Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) 69 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Ещё к концу ужина Дейн почувствовал, что сдаёт. Тело налилось свинцовой тяжестью, накатила странная усталость, а кожу начало неприятно покалывать, словно поднимался жар. В голове билась только одна навязчивая мысль: добраться бы до кровати и провалиться в сон.
«Это всё из-за постоянного напряжения», — решил он, мысленно возлагая вину на Грейсона Миллера. — «Если бы этот ублюдок не творил всякую дичь, я бы был в порядке».
Прокрутив эту мысль в сотый раз, он коротко, тяжело выдохнул. Возможно, это простуда. Заболеть в такой ситуации — худший расклад из возможных. Тот тип, может, и невосприимчив к вирусам, поэтому сидит с таким невозмутимым видом, а вот для Дейна всё может закончиться куда плачевнее.
«Надо отдохнуть и набраться сил», — скомандовал он сам себе.
Эшли Миллер тоже наверняка не болеет, но его партнёр — другое дело. Скорее всего, в доме припрятана аптечка с лекарствами на всякий случай. Но показывать свою слабость сейчас нельзя.
«Обыщу дом, когда Грейсон уснёт. Может, таблетки найдутся в кладовой».
Приняв решение, Дейн с усилием поднялся с места.
— Куда ты? — тут же поинтересовался Грейсон.
Дейн нахмурился и, смерив его холодным взглядом сверху вниз, бросил:
— Чем сидеть и слушать твой бред, я лучше пойду спать.
Он развернулся, чтобы уйти, но замер на полпути и снова посмотрел на Грейсона.
Грейсон расплылся в довольной ухмылке и пошёл вперёд, показывая дорогу.
В гардеробной, примыкающей к спальне Грейсона, одежды оказалось в избытке. Дейн окинул взглядом вешалки — явно старания Эшли Миллера — и быстро понял, что вещи разделены на две секции. Одна половина, вероятно, принадлежала самому Эшли, вторая — его партнёру. Убедившись с первого взгляда, что размер на одной стороне слишком мал, Дейн уже собирался повесить рубашку обратно, как вдруг его взгляд зацепился за нечто странное.
Он вытащил женскую форму, повертел в руках, разглядывая с обеих сторон, но любопытство быстро угасло, и он вернул вещь на место. Мельком он заметил бикини, верх которого едва прикрыл бы соски, и трусики из такого же крошечного лоскутка ткани, но предпочёл сделать вид, что ничего не видел. Знать, зачем всё это висит здесь, ему совершенно не хотелось.
Повернувшись к другой стороне гардеробной, он обнаружил вещи куда большего размера. Даже на вид было ясно: шили на заказ. Дейн предположил, что весь гардероб здесь подогнан под индивидуальные мерки владельцев.
Он взял одежду, явно предназначавшуюся для Эшли, и замер. Грейсону Миллеру она бы подошла идеально, но на Дейна, к его унижению, казалась великовата. Несмотря на свои широкие плечи, он понимал, что утонет в этом. Прикинув размер на глаз, он не стал примерять вещи при Грейсоне и просто забрал их с собой, прихватив заодно упаковку нового белья, которое ещё даже не распечатали.
— Не хочешь примерить? — спросил Грейсон ему в спину.
— Обойдусь, — буркнул Дейн и, не оборачиваясь, ушёл к себе.
Приняв душ в смежной ванной и переодевшись, Дейн с досадой обнаружил, что рубашка действительно велика. Он нахмурился, глядя на свое отражение. Обычно ему всё жало в плечах, но чтобы одежда висела мешком — такого он не припомнит.
«Насколько же огромные эти ублюдки?»
Вспомнив, что Эшли Миллер — хоккеист и MVP, он коротко выругался сквозь зубы и плашмя рухнул на кровать. Сон навалился мгновенно, словно только этого и ждал, и сознание Дейна камнем ушло в вязкую темноту.
Дейн проснулся от собственного рваного, хриплого дыхания. Осознание того, что эти жалкие звуки вырываются из его горла, пришло с запозданием. Он с трудом разлепил налитые свинцом веки.
Тяжелыми были не только они. Казалось, гравитация усилилась в сотни раз: тело вдавило в матрас так, что даже пошевелить пальцем стоило титанических усилий. Невидимая сила тянула его вниз, к самому ядру земли.
С губ сорвался болезненный стон. Стоило ему рывком приподняться, как мир перед глазами опасно накренился. Дейн стиснул зубы и зажмурился, пережидая приступ головокружения. Но пока он боролся с дурнотой, жар, зародившийся где-то глубоко внутри, лавиной разливался по венам, захватывая каждую клетку.
Во рту пересохло, словно он наглотался песка, а кожу начало нестерпимо покалывать, покрывая тело лихорадочным румянцем. Низ живота скрутило тягучей, пульсирующей болью, терпеть которую было почти невозможно.
В затуманенном мозгу мелькнула страшная догадка. Бред. Чушь собачья. Отчаянно пытаясь отрицать очевидное, он начал лихорадочно подсчитывать дни. Результат заставил его выругаться сквозь зубы.
Дейн вывалился из кровати и, шатаясь как пьяный, почти бегом бросился в коридор. Начались судорожные поиски.
«Таблетки... Где же таблетки?»
Партнёр Эшли Миллера — такой же, как Дейн. У него тоже бывают циклы, а значит, в этом доме просто обязаны быть подавители.
В голове всплыла зловещая мысль, от которой по спине пробежал холод.
«А зачем они им здесь? Если начнется течка, они будут только рады. Чем ещё заниматься вдвоем в такой глуши?»
Логика подсказывала: паре, приехавшей сюда для уединения, незачем избегать этого. Наоборот. Понимая это, Дейн всё же с отчаянием обреченного продолжал переворачивать дом вверх дном, выдвигая ящики и распахивая шкафчики.
Он умел контролировать свои феромоны, и подавители ему требовались лишь в одном случае — когда наступал полноценный цикл. Схема была отработана годами: ударная доза блокаторов вперемешку со снотворным. Он просто проваливался в сон, а просыпался, когда пик уже проходил, оставляя лишь легкое недомогание.
Нервы сдали. Дейн с силой выдернул пустой ящик и швырнул его в стену. Дерево с треском разлетелось в щепки, но легче от этого не стало. Грудная клетка ходуном ходила от тяжелого дыхания. Терпеть становилось невыносимо. Внутренности плавились, а зуд внутри становился таким навязчивым, что хотелось лезть на стену.
«Нужно что-то внутрь. Срочно».
Перед глазами всплыла коллекция игрушек, оставшаяся дома. Он никогда ими не пользовался, но всегда держал идеально чистыми — на всякий случай. Для таких вот экстренных ситуаций.
Но сейчас эти фантазии были бессмысленны. Здесь у Дейна не было ничего. Ни блокаторов, ни снотворного, ни фаллоимитаторов.
В приступе отчаяния он спустил штаны, пытаясь помочь себе пальцами. Но тщетно. Пальцы скользили у входа, дразня воспаленную плоть, но не давая того чувства наполненности, которого требовало тело. Это жалкое копошение лишь сильнее распаляло дикий голод.
— Сука, сука, сука! — заорал он, с силой пиная пол, словно хотел проломить его насквозь.
Он судорожно втянул воздух, собираясь выплеснуть очередную порцию проклятий, и вдруг замер.
Ноздри уловили тонкий, сладковатый аромат.
Тот самый запах феромонов, которым всегда фонил Грейсон.
Дейн застыл посреди разгромленной комнаты. Медленно, словно марионетка, он повернул голову. Его затуманенный взгляд уперся в плотно закрытую дверь спальни.
Он моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Мысли путались, плавились в жару, пока не осталась одна-единственная, кристально ясная в своей порочности.
«А ведь, по сути, разницы никакой...»
На этом мыслительный процесс Дейна оборвался окончательно.
Грейсон распахнул глаза, ошеломлённый тяжестью чужого тела и звуками грубого, рваного дыхания прямо над своим ухом. Воздух вокруг стал вязким и плотным — Грейсон слишком хорошо знал этот запах. Густой аромат феромонов не оставлял сомнений в том, что происходит.
Грейсон пробормотал это с нескрываемым возбуждением в голосе. Дейн не ответил. Он лишь смотрел на него сверху вниз мутным, расфокусированным взглядом. Но слова были и не нужны: багровый румянец на лице, остекленевшие глаза, загнанное дыхание и, главное, удушающая концентрация феромонов, пригвоздившая Грейсона к постели, — всё это кричало об одном.
Глаза Грейсона радостно заблестели. Осталась всего одна деталь: найти метку в виде бабочки. Нужно прямо сейчас проверить область таза...
На этой мысли он попытался приподняться, но вдруг замер.
«...Постойте. А почему он сверху?»
Пока Грейсон пытался осмыслить эту нелепую несостыковку, Дейн действовал. Резким движением он расстегнул ширинку. Стоило ему стянуть брюки вместе с бельем, как наружу вырвался эрегированный член, тут же задравший головку вверх.
Глаза Грейсона округлились. Это был впечатляющий экземпляр. Он впервые видел настолько эстетичный член: идеально прямой, без малейшего искривления, солидной толщины и выдающейся длины.
«С таким агрегатом и техника должна быть отменной».
Мелькнула мысль, что именно поэтому репутация Дейна оставалась безупречной, несмотря на частую смену партнеров. Но восхищение длилось недолго — его сменило смутное, тревожное предчувствие. Грейсон опустил взгляд ниже и похолодел: рука Дейна тянулась не к чему иному, как к его, Грейсона, пижамным штанам.
Дейн явно намеревался стянуть их вместе с трусами.
— С-стой, подожди! Ты что творишь?
Грейсон в панике вцепился в пояс штанов и закричал. Дейн поднял голову. Встретившись с его налитыми кровью глазами и тяжелым, звериным взглядом, Грейсон испуганно вздрогнул.
Дейн, тяжело дыша, наклонился ближе и прохрипел с жуткой, кривой ухмылкой:
— Красачик, не ломайся. Сиди смирно. Это быстро.
Грейсон даже не успел осознать смысл слов, как Дейн с силой рванул ткань на себя. Раздался резкий треск разрываемой материи. Пижама разлетелась надвое.
Лицо Грейсона стало белее мела.