Скрывая, что сумасшедший принц – омега. Глава 126-129.

* * *
После такой удивительной ночи, полной удовольствий, наступило тихое утро, и на корабле стояла гробовая тишина. Пока люди, которые всю ночь смеялись, болтали, танцевали и пели, крепко спали, слуги сновали туда-сюда, стараясь не шуметь. Им нужно было немедленно приступить к работе, чтобы стереть следы вчерашнего веселья и подготовиться к возобновлению банкета во второй половине дня.
Благодаря этому Этьен мог спать спокойно, не испытывая никаких тревог, окутанный ощущением умиротворения, которого никогда раньше не знал.
Комната была наполнена умиротворяющей тишиной, как спокойное море. Этьен слабо улыбнулся даже во сне, ощущая непередаваемое блаженство. С каждым вздохом он вдыхал легкий цветочный аромат, смешанный с освежающим морским. Казалось, что он плывет по цветочному морю.
Внезапно раздался какой-то звук, и прохладный влажный ветерок мягко коснулся его волос и щек. Ричард, наверное, открыл окно, чтобы проветрить. Сквозь развевающиеся занавески лился солнечный свет поздней весны, а за ним доносился звук рассекающей воду лодки.
«Бывают ли волны на реках?» – подумал Этьен, прислушиваясь к звуку воды, разбивающейся о корпус лодки. Его сознание, погрузившееся на самое дно, начало медленно всплывать.
– Продолжай спать.
Когда Этьен отвернулся, чтобы не видеть свет, его зрение затуманилось и он услышал нежный шепот. Однако это только усилило его желание проснуться. Этьен медленно поднял тяжелые веки. Почувствовав, что он открыл глаза, рука, закрывавшая их, исчезла.
– Ри... чард... Кха.
Несмотря на затуманенное зрение, Этьен попытался радостно улыбнуться, увидев это лицо, но потом сухо закашлялся. Его горло саднило и болело.
– Доброе утро.
Ричард, улыбаясь, поцеловал Этьена в лоб и осторожно помог ему сесть.
С помощью Ричарда Этьен слегка нахмурился. Даже от небольших движений у него болела поясница, и он невольно застонал от боли внизу живота.
– Принести тебе воды?
– Да...
Этьен слабо кивнул. Пока он спал, он этого не замечал, но теперь, когда он проснулся, все его тело казалось тяжелым и ноющим.
– Пей медленно.
Ричард поднес стакан с водой прямо к губам Этьена. Этьен послушно выпил. Он хотел сказать, что может пить сам, но тело его не слушалось. Его руки были такими слабыми, что он наверняка уронил бы стакан, если бы попытался его удержать.
– Который сейчас час?
Этьен тяжело вздохнул и спросил, глядя на яркий солнечный свет, проникающий в комнату через окно. Он со странным выражением лица прислушался к своему незнакомому голосу. Даже после того, как он выпил воды, его голос был ужасно хриплым. Его горло саднило от рыданий и стонов, которые он издавал в объятиях Ричарда всю ночь.
– Не слишком поздно, чуть больше десяти.
Тем временем Ричард поставил стакан с водой на прикроватную тумбочку и снова уложил Этьена. Этот жест означал, что ему нужно больше отдыхать. Лежа, Этьен повернул голову и оглядел комнату. Она немного отличалась от той, которую он видел перед тем, как заснуть.
– В комнате...
– Я перенес тебя в другую комнату после того, как помыл. Кровать в предыдущей комнате была в таком состоянии, что на ней нельзя было лежать. Разве ты не помнишь?
– О.
Этьен тихо вскрикнул в ответ на слова Ричарда. Когда сонливость прошла, к нему вернулись воспоминания. Он вспомнил, как они вместе купались перед тем, как заснуть, и как Ричард обнимал его, когда они пришли сюда.
– Ты голоден? Принести тебе что-нибудь простое?
Ричард, нежно погладивший Этьена по щеке, начал вставать. Он подумал, что было бы неплохо накормить его супом или фруктами, прежде чем снова уложить спать.
– Ричи.
Этьен остановил Ричарда, который собирался выйти и кого-то позвать. Когда Ричард повернулся на его зов, Этьен поднял обе руки.
– Иди сюда.
– Зачем, хённим?
Подобно бабочке, летящей на цветы, Ричард скользнул между широко раскрытыми навстречу ему руками. Когда он забрался на кровать, она слегка покачнулась. Даже от этого легкого движения Этьен издал слабый стон. Ричард, оказавшийся наполовину на Этьене, старался не давить на него.
– Тебе что-нибудь нужно?
– Подойди поближе.
Этьен, похоже, был недоволен тем, что Ричард держится на расстоянии, и положил обе руки ему на плечи. По лицу Ричарда было видно, что он встревожен. Даже небольшие движения причиняли ему боль, а его вес наверняка давил на Этьена.
– Если я полностью заберусь наверх, тебе будет тяжело, хённим.
– Все в порядке.
– Давай я тебе помогу...
– Я сказал, все в порядке.
Этьен настаивал, притягивая Ричарда к себе. Наконец Ричард осторожно прильнул к Этьену, стараясь не давить на него своим весом.
– Xaax...
Этьен удовлетворенно выдохнул, заключив Ричарда в объятия. Он оценил и внушительный вес, и приятную температуру. Он просунул руку сквозь густые волосы Ричарда.
– Хённим?
Ришар слегка смутился, когда Этьен погладил его по волосам. Он был рад, что Этьен относится к нему с заботой и вниманием, но чувствовал себя странно. Он был как щенок, которого ласково гладит хозяин.
– Мне не нужно ничего есть, просто оставайся здесь.
– Но...
Слова Ричарда затихли. Он положил руку на плоский живот Этьена. Тот и так был худым, но за ночь, казалось, стал еще тоньше.
– У тебя не болит живот?
Когда прохладная рука Ричарда нежно коснулась его отмеченного пятнами живота, он вздрогнул. Все остальное было горячим, но рука оставалась неизменно холодной.
«Погодите, разве его рука не была горячей прошлой ночью?» – подумал Этьен в полудреме. Он проснулся, но голова была затуманена, а тело вялым.
Этьен, который не ответил на вопрос Ричарда и безучастно смотрел на него, застонал, когда пальцы Ричарда коснулись кожи со следами укусов.
– У меня болит не живот, а другие места...
– Хм?
Ричард моргнул с опозданием на несколько ударов сердца, а затем вдруг все понял, и его осенило. Его взгляд упал на шею и ключицу, не прикрытые тканью. Кожа Этьена, которую Ричард кусал и посасывал всю ночь, была покрыта следами укусов и синяками.
– О.
Ричард тихо выругался, заметив, что следы оказались более глубокими, чем он ожидал. Тело Этьена было далеко не в порядке. Прошлой ночью, несмотря на заверения, что он будет сдерживаться ради Этьена, поскольку у него не течка, он явно не сдержался.
Ричард испытывал одновременно угрызения совести и странное чувство гордости. При виде фарфоровой кожи, отмеченной его следами, желание, которое, как ему казалось, утихло, вспыхнуло с новой силой. Он покачал головой, подавляя нарастающий жар. Если он сделает еще что-то, то действительно превратится в зверя, не знающего границ.
– Тебе очень больно?
– Это не совсем больно... просто немного щиплет.
Этьен ответил не совсем честно, после некоторого раздумья. Жжение и боль были настоящими, но проблема заключалась в другом. Его тело, полностью отмеченное страстью прошлой ночи, стало сверхчувствительным и реагировало на малейшее прикосновение. Будь то мягкое платье, скользящее по его коже, или прохладные руки, нежно ласкающие его, странные ощущения не покидали его.
– Прости меня.
– Не извиняйся. Не за что извиняться, – добавил Этьен вялым голосом. Более того, он и сам не мог себя сдержать.
“Ух, Ри-, Ричард, э-э, Ричи, ах“.
“Да, хённим. Ха-а, я здесь...“
Охваченный волнами непрекращающегося удовольствия, он рыдал и тяжело дышал, а когда наконец открывал глаза, то видел устремленные на него темно-синие глаза, полные любви и страсти. Завороженный этими глазами, он прижимался к нему еще сильнее.
“Ну, еще чуть-чуть, да. Еще, ха, хорошо“.
Каждый раз, когда он сопротивлялся, не в силах вынести наслаждение, он наслаждался теплыми объятиями, которые, казалось, говорили, что все в порядке. Он наслаждался губами, которые тянулись к нему, словно ждали, когда он назовет имя Ричард. Он хотел, чтобы их связь длилась вечно.
“Если ты устал, ха-ха, я остановлюсь...“
“Нет, не устал, ха, не останавливайся... продолжай, ах“.
“Хённим?“
“Все в порядке, уф, ах, не останавливайся... продолжай“.
Говорят, что вор, который поздно учится, самый опасный. И действительно, он настолько погрузился в удовольствие, которое дарил ему Ричард, что в итоге стал действовать еще более активно. Вспомнив прошлую ночь, он прикусил нижнюю губу.
Несмотря на то, что он был опьянен наслаждением, он цеплялся за жизнь и произносил такие слова в полном сознании. Он не мог понять, о чем думал.
Но он ничего не мог с собой поделать. Он так сильно привязался к Ричарду, который таял от одного жеста или движения Этьена, что не мог этого вынести. Так что Ричард не был виноват.
– Знаешь, не только ты оставил следы.
Этьен постарался, чтобы его голос звучал непринужденно, и опустил руку, которой гладил Ричарда по волосам. Он оставил не так много следов, но на шее и плечах Ричарда тоже было немало отметин от укусов и поцелуев. Этьен провел пальцами по шее Ричарда, рассматривая оставленные им следы. Он почувствовал, как Ричард слегка напрягся от его прикосновения.
– Мы оба этого хотели, так что не извиняйся. Если ты извинишься, будет казаться, что я сделал это против твоей воли.
Этьен мягко упрекнул его, проведя кончиками пальцев по отчетливому следу укуса на шее. Затем он снова начал гладить Ричарда по волосам. Ему нравилось, как жесткие редкие волосы щекочут его пальцы. Однако, несмотря на слова Этьена, выражение лица Ричарда не смягчилось.
– Я все еще прошу прощения.
– За что?
– ...Мне жаль, что тебе больно, но я почему-то радуюсь. Когда я вижу, что тебе больно из-за оставленных мной следов, мне становится странно хорошо... Это странно, правда?
Ричард откровенно поделился своими противоречивыми эмоциями. Ему было жаль, что на коже Этьена остались следы, но в то же время он был доволен. Это было доказательством того, что прошлая ночь не была сном, что Этьен действительно стал его.
– Я чувствую то же самое.
– Что?
Ричард удивленно посмотрел на Этьена, когда тот сказал, что чувствует то же самое. Этьен мягко улыбнулся ему.
– Честно говоря, все болит... но мне почему-то хорошо.
Этьен говорил как завороженный. Его тело, слегка поврежденное с детства, давно было подвержено простудам даже от легкого сквозняка. Естественно, он проводил больше времени в постели, чем на улице.
Кому может быть хорошо, когда больно? Но Этьен всегда впадал в тяжелую депрессию, когда болел. Он стонал в одиночестве в своей темной тихой спальне и плакал, ненавидя собственное бессилие. Самым страшным было отчаяние от осознания того, что ситуация никогда не изменится.
В те дни, когда боль от лекарств была невыносимой, он даже хотел перестать дышать. Он думал, что сможет избавиться от всей этой мучительной боли, и не раз хотел все бросить.
Но теперь все по-другому. Этьен недавно узнал, что радость может быть даже в боли. Ричард показал ему счастье, когда он мог улыбаться, несмотря на физические страдания.
– Спасибо.
Этьен выразил искреннюю благодарность Ричарду. Он пережил эти адские времена, не сломавшись, благодаря надежде, от которой в конце концов не отказался.
Он жил, лелея надежду, что когда-нибудь тоже сможет быть счастлив, что кто-то сможет полюбить его всем сердцем.
И наконец Ричард осуществил его тайную надежду, которой он ни с кем не делился.
– Ты так много для меня сделал.
Этьен слегка наклонил голову и поцеловал Ричарда в макушку. Хотя он жил, погруженный в свои несчастья, и не осознавал этого, Ричард всегда был рядом, даже когда он чувствовал себя одиноким. Даже в те моменты, когда он отталкивал его и поворачивался к нему спиной, Ричард оставался на своем месте.
Вот почему он был благодарен и сожалел. За то, что не отказался от него, за то, что остался неизменным.
– Большое тебе спасибо, Ричард. Если бы не ты, я бы не познал этого счастья.
Этьен прижался лбом ко лбу Ричарда и посмотрел ему в глаза.
Он был рад, что остался жив; хоть он и считал это бесполезным, он был искренне благодарен за то, что не мог отказаться от надежды до самого конца. Впервые за долгое время Этьен почувствовал радость от того, что он жив.
На губах Этьена расцвела улыбка, словно цветок, распускающийся в лучах утреннего солнца. Его водянистые глаза изогнулись полумесяцем, а уголки рта приподнялись, слегка обнажив белые зубы. Он широко улыбнулся впервые за очень долгое время.
– Я, нет, скорее я...
Ричард, на мгновение забывшись от редкой и драгоценной улыбки, пошевелил губами, словно не зная, что сказать. Затем, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции, он крепко обнял Этьена. Он понимал, что сильное объятие может причинить боль, но не мог сдержаться.
Этьен обнял Ричарда в ответ и широко улыбнулся. Он видел, как кончики ушей Ричарда покраснели под его черными волосами. Не в силах противиться покалыванию в груди, Этьен быстро поцеловал Ричарда в ухо.
«Это опасно».
Ричарл стиснул зубы, чувствуя, как внутри нарастает желание. Он не знал, о чем думает Этьен, притворяясь таким беззащитным, и почему он продолжает его провоцировать. Ричард сделал небольшой вдох и заставил себя сесть прямо. Если они так и будут сидеть, он действительно не сможет себя контролировать.
– Намазать тебе мазь? Твой главный слуга дал ее мне раньше и настоял, чтобы я ее нанес.
– Бен?
– Да. Он сказал, что это специальная мазь, которую сделал твой врач. Я поставил ее вон на тот столик...
Ричард попытался сменить тему и отойти от Этьена. Но вскоре Этьен его поймал. Этьен схватил Ричарда за запястье и мягко потянул его на себя.
– Просто сделай это позже, а пока я хочу вот так.
– Просто я немного...
Ричард замолчал, его голос звучал обеспокоенно. Увидев, что кончики его ушей покраснели еще сильнее, Этьен просунул пальцы между его пальцами.
– Если ты хочешь это сделать, ты можешь.
– Насколько бесстыдным ты пытаешься меня выставить?
Ричард подавил вздох и закрыл глаза рукой, которую не держал Этьен. Этьен перехватил даже ту руку, которой Ричард тер лицо, и переплел их пальцы.
– Тогда может, просто поцелуемся?
Этьен, держа Ричарда за обе руки, поднял голову и первым поцеловал его в губы.
«Ах, правда...»
Их губы соприкоснулись, и вскоре их тепло слилось воедино.
– Ммм...
Этьен счастливо закрыл глаза, чувствуя, как жар наполняет его рот. Затем он нежно сжал их переплетенные руки. Как река, которая после долгого пути впадает в море, он наконец почувствовал истинную связь с Ричардом.
Наконец-то вместе.
* * *
– Черт возьми!
Стол с громким стуком затрясся от обрушившихся на него проклятий. Слуга, обслуживавший его, вздрогнул, но Теодор не обратил на это внимания. Точнее, ему было все равно. Он был пьян и кипел от гнева.
– Еще один глоток.
Услышав слова Теодора, слуга, державший бутылку с алкоголем, наполнил стакан, бросив на него бледный взгляд. Он сидел и пил с самого утра, и слуга чувствовал, что они попали в очень неприятную ситуацию.
Слуга с тревогой посмотрел на Теодора, который залпом осушил свой бокал. Они чувствовали, что должны попытаться помешать ему причинить вред другим, но у них не хватало на это смелости. Если бы они испортили настроение дворянину, их бы наверняка наказали. Атмосфера вокруг Теодора была угрожающей.
Не только слуга, но и все вокруг чувствовали себя неловко, как будто он мог в любой момент нанести удар. Некоторые переглянулись и постепенно начали расходиться.
Несмотря на это, Теодор продолжал опустошать свой бокал с полным негодования лицом. Его голова пылала от неконтролируемого гнева. Теодор уже три дня присутствовал на корабельном банкете, но Этьен с самого первого дня не обращал на него внимания.
– Ну почему?! Черт!
Теодор снова ударил по столу. Он не мог понять, что происходит.
Когда он впервые услышал от своего отца, маркиза Майлза, что станет временным помощником Этьена, он обрадовался. Он думал, что наконец-то нашел возможность наладить отношения с Этьеном. Однако, когда он пришел поздороваться с ним, его решительно отвергли. И так было всегда.
Этьен полностью игнорировал сопровождавшего его Теодора. Чем больше Этьен его игнорировал, тем сильнее росла его неприязнь к тому, кто даже не смотрел в его сторону.
– Что ты сделал с Его Высочеством!
– А?
– Императрица уведомила о твоем отстранении от должности временного помощника! Она сказала, что ты совершил тяжкое преступление против Его Высочества!
– Нет, я...
– Ее Величество очень зла! Что, черт возьми, ты натворил? Ты что, не понимал, какая это была прекрасная возможность?!
– Я ничего не делал! Напротив, Его Высочество игнорировал меня!
Инцидент произошел недавно. Маркиз Майлз, встречавшийся с императрицей, был в ярости из-за Теодора. Хотя Теодор настаивал на своей невиновности, его доводы не были приняты во внимание.
На следующий день Теодор понял, почему его отстранили от должности помощника. Императрицу возмутило, что Теодор поделился своими феромонами с Этьеном. Когда об этом узнал маркиз Майлз, он разозлился еще сильнее, чем накануне.
Теодор чувствовал себя обиженным. Альфы и омеги часто втирали свои феромоны в кожу бет, которые их привлекали. Это делалось для того, чтобы другие не приближались к ним. До сих пор Теодор не считал это большой проблемой.
Конечно, поскольку он сделал это без согласия Этьена, ему не с чем было спорить. Многие отнеслись к этому поступку неодобрительно.
– Я слышал, что Его Высочество присутствует на банкете в честь прибытия корабля семьи Экхарт. Возьми приглашение, которое я получил, и иди как мой представитель. Иди и каким-то образом заставь Его Высочество простить тебя.
Маркиз Майлз отказался от приглашения ради своего разочаровавшего его сына. Теодор без возражений явился на банкет. Он хотел встретиться с Этьеном, извиниться и получить прощение.
Однако Теодор не видел Этьена даже мельком. Не найдя его, он отправился в его каюту и попросил о встрече, но ему отказали, сославшись на плохое самочувствие Этьена.
– Похоже, его высочество сильно страдает от морской болезни и не сможет с вами встретиться.
– Пожалуйста, хотя бы передайте ему мое сообщение. Это важно.
– Прошу прощения.
Главный слуга Этьена оставался непреклонен, несмотря на настойчивую просьбу Теодора. Теодор с непреклонным выражением лица грубо цеплялся за слугу. Он несколько раз в день пытался встретиться с Этьеном через слугу. Ему было обидно, что приходится цепляться за простого слугу, но выбора у него не было.
– Его Высочество не может встретиться с вами.
Сегодня было то же самое. Теодор отправился на поиски Этьена сразу после пробуждения, но ему снова преградил путь главный слуга.
– Чёрт!
Не в силах сдержать кипящий гнев, Теодор выругался. Его зрение затуманилось от невыносимой боли.
“Сын Маркиза Майлза?“
“Ох? Да! Ваше Высочество. Те-, Теодор Майлз“.
“Приятно познакомиться, юный господин Майлз. Меня зовут Этьен де Фредерик“.
Теодор давно интересовался Этьеном. Впервые он встретил его в тот день, когда тот вошел во дворец вместе с маркизом Майлзом.
Стоило Теодору увидеть Этьена, как он застыл на месте, словно дурак. Мальчик, похожий на куклу, искусно сделанную мастером, был самым красивым человеком из всех, кого он когда-либо встречал. Но больше всего он будоражил его инстинкты.
«Он не омега?»
Первое, о чем подумал Теодор, увидев Этьена, было вот это. Он не мог поверить, что человек, который мог пробудить в нем инстинкты доминирующего альфы, просто стоя на месте, был бетой. С этого момента Этьен стал интересовать Теодора.
– Я хочу служить вам, Ваше Высочество.
Теодор активно демонстрировал свои чувства при каждой встрече с Этьеном. Будучи наследником Дома Майлзов и доминантным альфой, который привык получать все, что хочет, он думал, что Этьен легко в него влюбится.
Он быстро осознал свое высокомерие. Этьен вообще не интересовался Теодором. Скорее, он избегал его.
– Мне не нужна твоя преданность.
Этьен с хмурым видом отверг предложение Теодора служить ему. В его мутно-голубых глазах не было никаких эмоций.
– Я бы хотел, чтобы ты не беспокоился обо мне.
Этьен решительно отверг Теодора. Это был первый отказ в жизни Теодора. После этого Этьен так и не изменил своего отношения.
– Подумать только, он сдался после всего этого... – яростно пробормотал Теодор. Затем вошли две благородные юные леди, взволнованно переговариваясь.
– Вы их видели? Его высочество и юный господин Матиас только что были вместе. Атмосфера между ними была... странной¹.
– Это потому, что у них обоих красивые лица? Они так хорошо смотрятся вместе... Это почти как если бы две омеги были вместе, понимаешь?
– Эй! Следи за языком, называя Его Высочество омегой!
– Я просто говорю, что он красавчик. В последнее время я чувствую, что Его Высочество не такой, как о нем говорят. С какой стороны ни посмотри, он не похож на негодяя...
Теодор, услышав болтовню дам, резко встал.
– Его высочество вышел из своей каюты?
– А? Да...
Дамы, которые собирались сесть, были поражены тем, что Теодор напрямую спросил об Этьене. Теодора не волновала их реакция, и он повторил свой вопрос.
– Где сейчас его высочество?
– Ну...
Под впечатлением от его напора дамы пробормотали ответ. Теодор, узнав, где находится Этьен, двинулся вперед шатающейся походкой. Его налитые кровью глаза угрожающе блестели.
* * *
– Как и желало Ваше Высочество, меня успешно пригласили в салон графа Ротена. Хотя я еще не получил приглашение, возможно, я смогу посетить вечеринку в саду у графини Орс.
– Молодец.
Услышав отчет Антуана, Этьен слегка улыбнулся. Его результаты оказались намного лучше, чем ожидалось.
– Ты хорошо поработал. Отличная работа.
– Да так, ничего особенного.
Антуан смущенно улыбнулся в ответ на похвалу Этьена. Затем, словно осознав свою ошибку, он быстро взял себя в руки. Он старался не встречаться взглядом с Этьеном, продолжая свой доклад.
– И еще кое-что, что рассказал мне молодой господин Ламуда. Граф Осер...
Этьен с горькой улыбкой смотрел на Антуана, обдумывая информацию, которую ему сообщили другие омеги. С того дня, как он отверг признание Антуана, между ними сохранялась какая-то неловкая и в то же время не неловкая атмосфера.
Он переживал, что Антуан затаит обиду или не захочет работать вместе, но Антуан трудился усерднее всех.
Благодаря этому группа омег, которую собрал Антуан, стала темой для разговоров в светских кругах. Никто не был против молодых красивых омег, активно участвующих в общественной жизни. Тем более если речь шла об Антуане, которого обсуждали как потенциального партнера Этьена.
Антуан намеренно сближался с дворянами и дамами, имевшими значительное влияние в светских кругах, и его приглашали в их салоны и на приемы. В то же время он внимательно присматривался к молодым дворянам, которые только начинали вращаться в светских кругах.
Маркграф Матиас поддерживал Антуана в его стремлении утвердиться в светских кругах. Для Маркграфа, который хотел сделать Антуана партнером Этьена, чем большим влиянием тот пользовался в обществе, тем лучше.
Благодаря поддержке Этьена, маркграфа, и собственному обаянию Антуан стал известной фигурой в светских кругах. Все в один голос говорили, что Антуан станет светским львом этого года. Естественно, количество мест, куда стремился попасть Антуан, увеличилось.
По мере роста популярности дни Антуана становились все более насыщенными. Он периодически встречался с Этьеном, чтобы планировать и выбирать вечеринки и чаепития, на которых он будет присутствовать.
Работа Антуана заключалась в том, чтобы следить за общественным мнением, собирать информацию и незаметно распространять идеи, которые ему поручал Этьен. По мере роста его влияния, его слова быстро распространялись.
– Я разберусь с графом Осером. Что касается чаепития у графини Орс... если вы не получите приглашение, мы пойдем вместе. У меня есть приглашение, так что вы можете пойти со мной.
– Понял.
Антуан ответил с энтузиазмом. Как будто он впервые был главным действующим лицом чего-то, он искренне наслаждался своей работой.
Когда разговор о работе закончился, между ними повисла неловкая тишина. Пока Этьен думал, что сказать, Антуан осторожно спросил:
– Что еще важнее, как ты себя чувствуешь? Я слышал, что твоя морская болезнь усилилась. Тебе стало лучше?
_________________
¹ – Странно, но в прекрасном настроении.