Возжелай меня, если сможешь (Новелла) 58 Глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Под испепеляющим взглядом Эзры, готового вот-вот схватить его за грудки и хорошенько встряхнуть, Диандре мгновенно сжался, став будто вдвое меньше.
— Не, ну а что... Времени-то уже сколько прошло... Да и не похоже было, что он специально что-то вынюхивает... — забормотал он, пытаясь оправдаться.
Но его сбивчивые объяснения уже никого не волновали — мысли коллег переключились на другую, куда более тревожную проблему.
— С чего это Миллер вообще заинтересовался Дейном?
— Честно говоря, мне стало не по себе еще тогда, когда он увязался за ними на обед. Почему никто его не остановил?
— А как ты его остановишь? Это выглядело бы слишком подозрительно!
— Верно. Да и что могло случиться за один раз? Они же не вдвоем ушли, с ними был третий...
— Дейн пошел туда с одной-единственной грязной целью — переспать с тем парнем. Значит, болтать лишнего он точно не стал бы. Зачем ему вообще вспоминать то, что было сто лет назад? В этом нет никакого смысла.
— Тогда почему этот ублюдок вдруг начал расспрашивать о Дейне?
— Может, во время обеда всплыло что-то подозрительное?
Вопросы ходили по кругу, неизменно возвращаясь к исходной точке. Пожарные с мрачными лицами переглядывались, но ответа ни у кого не было. Повисла тяжелая тишина.
Грейсон стоял в пустом тренажерном зале, погруженный в раздумья. Он то сверлил взглядом одну точку, то откидывал назад волосы, то задумчиво потирал подбородок. Прошло немало времени, а он всё так же стоял неподвижно.
«Видимо, придется прибегнуть к тому самому методу».
Это был самый простой и безотказный способ получить желаемые ответы. Оставалось лишь выбрать подходящую жертву.
Раздался звук открываемой двери, и Грейсон поднял голову. Их взгляды встретились. Вошедший вздрогнул и застыл на пороге как вкопанный.
«Отлично. Вот этот подойдет идеально».
Грейсон расплылся в своей фирменной ослепительной улыбке и мягко произнес:
— Мне нужно кое о чем поговорить. У тебя найдется немного времени?
Мужчина округлил глаза и растерянно огляделся по сторонам. Но в зале, кроме них, никого не было. Грейсон кивнул замершему в недоверии коллеге.
Он указал пальцем на него, затем плавно перевел его на себя и, чуть склонив голову, улыбнулся еще обаятельнее.
Когда он говорил таким тоном и так улыбался, отказать было невозможно. Мужчина, напряженный до предела, немного помялся, но в итоге обреченно кивнул.
«Да что с ним не так? Что ему нужно?»
Эзра никак не мог унять тревожное сердцебиение, украдкой поглядывая на сидящего напротив Грейсона.
Возвращение в тренажерный зал оказалось роковой ошибкой. Как назло, Эзра забыл там важную вещь. Он долго колебался, стоит ли идти, но в итоге решился — и вот результат, столкнулся нос к носу с Грейсоном.
Кто же знал, что этот тип до сих пор торчит здесь в одиночестве?
Даровав самому себе мысленную индульгенцию, Эзра потянулся к стоящему перед ним бокалу.
Ситуация была до абсурда неловкой, но он сам загнал себя в угол, согласившись на это безумное предложение. Пить наедине с Грейсоном Миллером? Любой в здравом уме назвал бы это самоубийством.
«Только одно пиво. Выпью — и сразу свалю», — твердо пообещал он себе. Это был единственный план спасения.
Запрокинув голову, Эзра принялся жадными большими глотками вливать в себя холодное пиво. Сидевший по ту сторону стола Грейсон наблюдал за ним с непроницаемым спокойствием хищника. Осушив бокал наполовину одним махом, Эзра с громким стуком опустил бокал на стол и уставился на собеседника прямым, слегка вызывающим взглядом.
— Ну так что? О чем ты хотел поговорить?
Его язык уже немного заплетался — алкоголь ударил в голову быстрее, чем ожидалось.
«Естественно», — прищурившись, подумал Грейсон. — «Он же не доминантный альфа, на которого ни яды, ни выпивка почти не действуют».
Глубоко внутри Грейсон испытывал к сидящему напротив мужчине лишь смесь жалости и холодного презрения. Но он мастерски скрыл эти чувства и вместо них нацепил на лицо маску горького сожаления.
— Мне нужна твоя помощь, — горько произнес он.
Эзра выкрикнул это слишком громко и резко подался вперед, пытаясь выглядеть угрожающе. Но в глазах Грейсона это напоминало лишь испуганного суриката, вставшего на задние лапки. Ничтожное создание, которое отлетит в другой конец комнаты от одного легкого пинка.
Смотря на это жалкое зрелище, Грейсон изобразил крайнее смущение:
— Мне кажется, вы, ребята, держитесь от меня на расстоянии. И я подумал... может, это из-за Дейна Страйкера?
Грейсон намеренно сделал паузу, ловя реакцию. Расчет оказался верным — Эзра вздрогнул и запаниковал.
— Д-Дейна? А при чем тут Дейн? Какое это имеет отношение... Почему, почему ты вообще так решил?
В отличие от суетливого заикающегося Эзры, Грейсон сначала мучительно медленно растягивал слова, а затем и вовсе замолчал на полуслове. Эзра будто даже дышать перестал. На его лице крупными буквами читался мысленный крик: «Да говори же ты, ну!»
Грейсон мастерски выдержал паузу. Он скорбно вздохнул и, выбрав момент, когда терпение собеседника вот-вот должно было лопнуть, сказал:
— Я, кажется, выставил себя полным посмешищем перед ним. И теперь боюсь, что из-за этого инцидента вы все меня сторонитесь...
Эзра, до этого сидевший словно истукан, шумно выдохнул, выпуская напряжение.
Грейсон молча наблюдал за ошарашенным Эзрой. В уголках его губ затаилась печальная, едва уловимая полуулыбка.
Вечер набирал обороты, и в баре уже яблоку негде было упасть. Шум, смех и звон бокалов слились в единый монотонный гул. Люди вокруг надрывали связки, пытаясь докричаться до собеседников, но за их столиком царила странная тишина.
Эзра лишь хлопал глазами, выглядя совершенно ошарашенным. Казалось, он не верил собственным ушам.
— Погоди, то есть... — Он наконец обрел дар речи, но слова давались с трудом. Эзра беспомощно помахал рукой в воздухе, пытаясь собрать мысли в кучу, а затем нахмурился: — Ты выставил себя посмешищем? О чем ты вообще? Когда? Как?
«А, он что, имеет в виду тот случай, когда Дейн его вырубил?»
От этой внезапной догадки внутри у Эзры всё снова сжалось в тугой узел. Разговор, сделав петлю, вернулся в опасную зону. Он уже начал лихорадочно придумывать, как бы половчее свернуть беседу и сбежать, но Грейсон сделал ход первым.
— Я просто перепутал двери. Думал, это туалет, дернул ручку — а там Дейн. Мне бы просто извиниться и уйти, но я с перепугу так резко развернулся, что со всей дури впечатался лбом в косяк. И всё — свет погас. Очнулся я уже на полу.
Это явно был рассказ о том самом дне. Вот только версия Грейсона кардинально отличалась от той, что Эзра нарисовал у себя в голове.
— Ударился головой? Сам? Об дверь? — недоверчиво переспросил он.
Грейсон с готовностью кивнул, изображая кроткое смирение. Вместо того, чтобы сглотнуть вязкую слюну, Эзра потянулся к бокалу и сделал еще один большой глоток пива, пытаясь переварить услышанное.
Вопрос был ключевым, но Грейсон ответил с беспечной легкостью, словно речь шла о погоде:
— Ну, в тот самый день. На моей приветственной вечеринке, в баре.
Эзра тупо моргнул, глядя в пустоту. В голове не укладывалось. Он был абсолютно уверен, что Дейн тогда просто вырубил новичка парой ударов.
«Я был в этом уверен, но...» — озарение пришло с опозданием. — «Постой. А ведь это мы сами всё додумали, так? Дейн ведь тогда прямым текстом сказал: "Этот придурок вырубился сам". Получается, его слова полностью совпадают с тем, что сейчас говорит Миллер?»
Эта мысль заставила Эзру взглянуть на Грейсона по-новому. Подозрение в его глазах начало таять, уступая место растерянности.
— То есть... ты хочешь сказать... ты правда сам врезался в косяк и отрубился? Правда?
Услышав повторенное дважды «правда», Грейсон снова кивнул и добавил с обезоруживающей самоиронией:
— Это всё мой рост. Вечно я обо что-то бьюсь головой. Смешно, да? Иногда я бываю таким идиотом.
Глядя на меняющееся лицо Эзры, Грейсон мысленно начал обратный отсчет.
Дальше будет именно тот результат, который ему нужен.
Грейсон проделывал этот трюк бессчетное количество раз. Неважно, насколько сильны предубеждение или враждебность к доминантному альфе — этот метод работал безотказно.
И чем глупее и нелепее эта слабость, тем лучше. Грейсон виртуозно дозировал уровень своей «никчемности» в зависимости от собеседника, неизменно получая желаемое. Иногда это были деньги или вещи, иногда — информация или доверие. Он не проигрывал ни разу, и этот случай не стал исключением.
Наблюдая, как лицо Эзры светлеет и расслабляется, Грейсон позволил уголкам губ едва заметно дрогнуть вверх.
— А-ха! А-ха-ха-ха! Так вот оно что! Ой, не могу! — Эзра расхохотался во весь голос, хлопая ладонью по столу.
Он полностью открылся. Барьеры рухнули. Грейсон с удовлетворением отметил этот момент — рыба на крючке.
— Да брось, с кем не бывает! Обычное дело! — продолжил Эзра, утирая выступившие от смеха слезы. — Я вот однажды вообще по пьяни отлил на любимую клумбу жены прямо перед домом. Она потом месяц со мной не разговаривала, представляешь?
— Надо же. Наверное, тебе пришлось несладко.
— Не то слово! Это была настоящая пытка...
Ободренный сочувствием Грейсона, Эзра пустился в увлеченную болтовню, выкладывая одну историю за другой. Грейсон слушал его с неизменной мягкой улыбкой, но глаза его оставались холодными.
— Значит, всё-таки приходил... — едва слышно пробормотал он себе под нос.