Пост 07.06.2026
Мир окончательно сошёл с ума после открытия психических заболеваний
ГЛАВА 121
Когда Шэнь Цзюньюнь проснулся, он чувствовал лишь странную усталость, но дух его был бодр, и никакого другого дискомфорта не ощущалось.
За окнами храма сияли звёзды, луна была яркой. Сколько же времени прошло, пока он спал?
Он сидел, прислонившись к трону, и смотрел на мир внизу — на каждую травинку, каждое дерево, на эволюцию древних форм жизни.
Как существо, перенёсшееся во времени, он постепенно перестал замечать его течение. Ведь одна эпоха длилась десятки миллионов лет.
Он начал экспериментировать с доставшейся ему властью над временем. Если бы он мог ею овладеть, то, возможно, смог бы вернуться без помощи Первоисточника.
Для Божества время — самая доступная вещь.
Серебряноволосый юноша полуприкрыл глаза и снова погрузил своё сознание в Землю, охватив все океаны и континенты. Это было похоже на просмотр фильма об эволюции жизни, длившегося десятки миллионов лет.
Древние Боги уже покорились ему. В эту эпоху юноша был единственным властелином Земли.
В то время тектоническая активность была особенно сильной. Цунами, землетрясения, извержения вулканов были обычным делом. Это не вредило Древним Богам, но было смертельно опасно для слабых существ.
Шэнь Цзюньюнь не слишком вмешивался в природные процессы. Лишь иногда, изредка, он помогал некоторым видам, которые были на грани вымирания, но не должны были исчезнуть в эту эпоху. Следуя своей памяти об эволюции жизни, он корректировал процесс, чтобы он шёл верно.
Но это «верное» направление основывалось лишь на том, что Шэнь Цзюньюнь видел в современном мире. Иногда он задумывался: если бы он насильно изменил ход эволюции, стала бы Земля через сотни миллионов лет по-прежнему планетой людей?
Если бы людей не существовало, родился бы он сам?
Вспомнив о своих первых пятнадцати годах жизни, которые исчезли из памяти, Шэнь Цзюньюнь, глядя вдаль из храма, задался вопросом, которого никогда не задавал раньше.
— Я потерял память или... — прошептал он, — этих воспоминаний просто не было?
Если он путешествовал во времени, значит, через сотни миллионов лет он сможет стать свидетелем собственного рождения?
Изящные пальцы медленно барабанили по подлокотнику трона, издавая неровный стук. Настроение у Шэнь Цзюньюня было ни хорошим, ни плохим. Он чувствовал, что приближается к разгадке тайны своей памяти.
Шло время. Он проводил большую его часть во сне, а в свободные минуты продолжал пытаться овладеть властью над временем. Но прогресс был незначительным.
Однажды он мельком взглянул за пределы храма.
Кто-то — может быть, Древний Бог, а может, и другое существо — построил рядом длинную каменную дорогу. Она тянулась непрерывно, словно путь, по которому преданные последователи совершали паломничество, окружая храм.
Шэнь Цзюньюнь взглянул и потерял интерес. Он не мог уделять слишком много внимания «последователям» в древности — жизнь была быстротечна.
Когда рептилии и млекопитающие стали процветать, на Земле наступил период взрывного развития жизни.
Шэнь Цзюньюнь видел многих существ, которые в будущем попадут в музеи. Сейчас они были живы, но через десятки миллионов лет вымрут.
Глядя на эту бурлящую жизнь, Шэнь Цзюньюнь долго молчал, а затем вздохнул:
Позади Мистериас слегка кивнул. Его сверкающие золотые глаза дрогнули, оторвались от юноши и устремились на пейзаж за храмом. «Он» снова стал холодным и безжизненным.
Первоисточник не был тронут ничем, кроме души юноши.
Время перенеслось к очередному массовому вымиранию.
Шэнь Цзюньюнь спокойно наблюдал за гибелью множества видов. Перед его глазами будто шёл фильм. На этот раз бедствие было вызвано не космическими причинами, а движением земной коры и изменением климата, из-за которых многие морские обитатели не могли выжить.
Он снова вмешался, чтобы спасти некоторые важные виды, обеспечив продолжение жизни.
Через десятки тысяч лет после катастрофы наступила новая эпоха.
Континенты больше не были единым целым, их разделяли океаны. Появились новые виды. Земля постепенно обретала знакомый Шэнь Цзюньюню облик.
Но его храм по-прежнему выглядел как новенький.
Древние Боги по-прежнему бродили по лесам и океанам. Их высокие силуэты иногда попадались на глаза Шэнь Цзюньюню.
Так продолжалось несколько эпох. Шэнь Цзюньюнь, глядя на их тени, задумался.
Он начал понимать сущность Древних Богов.
Они были порождениями сознания Земли, можно сказать, Его посланниками. Но сознание Земли не было тождественно Древним Богам.
Древние Боги появились вскоре после зарождения жизни на Земле.
По сути, они были воплощениями гор, лесов, морей, звёздного неба — правил природы. Внешние Боги были воплощениями космических законов, поэтому они сильнее.
К сожалению, в эпоху активности Древних Богов разумные существа на Земле не могли создать свою цивилизацию. Древние Боги были горой, давившей на все виды, заставляя их повторять циклы расцвета и упадка в каждую эпоху.
Впрочем, возможно, дело было в том, что древние существа ещё не развили достаточно сложный мозг, чтобы создать настоящую цивилизацию.
Итак, когда должно было появиться человечество, как решить эту проблему?
Шэнь Цзюньюнь много думал и в конце концов пришёл к выводу, что лучший вариант — создать иное пространство, временно поместить туда сознания всех Древних Богов, а вернуть их обратно, когда цивилизация созреет и люди начнут осваивать космос.
Нельзя держать Древних Богов взаперти вечно. Их присутствие может сдерживать инопланетные расы, а высокоразумный человек в сочетании с силой Древних Богов может гарантировать, что на Земле не будет разрывов в развитии жизни.
Ведь... Шэнь Цзюньюнь не мог гарантировать, что будет вечно охранять Землю.
Найдя решение, он понял, что всё остальное будет проще.
Создать иное пространство — к этому выводу Шэнь Цзюньюнь пришёл, долго размышляя о доставшейся ему власти.
Он вспомнил свои сны — бескрайние зелёные поля, лёгкий ветерок, кроваво-красное, ржавое небо. Это было место, способное вместить всех Древних Богов.
Серебряноволосый юноша закрыл глаза и начал мысленно воссоздавать облик сна. Благодаря огромной мощи его сознания он мог изобразить каждую травинку, каждое деревце в мельчайших деталях, неотличимо от того, что он запомнил.
И в тот миг, когда он сосредоточился и сон в его сознании был почти готов, связь в глубине его души вдруг дрогнула.
Первоисточник, почувствовав намерения Шэнь Цзюньюня, по какой-то причине впустил Свою энергию внутрь, и она быстро слилась с зародышем сна.
— ...Ты что делаешь? — недовольно спросил серебряноволосый юноша.
Но он не стал останавливать «Его», лишь наблюдал.
Сила Первоисточника, подобно потоку света, появилась на краю поля и превратилась в тихую, знакомую статую. Её длинные волосы струились, и она была исполнена божественности.
Шэнь Цзюньюнь замер. Эта картина была ему очень знакома.
Когда у него только появились воспоминания, он видел во сне примерно то же самое.
— Так вот оно что, — прошептал он.
В его глазах мелькнуло понимание.
— Всё, что я делаю сейчас, на самом деле создаёт моё собственное «прошлое».
Почему у него не было воспоминаний?
Потому что это была петля времени. Двадцатилетний Шэнь Цзюньюнь вернулся в прошлое и собственноручно создал для себя «отправную точку».
Поняв это, его мысли вдруг стали невесомыми, словно он преодолел невидимый барьер и коснулся какой-то таинственной сферы. В его душе больше не было посторонних мыслей.
Та власть, которую он раньше не мог постичь, бесшумно усвоилась и по-настоящему слилась с его душой.
Когда он снова поднял глаза, его светло-янтарный взгляд был ясным и спокойным. Он долго смотрел в глаза Первоисточнику, и уголки его губ чуть дрогнули.
Холодность его немного смягчилась. Внешне Шэнь Цзюньюнь почти не изменился, но в глазах Первоисточника его душа переживала последнюю трансформацию.
Из необработанного алмаза — в драгоценность.
Существо, способное вырваться из-под власти времени, становится истинным Божеством, свободно парящим в четырёхмерном мире.
Это звучит просто, но на самом деле очень сложно.
Шэнь Цзюньюнь выполнил все свои миссии на Земле. Отныне он обретал вечную свободу.
— ...Ах, остался последний шаг, — прошептал он.
— Иное пространство для снов создано. Поселить там сознания Древних Богов нетрудно.
Но как он, создавший собственное прошлое, сможет соединить его с будущим?
Шэнь Цзюньюнь вышел из храма и встал на возвышенности, глядя на горы внизу. В тот же миг все Древние Боги, словно что-то почувствовав, обратили свои взоры на гору и молча смотрели на это могущественное, таинственное существо.
Он знал, что сознание Земли тоже смотрит на него.
Теперь он даже чувствовал Его мысли более отчётливо. Когда «Он» смотрел на него, в Нём было что-то похожее на взгляд родителей на взрослого ребёнка — одобрение и осторожность.
Если подумать, это сравнение было очень точным.
Ведь азиатские родители часто заводят детей, чтобы те заботились о них в старости. А разве всё, что делал Шэнь Цзюньюнь, не было заботой об этой планете?
При этой мысли он невольно усмехнулся.
— Пора заняться делом, — сказал он.
Когда сознания Древних Богов вошли в сон, Шэнь Цзюньюнь взглядом пронёсся сквозь леса. Благодаря ускорению времени до современности оставалось всего несколько миллионов лет. Где-то стая обезьян подкрадывалась к дикому зверю.
Используя примитивные орудия, они ловко убили крупного хищника и с энтузиазмом принялись свежевать его.
Одной из обезьян, вероятно, надоели птицы на ветке. Она подняла с земли камень и высоко подбросила его в воздух, спугнув птиц.
Но камень не упал на землю. В одно мгновение он превратился в каменный топор, тонкий нож — очень грубые, но никогда прежде не виданные предметы.
Время снова ускорилось. Шэнь Цзюньюнь, используя новообретённую власть, быстро пролистал историю эволюции.
Сознания Древних Богов ушли в сон, но их тела остались на Земле.
Кто-то спрятался в горах, кто-то — в облаках или в океане. Когда они скрыли свою ауру, ни одно живое существо больше не могло их обнаружить.
Горы постепенно покрылись густыми лесами, выросли города — от глинобитных домов до небоскрёбов. В ускоренном времени это заняло всего несколько минут.
Шэнь Цзюньюнь не вмешивался в историю. Он перепрыгнул к важному моменту.
В современную эпоху легендарный исследователь по имени Ло Иншэн, выполняя задание в деревне у Затерянных гор, нашёл кусок кожи, оставленный Древним Богом. Заинтересовавшись, он забрал его с собой.
Всматриваясь в таинственные узоры на коже, Ло Иншэн почувствовал неведомый зов. Ночью ему приснился странный сон.
Сначала он думал, что это последствия его многолетней работы. Но со временем сцены и звуки становились всё реальнее. Стоило ему закрыть глаза, как перед мысленным взором возникали очертания гор, и он мог разглядеть все детали — листья, цветы, насекомых, птиц.
— Это был вид изнутри Затерянных гор.
Он чувствовал, что его карьера подходит к концу. Болезни, вызванные многолетними скитаниями, становились всё серьёзнее, и ему пришлось уволиться. Но в конце жизни он хотел последовать зову сердца и исследовать неизведанное место в горах.
Перед отъездом Ло Иншэн развернул лист бумаги и написал письмо своему другу, доктору Патрику Армитеджу.