Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Экстра «Поцелуй меня, детка» (Пролог)
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграм https://t.me/wsllover
— ...таким образом, оформление сделки по покупке яхты будет завершено к двенадцатому числу...
Кит стоял по другую сторону массивного стола, пропуская монотонный голос секретаря мимо ушей. Сейчас он чувствовал себя моряком, который затыкает уши, лишь бы не слышать дурманящего зова сирены.
Секретарь, проработавший в компании уже год, действовал ему на нервы с самого первого собеседования.
«И это, по-твоему, мужчина?» — в который раз спрашивал Кит у самого себя.
Если присмотреться, отличия от женщины были очевидны. Конечно, встречались парни, чей пол с первого взгляда определить трудно, но Ёну, по сравнению с ними, всё же обладал мужскими чертами. Поэтому Киту приходилось признать, что это навязчивое восприятие — не более чем иллюзия, рожденная его собственным желанием.
Но, несмотря на доводы рассудка, каждый раз при взгляде на него внутри вскипало глухое раздражение. А учитывая, что Ёну был омегой и время от времени невольно источал сладковатый аромат феромонов, у Кита возникал едва сдерживаемый порыв схватить его за шкирку. И лишь ледяной голос рассудка в последний момент останавливал его, предупреждал — стоит потерять контроль и хотя бы раз поцеловать эти губы и всё полетит к чертям.
Проблема заключалась в том, что этот несносный секретарь постоянно его провоцировал. И Киту это категорически не нравилось.
Взгляните на него сейчас — стоит уже больше десяти минут, бледный как полотно, и сверлит его своим скорбным покорным взглядом. Из-за этой болезненной бледности его губы казались неестественно яркими, словно налитыми кровью.
Это было плохо. Действительно очень плохо.
«Если он выйдет на улицу в таком состоянии, любой прохожий просто набросится на него и затащит в подворотню», — мрачно подумал Кит, чувствуя, как внутри сжимается тугой узел.
Он прекрасно знал, что Ёну ушел с работы вчера далеко за полночь. А сегодня явился в офис на два часа раньше положенного. С момента трудоустройства Ёну почти никогда не уходил вовремя. Он работал по выходным и воспринимал ночные смены как само собой разумеющееся. В таком режиме прошел уже год, так что его мертвенно-бледный вид был вполне закономерным итогом.
Казалось бы, пора уже привыкнуть и набить руку, но Ёну по-прежнему тонул в делах. Причина была до банальности проста — в секретариате катастрофически не хватало людей. Последний нанятый помощник не продержался и месяца — сбежал, сверкая пятками. Чтобы удержать очередного новичка от побега, Ёну взвалил на себя и его обязанности, выполняя двойную, а то и тройную норму.
Именно поэтому он сейчас выглядел так, словно вот-вот упадет в обморок. Разумеется, Кит не собирался и дальше смотреть на это сквозь пальцы.
«Я ведь давал ему шанс...» — мысленно усмехнулся он. — «Если бы Ёну тогда не достал те чертовы часы...»
«Если бы не это, у меня бы сейчас вообще не осталось ни одного секретаря».
Придя к этому не самому приятному выводу, Кит вдруг осознал, что «песня сирены» смолкла. В кабинете повисла тишина. Ёну закончил доклад и молча стоял, ожидая реакции босса.
Киту пришлось с усилием прокрутить в голове пропущенные фразы, восстанавливая смысл сказанного. Всё это время Ёну не шелохнулся, застыв, как изваяние.
Закончив мысленный анализ, Кит открыл рот, чтобы ответить. Ёну тут же привычно потянулся к блокноту, чтобы всё записать.
В этот момент это и случилось.
Внезапное ощущение чего-то горячего и влажного. Ёну рефлекторно запрокинул голову, и в ту же секунду уловил резкое движение — Кит стремительно поднялся со своего места.
Голос Кита прозвучал холодно и отрывисто.
Подчинившись приказу, Ёну опустил голову, и тут же почувствовал, как чужие пальцы, сжимающие бумажные салфетки, крепко зажали ему нос. С прошлого кровотечения прошел всего месяц, и вот опять... Ёну сгорал от стыда. Какое жалкое зрелище.
— Извините, сейчас всё прой...
Он попытался торопливо извиниться, но из-за зажатого носа голос прозвучал гнусаво и смешно, так что он тут же умолк, не желая позориться еще больше.
— Кровь не глотай, — бросил Кит.
Его пальцы были твердыми и горячими. Ёну попытался поднять руку, чтобы зажать нос самостоятельно и избавить начальника от этой неприятной процедуры, но Кит даже не подумал убрать руку. Он держал крепко, фиксируя голову секретаря.
В итоге рука Ёну, бессмысленно дернувшись в воздухе, так и не нашла себе места. Смутившись окончательно, он неловко опустил её вдоль тела, чувствуя, как жар от близости альфы заливает щеки сильнее, чем сама кровь.
Повисла неловкая тишина. Кит, продолжая одной рукой зажимать нос Ёну, второй медленно накрыл его затылок и начал разминать напряженные мышцы шеи.
От этого внезапного прикосновения Ёну вздрогнул и широко распахнул глаза. Ситуация была настолько немыслимой, что он почувствовал, как лицо заливает жаром.
«Если так пойдет и дальше, кровь хлынет еще сильнее», — с тревогой подумал он, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
— Да? — рефлекторно отозвался он, повинуясь властному тону, и попытался поднять голову.
Взгляды встретились. Ёну растерянно моргнул, глядя на нависшего над ним альфу, и Кит вдруг нахмурился, словно ему что-то не понравилось.
Пальцы, массировавшие шею, замерли. Они просто лежали на коже, тяжелые и горячие, но ощущения изменились. Казалось, место прикосновения горит огнем. Пульс сорвался с цепи, бешено стуча в висках.
Ёну внутренне сжался, молясь про себя: «Только бы он подумал, что я красный из-за кровотечения, а не из-за...»
Пауза затянулась, но вскоре Кит прервал молчание.
— На меня как-то подавали в суд.
Ответ вылетел мгновенно, и губы Кита искривились в ухмылке. Увидев этот откровенно холодный цинизм, Ёну похолодел.
«Я опять сказал что-то не то?»
Пока он терзался сомнениями, Кит продолжил, намеренно растягивая слова:
— Если кто-то увидит тебя сейчас, то решит, что я снова загонял секретаря до полусмерти. Или ты тоже готовишь иск и просто выжидаешь момент?
Ёну, растерявшись от такого несправедливого обвинения, поспешил возразить:
— Тогда какого черта? Зачем так убиваться на работе?
Кит явно намекал на то, что это уже второй случай на его памяти. А может, он замечал переработки Ёну гораздо чаще, чем показывал. Поняв, что босс всерьез подозревает его в каком-то умысле, Ёну торопливо проговорил:
— Большинство людей работают, чтобы просто выжить.
«Хотя этому человеку не понять. Он бы жил припеваючи, даже если бы пальцем о палец не ударил», — с горечью подумал Ёну, но вслух, разумеется, ничего не сказал.
Кит, всё ещё подозрительно прищурившись, уточнил:
— ...Значит, судиться со мной ты не планируешь?
Стоило прозвучать твердому ответу, как Кит замолчал. Его лицо вновь стало непроницаемым. Ёну гадал, что творится в голове у этого человека, но Кит вдруг отстранился, словно ничего и не было. Сначала исчезла тяжесть горячей ладони с затылка, а следом обрел свободу и нос.
Ёну постарался проигнорировать внезапное чувство пустоты там, где только что были горячие пальцы, и поспешно коснулся носа. К счастью, кровь действительно остановилась.
— Ёну, — снова окликнул Кит, когда он, поспешно поклонившись, уже собирался выскользнуть за дверь.
Пришлось неохотно обернуться. Кит, уже не глядя на него, равнодушно бросил:
— Сегодня вечером мне нужно сбросить напряжение и выпустить феромоны. Вызови её в отель.
Уточнять, кого именно, не было нужды. Ёну поспешил покинуть кабинет, чувствуя, как внутри всё сжимается. Теперь ему предстояло позвонить женщине, с которой развлекался его босс, и сообщить ей время и место встречи. Очередная механическая задача, режущая по живому.
Оставшись один, Кит уставился на закрытую дверь и достал сигарету. Щелкнула зажигалка.
— Хуу... — выдохнув густой клуб сизого дыма, он нахмурился, чувствуя неприятный осадок.
«Надо велеть ему подыскать новую», — мрачно подумал он.
Должно быть, всё дело в том, что нынешняя партнерша ему просто наскучила. Иначе как объяснить эту нелепую реакцию? Пусть Ёну и попадает в его типаж лицом и фигурой, но чтобы его, доминантного альфу, возбудил мужчина? Бред. Это просто невозможно.
Где-то в глубине души Кит знал, что единственный мужчина, способный вызвать в нем такой трепет — это Ёну. Но он упорно гнал эти мысли прочь, предпочитая игнорировать очевидное. С того самого дня, как этот секретарь достал те чертовы часы, он постоянно действовал Киту на нервы, расшатывая его выдержку.
«Если он еще раз устроит передо мной кровавую сцену — уволю к чертям», — дал себе мысленное обещание Кит.
Но выполнить угрозу ему не довелось. Больше такого не случалось. Штат секретариата постепенно расширился, и Ёну начал уходить с работы вовремя, как все нормальные люди. С того дня поводов для придирок у Кита попросту не осталось.
С тех пор многое изменилось. Кит и Ёну поженились, и у них родился сын, Спенсер. Жизнь вошла в мирное русло. И вот, в один из дней, когда Ёну уже вернулся к делам и начал появляться в офисе мужа пару-тройку раз в неделю...