Персик к персику. Глава 13.

Дохва подобрал край одежды, который до этого небрежно свисал.
Всё шло наперекосяк: даже этот наряд, который он так тщательно выбирал для встречи с Воном, теперь безнадежно помялся.
Вон, наблюдавший за всей сценой, улыбнулся с немного смущенным выражением лица.
Он пытался смириться с этим, думая, что его гнев вполне понятен, но этот глуповато-добрый мальчишка только и делал, что жаловался на то, как всё плохо.
Он никогда раньше не пытался угодить парню, поэтому понятия не имел, что делать.
Человек, который до этого поглаживал свой гладкий подбородок, вскоре начал вести себя так, как вел бы себя человек при общении с женщиной.
Он наклонял голову, устанавливая зрительный контакт с собеседником, и широко улыбался всем, независимо от возраста или пола.
Он пробовал это на большинстве людей, потому что им сразу становилось лучше.
Но вопреки ожиданиям, лицо Дохвы покраснело, и он бросил в Вона кусок салфетки.
— Да ну правда! Как ты можешь так делать!... Прекрати пользоваться своим красивым лицом, чтобы задобрить меня!
Вон, убрав прилипшую к лицу салфетку, бесстыдно ответил, многозначительно подмигнув.
— О, боже, ты ещё молод и ничего не понимаешь. Это не вопрос доброты, я просто красивый.
Он приподнял подбородок, произнося эти слова, но они были не совсем неверны, что ещё больше разозлило Дохву.
Мягкие волосы, которые на ощупь словно тают во рту.
Гладкая, белоснежная кожа без единого изъяна. Длинные и красиво оформленные ресницы, которые выглядят так, будто их аккуратно наклеили.
Глаза, словно нарисованные кистью, которой никогда прежде не пользовались. Радужки медного цвета с легким красноватым оттенком по краям.
Две вертикальные точки на чистой щеке. Высокий нос и тонкие губы.
Мужчина, казавшийся воплощением красоты, мило улыбнулся.
— Значит, тебе все же стало лучше?
— Все нормально.
Вон, который до этого лениво соломинкой помешивал кофе перед собой, потянулся.
Свободные рукава его рубашки сползли, обнажив татуировки, покрывающие его безупречно белые руки.
В кафе он всегда был аккуратно одет с головы до ног, поэтому Дохва даже не знал, что у него есть татуировки.
Пока он бросал на него взгляд, забыв о своей злости, Вон заметил его взгляд и широко улыбнулся.
— Неужели впервые видишь человека с татуировками?
«Удивительно, что его речь не звучит вульгарно, несмотря на грубый тон».
Дохва, который об этом думал, прищурился и сердито посмотрел на окружающих их людей.
— Сколько мне лет, что ты думаешь, что я никогда их не видел?
— Сколько тебе лет?
— Девятнадцать... Ты ведь знаешь это, хён.
— Судя по твоей внешности, ты похож на ребенка. – сказал Вон, смеясь.
«О чём он вообще думает?»
Выражение лица Дохвы было мрачным, мысли его были сложными.
В этот момент Вон внезапно вскочил со своего места, подошел к Дохве и сел рядом с ним.
События развивались настолько естественно, что Дохва даже не успел отреагировать. Дохва, с открытыми глазами, не смог скрыть своего недоумения и широко раскрыл глаза.
В то же время Вон, положивший руку на спинку дивана, разразился радостным смехом.
— Ух ты, твои глаза совсем распухли.
— Хён… Ты всегда был таким?
— Хм, думаю, это зависит от того, что ты подразумеваешь под "таким".
Парень, сидевший нога на ногу, что-то пробормотал, склонив голову набок.
Кажется, он говорил, что занимается скульптурой. На его длинных белых пальцах было множество едва заметных шрамов, словно свидетельствующих о том, что он часто работал с острыми инструментами.
Дохва, всё это время разглядывавший белый шрам, о происхождении которого он и не догадывался, ответил, нервно теребя край одежды.
— Я имею в виду, всегда ли ты был таким бесстыдным.
— Да. Я обычно много шучу с людьми, которые мне нравятся.
— Я тебе нравлюсь?
— Да.

— Я тебе нравлюсь?
Вопрос за вопросом. Самое смешное, что он даже не подумал спросить в ответ.
Дохва просто смотрел на него с выражением лица, полным растерянности.
Не за что-то ещё, а просто потому, что он мужчина, он его не любит*... Мужчину, который всегда поворачивается к нему всем телом и смотрит ему в глаза, когда он говорит.
{* – тут имеется в виду в романтическом плане. Выше Вон говорит, что Дохва нравится ему как человек}.
Поскольку он сидел спиной к окну, солнечный свет лился ему в спину. Словно волны, разбивающиеся о песок, он улыбался под лучами солнца.
— Дохва, а ты? Я тебе нравлюсь?
— ...Нет? Почему ты должен мне нравиться, хён? Мне нравится проводить время с тобой, но ты мне не нравишься*.
{* – тут уже Дохва говорит, что Вон нравится ему как человек и с ним приятно проводить время, но он не любит его в романтическом смысле (пиздит)}.
— Кажется, меня только что ранили?
— Я сказал нет. Почему ты так это воспринимаешь? Это не значит, что ты плохой. Повторюсь, ты мне нравишься, потому что ты хорошо обо мне заботишься в игре. Как можно не любить того, кто спасает тебя от падения, помогает тебе и даже дает одежду? Но это не значит, что ты нравишься мне...
— В общем, Дохва, я знаю, что я тебе не нравлюсь. Так что перестань говорить. Я на тебя разозлюсь.
Игриво улыбнувшись, Вон протянул руку к Дохве. Тыльная сторона его холодной ладони коснулась разгоряченной, покрасневшей кожи.
Позже Дохва пожалел, что не сказал Вону о своих чувствах к нему тогда.
Жаль, что он тогда просто не выпалил то, что крутилось у него на языке.
Возможно, если бы он это сделал, то было бы легче.

* * *
Вон сдержал своё обещание найти Дохве кого-нибудь, с кем можно было бы поиграть. И он сделал это безупречно.
Конечно, он вводил в игру не реальных людей, а игроков.
[Гильдия, «Пич» присоединился к «Жизнь в Ханаэчжуне не стоит того». Пожалуйста, поприветствуй всех.]
[Шёпотом] Вон: Все, слушайте.
[Шёпотом] Вон: Сегодня я привёл с собой новичка, о котором упоминал ранее.
[Шёпотом] ?: Это так неожиданно, хён...
[Шёпотом] ?: Чёрт, сейчас в гильдии только я, мой хён и новичок, все остальные не смогут услышать...
Участник гильдии: О, правда? Поскольку в гильдии есть только игровое окно, я предположил, что все там будут, поэтому не стал проверять, находятся ли участники гильдии онлайн...
[Шёпотом] ?: Это было слишком неожиданно. Логично, что никого нет.
[Шёпотом] Вон: Пич, прости. Сейчас в гильдии нет членов, поэтому я представлю тебя как следует, когда все войдут в игру позже. Все немного помешаны на этой игре, но они не плохие люди.
[Шёпотом] ?: Думаю, я покину гильдию.
[Шёпотом] Вон: Выходи. Я не знаю, куда ещё может пойти порно-звезда, кроме как сюда.
[Шёпотом] ?: Хён, если ты не хочешь дебютировать со мной как гей-звезда, то не обижай меня.
[Шёпотом] Пич: Не ссорьтесь, это же пустяк.
Произошла небольшая ссора, но, тем не менее, Вон сдержал своё обещание.
Вон кружил вокруг замка гильдии, держа Дохву на руках, словно выдра, хвастающаяся своим новорожденным детенышем.
Хотя внешне это всего лишь гильдия, вернулись те её члены, которые раньше занимали свои места и работали самостоятельно, как будто это была гильдия, ориентированная на индивидуальную игру.
Дохва был тепло принят.
Никому не пришел бы в голову новенький, попавший в замок гильдии, полный стоячей воды и затхлого запаха, пахнет сухим молоком.
[Шёпотом] Танк, который не танкует: Ага! ㅠㅅㅠ Новичок... Добро пожаловать ㅠㅠㅠㅠㅠ
[Шёпотом] Нойя 21-го века: Приятно познакомиться, но зачем ты вступил в эту гильдию?
[Шёпотом] Профессор Хэнгинг: Это хорошо.
[Шёпотом] Вишневый Петух: Ах... Еще один маленький ягненок отправляется к Господу... Пожалуйста, сжальтесь над этим маленьким ягненком... и взгляните на него с любовью... А кто даст мне мешок?
[Шёпотом] Это было быстро и легко: Аминь, ттокпокки.
[Шёпотом] Вишневый Петух: Отлично.
[Шёпотом] Вон: Что вы теперь будете делать?
[Шёпотом] Вон: И это не девочка. Верно, Пич?
[Шёпотом] Пич: Верно... Я – парень!
[Шёпотом] Профессор Хэнгинг:????
[Шёпотом] Нойя 21-го века:???
[Шёпотом] Танк, который не танкует: ?
[Шёпотом] Вишневый Петух: Мужчина? Мужчина?
Дохва невольно вздрогнул, увидев реакцию, которая оказалась гораздо сильнее, чем он ожидал.
Он понимал, что говорит на экране, но их настрой был настолько сильным, что он невольно остановился.