеркало, разделённое временем.
Он решил отвести взгляд и осмотреться, пытаясь найти хоть какую-то зацепку.
И тут он действительно кое-что заметил.
Светло-янтарные глаза прищурились. У основания статуи, на полу, покоились два странных предмета.
Кусок чёрного материала, похожего на кожу необычной фактуры, на котором, кажется, были вырезаны какие-то письмена.
И нечто, завёрнутое в белую ткань, похожее на кокон. Оно лежало неподвижно.
Чёрный материал на ощупь был очень необычным, словно его срезали с какого-то существа. На нём даже можно было разглядеть узор кожи — по всей видимости, это и была та самая кожа.
Больше в храме ничего не было.
Шэнь Цзюньюнь ненадолго задумался. Интуиция подсказывала ему, что эта кожа — та самая, которую когда-то нашёл Ло Иншэнь. А что было завёрнуто в белую ткань, он не знал.
Он забрал обе вещи с собой, чтобы отчитаться о выполненном задании.
Когда Шэнь Цзюньюнь покинул храм и собрался в обратный путь, горы вокруг постепенно успокоились.
Словно неведомое существо, дремавшее в них, проснулось, потянулось и снова замерло.
Листва на всех деревьях мерно вздымалась и опускалась, издавая тихий шелест, словно дышала. В горах стало гораздо больше жизни, чем до прихода Шэнь Цзюньюня. Всё теми же словами: горы «ожили».
Снаружи уже была ночь. Звёзды над храмом источали мягкий свет, окутывая сереброволосого юношу сияющим ореолом.
Но даже без звёздного света Шэнь Цзюньюнь прекрасно видел окрестности.
Он решил вернуться в лес той же дорогой, какой пришёл.
Кстати, он уже давно не видел своих коллег-следователей.
Чжан Цзэ и Ван Вэнь в этих жутких горах, конечно, не решались бродить наугад. Они оставались на прежнем месте, крепко держась за стволы деревьев и настороженно вслушиваясь в происходящее вокруг.
— Почему произошли такие перемены? Из-за Его пришествия?
Размышлял Чжан Цзэ: «...Раньше в этих горах часто пропадали люди, поэтому их и прозвали Затерянными. Но на самом деле, кроме тех странных писем, что отправлял Ло Иншэнь, в штабе почти нет записей, связанных с этим местом».
Так что никто толком не знал, что здесь скрыто. Горы стояли на земле невесть сколько лет, и никому бы и в голову не пришло, что в них таятся древние живые существа.
— Это точно не монстры... Это просто...
Чем больше он говорил, тем сильнее его пробирал холодок. Ощущая под ногами движение горной породы, он невольно вздрагивал, ладони взмокли, а сердце, казалось, билось где-то в горле.
Иначе как богами их и не назовёшь...
Таинственные горы, простоявшие неведомо сколько тысячелетий, сегодня наконец пробудились.
Страшно даже представить, какие последствия для человечества может иметь эта невообразимая перемена.
Пока он размышлял, деревья перед ним снова закачались. Высокие кроны раздвинулись, точно море перед Моисеем. Густая растительность по обе стороны сама собой расступалась, образуя узкий «коридор», словно умащивая путь божеству.
У обоих следователей от удивления глаза на лоб полезли. Они невольно подняли взгляд и увидели, как из глубины гор возвращается знакомая фигура, вновь появляясь в поле их зрения.
Сереброволосый юноша шёл так, словно прогуливался по собственному дому. Ни волосок на голове, ни шаг не выбивались из ритма, одежда была по-прежнему сухой и чистой, лицо — невозмутимым.
Взглянув на них, он слегка кивнул и произнёс холодноватым тоном.
Всё? Уже можно... возвращаться?
Чжан Цзэ сглотнул. Тут только он заметил, что вокруг постепенно стихает, колебания земли стали гораздо слабее.
Обратный путь дался гораздо легче.
Шэнь Цзюньюнь шёл первым, и высокие деревья словно нарочно уступали ему дорогу, образуя живой коридор из стволов и лиан. Не нужно было больше искать оставленные на пути метки.
Будь это раньше, следователи, увидев такое, лишились бы дара речи от изумления. Но теперь они уже привыкли и воспринимали это как должное.
Рядом с воплощением Внешнего Бога их мировоззрение менялось каждую минуту.
Машина стояла на прежнем месте. Ветки, которые царапали кузов, при приближении путников, словно живые, мягко приподняли свои поникшие концы, освобождая дорогу.
Чжан Цзэ думал, что они пробудут здесь по меньшей мере несколько дней, а оказалось, что отправились в обратный путь всего через полдня.
Всё это казалось каким-то нереальным.
Ведь это же легендарная запретная зона! Они не только проникли в неё, увидели нечто, способное потрясти до глубины души, но и вернулись целыми и невредимыми.
Тут следователи заметили принесённую юношей вещь. Откуда она взялась, никто не спрашивал, да и не осмелился бы, но любопытство было сильнее, и они украдкой бросили на неё взгляд.
Сердце Ван Вэнь ёкнуло. Она догадалась, что это, должно быть, та самая таинственная кожа, изменившая сознание легендарного следователя.
Когда Ло Иншэнь нашёл её, мало кто видел её воочию, и сам он не особенно любил показывать её другим. Теперь, увидев её вживую, Ван Вэнь почувствовала исходящую от неё зловещую ауру.
— Из кожи какого существа она сделана? — подумала она про себя.
А что касается второго предмета, завёрнутого в белую ткань, то одного мимолётного взгляда на него было достаточно, чтобы Ван Вэнь почувствовала непонятную тошноту, головокружение и подкатывающую к горлу дурноту.
Она поспешно отвела взгляд, боясь смотреть дольше и вообще думать об этом, и сосредоточилась на дороге.
Растительность, покрывавшая бескрайние горные хребты, тихо шелестела листвой. Этот шелест ещё долго слышался в ушах, даже когда машина уехала далеко-далеко.
Поздно ночью доктору Армитиджу позвонили из штаба следователей.
Он уже спал, но, даже разбуженный среди ночи, он не успел рассердиться, потому что в следующую секунду новость, от которой у него перехватило дыхание, заставила его мгновенно проснуться. Он нащупал на тумбочке свои круглые очки.
— Нашли? В каком состоянии?... Что?!
— В это действительно трудно поверить. Нет, я не думаю, что вы стали бы шутить со мной среди ночи... Просто я... на мгновение...
— Хорошо, я приеду и сам всё увижу.
Положив трубку, он очень долго сидел на кровати, погружённый в молчание.
Только когда снизу донёсся знакомый лай, доктор Армитидж очнулся от своих мыслей, быстро поднялся, переоделся и поспешно спустился по лестнице.
Было около четырёх-пяти утра. Когда он, одетый, спустился вниз, сторожевой пёс тут же радостно бросился к нему, бешено виляя хвостом и возбуждённо поскуливая.
Доктор Армитидж обычно жил недалеко от библиотеки филиала университета. У него был огромный тибетский мастиф по кличке Джек. Обычно он держал его на цепи, но сегодня, по непонятной причине, Джек был необычайно возбуждён.
— Хватит! — Доктор Армитидж поморщился. Сейчас ему было не до того. Он спешил найти в темноте свою машину, завести двигатель и отправиться из филиала в штаб следователей.
Фары машины ярко светили в ночи. В какой-то момент луч света, казалось, выхватил из темноты кусты рядом с библиотекой. В следующую секунду из глубины растительности донёсся шорох.
Когда машина скрылась из виду, Джек всё ещё стоял на месте, настороженно повернувшись к тем кустам, и продолжал угрожающе рычать.
Когда доктор Армитидж добрался до штаба, было уже утро.
Взошло солнце. Выйдя из машины, он заметил ожидающего его снаружи следователя.
— Где это? — не удержавшись, прямо спросил он. В голосе чувствовалось нетерпение.
Следователь выглядел уставшим и взъерошенным, на одежде ещё оставались следы земли и травы. Похоже, вернувшись из гор, он даже не отдыхал.
Тут доктор Армитидж узнал в нём одного из тех двоих, что сопровождали сереброволосого юношу.
— Вы, должно быть, очень устали... А профессор Шэнь здесь? — он с сочувствием посмотрел на него и невольно вздохнул.
Чжан Цзэ выдавил из себя смешок:
— П-профессор Шэнь... сейчас занят другими делами. Он ушёл.
На самом деле просто закончился рабочий день, и Шэнь Цзюньюнь, отметившись, отправился домой.
Никто не посмел бы заставлять Внешнего Бога работать сверхурочно, тем более что эту потрясающую находку принёс именно он.
Доктор Армитидж и представить не мог, что всего за один день молодой профессор Шэнь сумеет разгадать тайну, над которой бился Ло Иншэнь.
Чжан Цзэ провёл его в одну из внутренних лабораторий штаба.
Сюда редко допускали посторонних, но, учитывая особые обстоятельства, доктор Армитидж, как заказчик этого дела, имел право увидеть всё своими глазами.
В центре лаборатории лежал кокон, плотно завёрнутый в белую ткань.
Они надели защитные костюмы и только потом вошли.
— Будьте осторожны. Мы ещё не выяснили, есть ли у этого объекта радиация или он заразен, но все, кто видел его вблизи, испытывали головокружение и тошноту в разной степени.
Услышав это, доктор Армитидж посерьёзнел. Под руководством Чжан Цзэ он наконец увидел то, о чём говорилось в телефонном разговоре.
Даже будучи морально готовым, при первом же взгляде он не мог сдержать сильнейшего страха и отвращения. Всё тело его затряслось, в желудке начались спазмы.
Белую ткань уже сняли. В коконе, принесённом из храма, оказался плотно завёрнутый, иссохший, полностью высохший зародыш.
— Генетическая экспертиза подтвердила полное совпадение с легендарным следователем, пропавшим пять лет назад, — пояснил кто-то из сотрудников.
— Какая-то способность, связанная со временем... Никто не может этого объяснить. Это совершенно недоступно человеческому пониманию.