Пост 30.05.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 101
Древнее сознание Земли ненадолго пробудилось, обратило свой взор на заброшенный коллектор и уловило знакомую сущность.
Пронзительный звон в ушах, казалось, разрывал мозг. Все присутствующие находились в эпицентре силы, и давление было невыносимым. Они едва могли различить сквозь пелену неописуемый силуэт, явившийся к ним.
«Он» преодолел одинокую, застывшую Вселенную, воспользовался ритуалом, чтобы добраться сюда, и вновь ступил на Землю.
Для существ низшего измерения облик Шэнь Цзюньюня в этот момент был хаотичным и неописуемым — подобно наслоению иллюзорных теней и света, преломляющего неведомое сияние. Он был совершенно не похож на углеродную форму жизни, его внешность была недоступна человеческому пониманию.
Звуки, которые он издавал, достигая человеческого уха, превращались в ледяной, невнятный шепот. Попытка осознать их вела к безумию и гибели.
На алтаре неописуемое существо высшего измерения вновь изменило форму, постепенно обретая нормальный человеческий облик.
Высокий стройный юноша медленно открыл глаза. В его светло-янтарных глазах отразилась окружающая обстановка. Взгляд его был безучастным. Мягкие серебряные волосы касались затылка, делая его бледное, изящное лицо еще более утонченным. Внешне он почти не изменился, разве что теперь был одет.
Убедившись, что он вернулся на Землю, он сделал шаг, пытаясь сойти с алтаря.
Почувствовав на себе взгляд сознания Земли, Шэнь Цзюньюнь на мгновение задумался, а затем решил вновь окутать планету своим сознанием, постоянно искажая ее координаты. Скрытая силой уровня Внешнего Бога, Земля стала невидима для инопланетных существ из космоса.
С его нынешними способностями это было не слишком сложно.
Мощная энергия, исходившая от юноши, распространилась по всей поверхности планеты, пока он не охватил сознанием всю Землю. Невидимые волны на скорости света разошлись по всем континентам и океанам.
Теперь Шэнь Цзюньюнь мог видеть все, что происходило на Земле.
Многие животные, обладающие острым чутьем, почувствовали, как некая эфемерная энергия на мгновение коснулась их. По телу пробежал холодок, вызвав панику и ужас, но вскоре все утихло, и энергия исчезла.
Но с этого дня количество монстров, активных на Земле, начало стремительно сокращаться.
Монстры потеряли координаты Земли и больше не могли беспрепятственно являться из космоса. Оставшихся можно было переловить.
Вот почему во Вселенной живые существа так любят поклоняться Внешним Богам.
В хаотичном космосе это не только давало родной планете защитника, но и позволяло с помощью жертвоприношений получать силу высшего измерения и колонизировать другие галактики, обеспечивая себя неисчерпаемыми ресурсами, чтобы цивилизация не канула в пучину времени.
Сделав это, Шэнь Цзюньюнь скрыл свою энергию, став невидимым, и тем спас окружающих от неминуемого обморока из-за чудовищного давления.
«Верховный жрец» совершенно оцепенел. Он понял, что Шэнь Цзюньюнь только что сделал: эта планета теперь полностью заблокирована, и он больше никогда не сможет призвать сюда Эториуса.
Это невероятное потрясение заставило жалкого монстра дрожать. Уродливые куски его плоти на глазах сжимались, словно теряя всякую жизненную силу.
Шэнь Цзюньюнь определил его уровень и бросил на него лишь беглый взгляд. «Верховный жрец» замер, издав пронзительный вопль.
Затем в воздухе появилась разъедающая энергия. Она плотно окутала монстра, сжигая, расплавляя его плоть. Через несколько секунд от него осталась лишь лужа странной жидкости, испускавшей едкий белый дым.
Эта сцена привела собравшихся людей в ужас. Они не смели дышать.
Особенно те, кто попал под влияние «Верховного жреца». Увидев, как монстр, еще минуту назад внушавший им такой ужас, погиб так легко, они задрожали от страха, их охватила паника.
Нетрудно было догадаться, что ритуал прошел успешно, но явившееся Божество было им незнакомо. Это был не Эториус, о котором говорил «Верховный жрец».
— Что же... что же мы наделали...
Но их бледные, полные отчаяния лица не привлекли особого внимания.
Шэнь Цзюньюнь скользнул взглядом по толпе, не испытывая желания с ними разговаривать.
Затем он посмотрел на своего «последователя», одну из светящихся точек — Чжао Сяосяо.
— Через час это место будет оцеплено, — сказал он.
С точки зрения юноши, издалека уже спешили исследователи. Вскоре они должны были определить место, где был выброс энергии, — алтарь.
Чжао Сяосяо растерялась на мгновение. В ее ушах по-прежнему звучал язык, не похожий ни на один человеческий, но она понимала его смысл.
— Я... я поняла. Огромное спасибо! — выпалила она.
Она поднялась, подхватила подругу, все еще пребывавшую в прострации, и, исполненная благоговения, низко поклонилась.
— Благодарю вас за ваше великодушное наставление!
Она никак не ожидала, что ее спасет само Божество.
Она почти боялась смотреть на Него, чувствуя, что даже взгляд может быть кощунством.
Его человеческое обличье казалось прекрасным, изящным, словно творение рук искуснейшего скульптора. В нем была неземная красота.
Такой святой, такой могущественный...
Вот она, Божественная Владыка!
Боже, она действительно смогла поговорить с Божеством и помочь Ему вернуться на Землю.
Сегодняшний день был похож на сон...
Она поддерживала Цяо Мэн, и девушки, прихрамывая, направились к выходу из коллектора. Они шли не слишком быстро, но, когда дошли до поворота, Чжао Сяосяо оглянулась.
Шэнь Цзюньюнь привел свою внешность в порядок. Подавляющее большинство людей не видели в нем ничего необычного.
Лишь немногие, например пробужденные, могли разглядеть скрытое за человеческим обликом юноши безумие и неописуемую сущность.
Хорошая новость заключалась в том, что пробужденные были в основном «последователями», светящимися точками, с которыми можно было установить связь через море сознания.
А появление пробужденных стало началом сопротивления земной жизни звездному пространству.
— ...Ты хочешь сказать, что это может быть невиданный доселе путь эволюции?
На следующий день после инцидента с алтарем Чу Минцзэ, досрочно вернувшийся из отпуска, взял из рук Мары медицинские документы и переспросил, сомневаясь в ее выводе.
— Да. Человеческое тело гораздо сложнее, чем мы думаем, — ответила Мара, легендарный исследователь, обладающий даром предвидения.
— Медицинские заключения Чжан Цзэ, Ван Вэнь, Чжан Сюэли... и других за прошлые годы были в норме. И лишь в последнее время у них начали происходить странные изменения. Даже уровень психической энергии, который, как мы считали, не меняется, вырос.
Он мрачно посмотрел на результаты теста на психическую устойчивость, проведенного несколько дней назад.
— ...И все набрали максимальный балл.
— Они стали физически сильнее, их чувства обострились. Если бы это были единичные случаи, можно было бы не беспокоиться, но они возникают группами... Я уверен, что это как-то связано с утраченными воспоминаниями.
— Это не плохо, — спокойно заметила Мара.
— ...Кстати, — перевела она разговор и многозначительно посмотрела на Чу Минцзэ, серьезного заместителя руководителя штаба. — А где ваш медицинский отчет?
— Я еще не смотрел, но недавно проходил обследование в больнице. Думаю, все в порядке.
Неужели Мара подозревает, что и в его отчете есть какие-то отклонения?
Чу Минцзэ нахмурился, но виду не подал. Однако внутри у него все похолодело.
Положение Мары среди исследователей было особенным. Ее дар предвидения был связан с происхождением, и обычно она не упоминала что-то без причины.
Подумав об этом, он забеспокоился и решил попрощаться.
Они встретились в кафе в соседнем от штаба городе. Чу Минцзэ поднялся со второго этажа и, рассеянно взглянув вниз, внезапно испытал очень сильное, странное чувство.
Оно было удивительным, как если бы миллиарды столкновений во Вселенной привели к рождению Солнечной системы, породившей человечество. Оно было необъяснимым, как удар, заставивший его замереть на месте.
Его глаза расширились. Он принялся вглядываться в толпу внизу и наконец увидел среди людского потока чей-то силуэт.
Вокруг него клубилась поразительная энергия. Даже невооруженным глазом было видно, что он не человек. Это была не просто маскировка — Чу Минцзэ был уверен, что это существо не было человеком!
Нет, как это может быть монстр... Это Он?
Он совершенно не мог вспомнить. Чу Минцзэ бросился вниз по лестнице, протискиваясь сквозь толпу.
Он увидел, как тот остановился у витрины, непринужденно разглядывая что-то.
Странно, но, несмотря на его яркую внешность и исходящую от него энергию, прохожие не обращали на него внимания, словно не замечали ничего необычного.
В толпе Шэнь Цзюньюнь повернулся к витрине. Отражение в стекле явно было не его. У отражения были сверкающие золотые глаза, и оно, слегка склонив голову, не мигая смотрело на него.
Никто не мог заметить эту жуткую сцену. Серебряноволосый юноша смотрел на отражение Первоисточника. Его навязчивое присутствие не стало для него неожиданностью.
— Ты, кажется, следишь за мной уже давно. Не устал? — вздохнул он.
Эмоции, передававшиеся через связь душ, легко поддавались расшифровке. Первоисточник был похож на человека: его настроение менялось — то бушевало, то мрачнело, и лишь когда он смотрел на юношу, оно ненадолго успокаивалось.
«Он» поднял руку и нежно провел по витрине. Взгляд «Его» был полон тоски.
И в тот же миг Шэнь Цзюньюнь почувствовал прикосновение к своим губам.
Юноша вздрогнул и не знал, что сказать.
— ...О чем ты сожалеешь? Что не заточил меня в храме навечно?
Шэнь Цзюньюнь нахмурился, словно услышав ответ, и усмехнулся.
— Если ты хочешь погрузить меня в вечный сон, можешь попробовать.
«Он» присмирел. Его божественное лицо приблизилось к витрине. Сверкающие золотые глаза четко отражали фигуру юноши.
Затем «Он» прильнул к стеклу, целуя его, напротив того места, где стоял юноша, словно посылая ему поцелуй.
И это знакомое, мягкое прикосновение вновь коснулось губ юноши. Он замер, словно вернувшись в те времена, когда они сплетались в храме.