Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) 67 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Дейн резко распахнул глаза, разбуженный непонятным, зловещим холодком. Он рефлекторно сел на постели, дико озираясь по сторонам, и замер, обратившись в слух. Но в комнате царила абсолютная тишина.
Визуально ничего не изменилось. И всё же липкое чувство тревоги, пробравшее до костей, не отпускало. Дейн потянулся к тумбочке и щелкнул выключателем лампы. Убедившись, что в комнате он один, он встал с кровати и медленно прошелся по периметру, словно зверь в клетке. Ощупал стены, заглянул за мебель, проверил каждый угол. Только закончив осмотр, он наконец выдохнул с облегчением.
Он уже собирался вернуться в постель, когда его взгляд зацепился за одну деталь. Окно. Оно было плотно задернуто тяжелыми шторами блэкаут. Несколько секунд Дейн сверлил их взглядом, чувствуя, как внутри снова нарастает беспокойство, а затем резким движением отдернул ткань.
Из горла вырвался изумленный, сдавленный звук. За стеклом не было ничего. Точнее, там была сплошная черная стена, наглухо перекрывающая обзор. На мгновение Дейн потерял дар речи.
Не теряя времени на раздумья, он сорвал штору, намотал плотную ткань на кулак и с силой ударил по стеклу. Звон осколков смешался с грязным ругательством — руку пронзила острая боль от отдачи и мелких порезов. Стараясь не наступать на осколки, Дейн потянулся наружу, в черноту. Пальцы коснулись чего-то холодного, твердого и шершавого.
Сомнений быть не могло. Это была скальная порода.
Ситуация категорически отказывалась укладываться в голове. Он стоял, нахмурившись и глядя на камень за окном, пока страшная догадка не пронзила сознание.
Дейн пулей вылетел из спальни в коридор. Вдоль стен горела тусклая дежурная подсветка, позволявшая различать предметы, но вокруг царил неестественный, густой мрак.
«Разве уже не должно было рассвести? Может, солнце еще не встало? Да, точно. Наверное, еще ночь…»
Он метался по дому, отчаянно пытаясь заглушить дурное предчувствие, искал хоть один просвет, хоть одну щель. Но в итоге замер посреди гостиной с совершенно ошарашенным лицом. Весь дом. Абсолютно весь. Вилла, которая еще вчера стояла на поверхности, теперь была замурована со всех сторон, словно провалилась в преисподнюю.
От абсурдности происходящего перехватывало дыхание, но объяснить этот безумный фокус мог только один человек. Ярость ударила в голову раскаленной волной, и Дейн заорал во все горло:
Дверь спальни с грохотом ударилась о стену. Дейн ворвался внутрь и застыл, не в силах сдержать нервный смешок.
Виновник этого кошмара, нагло игнорируя реальность, мирно спал в своей кровати. На его глазах красовалась шелковая маска для сна, и он выглядел так, словно у него нет в мире ни одной заботы.
Дейн не стал церемониться. Он решительно подошел к кровати, тяжелым шагом нарушая покой комнаты, и рывком сорвал маску с лица альфы.
В ответ на крик Дейна Грейсон издал недовольный стон и медленно зашевелился, всем своим видом показывая, как неохотно он возвращается в реальность.
«Да конечно. Спал он, как же».
Дейн слишком хорошо изучил этого ублюдка, чтобы купиться на дешевую игру. Скрипнув зубами, он ждал, когда тот соизволит встать. Но Грейсон не спешил. Он продолжал лежать с закрытыми глазами, изображая безмятежность, и вдруг пропел капризным голосом:
— Я проснусь, только если ты меня поцелуешь.
Вместо поцелуя Дейн отвесил ему звонкую пощечину.
Голова Грейсона мотнулась в сторону. Он распахнул глаза, ошарашенно моргая и прижимая ладонь к горящей щеке, но Дейн не дал ему опомниться. Грубо схватив альфу за грудки, он рывком вздернул его с кровати и поволок в гостиную.
Швырнув Грейсона на диван как мешок с картошкой, Дейн скрестил руки на груди и нависая над ним, прорычал сквозь зубы:
Грейсон, потирая припухшую щеку, демонстративно отвернулся. Каждая клеточка его тела кричала: «Я глубоко обижен». Но Дейна это совершенно не трогало. Куда больше его взбесила другая деталь, которую он заметил только сейчас: на этом взрослом, опасном мужике были пижамные штаны с милыми щеночками.
Впрочем, это же вилла. Наверняка здесь полно сменной одежды на любой вкус.
Отогнав посторонние мысли, Дейн снова набросился на него:
— Что, чёрт возьми, происходит? Что ты задумал?! Отвечай немедленно, или я тебе…!
Дейн замахнулся, готовый ударить снова, но рука застыла в воздухе.
«Эшли Миллер мог издеваться над сыном».
Конечно, скорее всего, это была очередная гнусная ложь Грейсона. Но зерно сомнения уже было посеяно. Несмотря на то, что Дейн уже несколько раз применил к нему силу и наорал, мысль о возможном насилии в прошлом парализовала его. Он просто не мог ударить снова.
Сломленный собственной совестью, Дейн опустил руку и устало опустился на диван напротив.
— Объясни мне, как это понимать, — произнес он, стараясь говорить спокойнее, хотя внутри всё клокотало.
Грейсон, всё еще чувствуя на себе испепеляющий взгляд, наконец соизволил ответить. Голос его звучал обиженно и вредно:
При виде этого самодовольного лица кулаки Дейна сжались сами собой. Грейсон скосил на него глаза и, не поворачивая головы, медленно, хищно улыбнулся.
— Я же говорил: Отец построил эту виллу специально для того, чтобы держать здесь Папочку взаперти.
Слово «взаперти» неприятно резануло слух.
— Хочешь сказать, ты запер меня? В этом же нет никакого смысла.
Дейн фыркнул, указывая на очевидную логическую дыру в его словах.
— Джош вот-вот будет здесь. Ты правда думаешь, что у тебя выгорит? Он был спецом по поисковым операциям. Думаешь, он не найдет это место?
От абсурдности ситуации у Дейна вырвался нервный смешок. Он ткнул пальцем в сторону Грейсона, продолжая:
— И ты, похоже, забыл одну деталь: чип в твоем теле транслирует твое местоположение. И при этом ты собрался держать меня взаперти? Здесь? Удачи с этим.
Дейн усмехнулся и откинулся на спинку дивана, демонстрируя уверенность. Грейсон в ответ лишь слегка улыбнулся — тонко, почти незаметно. И когда внутри Дейна шевельнулось смутное, нехорошее предчувствие, альфа лениво протянул:
Дейн замер, не сразу осознав смысл сказанного. Он продолжал сидеть, утопая в мягкой обивке, пока слова доходили до сознания.
Грейсон повторил это с той же пугающей легкостью, расплываясь в довольной улыбке. Только тогда Дейн медленно оторвался от спинки дивана, подаваясь вперед.
— Что ты несешь? Говори яснее, — процедил он сквозь зубы, чувствуя, как голос грубеет от напряжения.
Грейсон, напротив, оставался безмятежным:
— Я же говорил, папа построил эту виллу специально, чтобы держать папочку в неволе.
Дейна начинало тошнить от повторений. Видя его раздражение, Грейсон улыбнулся еще шире, словно наслаждаясь эффектом.
— А значит, никто не сможет нас обнаружить.
Дейн замолчал. Глядя в растерянные глаза пожарного, Грейсон пояснил тоном учителя, объясняющего прописные истины:
— Когда вилла уходит под землю, автоматически включаются глушилки. Никакая связь не работает. Так что отслеживать мой чип бесполезно — сигнал отсюда просто не проходит.
От услышанного у Дейна отвисла челюсть. В этом с виду обычном доме устроена такая система? Но зачем, черт возьми?
Зачем вообще кому-то запирать своего партнера в бункере?
Слова Грейсона не укладывались в голове, казались бредом сумасшедшего. Но сейчас было не до анализа семейных психотравм Миллеров. Дейн сосредоточился на насущной проблеме. В словах Грейсона все еще была лазейка.
Чейз Миллер. Брат Грейсона наверняка знает об этом месте. А значит, найти их будет легко…
— Он не знает, — вдруг произнес Грейсон, словно прочитав мысли Дейна.
Дейн вскинул на него взгляд, и Грейсон покачал головой с притворным сожалением:
— Ему стоило проявлять больше интереса к делам семьи. Тогда бы он знал о таких маленьких секретах, как этот механизм.
Кровь отхлынула от лица Дейна. Реальность происходящего обрушилась на него ледяной лавиной, выбивая почву из-под ног.
«Неужели это правда? Этот ублюдок действительно запер меня? И никто меня не найдет?»
Грейсон безжалостно растоптал последнюю надежду Дейна. При этом он улыбался так ослепительно и радостно, словно не мог сдержать распирающего его восторга.
— Ты не выйдешь отсюда, пока я сам тебя не выпущу.
Дейн смотрел на него остекленевшим взглядом, не в силах поверить ушам, а Грейсон вдруг тихонько захихикал. Этот звук словно привел Дейна в чувство.
— Заткнись! Немедленно подними дом на поверхность!
Дейн вскочил на ноги, срываясь на крик. Это было форменное безумие. Остаться здесь вдвоем? «Он что, решил свести меня с ума?» Это было абсолютно, категорически неприемлемо.
— Тебе настолько противно находиться со мной?
Дейн рванул к нему и, схватив за грудки, рывком вздернул на ноги. Его тошнило от того, как жалко и фальшиво Грейсон пытался изобразить жертву.
— Подними чертов дом! Сделай это сейчас же! Или клянусь, я тебя прикончу!
Конечно, это была пустая угроза. Дейн прекрасно понимал: если убить Грейсона Миллера сейчас, он останется погребенным заживо в этом абсурдном бункере навсегда. Но сдержать ярость было выше его сил.
— Фу-ух… — Грейсон демонстративно вздохнул. — Ну, раз ты так сильно этого не хочешь, ничего не поделаешь.
Дейн замер в замешательстве. Грейсон воспользовался моментом, легко отцепил его пальцы от своей одежды и отвернулся. Конечно, он знал, что Дейн не сможет его убить. И всё же эта внезапная покорность казалась до крайности подозрительной. «Что он задумал?»
Дейн сверлил взглядом спину Грейсона, пока тот пересекал гостиную. Альфа подошел к декоративному шкафу, открыл ящик и достал пульт управления.
Достаточно нажать одну кнопку…!
Когда большой палец Грейсона лег на выделяющуюся красную клавишу, сердце Дейна пропустило удар. Вспыхнула надежда.
Грейсон разжал пальцы, и пульт полетел на пол.
Это было настолько очевидно намеренное движение, что Дейн окаменел. Не успел он и слова вымолвить, как Грейсон занес ногу и со всей силы опустил пятку на упавший прибор.
С отвратительным звуком пластик разлетелся вдребезги.
Дейн был настолько шокирован, что потерял дар речи. Он стоял с открытым ртом, глядя на груду обломков, когда Грейсон снова заговорил.
— Какая незадача. Он сломался.
Щеки Грейсона окрасились легким румянцем возбуждения. Он посмотрел на Дейна липким, откровенно похотливым взглядом и проворковал:
— Давай жить дружно, Дейн Страйкер. Ведь теперь здесь только мы вдвоем.
За всю свою жизнь Дейн не слышал ничего страшнее. Кровь отлила от его лица, оставив его бледным как полотно.
А Грейсон, глядя на его ужас, продолжал счастливо улыбаться.