Вожделение | Глава 1.2
Над главой работала команда
WSL и Hoodlum's shelter
— Секретарь Ким, не могли бы вы оставить нас? Я бы хотел поговорить в тишине.
— Да, господин вице-председатель.
Джэха попросил об этом мягким, безупречно вежливым тоном. Вскоре в просторном кабинете остались лишь они двое. Интерьер был выдержан в нейтральных, холодных серых тонах, а в центре располагался диван со строгим металлическим каркасом. Джэхёк скользнул цепким взглядом по обстановке, пытаясь разгадать вкусы брата.
«Любит идеальный порядок и лаконичность?» — подумал он, едва заметно скривив губы. Для близнецов у них не было абсолютно ничего общего.
— Я был бы гораздо больше рад, если бы ты пришёл ко мне лично, а не сливал информацию прессе. Присаживайся.
Джэха плавным жестом указал на место напротив. Он расстегнул пуговицу своего траурного чёрного пиджака и опустился на диван. В этой небрежной грации и спокойной речи крылась такая уверенность, что Джэхёка, как и недавно в лифте, это необъяснимо задело. Его собственное сердце до сих пор колотилось так отчаянно, будто готово было вырваться из груди, и он совершенно не понимал почему.
— Знаешь, кто я такой? — спросил Джэхёк.
— Вот так мы и встретились. Жаль, что отец ушёл, так и не увидев тебя. Нам обоим жаль.
С этими словами на губах Джэхи расцвела мягкая, располагающая улыбка.
«А у него чертовски красивая улыбка», — неожиданно промелькнуло в голове Джэхёка. «Блядь, больной ублюдок, ты на задании, о чём ты вообще думаешь?» — мысленно обругал он сам себя, хмуря брови и сжимая челюсти.
Джэхёк, всё это время напряжённо стоявший посреди комнаты, наконец опустился на диван, намеренно сохраняя дистанцию. Находясь в паре метров друг от друга, они принялись внимательно изучать чужие-родные лица. Это было похоже на безумную игру с зеркалом. Глядя на плоскую фотографию, Джэхёк и представить не мог, что сходство окажется настолько пугающим. Думал, ну, похожи немного... Но сейчас было очевидно: им даже не нужно доказывать своё кровное родство.
— Сдаётся мне, мы с тобой не просто чужие люди.
При этих словах одна бровь Джэхи элегантно поползла вверх. «И кем же мы приходимся друг другу?» — читалось в его немом вопросе. Он не пропустил мимо ушей слова незнакомца, моментально ощетинившись внутренней тревогой. Что скрывается за этой размытой фразой? Ничего не ответив, Джэха лишь слегка склонил голову, изучая визитёра. Опасный человек. Абсолютно непредсказуемый.
— Братья. И, судя по всему, не совсем обычные. Наверное, что-то вроде однояйцевых близнецов, — протянул Джэхёк.
«Как бы ты ни притворялся спокойным, я всё вижу. Знаю, что твоё сердце сейчас бьётся так же бешено, как моё. Я воскрес из мёртвых и заявился сюда, а значит, тебе придётся делиться всем, что ты считал своим. Даже титулом единственного сына семьи. Конечно, ты напряжён. Ты же из той самой породы людей, которые до смерти ненавидят делиться властью и выставлять свои секреты напоказ», — подумал он, глядя прямо в глаза брату.
— Как видишь, мы слишком похожи, — закончил Джэхёк, небрежно потирая линию подбородка.
Историю о том, как он рос и как нашёл дорогу сюда, он сочинил на ходу. Он прекрасно понимал: что бы он сейчас ни вывалил на Джэху, тот всё равно не поверит ни единому слову. Такова уж природа чеболей. Они не верят никому. Именно поэтому они и становились лучшими VIP-клиентами Джея. И этот человек напротив тоже скоро попросит у него волосок на экспертизу.
— И тем не менее, в таких делах лучше полагаться на факты. Давай проведём тест ДНК как можно скорее, — ровным голосом произнёс Джэха.
Джэхёк тихо усмехнулся. Кто бы сомневался. Они оба с первой секунды нутром почуяли, что делят один генетический код. Но педантичный Джэха, верный своим привычкам, нуждался в железных доказательствах. Что ж, пара вырванных волосков — не такая уж большая плата.
— Ах, да... Ли Джэха, — вдруг произнёс брат с лёгкой растерянностью на лице, словно только сейчас осознав свою оплошность.
Разве они не знали имён друг друга? В детстве они наверняка звали друг друга по именам. От этой мысли на языке Джэхёка почему-то остался горьковатый привкус.
— Я знаю. А меня зовут Ли Джэхёк. Я всегда использовал это имя.
Он добавил, что именно это имя было вписано в его карточку в приюте. На самом деле Мастер, недолго думая, просто оставил ему его настоящее имя. Но с тех пор, как он впервые спустил курок, его стали называть Джеем. Настоящее имя покрылось пылью и стало казаться чужим, почти инородным.
— Хорошо, что ты его не забыл, — кивнул Джэха. — Тебе незачем ждать результатов теста. Можешь переезжать в Хёвонджэ.
Хёвонджэ. Резиденция главной ветви семьи Ли. Джэхёк, привыкший собирать полное досье на свои цели, прекрасно знал, о чём идёт речь. Но он умело нацепил маску непонимания:
— Наш семейный особняк, — мягко пояснил Джэха. — Мы же семья.
— Мы должны жить вместе. Хотя бы теперь.
Джэхёк слегка склонил голову, пытаясь прочесть истинные мотивы брата. За этой безупречной вежливостью скрывался холодный расчёт: он просто хочет держать его под боком, чтобы удобнее было за ним следить. Видимо, слив информации в прессу взвинтил паранойю Джэхи до предела. Но чтобы вот так сразу съехаться...
Такого поворота Джэхёк не ожидал. Взрослые мужики живут под одной крышей? Он-то планировал просто уладить юридические формальности, добиться публичного признания себя вторым наследником и спокойно уйти. Это не та ситуация, где можно приставить ствол к башке и выбить желаемое. Он собирался держать дистанцию и действовать не спеша. Однако брат с точно такими же, как у него самого, глазами смотрел так безапелляционно, что не оставлял ни единого шанса на отступление. Джэха не позволял ему держать дистанцию.
— Одного дня тебе хватит, чтобы перебраться в Хёвонджэ? — спросил Джэха.
«Я думал, он из тех, кто доверяет только стопроцентно проверенным фактам...» Джэха не просто предложил жить вместе, он даже не дал ему времени на раздумья. В досье было чётко сказано: крайне осторожен, никому не доверяет. Кто вообще составлял этот отчёт по цели? Искусно спрятав своё замешательство за непроницаемым лицом, Джэхёк ответил:
— ...Думаю, двух дней будет достаточно.
— Там есть всё необходимое, так что много вещей можешь не брать, — заботливо добавил Джэха.
«Разве не я должен решать, что мне брать?» — мысленно хмыкнул Джэхёк, уже прикидывая в голове список необходимого арсенала. «CheyTac Intervention... нужно взять, вдруг придётся работать издалека. M107A1... пригодится что-нибудь убойное. FN FNX-45... к нему обязательно глушитель». Чтобы пустить пулю в лоб одному человеку, хватило бы и пистолета. Но, учитывая целую армию телохранителей, окружавших Джэху, лучше вооружиться до зубов. Если он хочет незаметно протащить весь этот арсенал, паковать «вещи» придётся уже сегодня ночью.
— Мы выяснили, что он вырос в бывшем приюте Сонсим в Инчхоне, который сейчас переименован в Центр защиты детей. Школьную программу прошёл без отклонений. Что касается высшего образования — есть запись о поступлении в Инчхонский национальный университет, но после длительного академического отпуска он был отчислен.
Сразу же после их встречи Джэха поручил секретариату навести справки. Нужно было тщательно проверить каждую брошенную Ли Джэхёком фразу.
— Информацию о банковских счетах и активах вы можете найти на следующей странице, — ровным, отработанным голосом произнёс секретарь Ким. — Начиная с двадцати лет его капитал стабильно рос. На данный момент он владеет суммой около пяти миллиардов вон.
При упоминании пяти миллиардов брови Джэхи удивлённо поползли вверх. Для него самого это были копейки, но... в случае с Джэхёком ситуация была в корне иной. Сирота, похищенный в шесть лет, выросший без родителей, сколотил такое состояние? Это выходило за рамки нормального. «Уж не связано ли это с той пугающей, опасной аурой, что витает вокруг него?» — напряжённо подумал он.
— И как же, интересно, сирота мог за один раз заработать миллиарды? — задумчиво протянул Джэха, слегка постукивая пальцем по подлокотнику.
— Если брать в расчёт легальные способы, мы предполагаем, что это акции или криптовалюта. Учитывая, что в университете он выбрал экономический факультет, это звучит вполне правдоподобно.
«Если так, то слава богу», — с облегчением выдохнул про себя Джэха. Акции? Крипта? Он правда занимался такими вещами? Внезапно Джэхёк показался ему... забавным. Даже милым. В памяти всплыло, как в далёком детстве маленький Джэхёк с невероятным усердием копил монетки в красной свинке-копилке. На губах Джэхи сама собой заиграла тёплая улыбка. Он вспомнил, как брат набил эту копилку до такой степени, что она стала неподъёмной, и им пришлось тащить её вдвоём.
Наверное, это умиление проистекало из внезапного, острого осознания: этот человек — его плоть и кровь, его младший брат. Хоть и выглядел он так, словно готов был хладнокровно убить любого на своём пути. Дикий, не знающий ни светских манер, ни того, как держать лицо...
Секретарь тактично замолчал, давая боссу время на раздумья. За все годы безупречной службы Ли Джэха ни разу не позволял себе подобной слабости. Но после встречи с Джэхёком он по нескольку раз на дню застывал, глядя в пустоту, словно околдованный. «С таким лицом неудивительно, что он околдовал всех вокруг. Как он сам-то в зеркало смотрится без трепета?» — промелькнуло в мыслях секретаря.
— Да, продолжайте, — голос Джэхи вывел помощника из оцепенения.
Тот поправил очки на переносице и зачитал:
— Мы также подтвердили наличие договора на аренду личной ячейки в банке «Ваео».
— Да. Выяснить конкретный уровень допуска не удалось, но, судя по всему, это наивысший класс безопасности.
— А у него много секретов, — тихо усмехнулся Джэха, тяжело вздохнув.
Такое количество тайн не сулило ничего хорошего. Джэха прекрасно понимал умом: это опасно, нельзя слепо тянуться к нему. Но жажда узнать всё о своём потерянном брате заглушала голос разума. Рациональная часть твердила держать дистанцию и осторожно наблюдать. А инстинкты отчаянно орали: не смей оставлять между вами ни сантиметра пустоты. Именно поэтому он так импульсивно, даже не дождавшись результатов проверки личности, бросил предложение переехать в Хёвонджэ. Он просто испугался. Испугался, что стоит им закончить разговор, и Джэхёк снова растворится в воздухе. Как тогда, после задутых свечей. Животный страх заставил его вцепиться в брата мёртвой хваткой.
Хотя внешне Джэха держался безупречно, сам он чувствовал, что в этой встрече полностью утратил контроль, ведя себя как отчаявшийся, изголодавшийся человек.
«Завтра я не повторю этой ошибки», — твёрдо пообещал он себе, глядя в окно на залитый оранжевым закатом город. Завтра вечером Ли Джэхёк переступит порог Хёвонджэ. «Каким ты предстанешь передо мной на этот раз? Снова заставишь меня забыть, как дышать?»
В то самое время, когда Ли Джэха слушал доклад о своём новообретённом брате-близнеце, Ли Джэхёк паковал чемоданы. Конечно, по меркам обычных людей его багаж выглядел, мягко говоря, специфично. Но, как и любой переезд, этот требовал тщательного подхода и педантичной заботы хозяина о своих вещах.
Джэхёк открыл чемодан, густо обклеенный старыми багажными бирками. С виду — обычный потёртый пластик, но стоило приложить палец к скрытому сканеру отпечатков, как открывалось фальшивое дно. Там, на мягком ложементе, аккуратно разобранная на ствол и ствольную коробку, покоилась снайперская винтовка «CheyTac Intervention». В соседние скрытые ниши он вложил идеально лежащий в руке лёгкий пистолет, глушитель и запасные магазины.
«Если дело дойдёт до ножа, воспользуюсь тем, что найду у него на кухне», — практично рассудил он.
Напоследок он кинул в кейс баночку со снотворным — таблетки были тщательно растёрты в мелкую пыль и расфасованы по капсулам. Отличная вещь. Годится и для бесшумного убийства, и для решения кучи других мелких проблем.
Снова приложив палец к сканеру, он вернул чемодану первозданный вид, а затем принялся неспешно укладывать поверх тайника брендовую одежду. Джэхёк никогда не жалел денег на свой внешний вид. Всю жизнь он спускал заработанные на чужой крови суммы на роскошь, считая это своим законным правом. Дошло до того, что, получая новый заказ, он по инерции оценивал жертву: «Ну, этот потянет на хорошие швейцарские часы».
Эти шёлковые рубашки, например, были ценой жизни одного репортёра, который в декабре прошлого года имел неосторожность написать разоблачительную статью о теневых фондах председателя «Джеиль Телеком». Сумма за его голову оказалась настолько жалкой, что Джэхёку было его искренне жаль. А бриллиантовый пирсинг в ухе он забрал в качестве неустойки. Заказчик тогда не доплатил оговорённую сумму, и Джэхёк компенсировал разницу, просто отрубив скупердяю левую кисть.
Аккуратно складывая плоды своего «возвышенного» труда, он краем глаза заметил, как на прикроватной тумбочке завибрировал старый кнопочный телефон.
Сообщение от агентства. Восьмой уровень сложности, без конкретного исполнителя. Обычная массовая рассылка. Для Джея такие задания были не сложнее детской игры в песочнице, поэтому их обычно расхватывал неопытный молодняк. Звёздочка в начале означала, что это общий запрос. Алгоритм прост: кто из голодных киллеров первым клюнет и ответит, тому агентство и отдаст работу, если сочтёт кандидата подходящим.
Джэхёк нажал кнопку вызова. После нескольких гудков в трубке заиграла приятная классическая музыка. Агентство убийц, маскирующееся под круглосуточную службу поддержки сотового оператора, и изысканная классика... Какое нелепое лицемерие. Джэхёк каждый раз невольно усмехался, слушая эту мелодию.
— Спасибо за звонок! Вы дозвонились в круглосуточный центр поддержки абонентов «TK Телеком», — прощебетал дежурный голос.
— Да, уважаемый клиент, пожалуйста, подождите.
Послышался щелчок переадресации.
— Джей, ты что, решил за это взяться? — радостно поприветствовал его знакомый голос человека, называвшего себя его «фальшивым братом».
Какого чёрта они вообще шлют рассылку восьмого уровня ему на личный номер? Да, давать равные шансы всем наёмникам — похвально, но для Джея такие сообщения были сродни раздражающему спаму. Ни нормальных денег, ни веселья. Никакого интереса.
— Да нет, ты же сам говорил оставлять такие крохи мелкотне, — хмыкнул Джэхёк.
— Вот именно. Лучше сосредоточься на том, что уже держишь в руках.
«То, что держишь в руках» — он имел в виду Ли Джэху. Заказ высочайшего уровня с астрономической выплатой; естественно, агентство пристально следило за каждым шагом. Джэхёк на секунду задумался. Стоит ли сообщать о незапланированном переезде? По правилам индустрии, в службу поддержки нужно было докладывать о малейших деталях. Даже крошечная переменная могла стать тем самым фактором, который пустит всю миссию под откос. А значит, о совместном проживании с целью агентство знать было обязано.
— Я переезжаю к нему уже завтра.
Джэхёк поморщился и отвёл старенький телефон-раскладушку чуть дальше от уха. Начинается. Сейчас Коллин заведёт свою любимую шарманку, и это надолго. Если вдуматься, не было абсолютно ни одной логичной причины жить под одной крышей с человеком, которого собираешься убить. «Да я сам не понимаю, как повелся на это...» — мысленно проворчал Джэхёк. Он поудобнее перехватил телефон и бросил в трубку:
— Так вышло. Я заеду туда, улажу все формальности с признанием наследства, пущу ему пулю в лоб и свалю.
— Ты никогда раньше так не делал, — напряжённо отозвался голос.
Это была правда. Джэхёк никогда не находился рядом с целью дольше необходимого. Каким бы затяжным ни был проект, он никогда не делил с жертвой личное пространство и время. Почуяв неладное, руководитель группы поддержки понизил голос до шепота:
— Ты что, правда начал считать его своей семьёй?
— Я прекрасно понимаю, к чему ты клонишь. Но ты же сам знаешь, что это пустые страхи.
— Если из-за этого миссия провалится...
— Коллин, хватит молоть чепуху. Лучше пришли мне нормальный оптический прицел. Прямо сейчас. Немецкий.
Оптические технологии немецких производителей были на таком стабильно высоком уровне, что можно было брать любую фирму — качество всё равно превзойдёт ожидания. Свой старый прицел он потерял на прошлом задании: не успел вытащить до того, как машина взлетела на воздух. Так что пусть Коллин пришлёт что-нибудь стоящее, вместо того чтобы читать нотации. Пусть занимается своей прямой работой — поддержкой.
— Ладно, пришлю Schmidt & Bender.
— Джей, не забывай, он — цель. Если нарушишь «правило»...
Не дослушав, Джэхёк с громким щелчком захлопнул крышку телефона. «Всё-таки старые раскладушки — вещь. В этом звуке есть особое удовольствие», — усмехнулся он. Нет смысла выслушивать то, что тебе не нравится. В конце концов, пропавший брат-близнец Ли Джэхи — это он сам. И тот, кто сотрёт эту цель с лица земли, — тоже он. Мнение посторонних не имело никакого значения.
Джэха уже четыре часа безвылазно сидел в кабинете, уставившись в раскрытую книгу в тщетной попытке унять странное волнение. Его длинные, бледные пальцы нервно теребили уголок страницы, которую он не мог перевернуть уже целую вечность. Джэхёк сказал, что приедет поздно вечером — якобы ему нужно собрать какие-то последние вещи.
Расписанная по минутам жизнь, предсказуемые события, люди, которыми легко управлять... Джэха привык именно к такому порядку вещей. Но этот внезапно свалившийся на голову брат перевернул всё вверх дном. От одной мысли о нём по спине пробегал неприятный холодок. В памяти сохранились лишь жалкие, разрозненные осколки прошлого, и Джэха совершенно не понимал, как ему теперь воспринимать Ли Джэхёка. Попытаться отгородиться от него, посчитав просто незнакомцем? Но тогда почему он ловит себя на совершенно нетипичных, нерациональных поступках? Вот как сейчас — он ни на чём не может сосредоточиться, просто сидя и ожидая его приезда. На часах было уже начало девятого.
— Пожалуй, пора выйти навстречу брату... — пробормотал он в тишину кабинета.
Только что на мониторе службы безопасности он увидел, как спортивный автомобиль Джэхёка проехал через главные ворота. Джэха с сухим хлопком закрыл книгу.
Перед выходом из кабинета он задержался у ростового зеркала. Заметив в собственном отражении какую-то неестественную, лихорадочную живость, он глубоко вздохнул и стёр эмоции с лица. Не нужно ни излишних улыбок, ни ледяной враждебности. Достаточно просто держать вежливую дистанцию.
Решение пригласить его в Хёвонджэ уже принято, назад дороги нет. Ошибку, совершённую на эмоциях, придётся исправлять по ходу дела. В конце концов, если держать его под боком, будет проще понять, что он за человек.
Мартовская погода была капризной, и Джэхе в его тонком белом джемпере и мягких брюках стало немного душно. На щеках проступил лёгкий румянец. Раздражённый этим проявлением слабости, он приложил прохладные ладони к лицу, пытаясь сбить жар, и только после этого шагнул за дверь.
Из-за заминки у зеркала Джэха вышел как раз в тот момент, когда Джэхёк покидал машину. Пятеро или шестеро слуг уже суетились вокруг, забирая ключи и выгружая багаж.
— Добро пожаловать, — Джэха приблизился к брату с дежурной улыбкой на губах.
Но чем ближе он подходил, тем отчётливее чувствовал исходящий от Джэхёка холодный, резкий аромат, заставляющий внутренне сжаться. Боясь снова оцепенеть, как при их первой встрече под вспышками камер, Джэха слегка прикусил изнутри губу. Ему нужна была эта лёгкая физическая боль, чтобы не потерять контроль над собой.
На Джэхёке была расстёгнутая на несколько пуговиц чёрная рубашка без галстука и небрежно накинутый пиджак. Уголки его губ были чуть приподняты в странной полуулыбке. Казалось, происходящее его откровенно забавляет.
— Спасибо за тёплый приём. У тебя... отличный дом.
Никаких ослепляющих вспышек, никаких чужих, оценивающих взглядов. Их первая настоящая встреча на личной территории. Джэхёк ничего не помнил из детства, но это место почему-то казалось ему знакомым. Широкие зелёные лужайки и старые раскидистые деревья... именно это он иногда видел в своих смутных, обрывочных снах.
— Теперь это наш дом, — поправил его Джэха. — Пруд по дороге видел?
— Да. Он очень красивый. Очень.
Опять. Джэхёк смотрел ему прямо в глаза, не мигая, его взгляд был тяжёлым и липким. Он произносил слова медленно, чеканя каждый слог. Слуги, суетившиеся с багажом, ничего бы не заподозрили в этом невинном обмене репликами, но Джэха всё понял. Джэхёк откровенно насмехался над ним, используя двусмысленные фразы. Джэха почувствовал, как бровь снова предательски дёрнулась — точно так же, как во время их прошлого разговора с его словесными играми. Он видел, как Джэхёк, пряча истинные эмоции за непроницаемыми глазами, жадно считывает каждую его реакцию. Видел, что именно доставляет ему такое удовольствие. И от этого Джэха снова потерял дар речи.
— Ну так что, покажешь мне наш дом... хённим? — Джэхёк небрежно пожал плечами, заметив, что брат снова застыл.
Комплекс Хёвонджэ состоял из главного дома и двух флигелей. Главное здание было выстроено в традиционном корейском стиле ханок, а флигели представляли собой образцы современной архитектуры. Ещё недавно в главном доме жил их отец, но теперь он пустовал, а сам Джэха занимал один из флигелей. Туда он и направился, ведя за собой брата.
— Здесь ты будешь жить, — указал Джэха на второй, пустующий флигель. — А главный дом и мой флигель находятся дальше по этой дорожке.
— Главное — не сбиться с пути, верно?
Масштабы поместья поражали воображение. Это была резиденция владельцев «Тэхён Групп», одних из могущественнейших чеболей Южной Кореи. Здесь даже камни под ногами и травинки на газонах казались какими-то особенными, элитными.
— Жду тебя в главном доме примерно через час. Я распорядился насчёт ужина.
Переступив порог своего нового жилища, Джэхёк тут же окинул его цепким, сканирующим взглядом. Просторный интерьер в стиле модерн пришёлся ему по вкусу. Впрочем, ничего удивительного — ведь всё здесь было обставлено по вкусу Джэхи, а значит, просто не могло не понравиться его близнецу.
Джэхёк прошёлся по комнате, как бы невзначай проводя пальцами за декоративными рамками картин, проверяя, нет ли там скрытых камер или прослушки. К счастью, ничего подозрительного не обнаружилось. Впрочем, более тщательный поиск жучков можно отложить и на потом, после еды. Раз уж брат дал ему всего час на сборы, нужно было готовиться к «званому ужину».
Он стоял посреди огромной, пока ещё пустой гардеробной и разглядывал вещи в своём раскрытом чемодане. Это был их первый совместный ужин, и Джэхёку почему-то не хотелось выглядеть нелепо. Он потянулся было к рубашке с ярким принтом — в своём обычном стиле, — но тут же вспомнил всегда безупречно, по-деловому одетого Джэху, и рука сама собой опустилась.
Во время подготовки к миссии Джэхёк пересмотрел сотни фотографий цели. На всех без исключения снимках Ли Джэха был в строгих костюмах. Ни одной фотографии в повседневной или неформальной одежде. Видимо, это был его осознанный выбор.
«Наверное, он терпеть не может такие яркие тряпки», — подумал Джэхёк, отбрасывая цветастую рубашку.
После долгих раздумий он выбрал самое спокойное из того, что у него было: чёрную рубашку от Chanel и широкие брюки в тон. Он постарался сделать вид, что нацепил первое, что попалось под руку, чтобы никто не догадался, что он добрых полчаса крутился перед зеркалом в гардеробной, подбирая наряд.
В последний раз оценивающе оглядев своё отражение, он покрутил головой. Затем поднял руку и решительно расстегнул две или три верхние пуговицы рубашки, которые до этого были наглухо застёгнуты. «Быть застёгнутым на все пуговицы, как ты — это не в моём стиле...»
— И правда, одно лицо, — тихо хмыкнул он.
Глядя в зеркало на лицо, которое он видел каждый день всю свою жизнь, Джэхёк вдруг поймал себя на мысли, что видит в нём черты Ли Джэхи. Возникало жутковатое чувство, будто по ту сторону стекла стоит не он сам, а совершенно чужой человек. От этого наваждения Джэхёк раздражённо поморщился.
«Приди в себя, Джей», — мысленно рявкнул он на себя.
Он пару раз несильно похлопал себя по щекам, сбрасывая оцепенение, и направился к выходу. Стоило ему открыть дверь, как снаружи уже ждал один из слуг, готовый проводить его к главному дому. Джэхёку, привыкшему всегда передвигаться в одиночку, этот навязчивый эскорт показался жутко раздражающим.
«Я же не ребёнок…» — подумал Джэхёк, но всё же пошёл по тропинке, как и велел Джэха.
Вскоре показался главный дом. Едва Джэхёк подошёл к входу, как увидел прислугу: они стояли снаружи, выстроившись в ряд, словно только его и ждали. При виде Джэхёка они одновременно, будто по невидимому сигналу, почтительно поклонились.
«Специально так подстроил, чтобы смутить меня?..» — Вас ожидают, — произнёс дворецкий. Судя по возрасту, он служил в Хёвонджэ уже не один десяток лет. Он лично проводил Джэхёка в столовую.
Посреди просторного зала стоял длинный стол. Над ним в ряд свисали хрустальные светильники в форме традиционных корейских фонариков чоронг, заливая пространство мягким, красивым светом. Интерьер тоже был выдержан в традиционном стиле, гармонично дополняя архитектуру главного дома-ханока. Впрочем, казалось, что всё это — скорее вкус недавно почившего отца семейства, Ли Ганджуна, нежели самого Джэха.
— Добро пожаловать, — Джэха, сидевший за столом, поднялся навстречу.
Во главе стола место пустовало, а сам Джэха расположился с краю. Изящным жестом он указал Джэхёку на стул напротив. Слуга, тенью следовавший за ними, тут же бесшумно отодвинул его. Джэхёк, впервые столкнувшись со столь подчёркнуто-почтительным обращением, почувствовал неловкость. Он почесал бровь, пытаясь скрыть смущение, и опустился на сиденье.
— Если тебе что-то доставляет дискомфорт… пожалуйста, скажи. Я подстроюсь под тебя, Джэхёк, чтобы тебе было удобно, — на лице Джэха не дрогнул ни один мускул. Казалось, он искренне не понимал, что именно здесь может смущать.
Для Джэха, всю жизнь прожившего в этой изысканной крепости под названием Хёвонджэ, подобная обстановка была столь же естественна, как дыхание. И хотя они были близнецами, рождёнными в один день, Джэхёк вдруг остро ощутил между ними непреодолимую, зияющую пропасть.
Коротко кивнув слуге в знак благодарности, Джэхёк окинул взглядом стол. Тарелки, чаши, множество бокалов разной формы, целый арсенал выложенных в ряд вилок и ножей. Их было всего двое, но обилие столовых приборов давило, вызывая лёгкое раздражение.
— Чего так много? Мы ждём кого-то ещё?
Слегка улыбнувшись брату, Джэха дал знак прислуге подавать ужин.
— У нас не каждый день так. Просто сегодня — особенный вечер.
Особенный? Чем именно? И почему? Джэхёк ответил равнодушно, но слова брата зацепили его. Ему до дрожи хотелось разобрать эту гладкую, безупречную фразу на части, нащупать скрытый подтекст, вытащить его на свет. Но он не мог, и от этого внутри росло глухое раздражение. В горле пересохло, стало душно. «Может, я забыл расстегнуть воротник?» — Джэхёк машинально потянулся к шее. Пальцы коснулись голой кожи — рубашка и так была расстёгнута на груди.
Сдвинув в сторону лежащую на тарелке салфетку, он взял первый попавшийся бокал и налил воды. Непривычная тяжесть хрусталя и кувшина сбила с толку: он не рассчитал силу, и вода плеснула на скатерть. Джэха, заметив его суетливое движение, на миг замер, а затем, отодвинув стул, поднялся.
Джэхёк вскинул на него недоумённый взгляд. Джэха подошёл к нему со спины — плавно, элегантно. Он взял отложенную салфетку, ловко развязал аккуратный бант и расстелил ткань на бёдрах брата так, чтобы складки смотрели внутрь.
Джэхёк напрягся, тело мгновенно превратилось в струну. Тепло, исходящее от стоящего позади брата… На таком близком расстоянии он привык находиться только с целью. В тот самый миг, когда забирал их последний вздох. Сейчас Джэха был так близко, что Джэхёк отчётливо уловил его запах. Тонкий, ненавязчивый аромат… «Только что из душа?» — Думаю, мы обойдёмся шампанским, так что это можно убрать.
Джэха мягко забрал кувшин из рук брата и налил воду в самый маленький бокал. Затем он взял круглый бокал для красного вина, в который Джэхёк по ошибке плеснул воды, и передал его застывшему в ожидании слуге.
— Похоже, я нарушил правила, — хмыкнул Джэхёк.
Джэха лишь тихо рассмеялся, словно услышал удачную шутку, и вернулся на своё место.
— Это я не проявил должного внимания. Нужно было распорядиться о корейской кухне.
«Как я мог не подумать, что ему это будет в новинку?» — Джэха корил себя. Откуда Джэхёку знать все эти строгие правила этикета: какой прибор для чего предназначен, когда и из чего пить? В памяти вдруг всплыли картинки из детства, когда им было по шесть лет. Тогда они кормили друг друга с одной маленькой вилочки…
— В следующий раз попрошу ставить по одному комплекту. Как в детстве.
Мягко улыбнувшись, Джэха поднял руку, подавая знак. Первый совместный ужин близнецов начался. Подошёл официант и разлил шампанское, которое Джэха заказал заранее в качестве аперитива.
— Наш первый ужин, — произнёс Джэха.
— А детские воспоминания… ты их забыл?
Строго говоря, этот ужин не был первым. Но Джэхёк вёл себя так, словно начисто стёр из памяти всё, что было до похищения. Будто он впервые в Хёвонджэ, будто всё здесь для него чужое. Да, этого флигеля раньше не было, но пруд-то остался. Джэха нарочно упомянул об этом, чтобы проверить, помнит ли брат хоть что-то из детства. Но, похоже, он не помнил ничего. Воспоминания о том, как они вместе разглядывали карпов кои в пруду, теперь принадлежали только Джэха.
— Что ж… будущее важнее прошлого. Зря я спросил.
И снова эта безупречная маска, эта вежливая улыбка. «Тебе правда не важно? Не интересно, как я жил всё это время, что я скрываю?» — Почему не спрашиваешь? — Джэхёк смотрел прямо на него.
— О том, что я слил прессе информацию о нашем родстве… о том, что я жив, — Джэхёк не привык ходить вокруг да около и бил сразу в цель. С этого ведь всё и началось.
Джэха не ожидал такой прямолинейности. Да, им определённо нужно было это обсудить, но не сейчас же. Джэхёк и дня не провёл в Хёвонджэ, даже поесть толком не успел. Джэха планировал отложить допросы о мотивах на потом.
— Давай не будем торопиться. Нам ещё даже закуски не подали.
— Ты ведь сам сказал: «Вас ожидают». Вот я и пришёл.
Официант бесшумно наполнил бокалы. Шампанское казалось совершенно неуместным в этой звенящей от напряжения атмосфере. Джэха поднял бокал и сделал крошечный глоток. Винтажное шампанское, открытое специально по этому случаю. Если бы всё шло по плану, они бы сейчас чокнулись за встречу.
Посмаковав шампанское, Джэха медленно ответил:
— А разве не ты создал ситуацию, от которой я не мог отказаться, поставив меня в неловкое положение?
— В том, что всё стало достоянием общественности, нет ничего хорошего. Особенно для таких людей, как мы.
Перед ними бесшумно появились тарелки с закусками. Разговор становился всё тяжелее, а вокруг, словно тени, скользили слуги, и ужин шёл своим чередом, словно по идеально написанному сценарию. От этого диссонанса Джэхёку стало не по себе. Он поднял глаза на брата. Джэха промакивал губы салфеткой, не отрывая от него пронзительного взгляда.
— Только так, я думал, вы меня выслушаете, — ответил Джэхёк.
— Даже если бы ты этого не сделал, я бы узнал тебя с первого взгляда. И принял бы как брата.
— Потому что мы до жути похожи, — Джэха посмотрел ему в глаза. И это странное чувство, будто между ними проскакивает электрический разряд… Ты ведь тоже это испытал, разве нет?
— Я считал, что это самый эффективный способ заявить о себе.
— Что ж, если так, то у тебя получилось. Я думал только о тебе… и ничего не мог поделать. Ни контактов, ни фото — абсолютно ничего. Каково это — просто сидеть и ждать, когда ты придёшь ко мне… никто и представить не сможет.
Услышав это, Джэхёк почувствовал, как напряжение, не отпускавшее его всё это время, начало спадать. И с его губ сорвались слова, которые он почти никогда не произносил вслух:
— Если я доставил неудобства, извиняюсь.
Джэха опустил взгляд на разложенные в ряд вилки, к которым Джэхёк так и не притронулся, произнося эти совершенно несвойственные ему слова. Он снова поднялся и медленно, с бокалом в руке, подошёл к брату. Заметив это движение, Джэхёк машинально напрягся. Он предчувствовал, что Джэха снова окажется слишком близко.
— Просто бери приборы по порядку… начиная с самых крайних.
Доброжелательность Джэха, его любезность, его интерес — всё это сбивало с толку. Как обычно реагируют люди, когда их брат, считавшийся мёртвым, вдруг возвращается? Джэхёк был уверен, что его попытаются оттолкнуть, не желая делиться тем, что имеют. Но Ли Джэха, стоящий сейчас перед ним, наоборот, шаг за шагом сокращал дистанцию.
— Вот этой вилкой. А для следующего блюда, основного, возьми вот этот нож. Тот, что с коротким тупым лезвием… это для рыбы.
«Киллер, которого заново учат пользоваться ножом… Смешно», — хмыкнул про себя Джэхёк.
В качестве основного блюда подали филе-миньон. После того как Джэхёк упомянул, что не любит сладкое, ужин завершился лимонным сорбетом — чтобы освежить рецепторы. Затем Джэха проводил брата в гостиную главного дома.
— Сборы, должно быть, утомили. Ты выглядишь уставшим.
Джэха внимательно оглядел Джэхёка, который опустился на диван напротив. На самом деле последние двое суток перед приездом в Хёвонджэ Джэхёк почти не спал — всё прокручивал в голове их первую встречу, заново переживая и смакуя те эмоции. Тот миг, когда мир вокруг словно погрузился в вакуум, оставил после себя слишком долгий след.
— От волнения… какой уж тут сон.
— Вот, это результаты теста ДНК. Совпадение… полное, — Джэха протянул ему конверт с логотипом сеульской больницы «Тэхён».
Джэхёк сидел на диване в совершенно расслабленной позе, без малейших признаков напряжения. Он взял конверт, но открывать не стал. В этом не было необходимости… Они оба поняли всё с первой же секунды, как встретились взглядами. Инстинктивно. Перед каждым из них сидел человек, идентичный не только внешне, но и на клеточном уровне.
Это была лишь бюрократическая бумажка, не более того.
— Хён, хённим — как лучше? Странно это… в один день обзавестись старшим братом.
— К такому быстро не привыкнешь.
Джэха ответил сдержанно, но не смог спрятать дрогнувшие в лёгкой улыбке уголки губ — ожидание было слишком сладким. Он проверил результаты ДНК ещё до встречи с Джэхёком. Казалось, будто рухнула невидимая стена. Документ официально подтвердил: этот человек — тот самый младший брат, с которым они когда-то вместе задували свечи на торте. От этой мысли внутри всё трепетало. «Кажется, тогда ты мило называл меня хён-а».
— Нет уж. К такому нужно привыкать быстро.
Джэха неотрывно смотрел на губы Джэхёка. Они были точной копией его собственных. Тот же оттенок, тот же изгиб. Совпадение ДНК на 99,999% — это поразительно. Хотелось смотреть и смотреть. Каково это будет, когда эти губы произнесут слово «хён»?
Джэхёк, заметив, что брат погрузился в мысли и молчит, проследил за его взглядом. «На что он смотрит?.. Сюда?» Джэхёк чуть высунул кончик языка и медленно, с явным намерением, облизал губы. Джэха вздрогнул, словно очнувшись, и поспешно поднял глаза.
— Извини. Я немного задумался.
Он не лгал. Просто даже в этих мыслях он думал о губах брата. И снова это началось. Рядом с Джэхёком Джэха испытывал ни с чем не сравнимое чувство. Будто его вывернули наизнанку, обнажив всё нутро. А Джэхёк копается в этом месиве, изучая его. Одно пересечение взглядов — и кажется, будто он вытянет из тебя все мысли и эмоции, чтобы попробовать их на вкус.
— Да, у меня тоже пересохло в горле.
Джэхёк усмехнулся. В этой усмешке читалась ясная насмешка: «Я прекрасно знаю, о чём ты думал».
— Тогда… может, ещё по бокалу?
Пока Джэха ненадолго отлучился к винному шкафу, Джэхёк торопливо пошарил во внутреннем кармане пиджака, небрежно брошенного на подлокотник дивана. Пальцы нащупали слабо прошитый шов в самой глубине, подцепили его и вытащили маленькую капсулу со снотворным. Он перепрятал её в нагрудный карман рубашки.
Вскоре Джэха вернулся в гостиную. В одной руке он держал бутылку Romanée-Conti, в другой — два винных бокала. Ловко откупорив бутылку, он разлил вино. Джэхёк не сводил с брата глаз. Сказать, что он просто ждал подходящего момента, чтобы использовать капсулу, было бы преувеличением. Джэха и так уже чувствовал себя связанным по рукам и ногам под этим пристальным взглядом. Джэхёк завороженно наблюдал за тем, как чисто и аккуратно — под стать характеру — Джэха наливает вино. Было видно, что он часто пьёт вино: его движения были уверенными и… изящными. Белая рука, сжимающая хрупкую ножку прозрачного бокала, почему-то излучала атмосферу опасности. Казалось, ещё немного — и стекло хрустнет, вонзится в бледную кожу, и брызнет кровь. От этого предвкушения воздух звенел от напряжения.
Джэха пододвинул бокал Джэхёку, и вскоре хрусталь со звоном столкнулся в воздухе. Этот чистый звук словно немного развеял тяжёлую атмосферу, скопившуюся в комнате.
— Завтра поедем, поприветствуем родителей, — предложил Джэха.
Джэхёк в ответ рассмеялся вслух. Ничего смешного в этом не было — с чего бы вдруг предложение поехать на могилу родителей вызвало такой смех? Джэха склонил голову набок и непонимающе посмотрел на брата.
— А, просто это прозвучало очень смешно.
— Прозвучало так, будто мы готовимся к знакомству семей перед свадьбой.
— Ведёшь себя как ребёнок. Знаешь что? Мы родились путём кесарева сечения, так что понятия «старший» и «младший» здесь весьма условны.
Джэха бросил взгляд на конверт с результатами теста, который сам же и отдал брату — словно пытался напомнить себе, что этот человек, излучающий такую странную, пугающую ауру, действительно его близнец.
— Мы что, так и появились на свет, держась за руки?
Джэха пытался намекнуть, чтобы брат прекратил эти детские шуточки и словесные игры. Но до Джэхёка, похоже, не доходило. Джэха лишь покачал головой, не сводя с него глаз.
Губы Джэхёка приобрели глубокий фиолетовый оттенок от вина. «Если его губы выглядят так, то и мои, наверное, тоже», — пронеслось в голове Джэха.
— Ты уже давно… всё смотришь сюда.
Джэхёк провёл большим пальцем по своим губам. Джэха, чьё лицо мгновенно залила краска смущения, поспешно прикрыл рот тыльной стороной ладони. Мягко. Джэхёк касался собственных губ, но Джэха почему-то почудилось, будто этот палец скользит по его губам.
— Мы просто… слишком похожи. Вот и всё.
— И поэтому тебе хочется смотреть? Хочешь потрогать, чтобы узнать, такие же они на ощупь?
С этими словами Джэхёк поднялся с дивана. Оперевшись одной рукой о стол, он наклонился к брату. Это было опасно. Их лица оказались так близко, что почти соприкасались. Заслонив собой обзор, Джэхёк другой рукой быстро достал капсулу, свернул её над бокалом Джэха и высыпал порошок. Пустую оболочку он ловко сунул в задний карман брюк. Затем он накрыл своей ладонью руку Джэха, лежащую на диване, и потянул её к своим губам.
Джэха перестал дышать. Расстояние было настолько ничтожным, что казалось: сделай он вдох — и его затянет в Джэхёка. Удерживая руку брата в своей, Джэхёк медленно обвёл его пальцами контур своих губ. Прикосновение было настойчивым и дотошным. Он специально слегка приоткрыл рот, с силой проталкивая кончики пальцев Джэха внутрь. Их взгляды всё ещё были сцеплены.
Почувствовав влажную, податливую нежность слизистой, Джэха осознал, что из этого непонятного, обжигающего жара нужно срочно выбираться. Опасно. Если не остановиться прямо сейчас…
— То, что чувствуешь ты… чувствую и я.
Джэхёк наконец выпустил сплетённые пальцы и большим пальцем стёр свою слюну с кончиков пальцев Джэха. Он по-прежнему стоял слишком близко. Смотрел так, будто видел брата насквозь. Говорил так, словно досконально знал все те скрытые эмоции, о которых не подозревал никто. Джэха смотрел на него полным смятения взглядом.
— Если тебе любопытно — любопытно и мне. Если тебе хочется прикоснуться… значит, этого хочется и мне.
— Видимо, это и есть та самая… связь между близнецами.
Джэхёк отпустил руку Джэха и вернулся на своё место. Он бросил мимолётный взгляд на бокал брата: белый порошок уже полностью растворился, не оставив ни следа.
— С тобой действительно… очень непросто.
Это была чистая правда. От слов Джэхёка о том, что он чувствует то же самое, Джэха словно лишился последних сил. Он прижал руку ко лбу и издал нервный, опустошённый смешок. С того самого момента, как новость о Джэхёке появилась в прессе, до их первой, похожей на удар молнии встречи, и вплоть до сегодняшнего дня… каждое мгновение он дрожал от этого непонятного, всепоглощающего чувства. Если они действительно всё чувствуют одинаково, значит, и Джэхёк испытывает то же самое?
Джэхёк, не задумываясь бросивший эту фразу, вдруг нахмурился, осознав её смысл. Время цели по имени Ли Джэха? Или время моей второй половины, с которой мы делим все ощущения? «О чём я вообще думаю и что несу?»
— Тогда… расскажешь мне всё от начала и до конца? О моём настоящем брате.
— Я думал, мы уже всё обсудили.
— Если ты всё это время жил в Инчхоне, «Тэхён» не могли тебя не найти.
Тон Джэха стал жёстким, непререкаемым. Так говорит босс, абсолютно уверенный, что его организация не допускает промахов. Обычно сдержанный и спокойный, Джэха иногда демонстрировал эти повадки прирождённого лидера — как раз в такие моменты.
Джэхёк поднял бокал, пряча за ним выражение лица. Он действительно был в Инчхоне. Вот только жил на самом дне, в тени, куда свет не проникает.
— Видимо, твои люди в «Тэхён» плохо работают.
— Вот именно. Видимо, придётся всех уволить.
Поняв, что этот незнакомец, сидящий перед ним, не собирается выдавать ни крупицы правды, Джэха с горечью отпил вина. Может, это из-за настроения, но и вино показалось ему горьким. Даже не подозревая, что причина кроется в подмешанном порошке, Джэха слегка нахмурился и сделал ещё один глоток, ведомый какой-то непонятной жаждой.
— Ну, зачем же такие крайности…
Подумав о том, что из-за него ни в чём не повинные люди потеряют работу, Джэхёк почувствовал лёгкий укол совести и почесал щёку. Как они могли найти киллера первого эшелона из агентства наёмных убийц? Для «Тэхён» это было невыполнимой задачей. Пожалуй, быстрее они встретились бы как заказчик и исполнитель. Точно так же, как сейчас… «Ведь сейчас мы встретились как киллер и цель».
— Как жаль, что мы не встретились раньше.
Глаза Джэха слегка затуманились, когда он встретился взглядом с Джэхёком. От этих слов Джэхёк плотно сжал губы. Если бы они встретились раньше… было бы всё по-другому? Встретились бы они не как киллер и мишень, а как братья-близнецы… плоть от плоти, кровь от крови? Джэхёк едва слышно вздохнул. Времени ещё много… так что всё не так уж и плохо.
— Давай каждый день в это время пить вместе — вино или чай. Я буду рассказывать тебе о себе. Но уговор: один вопрос в день.
— Ведёшь себя как ребёнок. Ты и правда похож на младшего брата.
— Называй меня проще. К чему эти формальности с младшим братом?
Джэха впервые за всё время открыто и беззащитно рассмеялся. Услышав этот звук, Джэхёк мысленно ахнул. «Так вот как он умеет смеяться». Он заметил это ещё при первой встрече, но сейчас понял окончательно: брат красив. Он не мог оторвать взгляд от этой улыбки, разрушившей все барьеры. Словно околдованный, Джэхёк смотрел на смеющегося брата, кончиками пальцев поглаживая край конверта с документами.
Джэха, словно одолеваемый сном, глубоко откинулся на спинку дивана.
— Наверное, я слишком нервничал… так быстро захмелел.
— К чему нервничать перед младшим братом?
То ли алкоголь ударил в голову, то ли подействовало снотворное, но он несколько раз подряд повторил имя брата, словно пробуя его на вкус. В этом голосе звучала отчаянная тоска, а вид расслабленного хёна пробудил в Джэхёке тёмные, обжигающие желания. «Ты ведь с самого начала хотел прикоснуться, хотел почувствовать. Твой взгляд кричал о том, как тебе любопытно. Ты даже не умеешь его прятать, так и смотрел на меня. А я притворялся, что не замечаю…» Джэхёк с силой сжал конверт, который всё это время гладил, и ответил на этот зов:
— Я привыкну к тебе, Ли Джэхёк… привыкну.
Услышав этот ответ, прозвучавший как позволение, Джэха провалился в сон. Джэхёк долго смотрел на него. Затем он поставил бокал, подошёл к брату и, осторожно поддерживая за затылок, уложил его поудобнее. Ощущение кожи под пальцами. Тонкий аромат, который он уловил, оказавшись так близко. Всё это поражало воображение.
Уложив Джэха, Джэхёк присел на край стола. Он взял неподвижную руку брата. Размер ладони, форма ногтей, длина пальцев — всё в точности как у него. Вот только кожа была мягкой и… приятной на ощупь. Сразу видно, что эти руки никогда не знали тяжёлой работы.
Он скользнул взглядом выше, почти касаясь предплечья и плеча. Джэха был немного мельче его. Это и неудивительно. Оружие, с которым работал Джэхёк, было тяжёлым и обладало сильной отдачей, так что мышцы нарастали сами собой. Джэхёк поднял руку выше и коснулся уха. В отличие от его собственного, проколотого, здесь не было ни единого шрама. Мягкая, податливая мочка.
Джэхёк поправил волосы Джэха, убрав их с лица. Открылся белый лоб. Кожа была тёплой — видимо, от вина. Когда Джэхёк приложил к нему свою холодную ладонь, Джэха бессознательно, словно ему было приятно, слабо потёрся о неё головой. Джэхёк легонько щёлкнул его по щеке и поднялся. Нельзя упускать шанс, ради которого он подсыпал снотворное. Он поднял телефон Джэха, лежавший на краю дивана.
До смешного глупо: телефон не смог отличить Джэха от Джэхёка и разблокировался. Джэхёк планировал подключить свой модифицированный аппарат и взломать систему, но теперь в этом не было нужды. Он быстро установил на телефон брата программу-шпион.
Теперь каждое действие Джэха в телефоне будет как на ладони.
Джэхёк бегло просмотрел содержимое: контакты, сообщения, мессенджеры, установленные приложения, историю поиска. Всё было таким же безупречно чистым, как и внешность, как и характер владельца. Вдруг в списке контактов он наткнулся на запись.
Это был номер телефона Джэхёка.