Алгоритм Сердца | 1 Глава
Над главой работала команда WSL
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Неопределённая переменная (Undefined Variable)
Стоило тяжёлой двери захлопнуться, отсекая шум коридора, как чужое горячее дыхание обожгло кожу. В нос ударил резкий, въедливый запах искусственного лимона — шлейф от коктейля «Адиос, мазерфакер»*, который этот незнакомец весь вечер потягивал под оглушающие биты гей-бара.
*«Адиос, мазерфакер» (Adios Motherfucker, или сокр. AMF) — это реально существующий, невероятно крепкий, взрывной коктейль, напоминающий по составу знаменитый «Лонг-Айленд». Он обладает ярким голубым цветом, сладковатым вкусом с цитрусовыми нотками и благодаря миксу из пяти видов алкоголя сносит с ног быстрее, чем вы успеете произнести его название.
«Нет, ну мы только вошли в номер мотеля, куда так торопиться?» — с лёгкой паникой подумал Сангён.
Конечно, они пришли сюда именно за тем, чтобы сплестись телами и сбросить напряжение. Но вот целоваться с мужчиной... в планы Сангёна это совершенно не входило.
«С самого начала было ясно, что с ним что-то не так, раз он заказывает пойло с таким дурацким названием», — он мысленно цокнул языком, но всё же мягко, почти нежно обхватил лицо мужчины широкими ладонями. Парень, который был ниже его больше чем на ладонь и обладал до неприличия миловидными чертами, плавно прикрыл глаза. Его ресницы чуть дрогнули в сладком предвкушении.
Сангён осторожно, кончиками пальцев, отвёл со лба парня мягкую каштановую чёлку. В полумраке клуба он ещё сомневался — вдруг всё дело в удачном неоновом освещении? Но нет. Даже под безжалостным, слепящим светом флуоресцентных ламп мотеля это лицо казалось безупречным. Тонкая линия носа, чувственные губы.
«И почему с такими потрясающими генами он родился геем и не оставит потомства? Какая растрата генофонда».
«М-да... А он и правда хорош. Вполне сойдёт», — мысленно резюмировал Сангён, чувствуя, как по венам разливается лёгкое тепло.
Шелковистые пряди приятно заскользили сквозь пальцы. Однако столь выдающаяся, броская внешность партнёра внезапно показалась Сангёну проблемой. Смутное, царапающее чувство узнавания тревожно забилось где-то под рёбрами, посылая мозгу сигнал об опасности.
— Вы, случайно, не знаменитость или модель? — осторожно поинтересовался он, нарушив повисшую тишину.
Лицо, послушно и трепетно ожидавшее поцелуя, слегка дрогнуло. Выражение томности треснуло, уступая место лукавству. Карие радужки блеснули и скрылись за полумесяцами сощуренных в улыбке глаз.
— Мне часто суют визитки, — легкомысленно хмыкнул парень. — Но если бы я пошёл в эту сферу, то не смог бы вот так открыто развлекаться.
«Слава богу», — облегчённо выдохнул Сангён.
Работая в крупном рекламном агентстве, он меньше всего хотел бы однажды встретить этого красавчика — свою мимолётную интрижку на одну ночь — в кресле влиятельного заказчика. Если этот парень решит, что Сангён стопроцентный гей, и начнёт к нему клеиться после, проблем не оберёшься. Тот-то был «в теме», настоящим, а вот Сангён — нет. Последствия от этой одноразовой связи для них были бы совершенно разными, отчего в груди шевельнулся неприятный укол вины.
Отняв руки от чужого лица, Сангён неловко развернулся и медленно побрёл к застеленной кровати.
— Эй, вы чего? Разве мы не собирались поцеловаться?
В звонком голосе послышалось явное замешательство. Сангён сглотнул вязкую слюну, чувствуя, как пересохло в горле. Поцелуй. Ну конечно, для геев это обязательная часть постельных игр. Вот только в голове Сангёна, когда он всё это планировал, опция «страстный поцелуй с мужчиной» отсутствовала напрочь.
— Ну... мне кажется, мы как-то слишком спешим, — пробормотал он нелепое оправдание, избегая прямого взгляда.
В ответ раздался короткий, искристый смешок. Лицо Сангёна моментально обдало жаром стыда.
В голосе незнакомца звучала абсолютная, железобетонная уверенность.
«Неужели я выгляжу настолько неуклюжим?» — сжался внутри Сангён.
За всю свою жизнь Сангён никак не ожидал, что подобное вульгарное слово применят к нему самому. Ещё месяц назад у него вообще-то была девушка! Пусть она его и бросила самым бессердечным образом. От возмущения он лишь ошарашенно приоткрыл рот, не найдя слов.
— Надо же, и вправду впервые. Какой милый. Переволновались? — Парень, сверкнув глазами, сделал широкий шаг вперёд и уверенно потянул Сангёна за галстук.
Прохладный, скользкий шёлк туго сдавил горло, заставляя Сангёна чуть наклониться. Движения незнакомца были до пугающего ловкими — сразу видно, колоссальный опыт.
— Ничего страшного. Вам нужно просто вставить в дырочку и двигать бёдрами, — мурлыкнул он.
Его рука бесстыдно скользнула вниз и откровенно смяла пах Сангёна через ткань брюк. Увлечённый его нижней половиной тела, парень совершенно не заметил, как от ужаса и неловкости перекосило лицо партнёра.
— Ого, какой большой... И вы им ни разу не пользовались? Какая жалость.
Улыбаясь с голодным блеском в глазах, парень продолжал настойчиво оглаживать чувствительное место. Тепло чужой ладони ощущалось слишком явно, но... Каким бы красивым ни был этот юноша, он всё же оставался мужчиной. Нижняя часть тела Сангёна не подавала абсолютно никаких признаков жизни, словно впала в кому.
— Вы... пассив? — с трудом выдавил Сангён.
Ещё три месяца назад он и помыслить не мог, что когда-нибудь произнесёт нечто подобное вслух. Парень с заблестевшими глазами радостно, почти с энтузиазмом закивал.
— ...И вам правда так нравится, когда вас трахают?
Возможно, этот по-детски наивный, искренний вопрос и пробудил дремлющие инстинкты парня. Его карие глаза, до этого казавшиеся слегка затуманенными алкоголем, вдруг хищно сфокусировались на лице Сангёна, словно беря его в жёсткое кольцо.
— Ещё как. Ох, вы такой милый. Пиздец как хочу с вами потрахаться.
От хрипловатого, севшего голоса партнёра так и веяло обжигающим жаром. Если бы взгляд имел физическую силу, Сангён уже был бы намертво стянут тугими сетями и брошен на кровать. Он невольно съёжился, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
Пальцы парня лихорадочно, словно разрывая землю в поисках клада, принялись расстёгивать пуговицы на его рубашке.
«Если так пойдёт и дальше, он меня просто сожрёт!» — запаниковал Сангён. «Блядь, если бы я хотел, кого-то поиметь, я бы пошёл к женщине, а не к мужику!»
— А-а, подождите, не надо. Давайте сперва помоемся. Я ведь пришёл сюда прямо с работы, — заикаясь, попытался отстраниться он.
— А я уже принял душ дома. Мне даже нравится ваш запах пота... — жарко прошептал парень, потянувшись к его шее.
«Да он же извращенец! Красивая мордашка, а внутри больной ублюдок!» — в голове Сангёна оглушительно завыла сирена тревоги. Перед глазами живо всплыл тот самый жуткий, травмирующий момент, когда бывшая девушка, плотоядно поигрывая дилдо, заявила, что хочет его отстрапонить.
Сангён перехватил тонкое запястье парня, чьи пальцы всё ещё терзали многострадальную рубашку. Кость под его пальцами ощущалась очень изящной, почти хрупкой. Сам Сангён не отличался горой мышц, но этот парень выглядел настолько утончённым, что применять грубую силу было попросту страшно — казалось, сломается.
Встретив неожиданное сопротивление, парень замер. Секунду спустя на его губах заиграла дерзкая, широкая ухмылка. Он походил на хищника, решившего вдоволь поиграть с загнанной в угол добычей. И это несмотря на то, что в весовых категориях всё было ровно наоборот.
— Мы же обо всём договорились... но если вы будете так сопротивляться, это выглядит так, будто я беру вас силой. От этого я завожусь ещё больше...
Кончик влажного красного языка медленно, провокационно облизал губы. В неярком свете ламп слюна блеснула соблазнительным глянцем.
«Он сумасшедший. Настоящий псих», — в животном ужасе осознал Сангён. Отбросив руку парня, он суматошно попятился назад, едва не споткнувшись.
— Послушайте, господин, давайте всё-таки примем душ. Вы настолько напористы, что у меня, боюсь, просто не встанет.
Сколько же ему лет? Для измученного корпоративной иерархией Сангёна любой, кто вёл себя как хозяин положения, автоматически удостаивался почтительного обращения «господин», вне зависимости от возраста. Парень бросил разочарованный взгляд на неподвижный пах Сангёна и с явным сожалением прищёлкнул языком.
«Сработало!» Каким бы отбитым на голову он ни был, ради успешного финала ему пришлось пойти на уступки. Сангён не упустил шанса и решительно добил:
— Я пока помоюсь и морально подготовлюсь. Вы же понимаете, атмосфера — это очень важно.
Он говорил глубоким, бархатистым тоном, словно выступал на важнейшей презентации перед инвесторами. А как иначе? На работе его всегда хвалили за отличную дикцию и блестяще поставленный голос.
— Прощаю только потому, что вы милашка, но в будущем, на ваннайтах*, так себя не ведите, — парень покровительственно похлопал Сангёна по щеке кончиками пальцев. — Мы же мужики, всё друг о друге знаем. Какая ещё атмосфера? Сделали дело и разбежались.
*Ваннайт (원나잇 / конглиш от one-night stand) — секс на одну ночь.
Сангён только что получил очень странный... урок социальной адаптации в гей-среде.
«Нет, серьёзно, сколько этому сопляку лет?!» — подавленные чужим напором замашки типичного офисного брюзги робко подняли было голову. Но тут же стремительно испарились, стоило лишь вновь встретиться со странным, поблёскивающим безумием взглядом парня.
— Я пойду в душ первым. Я из тех, кто любит разворачивать красивую подарочную упаковку в самом конце.
«Да ради бога. Делай, что хочешь», — мысленно огрызнулся Сангён, отчаянно и не без труда подавляя в себе порыв нагрубить вслух.
Незнакомец игриво подмигнул и скрылся за матовой дверью ванной. Раздался щелчок замка, а секундой позже донёсся шум тугих струй воды, с силой бьющих по кафелю.
Сангён не медлил ни секунды. Он коршуном метнулся к брошенному в изножье кровати портфелю. Трясущимися руками выхватил бумажник, вытащил несколько крупных купюр и швырнул их на столик. Денег было с лихвой — хватит и за номер расплатиться, и, если этот парень решит вернуться в бар, ещё на один дурацкий коктейль останется.
«Извините за потраченное время», — мысленно отвесив глубокий, виноватый поклон, он выпрямился. Надо было ещё в клубе уточнить его позицию, а не вести себя как наивный, пускающий слюни идиот.
На цыпочках, стараясь даже не дышать, Сангён подобрался к входной двери. Торопливо влез в туфли, не развязывая шнурков, и с максимальной осторожностью, бесшумно выскользнул в спасительную прохладу коридора.
Осторожные, крадущиеся шаги быстро сменились широким, торопливым шагом. В длинном и безмолвном коридоре мотеля Сангён старался даже дышать через раз, лишь бы не издать ни звука. Томительное ожидание лифта сводило с ума — от нервного напряжения ноги сами собой мелко дрожали. Мелодичный «динь», возвестивший о прибытии кабины, прозвучал для него как самый громкий звук во Вселенной.
Едва створки разъехались, Сангён пулей влетел внутрь и принялся отчаянно спамить кнопку закрытия дверей. Стоявшая в кабине парочка одарила его весьма странным взглядом, но ему было плевать. Главным было вырваться из лап этого гея.
«Чёртов "Адиос"!» — в сердцах выругался он.
Стоило выскочить из мотеля на улицу, как прохладный ночной ветер приятно остудил покрытое липким потом тело. Каким же разительным был контраст с той удушливой, пропитанной странным вожделением атмосферой номера! Будь улица безлюдной, Сангён бы, наверное, раскинул руки в стороны, упиваясь чувством долгожданной свободы.
«Нельзя терять ни секунды, нужно валить». Он резко развернулся, чтобы уйти, но тут же поплатился за свою спешку.
— Угх... — сдавленно охнул Сангён, врезавшись во что-то твёрдое.
Потерев ушибленный лоб, он поднял взгляд — и замер. Прямо перед ним стоял человек, с которым он виделся каждый день. Его вежливый, всегда безупречно учтивый младший коллега по отделу. Сангён всегда хорошо к нему относился и даже по-своему опекал этого послушного парня, но сейчас, столкнувшись с ним именно здесь, почувствовал, как кровь стынет в жилах. Ведь они находились в Чонно — районе, известном как настоящая мекка для геев.
Пёстрые блики неоновых вывесок увеселительного квартала тревожно скользили по лицу Ёнсу, начисто стирая привычный образ «правильного мальчика». Это лишь добавляло ситуации нервозности.
— О, Ёнсу. Давно не… А, нет, мы же сегодня виделись на работе, — неловко залепетал Сангён. — Я тут должен был встретиться с другом, а он, представляешь, кинул меня. А ты что тут делаешь совершенно один? И это в вечер пятницы?
Голос звучал неестественно, рублено, словно у сломанного робота. Ёнсу молчал. Его холодный, пронзительный взгляд медленно скользнул по Сангёну, словно сканируя. Лишь секундой позже Сангён с ужасом осознал, что его сбивчивая речь звучит как жалкое оправдание.
Да и к тому же, какие могут быть друзья прямо перед входом в мотель? «Ну я и кретин, так спалиться», — мысленно застонал он. Из-за своей дурацкой привычки ляпать не подумав он часто ссорился со своей девушкой. И, видимо, даже после расставания жизнь его ничему не научила.
— Извини, место для светских бесед и правда не самое подходящее. Хорошо тебе отдохнуть.
Кое-как помахав рукой, Сангён поспешно отвернулся. По спине вновь покатилась холодная капля пота. Кажется, кто-то из философов говорил: «Там, куда ты бежишь, рая нет». И надо же было напороться именно на коллегу!
Но не успел он сделать и пары шагов, как бледная рука крепко перехватила его запястье. Сангён испуганно обернулся. Лицо Ёнсу оказалось пугающе близко. От его привычной, покладистой офисной улыбки не осталось и следа — черты заострились, взгляд потемнел.
— Т-ты чего, Ёнсу? — запнулся Сангён.
В любой другой день он бы ни за что не спасовал перед младшим по должности. Но, возможно, виной всему было само место. Или пережитый только что стресс. Сердце Сангёна нервно сжалось в комок. А может, всё дело было в разнице ощущений. Хватка Ёнсу разительно отличалась от прикосновений того парня в номере. Мощное, почти подавляющее физическое давление стальным кольцом сомкнулось на запястье.
— Я здесь не для того, чтобы заниматься всякими извращениями, — глухо произнёс Ёнсу.
— Это совсем не то, что вы подумали, заместитель Кан.
На лице Ёнсу почему-то читалась жуткая, почти детская обида. «Господи, да я тут от страха помираю, а этому-то что от меня нужно?!» — взвыл про себя Сангён.
— Д-да, я понял. Увидимся на следующей неделе в офисе.
Он попытался небрежно отмахнуться и вырвать руку. Секс — это не какое-то там «извращение», чтобы так его уничижать. Взрослый мужчина идёт в мотель — что тут такого постыдного? Хотя то, что это происходит в Чонно, конечно, смущало... Но хватка младшего коллеги оставалась мёртвой.
— Ты что творишь, Ёнсу? Это... переходит границы, тебе не кажется?
В обычной ситуации Сангён был бы мягче. Но после того, как ему пришлось буквально выцарапывать себя из лап обезумевшего извращенца, нервы были на пределе, и слова прозвучали резче, чем он планировал.
Ёнсу вздрогнул, словно очнувшись от транса, и поспешно разжал пальцы. Он отшатнулся так резко, будто обжёгся, его плечи преувеличенно подскочили. Теперь он смотрел на Сангёна влажным взглядом побитого щенка. Видя эти жалобно опущенные брови, Сангён внезапно почувствовал укол вины. Тяжело вздохнув, он шагнул навстречу и примирительно похлопал Ёнсу по плечу.
— Я тоже рад нашей случайной встрече... просто у меня сейчас срочные дела. Без обид. До понедельника.
Сангён без сожаления отвернулся. Ему нужно было срочно ловить такси до дома. Он на ходу разблокировал экран смартфона, прикидывая, куда лучше вызвать машину, из-за чего шаг невольно замедлился.
Голос, донёсшийся в спину, прозвучал неожиданно отчаянно.
«Ох... ну, чтобы помыться, тому парню понадобится время, да?» Открытая улица дарила иллюзию безопасности, в отличие от душной коробки номера. В конце концов, отношения с Ёнсу, с которым ему работать бок о бок, были куда важнее безымянного парня из мотеля. Приняв непринуждённый вид, Сангён обернулся:
Ёнсу нервно облизал пересохшие губы, словно не решаясь произнести слова вслух. Сангён бросил быстрый взгляд на часы. С момента побега прошло уже пять минут.
— Если это не срочно, может, отложим до понедельника?
«Ну прояви ты хоть каплю такта... умоляю тебя, Ёнсу!» — кричал он мысленно. Но его нетерпение, похоже, лишь подстегнуло младшего коллегу к действию.
— Вы сказали... что вас кинул друг...
— Это случайно... не заместитель Ким?
На мгновение у Сангёна потемнело в глазах.
Фамилия Ким — самая частая, но Сангён мог подумать лишь об одном конкретном человеке. Ким Джиён. Его бывшая девушка. Они ведь держали всё в строжайшем секрете, зная, как усложнит жизнь служебный роман в случае разрыва. Откуда он узнал?!
Изо всех сил пряча панику, Сангён замахал руками:
— Если нет, то слава богу... — Ёнсу нервно прикусил нижнюю губу.
— И вообще, перестань верить офисным сплетням. Стоит парню и девушке пару раз пройтись вместе, как их тут же записывают в парочки. У всех сплошная дофаминовая зависимость. Из-за этих слухов мне теперь даже с заместителем Ким неловко общаться.
Сангён шагнул ближе и по-свойски, ободряюще взъерошил волосы Ёнсу. У него тоже были каштановые пряди, как и у того парня из мотеля, но, в отличие от него, цвет Ёнсу был натуральным. В воздухе тонким, чистым шлейфом разлился приятный аромат шампуня.
— Я разочарован. Ладно я, но ты же знаешь, как губительны такие слухи для репутации девушки?
Ёнсу побледнел, не найдя, что ответить. Он виновато опустил взгляд, отчего его длинные, густые ресницы стали особенно заметны.
«А он красивый», — невольно отметил Сангён чисто эстетический факт. Работая в рекламе и повидав немало знаменитостей, он мог с уверенностью сказать: с таким лицом Ёнсу с лёгкостью покорил бы шоу-бизнес. Хотя представить этого тихого, не любящего высовываться парня на сцене было решительно невозможно.
— А я думал, ты поверишь мне, а не сплетням.
До того как Сангён получил повышение, Ёнсу хвостиком бегал за ним, почтительно называя «сонбэ». Теперь же между ними пролегла лёгкая дистанция официального «заместитель Кан». Ёнсу тоже недавно стал старшим специалистом, но Сангён по привычке продолжал звать его по имени, да и самому Ёнсу так было комфортнее.
— Простите. Я не подумал об этом... Вы сказали, что вас кинули, и я сам не свой...
— Не знаю, почему ты так решил, но между нами действительно ничего нет.
«Раньше было, но точно не сейчас». Он тихо выдохнул. Было бы неплохо, если бы Ёнсу пустил слух, что они не встречаются. Но, зная скрытного и молчаливого коллегу, вряд ли тот станет трепаться.
Как только Сангён закончил фразу, плечи Ёнсу заметно расслабились, напряжение ушло. Куда только делась та железная хватка, которой он только что сдавливал запястье? Сейчас его поникший силуэт казался хрупким и беззащитным. Из-за опущенной головы несколько прядей небрежно упали на лоб. Хоть Сангён и занимался в агентстве делами, далёкими от искусства, даже ему было очевидно: картина перед ним была невероятно эстетичной.
Раздражение как рукой сняло. Захотелось как-то утешить младшего. «Слава богу, что он родился мужиком. Родись он девушкой в древнем Китае — из-за такой красоты точно пали бы пара империй», — усмехнулся про себя Сангён.
— Ну а наш дорогой Ёнсу, если он не занимается тут извращениями, что забыл в этом районе? — лукаво протянул он.
Наивный младший коллега мгновенно залился краской.
— Ты же уже не студент. Что постыдного в том, чтобы заглянуть в мотель?
Дразнить Ёнсу оказалось на удивление приятно. Глупо и по-детски, конечно, но его настроение заметно улучшилось. От парня совершенно не по-мужски, восхитительно пахло, и он был таким покладистым. Впрочем, несмотря на изящные, тонкие черты лица, внешне он оставался стопроцентным мужчиной.
Внезапный, подобный удару грома окрик разрезал ночной воздух. Сангён вздрогнул и резко обернулся. Метрах в десяти от них стоял тот самый парень, от которого он с таким трудом сбежал.
Тот самый любитель душа. С его мокрых волос на асфальт падали тяжёлые капли. Видимо, он выскочил в такой спешке, что успел накинуть лишь тонкий гостиничный халат.
«Эксгибиционизм... Нарушение общественного порядка... Как там это по закону называется?» — панически заметались мысли.
От чрезмерного шока тело Сангёна просто оцепенело. Кошмар, от которого он так отчаянно бежал, стремительно приближался, чеканя шаг. От миловидной, томной мордашки не осталось и следа. С пылающими от ярости глазами, в развевающемся белом халате, он был похож на мстительного утопленника из фильмов ужасов.
— Блядь, ты за кого меня держишь?!
Рука парня взметнулась и мёртвой хваткой вцепилась в воротник Сангёна, безжалостно скручивая ткань. Сангён сдавленно хрипнул, задыхаясь.
— Что за хуйню ты устроил? Думал, кинешь мне пару купюр и свалишь? Я тебе шлюха, по-твоему?!
В карих глазах, оказавшихся в опасной близости от лица Сангёна, полыхала неприкрытая жажда убийства.
«А-а-а, пиздец. Может, надо было просто дать ему себя трахнуть...»
Какой невыносимый, жалкий позор прямо на глазах у младшего коллеги! Что Ёнсу теперь о нём подумает? Сангён так старательно корчил из себя крутого взрослого наставника, а по факту — оказался неудачником, который снял мужика, перепугался и трусливо сбежал.
От жгучего, парализующего стыда Сангён не мог даже повернуть голову. Смотреть Ёнсу в глаза было совершенно невыносимо.
«Подумаешь, решит, что я гей... Я же с парнями ещё даже не спал, так что мне терять?» — попытался он мысленно успокоить себя. По крайней мере, в этом вопросе его совесть была абсолютно чиста, и он мог бы держаться уверенно.
В эту напряжённую, готовую вот-вот взорваться ситуацию внезапно вклинился низкий, глухой голос:
Это был Ёнсу. Тот самый Ёнсу, который в офисе лишь мягко улыбался в ответ на любые, даже самые несправедливые и нелепые претензии начальства.
Резким, безжалостным движением оторвав чужую руку от воротника Сангёна, Ёнсу загородил его собой. Его широкая, напряжённая спина мгновенно заполнила всё поле зрения. Показалось, будто весь окружающий шум суетливой улицы разом отступил на задний план, растворившись в звенящей тишине.
Взгляд Ёнсу на долю секунды задержался на лице Сангёна, а затем, заострившись, словно лезвие бритвы, метнулся к мужчине в халате.
— У тебя совсем крышу снесло? Ты меня не замечаешь?
Сангён опешил дважды. Сначала от того, что этот добродушный офисный тихоня вообще способен так свирепо злиться. А затем — от шокирующего осознания, что Ёнсу лично знаком с этим неадекватным типом. Высокая фигура Ёнсу полностью, словно надёжным щитом, скрывала за собой миниатюрного мужчину.
— Ты... как ты... — дрогнувшим голосом пролепетал тот.
— Я пришёл, потому что знал: ты опять возьмёшься за старое, хён, — холодно отрезал Ёнсу. — Раз тебя нет в баре, значит, ты торчишь в мотеле.
Всё было понятно по одному лишь тону. В голосе Ёнсу густым, тяжёлым коктейлем смешались разочарование, слепая ярость и горькая покорность. Сангён ясно видел, как крепко сжатые кулаки младшего коллеги мелко дрожат от напряжения. «До какой же степени он взбешён...»
— Какой номер? Иди оденься сначала. Господи, как же стыдно, — Ёнсу тяжело выдохнул.
С этим вздохом он грубо, почти жёстоко схватил парня за руку. Мужчина в нелепом, распахнувшемся банном халате безропотно поддался его хватке. Тот самый безумец, который ещё минуту назад готов был разорвать Сангёна на куски, теперь выглядел жалким и забитым, испуганно косясь на Ёнсу.
Потащив его к входу в мотель, Ёнсу вдруг остановился и, словно вспомнив о чём-то важном, медленно обернулся к Сангёну. В его глазах стояли непролитые слёзы. Не сказав больше ни слова, младший коллега утянул человека, которого назвал «хёном», в полумрак здания, окончательно скрывшись из виду.
— Это что ещё такое? Гейские разборки? — донёсся до слуха чей-то насмешливый выкрик.
И только после этих слов какофония шумного злачного квартала вновь оглушающе обрушилась на Сангёна. От невыносимого, унизительного стыда его аж передёрнуло.
Ускорив шаг, чтобы поскорее убраться оттуда, Сангён нервно потёр шею там, где его только что хватали за воротник. Каким бы хрупким ни казался этот парень, он всё-таки был мужчиной — от его мёртвой хватки кожа теперь неприятно пульсировала тупой болью. Да уж, это точно был не сон.
Мысли в голове спутались в тугой, хаотичный клубок. Но первым и самым отчётливым стал один-единственный вопрос:
«Ли Ёнсу... гей? И он встречается с этим психом?»
Иначе эту сюрреалистичную ситуацию было просто не объяснить. А следом за шоком накатила мощная, пьянящая волна облегчения. «Слава богу, я с ним не переспал...»
Фраза Ёнсу «ты опять возьмёшься за старое» красноречиво говорила о том, что подобное дерьмо происходит уже не в первый раз. Да и вёл он себя точь-в-точь как человек, который примчался ловить с поличным своего неверного партнёра.
Конечно, это слово часто используют просто как уважительное обращение к старшему мужчине. Но разве кто-нибудь станет так беситься из-за того, что какой-то «просто знакомый хён» выходит из мотеля? И тот факт, что Ёнсу ни словом не обмолвился о том, почему его «хён» выскочил на улицу полуголым в погоне за сбежавшим мужиком... Всё это указывало на одно: он стопроцентный гей. Ёнсу воспринял эту грязь как нечто само собой разумеющееся.
Виски сдавило ноющей болью. Сангён раздражённо взъерошил свои волосы, едва не вырывая их с корнем. Любопытство убило кошку, а теперь, кажется, убьёт и его. Возникло стойкое ощущение, будто он с размаху вляпался в самую интимную тайну своего коллеги — то самое, во что ввязываться хотелось меньше всего на свете.
«Хотя, по сравнению с положением Ёнсу, я ещё в раю нахожусь. Ох... И как только такого покладистого, хорошего парня угораздило вляпаться в этого ненормального ублюдка? Сколько же крови он ему выпил...»
Может, в понедельник купить ему кофе в знак утешения?
«Нет, бред. Если кофе купит парень, с которым его любовник чуть не изменил — это же только выбесит, да?»
«Так, стоп. Сейчас важнее придумать, как мне самому отмазаться в понедельник!»
От надвигающейся мигрени Сангён тихо застонал, чувствуя, как начинает пульсировать в висках.