Что было давно

Что было? Книги были редкостью. Даже нет, не так. Книги долгое время не было вообще. То есть, с точки зрения истории фольклорного пути человеческого общества, книга – довольно молодое явление. Огромное время творчество было устным и передавалось, буквально, от родителей к детям и так далее. Поэтому устное творчество требовало, чтобы его было удобно и легко, собственно, произносить вслух. А потом появилась книга. И сразу стала редкостью. Чтение оставалось привилегией небольшой группы людей. Иллюстрации были дорогими (примерно, как сейчас проекты с нейрокартинками и проекты с ручными поделиями). Поэтому ранняя литература была очень описательной, медленной, насыщенной деталями, и, внезапно, ориентированной на слуховое восприятие (книги очень часто читались вслух, у писателей даже были специальные люди, которые читали их тексты вслух и писали замечания, перед тем как начать книгу продавать... такие ранние аудитивные редакторы).

Чуть позже

Потом появился печатный станок – книга стала дешевле и доступнее. Тут практически одновременно, произошли несколько событий. Выросла грамотность и появились массовые читатели, возник рынок литературы. Именно в эту эпоху рождаются все основные жанры от романа, до психологической прозы. Текст становится главным способом моделирования реальности. Можно сказать, что XVIII–XIX века стали «золотым веком текста».

Появились фотография и кино

Творческая элита поначалу довольно холодно отнеслась к фотографии, считая её несопоставимой с классической живописью. Дескать, художник своему ремеслу учится годами, а фотографу ничего для творчества не нужно – только сам аппарат. Ведь художник, в отличие от фотографа, для того чтобы создать произведение, сначала учится, а потом и работает, а за фотографа вроде бы всё исполняет бездушная машина. Затем следовала, идущая от романтизма вера в божественное вдохновение художника и понятие гениальности. Все они связаны с человеком, его умом и сердцем, глазом и рукой, и не имеют никакого отношения к оскорбительным для них физике, химии и оптике (очень знакомая ситуация?).

Появление фотографии в XIX веке стало первым серьёзным ударом по описательной функции литературы. До фотографии было принято, что писатель обязан подробно описывать: пейзажи, города, исторические события, одежды и быт. После появления фотографии литература начала смещаться. Было: «Как выглядит мир?», стало: «Что чувствует человек в этом мире?». Отсюда рост интереса к внутренним монологам, психологии и сознанию персонажа. Именно тут появляются Достоевский, Пруст и все остальные. Литература начинает исследовать внутренний мир человека гораздо глубже, чем внешний.

В XX веке появляется кино. Оно оказалось гораздо лучше текста в передаче действия, движения и зрелищности. То, на что писателю требовались десятки страниц, фильм мог показать за несколько минут. Многие функции приключенческого романа постепенно переходят к кинематографу. И тут в литературе появляются сразу два новых пути. Появляются динамичные романы с быстрым монтажом сцен, кстати, из многих книжных сюжетов потом начинают снимать фильмы. И параллельно происходит ещё большее углубление внутрь сознания, писатели достают то, что в кино показать сложно: мысли, воспоминания, ассоциации, как новый эксперимент повествования – субъективное восприятие времени. Именно поэтому модернизм в литературе становится столь влиятельным.

Пришло телевидение и переросло в интернет

Телевидение впервые создаёт непрерывный поток развлечений. До телевидения человек должен был выделять время на чтение и самостоятельно воображать происходящее. Телевидение делает это за него (частично это уже было сделано в первых фильмах, но окончательно на поток встало уже в эпоху TV). Именно с этого момента человек начинает привыкать к более коротким формам. Что характерно, именно в эти времена становления и развития TV в книжном рынке начал расти спрос на детективы, триллеры и любовные романы. Что принесла эпоха телевизора? Конкуренцию за время.

Интернет изменил всё ещё радикальнее. Если раньше главной проблемой был поиск текста, то теперь проблема заключается в выборе текста среди миллионов других. Любой человек может публиковать свои произведения, создавать блоги, рассказы и романы. Текст перестал быть дефицитом. Раньше проблема была в том, где найти текст. Теперь проблема в том, как выбрать текст среди миллионов других. Возникают новые формы – блоги, фанфики, интерактивные истории. Сам автор перестаёт быть единственным источником публикаций по своей вселенной! Любой человек может стать писателем его мира.

Социальные сети и думскроллинг изменили сам ритм чтения, текст становится всё короче, быстрее, более диалогичным. Именно в это время и появились микропроза, сериальные публикации, литературные проекты в формате постов. Читатель окончательно начинает потреблять литературу фрагментами.

Пришёл ИИ

Сегодня книга сталкивается с самым серьёзным вызовом со времён придумки книгопечатания. ИИ способен сгенерировать тексты в любых формах и ипостасях, практически в любом стиле. А потом создавать бесконечное количество историй. Впервые в истории проблема будет не в нехватке текстов, а в их избытке. Если раньше ценностью было: «Я могу написать историю», то теперь: «Я могу написать историю, которую стоит читать».

Тут можно выделить несколько тенденций. Читателю всё важнее знать, кто написал текст. Ценность смещается от текста к автору. ИИ не может прожить детство конкретного человека, его любовь, страх, войну, дружбу или потерю. Поэтому уже сейчас растёт интерес к автобиографической прозе, пост-обработанным дневникам и прочей около-документальной литературе.

Время собирать камни

Если посмотреть на всю историю целиком, можно заметить закономерность. Каждый раз, когда появляется новый медиум, литература теряет одну из своих старых функций. Фотография забрала монополию на изображение мира, кино – монополию на визуальный сюжет, телевидение – монополию на массовое развлечение, интернет – монополию на публикацию, нейросетевой интеллект – монополию на производство текста.

Поэтому очень скоро текстов станет значительно больше, средний текст станет короче и интерактивнее. Часть литературы будет создаваться совместно человеком и ИИ, а потом возрастёт ценность подлинного человеческого опыта. Ну и по-прежнему, лучшие произведения будут меньше рассказывать о событиях и больше – о сознании, памяти, переживании и внутренней жизни.

Парадоксально, но чем совершеннее становятся технологии создания текста, тем более ценной может оказаться книга, которая позволяет человеку встретиться с другим человеком через его уникальный опыт. Именно эта способность – передавать субъективное сознание – остаётся тем, что никакой новый медиум пока полностью не заменил.

Что будет?

Если посмотреть на историю книги, то можно заметить любопытную тенденцию: книга постоянно движется от линейности к многослойности.

Свиток нужно было читать строго последовательно. Кодекс (современная книга) позволил перелистывать страницы. Новые энциклопедии добавили перекрёстные ссылки. Гипертекст в интернете позволил выбирать маршрут чтения. Игры добавили интерактивность и нелинейное повествование.

Возможно, книга будущего окажется чем-то между. И у меня есть несколько сценариев.

Сценарий 1. Тексто-визуалки

Это наиболее простой путь, – роман в электронной форме.

Вы читаете: \> «Сергей поднялся на маяк. Внизу бушевало море.»

Если захотите, сможете раскрыть дополнительные слои: иллюстрацию маяка; карту местности; архивную фотографию; музыкальную тему сцены. Всё это упаковано в один файл и выложено перед вами на планшете.

В этом случае визуальный материал работает не вместо воображения, а рядом с ним. Это похоже на режиссёрскую версию книги со всеми записками, концептами и таймлайном.

Сценарий 2. Книга как пространство

Сейчас книга — это последовательность страниц. Я предлагаю посмотреть на книг-пространство. Например, вы открываете историю и видите не главы, а карту, на ней: персонажи, события, места, таймлайны. И всё это можно читать по сюжету, от лица каждого героя, по авторской хронологии. Такой роман становится похож на исследование мира и, отчасти это уже делают некоторые современные игры и интерактивные проекты.

Сценарий 3. Живая книга

Не в смысле примитивного выбора «идти налево или направо», а немного иначе. Например, система замечает, что читатель особенно интересуется одним персонажем. Тогда книга раскрывает больше сцен с ним, показывает дополнительные письма (материалы бекстейджи, арты / нужное подчеркнуть) предлагает скрытые сюжетные ветви. Фактически каждый человек, в данном варианте, будет читать собственную версию произведения и не будет больше ни одной похожей прочтённой истории.

Сценарий 4. Книга-память

Мне кажется, это одно из самых необычных направлений. Представьте книгу, которая хранит историю вашего чтения (а… ну да). Через десять лет вы открываете роман снова. И видите прямо в нём свои старые заметки, любимые цитаты, мысли, оставленные при предыдущем прочтении. Книга становится диалогом между разными версиями самого себя. Такой формат подойдёт далеко не для всех текстов, но, вполне имеет место быть.

Сценарий 5. Литература на заказ

Собственно, у меня есть довольно чёткое убеждение, что литература на заказ, (как и фильмы/игры/песни на заказ), это наиболее вероятное развитие событий. И тут возможны два пути:

Первый: зрительские комьюнити будут всё сильнее «разглобализовываться» и делиться на мелкие «фандомы» по миллиону-двум в каждом. В каждом таком «фандоме» будет несколько «творцов», которые будут производить контент, только для своей группы зрителей. Что сейчас уже давно происходит в формате блогинга и витуберства. Только дальше, это распространится и на игровой сегмент, и на текстовое творчество.

Второй: литература, фильмы, игры, песни окончательно уйдут под власть кремниевого разума (с минимальным человеческим контролем), и любой человек по запросу, сможет получить через несколько дней снятый специально для него фильм, сделанную игру или напечатанную книжку с картинками. Максимально отвечающую потребностям и пожеланиям именно данного пользователя.

Но есть одна проблема.

Все эти идеи сталкиваются с главным достоинством обычной книги, – текст удивительно эффективен. Когда писатель пишет: «Старый дом стоял на холме.» Ваш мозг мгновенно создаёт уникальный образ, которого больше нет нигде. Ни один экран не способен конкурировать с этой скоростью и гибкостью (разумеется, при должных когнитивных качествах реципиента). Поэтому я не думаю, что книги будущего станут похожи на фильмы. И, очень глубоко в душе, я надеюсь, что произойдёт обратное, – технологии будут всё больше поддерживать воображение, а не заменять его. И тогда книга, с помощью уже давно развитых технологий, перестанет быть объектом. Она станет средой, в которой можно жить некоторое время. Это, пожалуй, наиболее романтичное направление развития литературы в эпоху цифровых технологий и искусственного интеллекта.