Пост 23.04.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 54
Под воздействием неведомой силы он ушёл, и никто не знал куда.
Ни следователи, ни медицинский персонал — никто понятия не имел, как он покинул больницу. Записи с камер видеонаблюдения были размыты, ничего нельзя было разобрать.
По идее, тяжелораненый ослабевший пациент не мог уйти далеко. Но случилось необъяснимое: всего через десять минут после того, как Чу Минцзэ закончил с ним беседу, все обнаружили, что 【Моросящий дождь】 исчез. Поспешно обыскали всю больницу и прилегающую территорию, но безрезультатно.
Ни следов обуви, ни запаха, ни отпечатков пальцев — никаких улик обнаружить не удалось. Словно он бесследно растворился прямо в палате.
Следователи часто сталкивались с самыми разными странностями, но дело, связанное с уравнением Роскии, до сих пор оставалось полной загадкой. Исчезновение 【Моросящего дождя】 тоже превратилось в нераскрытое дело.
Никто не знал, что с ним случилось в последние мгновения и жив ли он вообще. Расследование зашло в тупик.
Шэнь Цзюньюнь, одетый в строгий костюм, ранним утром сошёл с трапа самолёта. Следуя указаниям навигатора, он вышел из метро. Солнечные лучи озарили их троих. Стало видно, что двое позади серебряноволосого юноши несут чемоданы, словно собираются в дальнюю дорогу.
Так оно и было. Шэнь Цзюньюнь поднял глаза и оглядел чужую страну.
Пейзаж здесь полностью отличался от города, где он жил раньше. Прохожих было немного, все торопились по своим делам. Улицы были вымощены гладким брусчатым камнем, вокруг возвышались старинные краснокирпичные здания. Погода стояла пасмурная. Порывы ветра трепали мягкую чёлку серебряноволосого юноши, открывая ясные светло-янтарные глаза.
— Говорят, здесь есть ещё музей ведьм! — пробормотала стоявшая позади Ван Вэнь.
Чжан Цзэ, уткнувшись в телефон, не обратил внимания на её слова и, не поднимая головы, сказал:
— ...Отсюда до Аркхэма всего пять километров. Профессор Райс уже подъезжает, ждёт нас. (пп: Аркхэм (Arkham) — это вымышленный город в Массачусетсе, созданный Г.Ф. Лавкрафтом для Мифов Ктулху, известный Мискатоникским университетом.)
Место, где они сейчас находились, называлось Салем — городок в другой стране. Многим, наверное, знакомо это название. Да, это то самое место, где в истории произошли «Процесс над салемскими ведьмами».
Разумеется, целью Шэнь Цзюньюня и остальных было не это. Они просто ненадолго остановились здесь, чтобы затем встретиться с профессором Райсом из Мискатоникского университета и вместе отправиться в соседний городок под названием Аркхэм.
Вскоре в поле зрения появился лохматый мужчина, спешащий к ним.
Как и профессор Армитедж, он носил круглые очки, но выглядел помоложе, носил бороду. Быстрым шагом он приблизился к группе.
Мужчина сначала внимательно оглядел серебряноволосого юношу, и глаза его слегка расширились — видимо, внешность Шэнь Цзюньюня тоже поразила его. Он не ожидал, что сам юноша окажется ещё моложе, чем на фото.
Впрочем, он быстро осознал свою неловкость, взял себя в руки, протянул руку и с большим уважением произнёс:
— Вы, должно быть, профессор Шэнь?
— Наслышан о вас. Я Крис Райс, ваш сопровождающий. Надеюсь, вам не пришлось долго ждать.
Выражение лица профессора Райса было полно ожидания и даже некоторого волнения. Ещё до этого он слышал от доктора Армитеджа кое-какие истории об этом юноше. Доктор дал ему высочайшую оценку, назвав серебряноволосого выдающимся исследователем, знатоком древних языков, мудрым не по годам, чьи познания и манера говорить не соответствуют его возрасту.
Увидев Шэнь Цзюньюня воочию, он понял, что похвалы доктора Армитеджа не были пустыми. В этом юноше действительно чувствовалась особая аура. Райсу даже показалось, что ему трудно смотреть ему в глаза — в этих янтарных глазах таилось нечто загадочное и сложное.
Стоит отметить, что Крис Райс был профессором древних языков в Мискатоникском университете. Его давно манили и интриговали тёмные глубины второй части «Некрономикона», но он никак не мог их разгадать. И вот наконец забрезжил свет — он был чрезвычайно взволнован.
Однако он не знал, что случилось с доктором Армитеджем. В филиале университета объяснили, что тот внезапно заболел и сейчас находится на лечении, никого не принимая. Естественно, здесь его не было.
Поэтому профессор Райс сам вызвался сопровождать серебряноволосого юношу.
— ...Эта река называется Мискатоник, отсюда и название университета. Он был основан в 1690 году, и вот уже почти четыреста лет... Отсюда вышло множество легендарных исследователей и выдающихся учёных, которых вы, вероятно, знаете. Надеюсь, у вас останутся хорошие впечатления, — говорил профессор Райс за рулём.
— Главная библиотека университета сейчас на реконструкции, все книги перевезли в библиотеку филиала. Кстати! Тамошний заведующий — доктор Армитедж, но в последнее время он неважно себя чувствует.
Шэнь Цзюньюнь слегка кивнул. Он, конечно, помнил этого учёного из Мискатоника — ведь именно он был заказчиком дела «Затерянные горы». Получив останки Ло Иншэня, Шэнь Цзюньюнь, как и договаривались, получил щедрое вознаграждение.
У Шэнь Цзюньюня не было воспоминаний о том времени, когда «Он» управлял его телом, и он не знал истинной причины «недомогания» доктора Армитеджа.
Глядя на мелькающие за окном пейзажи, серебряноволосый юноша слегка отвлёкся и вспомнил цель своей поездки.
Сразу после завершения дела «Затерянные горы» доктор Армитедж, сверившись со штаб-квартирой исследователей, подтвердил личность Шэнь Цзюньюня и, изучив точность описаний содержания «Некрономикона», данных юношей, после долгих раздумий рекомендовал его Мискатоникскому университету. Он пригласил юношу прочесть лекцию о древних языках.
В конце концов, существование «Некрономикона» в наше время уже не было секретом. Даже если почти тысячу лет он был запретной книгой, это не могло остановить тягу современного человека к непознанному.
Шэнь Цзюньюнь прекрасно понимал, что с его личностью что-то не так. Хотя штаб-квартира сфабриковала её безупречно, эти регалии всё же были ненастоящими. Нормальный человек на его месте, скорее всего, отказался бы.
Он и сам сначала хотел отклонить приглашение, но по какой-то причине в последнее время его не покидало чувство, что там его что-то ждёт.
Шэнь Цзюньюнь мог мельком видеть будущее некоторых вещей, но то, что касалось его самого, оставалось для него загадкой. Были лишь смутные ощущения.
Не что-то плохое, скорее возможность.
Серебряноволосый юноша прищурился.
Он попытался спросить другое таинственное существо внутри себя. «Он», кажется, что-то знал.
— Как думаешь, в Мискатонике есть что-то, что может мне угрожать? — погрузившись в сновидение, задумчиво спросил Шэнь Цзюньюнь.
— Ты уже знаешь, — опустив голову, «Он» позволил мягким длинным волосам упасть на юношу. Голос Его, как всегда, звучал бесплотно, выражение лица было бесстрастным, не выражая никаких эмоций.
Но там, где юноша не мог видеть, в Его золотистых глазах мелькнула холодная искра.
Подошвы мягко постукивали по чистой брусчатке. Группа неторопливо подошла к воротам Мискатоникского университета. Подняв голову, можно было увидеть внутри старинные здания.
Шэнь Цзюньюнь всегда с интересом относился к учёбе. У него не было никаких воспоминаний о школе, ему не хватало этого важнейшего для молодого человека опыта. Поэтому он с большим любопытством разглядывал проходящих мимо студентов.
Разумеется, с точки зрения сопровождающих его следователей, этот любопытный взгляд был не чем иным, как наблюдением и созерцанием людей Внешним Богом.
По дороге сюда Чжан Цзэ и Ван Вэнь много раз настраивали себя психологически. Даже если серебряноволосый юноша и не был похож на Внешнего Бога, способного на всё, рисковать жизнями студентов не стоило.
К счастью, они заметили, что юноша проявляет скорее любопытство к университету, и никаких других эмоций пока не возникло. Это немного успокоило обоих.
Когда Шэнь Цзюньюнь вошёл в университет, профессор Райс провёл для него экскурсию по внутренним помещениям: от библиотеки до музея, затем до главного учебного корпуса и так далее.
Здесь царила атмосфера глубокой учёности. Шэнь Цзюньюнь даже мог уловить обрывки разговоров: «критерии оценки монстра уровня B».
Неужели студенты Мискатоника знают о существовании монстров?
На это профессор Райс, шедший рядом, пояснил:
— В последние годы, чтобы противостоять всё более частым случаям вторжения монстров на Землю, наша учебная программа и методы набора студентов были несколько изменены.
— Были добавлены специальные курсы по оккультизму, где изучают, в том числе, идентификацию монстров. Поэтому они знают больше обычных людей и имеют более ясное представление о мире.
— Ах да, кстати... — Профессор Райс, словно вспомнив что-то, с улыбкой сказал: — На самом деле больше всего мне хотелось бы узнать о Внешних Богах. Они странствуют среди звёзд, и это придаёт им особую, глубокую таинственность по сравнению с другими монстрами. Жаль только, что человеческими силами можно разглядеть лишь малую толику.
Затем, с неподдельным интересом во взгляде, он спросил снова:
— Профессор Шэнь, вы глубоко изучаете древние тексты. Должно быть, вам встречались в записях цивилизации Сабоны упоминания о том, как Внешние Боги являлись на Землю в своих воплощениях. Как вы думаете, этим записям можно доверять?
Профессор Райс не заметил, как лица этих двоих застыли. Один смотрел в небо, другой — себе под ноги, вид у них был довольно странный.
— Нет прямых доказательств, подтверждающих достоверность таких записей.
В последнее время он просматривал множество древних книг, собранных в Системе X, и действительно наткнулся на записи цивилизации Сабоны. Из любопытства он изучил различные данные и обнаружил, что точность там так себе.
Как исторический курьёз — возможно, но Шэнь Цзюньюнь никогда не давал оценок вещам, не имеющим доказательств.
Впрочем, эти расплывчатые записи или пророчества древних цивилизаций дают потомкам богатую пищу для воображения.
Пока они обсуждали это, сердце Шэнь Цзюньюня вдруг ёкнуло. Он невольно обернулся, в голову хлынуло очень сильное предчувствие.
Взгляд его скользнул по лицам профессора Райса, Чжан Цзэ и остальных и наконец остановился на мужчине, стоявшем неподалёку и читавшем книгу.
У него было восточное лицо, благородные черты. По какой-то причине на глазу у него была повязка. Судя по возрасту, он был уже не молод, но производил глубокое впечатление — изящные манеры, красивое лицо.
В нём чувствовалась какая-то смутно знакомая аристократическая утончённость, но Шэнь Цзюньюнь не мог вспомнить, где видел нечто подобное.
Похоже, почувствовав взгляд Шэнь Цзюньюня, мужчина отвлёкся от книги, встретился глазами с серебряноволосым юношей и одарил его вежливой, изысканной улыбкой.