Обесчести меня, если сможешь | Глава 4
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
— Хорошо, иди пока в машину. Мы с папочкой заберём Блисса и скоро придём.
— Ага-а, — напевно протянул Грейсон.
Эшли провожал взглядом удаляющуюся лёгкой походкой фигурку сына. Едва заметно нахмурившись, он тихо пробормотал:
— Надеюсь, он не наплёл Блиссу какой-нибудь чуши.
— Эш, не думай о Грейсоне так плохо, — мягко пожурил его Кои, уловив эту брошенную вполголоса фразу. — У мальчика просто слегка снижена эмпатия и слишком живое любопытство. К тому же с тех пор он не устраивал никаких серьёзных проблем.
Несмотря на заступничество любимого, Эшли сохранил непроницаемое выражение лица. Не отрывая взгляда от дверей, за которыми скрылся сын, он сухо отрезал:
— Не устраивал. Потому что я держу его под строгим контролем.
Кои осёкся и виновато прикусил губу, не найдя, что возразить.
Главное, что отличало доминантных альф от обладателей других статусов — это их феромоны. Именно они даровали своим носителям феноменальный иммунитет и поразительную способность к регенерации. Доминантные альфы практически не болели обычными болезнями, их организмы не поддавались воздействию алкоголя или наркотиков. Более того, процесс старения у них протекал гораздо медленнее, а продолжительность жизни была значительно выше. Неудивительно, что для подавляющего большинства они становились объектом жгучей зависти и благоговейного трепета.
Однако сила, делавшая их «особенными», таила в себе смертельную угрозу, грозя обернуться ядом. Если регулярно не высвобождать феромоны, они начинали накапливаться в организме, безжалостно атакуя мозг и вызывая необратимые повреждения. В запущенных случаях собственная аура становилась токсичной — она сводила альфу с ума, медленно и мучительно убивая.
Чтобы избежать подобного исхода, доминантным альфам требовалась регулярная разрядка. И самым простым, эффективным способом сбросить давление феромонов был секс. Фраза «чтобы не сойти с ума и не сдохнуть» служила главным оправданием их распутного, не знающего границ образа жизни.
И дети Эшли не были исключением из этого жестокого правила. К несчастью, все старшие оказались доминантными альфами. А Грейсон, Стейси и Лариэн и вовсе родились с пугающе-фиолетовыми глазами. Эшли приходилось с маниакальной тщательностью следить за их состоянием. Он прикладывал титанические усилия, чтобы эти дети, чьи эмоции подавлялись мощным влиянием феромонов, случайно не навредили окружающим.
Но, увы, человеческая воля имеет свои пределы. В памяти непрошеным гостем всплыл жуткий случай из их раннего детства — тот самый день, когда старшие едва не убили Кои. От одного лишь воспоминания по спине Эшли пробежал озноб.
Мужчина тяжело выдохнул, закрыл глаза и, устало потерев переносицу, попытался отогнать мрачные мысли. Заметив тревожный взгляд супруга, он тихо бросил:
— Жди здесь. Я приведу Блисса.
Развернувшись, Эшли широким шагом направился обратно в зал. Время близилось к полуночи. Банкет всё ещё гудел: громкая музыка сливалась с гомоном нетрезвых голосов в единую какофонию. Отыскав спящего младшего сына в этой суете, Эшли забрал его, и вскоре вся семья наконец-то села в машины и отправилась домой.
Наевшись любимого клубничного мороженого до отвала, Блисс в ту ночь спал как убитый. Трагедия разразилась лишь на следующее утро.
— У-а-а-а-а! Мой глазик не открывается-я-я!
Детский плач, переходящий в отчаянный рёв, разорвал утреннюю тишину. Кои метался вокруг кровати, совершенно не зная, за что хвататься, в то время как остальные братья и сёстры с нескрываемым любопытством толпились рядом, разглядывая опухшее лицо младшего. Вчерашние удары не прошли даром: подбитый глаз налился жутким сливово-синим синяком и заплыл так сильно, что превратился в щёлочку.
— Не плачь, Би. От слёз он распухнет ещё сильнее! — в панике уговаривал его папочка.
— У-а-а-а-а-а! — в ответ Блисс лишь прибавил громкости.
Как бы Кои ни старался его успокоить, всё было тщетно, истерика только набирала обороты. Доложив о ситуации Эшли, Кои битый час возился с сыном. Он кое-как переодел его, с горем пополам усадил за завтрак, но даже жуя, ребёнок продолжал безутешно рыдать.
Даже когда они вернулись в детскую, малыш не успокоился. Глядя на то, как сын жалобно шмыгает носом и то и дело трёт кулачком здоровую щёчку, Кои обречённо вздохнул.
— Всё пройдёт, Блисс. Вот увидишь, как только перестанешь плакать, сразу станет легче.
Услышав это, мальчик честно попытался задержать дыхание, чтобы подавить всхлипы, но грудная клетка всё равно предательски содрогалась. Кои видел, как сильно малыш старается взять себя в руки, и его сердце сжималось от жалости.
— Смотри, Би. Это же карамелька!
Решив прибегнуть к запрещённому приёму, Кои достал припрятанную сладость и помахал ею перед носом сына. Блисс скосил здоровый глаз на конфету, но тут же демонстративно отвернулся, обиженно надув губы.
— Би, ну не упрямься. Давай, попробуй кусочек, м?
Несмотря на ласковые уговоры, маленький страдалец отказывался шевелиться. Вот только от Кои не укрылось, что голова-то хоть и повёрнута в сторону, а вот глазёнок все равно косит в направлении лакомства. Едва сдерживая умилённую улыбку, он ласково проворковал:
— Это же твоя любимая, сладкая-пресладкая карамель. Неужели совсем не хочешь?
В тишине комнаты было отчетливо слышно, как Блисс сглотнул слюну. Вся боль, страх и вселенская печаль мгновенно испарились из детской головы, уступив место исключительно мыслям о еде. Блисс воровски покосился на заветную сладость. Кои медленно развернул блестящий фантик и положил конфетку на раскрытую ладонь. Мальчик замер, ведя внутри себя суровую борьбу.
Правда, длилась эта борьба от силы секунды три. Маленькая ручка робко потянулась вперёд, а за ней послушно развернулось и всё туловище. Рот сам собой приоткрылся в предвкушении, и в уголке губ скопилась слюна. Торопливо утёршись рукавом, Блисс сцапал лакомство с ладони папочки и тут же закинул его в рот.
— Вку-у-усно... — промычал он, млея от удовольствия.
Сладкий вкус растёкся по языку, и настроение Блисса мгновенно взлетело до небес. Мальчик обхватил пухлые щёки ладошками, жмурясь от чистого детского счастья. Глядя на эту картину, Кои наконец-то с облегчением выдохнул и рассмеялся.
— Ну как, стоило того, чтобы съесть?
Блисс активно закивал, но тут же с надеждой заглянул снизу вверх:
Глядя в эти полные мольбы глазёнки, Кои ласково улыбнулся.
Личико ребёнка тут же вытянулось в разочаровании, и он понуро опустил голову.
«Ну вот, я так и знал», — мысленно вздохнул Кои.
Обычно он строго следил за зубами детей и редко баловал их сладким, так что сегодняшняя карамелька была поистине щедрым даром небес. Учитывая, сколько мороженого Блисс слопал вчера в качестве утешения, шанс получить вкусняшку сегодня вообще равнялся нулю.
«Ну, хоть какая-то выгода из того, что я похож на лупоглазую лягушку», — философски рассудил мальчик и принялся медленно-медленно рассасывать конфету, наслаждаясь каждым мгновением.
Как бы сильно Блисс ни старался растянуть удовольствие, сладкий комочек слишком быстро растаял без следа. Его плечи бессильно поникли, и он с глубочайшим трагизмом в голосе изрёк:
— Моя жизнь просто невыносимо мрачная.
— Что?! — поперхнулся воздухом Кои.
Он только открыл рот, чтобы уточнить, откуда шестилетний ребёнок нахватался таких фраз, как раздался короткий стук. Дверь открылась, и на пороге возник Эшли.
— А, да, иду, — отозвался он и суетливо поднялся с кровати.
Обычно в этот час Эшли уже давно был в офисе. То, что он всё ещё оставался дома, означало лишь одно: они ждали важных гостей. Осознав, что ему нужно срочно переодеться и подготовиться, Кои отложил философские беседы о бренности бытия на потом.
— Би, сегодня к нам приедут очень важные гости. Ты же сможешь посидеть тихонечко в своей комнате?
— Гости? — удивлённо моргнул Блисс.
— Да, — кивнул Кои. — Ты сегодня себя неважно чувствуешь, так что лучше отдохни у себя. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи горничной Эйприл, хорошо?
Оставив ещё несколько ценных указаний, он на прощание ласково погладил сына по голове и выскользнул в коридор.
Закрыв за собой дверь детской, Кои позволил себе устало выдохнуть, но тут же наткнулся на вопросительный взгляд мужа.
— А, да вроде успокоился. Думаю, с ним всё будет в порядке, — ответил Кои, но тут же озадаченно свёл брови. — Правда, он сказал, что его жизнь невыносимо мрачная.
— Чего? — Эшли недоверчиво нахмурился, услышав столь нетипичное для ребёнка заявление.
— Сам не понимаю. И где только набрался таких слов? — Кои сокрушённо покачал головой.
Эшли на секунду задумался, перебирая в уме возможных «учителей» из числа старших детей, но быстро отмахнулся от этой мысли.
— Ладно, идём. Мы и так опаздываем.
Вложив свою ладонь в протянутую руку мужа, Кои едва поспевал за его широким шагом, почти переходя на бег по коридорам особняка.
— Слушай, эти гости... они ведь действительно важные фигуры? — на ходу уточнил он.
— Более чем, — коротко отозвался Эшли.
«Ясно...» — мысленно кивнул Кои, лихорадочно воскрешая в памяти вчерашний разговор.
Всё, что Эшли успел рассказать о визитёрах — это то, что они высокопоставленные аристократы из Великобритании. Сегодня должен был прибыть сам действующий герцог вместе с супругой, а также их сын — прямой наследник титула. Этой скудной информации оказалось более чем достаточно, чтобы у Кои от волнения предательски вспотели ладони.