Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Глава 31.2
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Раздался резкий звук, что-то с грохотом упало на пол.
Кажется, Кит снова не смог сдержать свой гнев и бушевал в кабинете. Впрочем, его можно было понять. Его жизнь оказалась в заложниках у неизвестного, а прошло уже больше двух месяцев без единой зацепки, не говоря уже о личности преступника.
Спустя мгновение из кабинета вышел Уиттакер с совершенно убитым видом.
— Похоже, скоро я останусь без работы, — вздохнув, сказал он и покинул приемную.
В наступившей тишине я разобрал документы и вошел внутрь.
Кабинет был полностью разгромлен. Казалось, Кит швырял все, что попадалось под руку — ни один предмет не остался на своем месте. Даже тяжелое кожаное кресло, в котором он всегда сидел, было перевернуто и отброшено в угол. Надо же было так разозлиться, чтобы швырнуть его.
Хотя, вспоминая рельефные мышцы, я понимал, что для него это не составило бы труда. Он мог с легкостью подхватить меня на руки и взбежать по высокой лестнице, перешагивая через две ступеньки. И при этом даже не запыхаться. Дыхание Кита становилось тяжелым и прерывистым лишь в одном случае — когда он был возбужден во время секса.
Я до сих пор не понимал, зачем он тогда так поступил. Если бы Кит всерьез захотел применить силу, ему не понадобились бы феромоны. Он мог бы с легкостью одолеть меня одной лишь физической силой. Так зачем он обрушил на меня всю мощь своего запаха?
А может, он просто счел меня ничтожеством, потому что я омега. В любом случае, результат был один. Я мельком взглянул на перевернутое кожаное кресло и перевел взгляд на него. Кит провел рукой по растрепанным волосам и зажал в зубах сигарету. Я молча смотрел, как он щелкает зажигалкой. Лишь после того, как он глубоко затянулся и медленно выдохнул дым, я заговорил:
— Если вы собираетесь сменить команду охраны, пожалуйста, предупредите заранее. Сформировать отряд из гамм — задача не из легких.
— Я знаю. Не собираюсь я никого менять, — процедил Кит сквозь зубы.
Похоже, Уиттакер пока не лишится работы. Почувствовав, что груз на совести стал чуточку легче, я положил принесенные бумаги на стол.
— Это документы по поводу вечеринки на выходных. Проверьте отмеченные пункты. Если будут дополнения, сообщите мне сегодня. Как поступим с вашим партнером? Мне составить список кандидатов или вы выберете сами?
Кит смотрел на меня, медленно втягивая сигаретный дым. Алый огонек на кончике разгорелся и тут же погас. Он выдохнул облако дыма и сказал:
Я поклонился и уже собирался уходить, когда Кит внезапно остановил меня.
Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он, нахмурившись, отдал следующий приказ:
На мгновение я замер. Но Кит не шутил. Помедлив секунду, я шагнул вперед. С каждым шагом сердце тревожно колотилось в груди. Кит неотрывно следил за мной сощуренными глазами.
Я остановился в паре шагов от него. Кит, до этого не проронивший ни слова, вдруг протянул руку. В тот миг, когда его длинные пальцы коснулись моей щеки, я вздрогнул и напрягся. Он тут же замер. Я затаил дыхание, пытаясь угадать, что будет дальше, но смотрел он не на мое лицо. Его странный, смещенный в сторону взгляд вызвал у меня недоумение. Но вскоре я все понял. Кит смотрел на мое ухо. Обычное ухо без всяких меток, не такое, как у него.
Внезапно Кит наклонил голову. Прежде, чем я успел увернуться, он уткнулся носом мне в шею. От неожиданности я замер и перестал дышать.
Сердце забилось как сумасшедшее. Я стоял, окаменев, не в силах даже вздохнуть. Прямо у уха я услышал глубокий вдох. Медленный выдох. Горячее дыхание обожгло и пощекотало кожу. Он замер на мгновение, а затем снова принялся втягивать мой запах, постепенно перемещаясь от шеи к ключице и мочке уха. Я не мог сдвинуться с места.
— Ха-а-а… — наконец Кит вздохнул.
Когда он поднял голову, на его лице, как ни странно, отразилось разочарование. В глубине души я почувствовал облегчение.
— Что-то не так? — притворившись, будто ничего не понял, смело спросил я.
Кит мгновение смотрел на меня сверху вниз.
— Нет, — сказал он и тихо добавил: — Ничего.
Он снова замолчал. На его лице отразилась сложная гамма чувств, словно он о чем-то напряженно размышлял. Вдруг он нахмурился.
— Ты все еще принимаешь лекарства?
В этот миг я невольно сглотнул. Неужели он догадался? Я дал ему повод для подозрений? Какое у меня сейчас выражение лица?
За те несколько секунд, что тянулась тишина, в голове пронесся ураган мыслей. Но по лицу Кита нельзя было ничего прочесть. Стараясь выглядеть как можно безразличнее, я ответил по-деловому:
— Нет. Вы все равно не чувствуете мой запах, так что в этом нет необходимости.
Морщинка между его бровей стала глубже. Неужели он понял, что я лгу? Или начал подозревать? Сердце замерло в ожидании следующих слов.
Мы молча смотрели друг на друга. Наши взгляды были цепкими, изучающими, но никто не решался нарушить тишину. Казалось, заговори я первым, и мое сердце тут же разорвется на куски. Я стоял, затаив дыхание, и терпел это удушающее напряжение.
Услышав эти слова, я чуть не рухнул на пол. С трудом изобразив невозмутимость, я поклонился и вышел из кабинета. Стоило огромных усилий дойти до своего стола. Я тяжело дышал, хватая ртом воздух, пока не дошел до стула и не рухнул на него. Тут же нахлынуло головокружение, и я упал грудью на стол. Я закрыл глаза, но комната продолжала вращаться.
Возможно, из-за постоянного приема лекарств начались побочные эффекты. Но если бы я их не пил, меня бы тут же раскрыли. Кит мог и не поверить в мою ложь. И если так…
Что, если он уже подозревает меня?
Я стиснул и разжал вспотевшие ладони.
Нужно найти способ уволиться так, чтобы это выглядело естественно. И сделать это нужно до того, как он что-то поймет.
— Да, цветы оставьте на этом месте. Ах, чуть правее. Да, отлично.
Я метался среди снующей туда-сюда прислуги, отдавая распоряжения. Нужно было закончить все до прибытия гостей. Мы с приглашенным организатором вечеринок все тщательно продумали, чтобы избежать любых ошибок, но, сколько ни проверяй, непредвиденные ситуации случаются всегда. Я с тревогой гадал, что же пойдет не так на этот раз, и переключился на проверку меню.
Вечеринка устраивалась в честь скорого начала съемок нового фильма. Мы уже не раз проводили подобные мероприятия, но это было особенным — его должен был посетить Чейз Миллер. Он был не только самым кассовым актером современности, но и доминантным альфой. Нам нужно было не просто провести все на высшем уровне, но и уделить ему особое внимание.
Чейз Миллер, который до этого долго морочил нам голову, споря о роли, после «теракта» с Китом внезапно изменил свое решение и с готовностью подписал контракт. Меня поразила такая резкая перемена. Словно он только этого и ждал. С другой стороны, Кит мог быть прав, и тот просто вредничал. В любом случае, было очевидно, что он — гость не из простых.
Помимо людей, непосредственно связанных с фильмом, было приглашено множество знаменитостей. Поэтому мы наняли дополнительную охрану и с особой тщательностью подошли к выбору еды и напитков. Партнерша для Кита на этот вечер также была уже выбрана и обо всем проинформирована.
Ею стала восходящая модель, которая, как и большинство предыдущих партнерш, была бетой. Она уже успела засветиться в нескольких местах, и я был уверен, что после этой вечеринки ее популярность взлетит до небес, и она станет топ-моделью в своей сфере. Она, видимо, тоже на это рассчитывала.
— Я слышала, у господина Питмана появилась метка. Ему все еще нужна партнерша? — спросила она с блестящими глазами.
Новость о метке мгновенно разлетелась по всей стране. Мы спешно пытались заблокировать публикации и заставить издания удалить статьи, но слухи уже расползлись по своим каналам. К тому же, Кит не мог вечно прятать свое ухо на публичных мероприятиях. В итоге всех волновал лишь один вопрос.
«Кто же та смелая омега, что оставила метку на этом высокомерном доминантном альфе?»
Разумеется, никто и представить не мог, что это я. Даже Уиттакер, который видел меня каждый день.
— Это так затруднительно, — жаловался он мне, даже не подозревая, что говорит с тем самым виновником. Я и сам не знал, радоваться или огорчаться тому, что для окружающих я был настолько бесцветным существом.
Да и кто бы мог поверить в то, что Кит пешком пришел ко мне домой, занялся со мной сексом и так же пешком ушел обратно? Даже я сам порой сомневался, не было ли все это сном. Почему именно я? Зачем он, будучи без сознания, проделал весь этот путь, чтобы обнять меня и уйти?
Версия о том, что на потерявшего сознание Кита напала какая-то омега с дурными наклонностями, оставила метку и сбежала, звучала куда убедительнее. Я и сам иногда думал, что, может, все так и было.
Лишь метка на ухе Кита напоминала о том, что это была реальность. Каждый раз, глядя на нее, я снова это осознавал. И вспоминал сладкий цветочный аромат, что наполнял мой рот.
Этот высокомерный мужчина — мой.
Я чувствовал тайное наслаждение и одновременно горькую пустоту.
Подумать только, вот она — моя единственная тайна, о которой не знает никто в мире.
Вдруг зазвонил мой мобильный. Я поспешно посмотрел на номер.
— Машины начинают прибывать, — сказал он. — Думаю, пора готовиться.
Я закончил разговор и окинул взглядом помещение. Снаружи доносился непрекращающийся гул голосов. Собрались репортеры и зеваки, жаждущие новостей или просто зрелищ. Кит должен был скоро прибыть вместе со своей партнершей на сегодняшний вечер. Я дождался Чарльза, вернувшегося с кухни, и сказал ему:
— Я пойду встречать гостей. Прошу вас проконтролировать все остальное.
Для Чарльза вечеринка такого масштаба была сущим пустяком. Я улыбнулся его деловому ответу и уже собирался уходить, когда он вдруг окликнул меня:
— Ёну, с вами все в порядке? Вы похудели еще сильнее с нашей последней встречи.
— Что, простите? — растерянно переспросил я.
— Не перенапрягайтесь, — продолжил он. — Как только основная суета уляжется, можете ехать домой. С остальным я справлюсь… Боже мой, да вы вообще едите? У вас совсем нет кровинки в лице.
Если уж Чарльз, обычно такой сдержанный, позволил себе подобные слова, выглядел я и впрямь ужасно. Я в панике коснулся своего лица.
— В последнее время я плохо сплю… Все в порядке. Спасибо за беспокойство.
Я поспешно закончил разговор и отвернулся. Снова тошнило, и голова шла кругом. Симптомы стали хроническими, и я почти перестал обращать на них внимание. Но слова Чарльза заставили забеспокоиться.
…Может, мне и правда стоит сходить в больницу?
Причина могла быть лишь одна. Я подумал о блокаторах и тут же поспешно замотал головой. С другой стороны ко мне приближалось знакомое лицо. Я натянул профессиональную улыбку и пошел ему навстречу.
— Господин режиссер, добро пожаловать. Как поживали?
— Ёну! Давненько не виделись. Ох, что-то у вас вид измученный! Скажите господину Питману, чтобы перестал вас так гонять.
Бросив легкий упрек в адрес Кита, он коротко пожал мне руку, представил свою спутницу и прошел в зал. Вслед за ним один за другим начали прибывать гости. Я приветствовал каждого, быстро сверяясь в уме со списком приглашенных. Некоторые из них, обеспокоенные моим бледным видом, предлагали познакомить с хорошим врачом или достать чудодейственное лекарство. Разумеется, я лишь вежливо отшучивался.
Все шло гладко. Я старался не расслабляться, внимательно следя за всем, что происходило в зале. Чарльз был полностью поглощен приемом гостей. Время от времени он замечал, что кому-то что-то нужно, или чувствовал назревающий конфликт и тут же подходил, чтобы решить проблему. Благодаря ему у меня было гораздо меньше дел. Главное — поддерживать эту атмосферу до приезда Кита.
И в тот миг, когда я об этом подумал, охватило странное предчувствие. Я инстинктивно обернулся и тут же понял его причину. Восторженные возгласы толпы стали в несколько раз громче. Прибыл Чейз Миллер. Я поспешил к нему навстречу, но, увидев его вблизи, застыл на месте.
Он перекрасил свои роскошные светлые волосы в черный. Вероятно, это было нужно для роли, но из-за этого его и без того несносный характер, казалось, стал еще заметнее. Может дело было в черных волосах, но Чейзу Миллеру на удивление шло избитое клише «дьявольски красив». Тем более что и роль, которую он играл, была близка к злодейской. Если бы он еще и надел повязку на глаз, как того требовал образ, это была бы настоящая катастрофа.
Он был поистине красивым мужчиной. На его необычайно белой коже не было ни единого изъяна. С миловидным лицом, которое не уступало в красоте лицам актрис, и по-мальчишески очаровательной улыбкой, он, тем не менее, превращался в настоящего зверя, когда злился. За это в народе его открыто прозвали «Бешеный пес».
Но никто не мог отрицать, что, когда Чейз Миллер просто стоял и дышал, он был прекрасен, словно видение.
К тому же, он был неплохим актером. До сих пор было стыдно вспоминать, как я смотрел фильм с ним в главной роли и не мог сдержать слез. Тогда пришлось досидеть до конца сеанса и выйти из зала с красным лицом, лишь когда все разошлись. Я и сейчас иногда пересматривал этот фильм. Разумеется дома в одиночестве, потому что от финальной сцены до сих пор щипало в глазах.
Вспомнились недавние новости, как фанаты Чейза Миллера устроили давку у телестанции, где он появлялся, и это едва не привело к трагедии. В этот момент он вдруг провел рукой по волосам. Окрашенные в черный цвет пряди мягко скользнули между длинными пальцами и снова легли на место. На показавшемся запястии холодно блеснули часы известной марки.
Я узнал эти часы. Та же марка, что и у тех, которые мне подарил Кит. Точно, я же где-то слышал, что Чейзу Миллеру нравится этот бренд…
Я стоял, погруженный в бесполезные мысли, когда в воздухе вдруг появился другой запах. Он вырвал меня из задумчивости, и я поспешно обернулся.
— Господин Питман, — поприветствовал я, только сейчас осознав, что он приехал.
Но выражение лица у Кита было не из лучших. Он раздраженно сверлил меня взглядом.
Я удивленно моргнул. Он продолжал молча смотреть на меня сверху вниз, нахмурив брови. Лишь потом я заметил его спутницу, висевшую у него на руке, и поздоровался с ней. Разумеется, это был еще и предлог, чтобы уклониться от его взгляда.
— Добро пожаловать. Вы сегодня как всегда прекрасны.
Не успел я договорить, как Кит хмыкнул будто в насмешку.Вспомнилось, как однажды он уже издевался надо мной за то, что я всегда говорю одно и то же. Но ни тогда, ни сейчас не было ни малейшего желания менять заученную фразу. Вместо этого я улыбнулся его спутнице и продолжил уже деловым тоном:
— Большинство гостей уже прибыли. Скоро вам нужно будет произнести приветственную речь. Мне подготовить все необходимое?
Я мельком взглянул на свои часы — время уже подходило. Но Кит был на удивление молчалив. Его цепкий неотрывный взгляд заставлял меня нервничать.
От этой мысли дико заколотилось сердце, ведь мне было что скрывать. В такие моменты нужно вести себя смело, но это было нелегко. Лучше промолчать, чем неосторожным словом выдать себя. Я сделал вид, что ничего не замечаю, и еще раз посмотрел на часы, безмолвно поторапливая его. Лишь когда я снова поднял на него взгляд, он наконец заговорил:
— Будет сделано, — тут же ответил я, бросил деловую улыбку его партнерше и развернулся. Спиной чувствовал, что Кит продолжает смотреть мне вслед.
Все в порядке, этот мужчина ничего не знает. Я точно выпил лекарство, а если бы от меня пахло феромонами, он бы так просто меня не отпустил, верно? Он ничего не знает. Так что все в порядке.
Настоящая проблема — это головокружение.
Я невольно нахмурился. Снова заболел живот. Нужно было бросить принимать блокаторы, но я не мог этого сделать. Нужно было продержаться хотя бы до тех пор, пока я не уволюсь и не уеду отсюда.
Кит никогда не найдет виновника.
Я ощутил горько-сладкое удовольствие, но того чувства триумфа, что было вначале, уже не было и в помине. Осталась лишь усталость и желание, чтобы все это поскорее закончилось.
Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Находиться в толпе всегда утомительно, но готовить вечеринку и следить за всем до самого конца — тем более. К счастью, Чарльз был рядом и взял на себя большую часть забот, но из-за моего недавнего недомогания усталость чувствовалась вдвойне.
Обычно вечеринками в особняке полностью занимался Чарльз, но эта была приурочена к началу съемок фильма, поэтому я не мог остаться в стороне. Любая проблема на вечеринке могла отразиться на фильме. К счастью, пока все шло гладко.
Страшно кружилась голова. Я прислонился к стене, закрыл глаза и попытался отдышаться. Одышка, скорее всего, была вызвана головокружением.
В последнее время голова кружилась все сильнее, а желудок отказывался принимать пищу. Похоже, от блокаторов и правда могут быть серьезные побочные ээфекты…
Внезапно к горлу подступила рвота. Я поспешно зажал рот рукой и бросился прочь. Времени искать туалет не было. Я в панике выбежал в сад.
С трудом добравшись до тенистого уголка сада, скрытого за густыми деревьями, я наконец позволил себе согнуться в приступе тошноты. Но наружу ожидаемо вырвалась лишь горькая желчь.
— Ха-а… — тяжело выдохнув, я рухнул на землю. Головокружение было невыносимым. Все плыло перед глазами, ноги ослабли — казалось, я вот-вот потеряю сознание.
Надо сказать Чарльзу… чтобы он… убрал…
Мысли постоянно обрывались. Из-за сбитого дыхания голова отказывалась работать. Прежде всего нужно было справиться с головокружением. Я заставил себя затаить дыхание, стараясь свести движения к минимуму. Постепенно напряжение спало, и звон в ушах утих.
Нужно еще немного отдохнуть и возвращаться. Когда вечеринка будет в самом разгаре, спрошу, можно ли мне уйти…
Мысли стали путаться, сознание медленно уплывало. Показалось, что издалека доносятся крики. Яркий солнечный свет, Кит, улыбающийся верхом на лошади.
От неожиданного голоса я вздрогнул. Сознание резко вернулось, но чтобы открыть глаза, потребовалось время. Мужчина, похоже, не собирался ждать. Он взял меня за плечо и коротко встряхнул, словно проверяя, в сознании ли я. Пришлось с усилием разлепить веки.
Кое-как подняв голову, я увидел склонившегося надо мной красивого мужчину со светлыми волоами.
— Вам плохо? Вызвать 911? — с тревогой спросил он.
Я лишь моргнул. Видимо, решив, что мое состояние оставляет желать лучшего, он не отходил.
— …Нет… все в поряд… ке, — с трудом выговорил я.
Мужчина свел свои красивые брови. Что-то мне сегодня мне везло на красивых мужчин.
— Сможете встать? — любезно спросил он.
Я коротко кивнул, но сдвинуться с места не мог. Просто сидел, бессмысленно прислонившись к дереву. Мужчина посмотрел на меня, о чем-то задумался, а затем вдруг протянул руку. Я решил, что он хочет помочь мне подняться, но ошибся. Он резко подхватил меня под мышки и одним движением поставил на ноги.
— Ч-что вы делаете?! — запоздало вскрикнул я от удивления.
Он оказался ожидаемо высоким. Запаха от него не исходило — похоже, он был бетой. Но найти бету с такой внешностью было непросто. От этого стало как-то не по себе. И только тогда я заметил наушник в его ухе.
— А, это по работе, — заметив мой взгляд, с улыбкой сказал он. — Я телохранитель. Мой клиент присутствует на этой вечеринке, так что я здесь с ним. А сейчас у меня что-то вроде перерыва.
Наушник, полностью закрывавший ушную раковину, даже на вид казался высокотехнологичным. Наверняка с таким можно было принимать сигнал даже со значительного расстояния. Когда я осознал, кем является этот мужчина, стало немного спокойнее.
— …Спасибо, теперь все в порядке, — с трудом выговорил я.
Во рту постоянно пересыхало, и говорить было трудно. Он молча смотрел на меня сверху вниз, а затем что-то протянул.
— Будете? А, это новая бутылка, не беспокойтесь.
Это была пластиковая бутылка с водой. В любой другой ситуации я бы отказался, но сейчас не хватало сил даже на то, чтобы здраво рассуждать. Я безвольно принял ее, но даже не подумал о том, чтобы открыть крышку. Заметив мое состояние, он забрал бутылку обратно. Раздался тихий щелчок — он с легкостью открутил крышку и снова протянул бутылку мне.
Я приложил бутылку к губам и осторожно начал пить. Холодная вода показалась вкуснее всего на свете. Жадно глотая, я залпом выпил больше половины.
Когда стало лучше, я понял, он все еще стоял и смотрел на меня.
Я был заворожен. Высокий рост, стройное, но крепкое тело — он идеально подходил для работы телохранителем. Возможно, помехой могла стать лишь его чрезмерно красивая внешность. Такое лицо любой запомнит навсегда. Дружелюбная улыбка напоминала об идеальных, привлекательных и добродушных спортсменах со обложек журналов.
Надо же, оказывается, внешность может вот так полностью обезоружить человека.
Я впервые осознал это в полной мере. С Китом все было иначе. Он чаще всего был бесстрастен, и из-за холодного вида к нему было трудно подойти, несмотря на всю его красоту. Поэтому, видя его редкую улыбку, я не мог отвести взгляда.
…Вот почему я влюбился в него еще сильнее.
От нахлынувших воспоминаний я горько усмехнулся, и мужчина удивленно склонил голову набок. Я поспешно замахал руками.
— Ничего. Просто задумался… Скажите, вы уже ели? Может, мне попросить, чтобы для вас приготовили что-нибудь перекусить?
— О, правда можно? Мы как раз подумывали, что пора бы подкрепиться, и осматривались по сторонам. Вот меня и отправили на разведку.
Вполне естественно, что за знаменитостями всегда следовала охрана, поэтому на таких мероприятиях мы всегда готовили сэндвичи и легкие закуски для тех, кто не мог покинуть свой пост. Я кивнул и сказал:
— Думаю, уже все готово. Я попрошу, чтобы поторопились. Из напитков принести воду?
— У нас есть один любитель газировки, так что лучше всего понемногу. — На его красивом лице появилась кривая усмешка. — У него довольно суровый нрав, и если не дать ему газировки, он просто взорвется. Ох, с ним очень непросто.
Его тон был таким, будто он молил о спасении, и я невольно улыбнулся. И в этот самый момент…
От внезапно раздавшегося ледяного голоса я вздрогнул и резко обернулся. В нескольких шагах от нас стоял высокий, до боли знакомый мужчина.
Я растерянно моргнул. Он смотрел на меня и на телохранителя страшным прожигающим взглядом.