Высшее общество. Глава 172
Прежде чем молодой человек успел что-либо сказать, Чезаре резко шагнул вперед.
От его низкого голоса девушка вздрогнула.
Когда она обернулась, на ее лице появилась легкая тень напряжения.
Только он знал, что это было сексуальное напряжение. И только он знал, как Адель чувствительна к звукам.
Чезаре с улыбкой прищурился и приблизился к ней, его холодный взгляд скользнул по юнцу сверху вниз.
— Да пребудет с вами благословение богини.
— А… да пребудет с вами благословение богини!
Молодой человек оказался аристократом из Нанучина — Анья Сегдок. Говорят, отправился в Гранд-тур.
Чезаре внимательно оглядел мальчишку с рыжими волосами и красными глазами, а затем обвил рукой талию Адель.
— Обязательно объяснять словами?
Чезаре слегка прижался к Адель. Его желание касалось ее живота — реакция возникла сразу, как только он увидел невесту выходящей из кареты.
— Чезаре, может, сначала… поприветствуем…
— Благодарю за сопровождение моей супруги. Доброй дороги.
Чезаре специально шагнул чуть вперед, и мальчишка тут же стушевался.
Мужчины инстинктивно выстраивают иерархию по физическому превосходству. И в этом плане Анья Сегдок даже близко не мог соперничать с Чезаре Буонапарте.
Но дерзости юноше было не занимать.
— Могу ли я… надеяться на встречу вновь?
Его глаза, полные страсти, были обращены к Адель. Улыбка исчезла с лица Чезаре.
Пока он колебался, она мягко улыбнулась.
В тот же миг Чезаре схватил ее за подбородок.
Он прошептал это низким, почти угрожающим голосом, и Адель вздрогнула. Она моргнула, явно сбитая с толку, а затем все же повернулась к Анье Сегдоку.
— Спасибо за сопровождение. Да оберегает вашу ночь морская богиня.
Юнец выдавил улыбку, скрывая разочарование. Чезаре моментально повеселел.
Он крепче сжал ее талию и увел прочь.
Когда они вошли во внешний дворец и получили поклоны слуг, Чезаре ненавязчиво заговорил:
— Не слишком ли он наивен для того, чтобы стать чичисбео? К тому же он вернется в Нанучин.
— Он просто сопровождал меня. Граф Джуд сказал, что у него срочные дела.
Срочные дела? Скорее всего, ему просто показалось, что это будет забавно.
Чезаре с раздражением взглянул на Адель.
Да и зачем вообще тебе чичисбео?
— Меня больше волнует, найдется ли кто-нибудь, кто устроит тебя.
Адель сказала это совершенно серьезно.
Неужели ей так уж нужен чичисбео?
Чезаре почувствовал легкое разочарование.
Да ведь Джейн только что привела в порядок мои волосы. На мне фрак за три тысячи золотых. Я ведь самый красивый мужчина во всем Форнатье. И все равно…
Досада подступила к самому горлу.
— …С твоим вкусом, кто бы ты ни предпочла, все будет в порядке. В конце концов, у тебя талант: мужа ты выбрала отменного.
Адель удивленно распахнула глаза, а затем мягко улыбнулась.
Видя ее улыбку, Чезаре вновь подавил свои желания.
Герцог хотел как можно быстрее сыграть свадьбу, но обстоятельства не позволяли.
В Форнатье с апреля по июнь идет весенний сезон балов. Погода теплая, и лишь в тени можно ощутить прохладу.
В это время начинается и плавание в Сорок. Корабли, нагруженные роскошными товарами и пряностями, отправляются на север, следуя за западными ветрами.
Как только порты и торговые кварталы оживают, так и Буонапарте становится все более занят.
— Господин! Список промышленных товаров готов!
— Сурик, белила, киноварь, воск, ладан, каучук, сера, индиго...
— Убери белила, в этот раз Синьория наложила запрет на их экспорт.
У Чезаре не было ни дня без работы. Все время уходило на обработку огромного количества документов в его кабинете, где он сидел с помощниками.
— Да! Хлопок, саруса, дубетин, тафта, морской шелк...
— Маловато. Я же говорил, что спрос на роскошь вырастет после войны с Раджпутом. Цифры точные?
— Хлопка уменьшить на две трети. Что за идиот собирается отправить все сырье как есть?
— Пшеница и рис, мед, сахар, изюм, миндаль, бобы Лионы, масло...
— Возьми немного тропических фруктов. Император их любит. Пряности?
— Длинный перец, имбирь, корица, кассия, гвоздика, калган, мускатный орех, майс...
— Тут все в порядке. Импортные товары?
Чезаре кивнул, быстро пробежав взглядом по бумагам.
Он отложил перо и провел рукой по переносице.
— Значит, осталась только одна проблема.
Черт, кто-то опять напортачил?
Все готовились к худшему, но Чезаре лишь тяжело вздохнул.
— Почему Адель так настойчиво хочет завести чичисбео?
Вассалы Буонапарте, старшие торговцы из конторы Стеллоне, управляющие банков замерли в молчании.
Они перевели взгляд на бумаги, молча улыбаясь, и вышли из кабинета. Для таких консультаций был отдельный человек.
— Возможно, она просто хочет развлечься? Насколько я знаю, до вас у нее вообще не было мужчин.
Джиджи, у которого от бесконечных ночных смен под глазами залегли тени, произнес это с легкой ухмылкой.
Хотя не похоже, что Адель так уж рвется к этому.
Эта мысль промелькнула у него в голове, но озвучивать личный помощник ее не стал. В конце концов, даже за большие деньги в такие загруженные периоды господин начинал его раздражать.
— Разве меня ей мало? Еще кто-то нужен?
— Люди не могут жить, питаясь лишь рисом.
— Она вполне может есть только рис.
Ну и что мне на это ответить?..
— Почему бы вам не поговорить с ней?
— …А если Адель устанет от меня?
Секретарь фыркнул. Он сказал это в шутку, но герцог уже снова держал в руках перо и подписывал бумаги.
— В любом случае, формально закон на вашей стороне, милорд. Взаимоотношения между дамой и ее чичисбео могут быть дружескими, но супружеская измена — это преступление.
— Ограничивать чувства законом? Глупости. Основатель государства в гробу бы перевернулся, узнай он такое.
— Я бы на месте покойного основателя скорее смеялся над потомком, который не задумываясь размахивал своим хозяйством… Ой… Простите.
Джиджи поспешно извинился, увидев, как Чезаре потянулся к чернильнице.
К счастью, тот лишь невозмутимо обмакнул перо в чернила и продолжил листать документы.
— Как идут приготовления к свадьбе?
— Госпожа Катарина и лорд Роуэн следят за процессом, так что, к счастью, все идет гладко. К тому же, в Адоре госпожа председатель тоже активно помогает.
— Ну еще бы. Если она хочет увидеть свадьбу собственного внука, придется попотеть.
Редкостный все-таки он ублюдок.
Пока Джиджи качал головой, Чезаре вдруг поднялся.
— Работай. Я ненадолго отлучусь.
Чезаре бросил презрительный взгляд на стол. Джиджи посмотрел туда же: все было аккуратно разобрано.
Раз герцог уже поставил свою окончательную подпись, значит, вся остальная бумажная рутина теперь ложилась на его плечи. Джиджи только горестно вздохнул.
— Возвращайтесь скорее, господин…
Адель стояла перед большой белой дверью вместе с Эфони. Сюда ее пригласила Катарина.
— Это «Белая комната», госпожа.
Адель задумчиво посмотрела на дверь. Когда Эфони показывала ей дом, эту комнату она не упоминала.
— Здесь хранятся вещи еще ценнее, чем в «Зале морских путей», — добавила она.
«Зал морских путей» — хранилище всех реликвий и коллекций рода Буонапарте. Что могло быть еще ценнее?
И зачем меня вообще позвали в такое место…
Пока Адель раздумывала, Эфони открыла дверь.
Первое, что бросилось в глаза, — мягкий свет, льющийся в комнату. Затем взгляд упал на белоснежную фату, бережно разложенную на манекене и подсвеченную солнечными лучами.
Сцена казалась настолько живописной, что Адель невольно задержала дыхание.
Катарина, стоявшая у манекена, повернулась и приветственно улыбнулась. Выражение ее лица было глубоким и задумчивым.
— Я хотела показать тебе это. Ведь скоро свадьба.
Адель осторожно подошла ближе.
— Это та самая фата, что я носила на своей свадьбе. Она перешла мне от госпожи Евы. В Форнатье существует поверье: если наденешь фату счастливой супруги, то и твой брак будет счастливым.
Слушая Катарину, она медленно провела пальцами по легкой ткани.