Поцелуй меня, лжец (Новелла) | Глава 24
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
В комнате повисла тишина. Лишь моё тяжёлое, сбитое дыхание нарушало мёртвый покой. Я растерянно метнул взгляд в сторону, но тут же вернул его обратно.
Кит по-прежнему пристально смотрел на меня. Даже не моргая. Я был в таком шоке, что в голове стало абсолютно пусто.
— С… с каких пор?.. — едва выдавил я из себя.
В ответ раздалось короткое «хм-м». Кит едва заметно качнул головой.
— С того момента, как пальцы вошли в твою дырочку?
Боже, молю, сотри меня с лица земли.
Я искренне захотел умереть. Идиот, болван! Как ты посмел?! Как ты мог докатиться до такого бесстыдства?!
Мысленно проклиная себя, я открыл рот, но что я мог сказать? Подавляя подступавшие слёзы стыда и вины, сумел лишь прошептать:
Кит оторвался от двери. Он приближался своим обычным шагом — не быстрым и не медленным. С запозданием осознав это, я в панике попытался сесть.
Я застыл от его приказа. Кит подошёл к кровати, не сводя с меня пристального взгляда. Лицо горело огнём, но я не мог пошевелиться. Только сейчас до меня в полной мере дошло, в каком я виде. Рубашка задрана, брюки с бельём запутались на одной лодыжке, другая нога полностью голая. И всё это после того, как он видел, что я делал с собой.
На секунду мне отчаянно захотелось сбежать. Взгляд метнулся к огромному окну. Я сглотнул, и в тот же миг край кровати рядом прогнулся. Кит сел, протянул руку и, схватив меня за лодыжку, резко дернул на себя.
Вскрикнув, я пополз по простыням. Кит одним движением сорвал с моей ноги запутавшиеся брюки. Его взгляд упал на бельё, повисшее на штанине. Он нахмурился, а затем швырнул одежду на пол и снова посмотрел на мен, съёжившегося под этим взглядом.
— Что? — переспросил я, ошеломленно моргнув.
Кит абсолютно невозмутимо повторил:
— Повтори, говорю. С самого начала.
Я в ужасе уставился на него. Он… серьёзно? Просто чтобы унизить меня? Другой причины быть не могло. Я заслужил это. За то, что посмел осквернить его комнату своим бесстыдством. Готовый разрыдаться, я пролепетал:
— Про… простите. Я больше никогда, никогда не буду…
— Я просил тебя извиняться? — прервал он меня.
Кит дождался, пока я замолчу, и так же безразлично приказал:
— Заткнись и начни. Прямо сейчас.
Я потерял дар речи. Невероятно. Он не шутил. В голове стучала одна мысль: это наказание. Он мучает меня. Его взгляд не отпускал меня ни на секунду. Казалось, если я ослушаюсь, мы останемся так навечно, застывшие в этой унизительной позе.
В конце концов, под его немигающим взглядом я сломался. Дрожащая рука медленно поползла вниз. Я не мог смотреть на него. Просто зажмурился, отсекая его от себя. Но это не помогало. Я физически ощущал его тяжёлый взгляд, который, казалось, прожигал во мне дыру.
Когда дрожащие пальцы коснулись члена, я прикусил губу.
Но этого было мало. Словно торопя меня, Кит коротко и раздражённо дёрнул за лодыжку, которую всё ещё сжимал. Я затаил дыхание и опустил вниз вторую руку. Место, где его пальцы впивались в мою кожу, горело. Это было единственное соприкосновение наших тел.
Одного этого касания хватило. Моё тело предало меня, откликаясь на его власть.
Член в моей руке начал понемногу твердеть. Я осторожно погладил его, а вторая рука скользнула ниже. Дрожащие пальцы коснулись остывшего, влажного входа. По телу пробежала дрожь. Я не мог остановиться. Кит по-прежнему держал меня за лодыжку. Словно говоря, чтобы я и не мечтал о побеге.
Я сжал веки, сдерживая рвущиеся наружу слёзы. Рука нащупала скользкие складки. Член, только начавший было твердеть, бессильно опал в моей руке под тяжестью невыносимого стыда.
В конце концов я разрыдался и из-под стиснутых век хлынули горячие слёзы. Внезапно Кит тяжело вздохнул.
Голос был тихим, как всегда, но в нём я уловил сбитое, прерывистое дыхание. Это несоответствие заставило меня распахнуть глаза. Не сводя с меня тёмного взгляда, Кит расстегнул молнию на брюках. Один этот звук — и низ живота свело сладкой судорогой, дыхание перехватило.
Кит схватил меня за колени и широко развёл мне ноги. Его член коснулся моего входа. Я рефлекторно съёжился, но в то же время прекрасно понимал, как сильно я этого жду.
Без прелюдий его твёрдая горячая плоть грубо ворвалась в меня. Вместо того чтобы сжаться от боли, мое тело подалось навстречу. Я вцепился в простыни, задыхаясь, и крепко зажмурился.
Казалось, все мои чувства сошлись в одной точке, где гулко бился его пульс, подчиняя себе мой. Мы дышали и двигались в едином неистовом ритме. Живот непроизвольно содрогался, вырывая у Кита короткие хриплые стоны. И тогда он начал двигаться по-настоящему.
Рваные стоны срывались с моих губ. Я кричал, выгибаясь всем телом. Кит не давал пощады, вбиваясь в меня с яростной силой, не позволяя даже вздохнуть. Он двигался во мне, потом вдруг подсунул руку мне под колено, задрал ногу вверх и вошёл ещё глубже. Его член одним толчком до самого основания пронзил мой беззащитно раскрытый вход. Я захлебнулся воздухом.
Кит на мгновение замер. Он обхватил мою поднятую ногу и возобновил движения с новой сокрушительной силой. С каждым толчком наши тела сталкивались с влажным шлепком. Меня подбрасывало на кровати, но он тут же притягивал обратно. Одна нога была придавлена его телом, другую он держал в руке. Я оказался в ловушке, судорожно дёргаясь в такт его напору, содрогаясь всем телом и окончательно теряя рассудок.
С глубоким вздохом Кит замер. Я с трудом разлепил веки, пытаясь сфокусировать взгляд. И встретился взглядом с Китом, дышавшим так же тяжело, как и я. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга.
— …Я хочу вас поцеловать, — прошептал я, поддавшись импульсу.
Кит нежно улыбнулся и исполнил мою просьбу. Когда наши губы соприкоснулись, я от шока распахнул глаза. Это было реально. Его сладкий мягкий язык коснулся моих губ и скользнул в рот.
Я отпустил скомканные простыни и обнял его за шею. Чувствовал, как сильно дрожу, как мои пальцы цепляются за его кожу.
Внизу, где мы были плотно соединены, гулко отдавался пульс. Наши губы соприкасались нежно и трепетно, но место соединения снизу бушевало. Я сжимал его, стараясь не отпустить.
— Теперь лучше? — спросил Кит, отстранившись.
Он был так близко, что я ощущал его дыхание на своей коже. Стоило едва повернуть голову — и наши губы тут же встретились бы вновь. Вместо этого я просто кивнул, и всё равно губы скользнули друг к другу, подтверждая мою догадку.
Кит нахмурился, но это не было выражением недовольства. Его лицо напряглось, он замер, а затем, со стоном излился в меня. Только тогда я понял, что он изо всех сил пытался сдержаться дольше. Неужели я поторопился и всё испортил?
Я насторожился, глядя на его напряжённое лицо, и поцеловал его, нарочно сжимая мышцы внизу. Хотелось, чтобы Кит испытал от моего тела ещё больше удовольствия. Я боялся наскучить ему, жаждал обладать этим мужчиной хотя бы ещё один день, ещё один раз обнять его так крепко.
Пожалуйста, пусть это продлится хотя бы ещё секунду.
Кит нахмурился ещё сильнее, сорвавшись на грубый хриплый стон. Я испугался — вдруг надоел ему? Вдруг раздражаю? Замер, не смея двинуться, но тут он приказал охрипшим голосом:
Он грубо потёрся губами о мои и прошептал:
Кит яростно толкнулся снизу, и я ахнул, распахнув глаза от удивления. Он был по-настоящему нетерпелив, торопливо целовал меня в щёку, тёрся внизу. Я почувствовал облегчение, а вместе с ним где-то внутри разгоралось робкое, запретное чувство радости.
Могу ли я поверить, что ему и вправду нравится моё тело?
Я мысленно усмехнулся своей самонадеянности, но ничего не мог поделать с этой надеждой. Осторожно двинул бёдрами, потираясь о него. Кит тут же застонал, прижимаясь ко мне всем телом. Его горячи сбивчивые вздохи опаляли ухо, и, поддавшись порыву, он обхватил его губами.
На мгновение показалось, что он оставит на мне метку. Это была сладкая, но всего лишь иллюзия. Кит упивался моим телом, но даже не пытался метить меня. Он лишь всасывал и облизывал ухо, игриво прикусывал его, но не больше. Будучи альфой, который мог бы оставить метку скольким угодно партнёрам, он не делал этого со мной. Причина была проста — я всего лишь его партнёр для секса.
Прежде чем меня накрыло отчаянием, я холодно напомнил себе. Я знаю. Я с самого начала это знал. Этому мужчине просто нравится моё тело.
Но всё же… он продолжает меня обнимать.
Тяжесть и тепло тела, которые я ощущал каждой клеточкой, были абсолютно реальны. По сравнению с теми днями, когда я не смел даже мечтать о поцелуе, как же мне стоит быть благодарным за то, что имею сейчас.
Пока я ему не надоем, этот мужчина — мой.
Я ещё отчаяннее прижался к Киту, сосредоточившись только на том, чтобы доставить ему удовольствие. Кит снова и снова глубоко стонал мне на ухо. Этот мужчина так сильно возбуждается из-за меня. Я сам удивился тому, насколько способен свести его с ума. Может, я и вправду куда развратнее, чем он думает.
А раз так, я могу позволить себе чуть больше.
Когда Кит приподнялся, чтобы начать двигаться, я неожиданно толкнул его в плечо. Не ожидавший такого, он завалился на бок, и мы в одно мгновение поменялись местами. Впервые в жизни я смотрел на него сверху вниз.
В его голосе не прозвучало ни тени недовольства, скорее любопытство.
— Секс, разумеется, — как ни в чём не бывало ответил я, и, лёжа на нём, медленно двинул бёдрами.
Место нашего соединения, до этого расслабленное, вновь плотно сжалось. До сих пор ведущим всегда был Кит, и только теперь я впервые позволил себе соблазнять его сам. Впрочем, с тех пор как я стал омегой, всё в сексе для меня происходило впервые.
«Секс, разумеется», — с горечью повторил я про себя, стараясь сосредоточиться только на ощущениях внизу.
С каждым движением член Кита глубоко входил в меня, а затем медленно, с тяжестью, выходил. Я осторожно приподнял бёдра, ощущая нежной кожей жёсткие густые волосы. Это трение было невероятно странным, волнующим. Я тяжело дышал, прижимаясь промежностью к его лобковой кости.
Кит опустил ладони мне на ягодицы. Его пальцы сжали меня, слегка надавливая, и он потянул меня глубже на себя.
Твердая плоть тут же вошла на предельную глубину.
— Сядь, — сквозь сбитое дыхание приказал Кит.
Я послушно, хоть и с опаской, выпрямился. Тогда он переместил руки мне на бёдра и надавил вниз.
На мгновение я затаил дыхание от этой неожиданной глубины. Это было не похоже ни на что прежнее. Его твёрдый член коснулся точки, до которой прежде не доставал. В таком положении Кит резко качнул моим телом.
Я вскрикнул, теряя равновесие. Внутри меня его член провернулся, растирая чувствительные стенки. Вся моя плоть превратилась в один горящий нерв. На миг сознание помутилось. Тяжело дыша, я замер. Когда мир немного обрёл чёткость, Кит внезапно спросил:
— Ты нечасто бывал в такой позе?
Как и подобает искушённому мужчине, он всё понял. Я вздрогнул. Сердце заколотилось, но сейчас было не время для паники.
— Просто раньше никто не смел мне мешать в процессе, — ответил я нарочито невозмутимо.
От моего наглого ответа уголок его рта дрогнул в усмешке.
— И что же, по-твоему, должны делать мои руки, пока ты возишься на мне, как белка?
— Ждать, конечно. Пока я не закончу.
— Ничего не делая? Боже, да с какими мужчинами ты спал? — Кит вдруг рассмеялся так, словно услышал самую абсурдную вещь на свете.
Я, стараясь выглядеть как можно более безразличным, пожал плечами.
— И они просто позволяли тебе делать всё, что хочешь, имея две свободные руки? — он, казалось, был совершенно сбит с толку.
Я поспешно выпалил первую пришедшую в голову ложь:
— У них не было выбора. Я ведь сначала связывал их, а потом уже садился сверху.
От этих слов Кит впервые замер. Его смех стих. Я немного расслабился.
— Связывал? Хочешь и меня связать? — недоверчиво переспросил он.
Я решил идти до конца и смело задал встречный вопрос:
На мгновение я испугался, что он разозлится, но реакция Кита была прямо противоположной. Он откинул голову и расхохотался. Вибрация его смеха прошла по нашим соединённым телам, заставляя меня задрожать. Пока я ошарашенно смотрел на него, он, всё ещё смеясь, сказал:
Он протянул сложенные вместе запястья. Тут я запаниковал. Я не думал, что он и вправду согласится. Не зная, что делать, поспешно пошёл на попятную:
— Давайте в следующий раз. К этому нужно подготовиться.
— Когда придёт время, вы всё поймёте.
Я сказал это, а сам с замиранием сердца следил за его реакцией. А что, если не поведётся? Чем дольше Кит молчал, тем сильнее я нервничал. Не в силах выдержать и нескольких секунд, я применил отвлекающий манёвр — решительно сжал внутренние мышцы. Кит на мгновение нахмурился.
— Больно же, — бросил он и легонько шлепнул меня по ягодице в предупреждении. Но тут же улыбнулся. — Хорошо. И когда же наступит это «время»?
— Как только я буду готов, — быстро ответил я.
Я смело улыбнулся в ответ. Что ещё мне оставалось делать, кроме как улыбаться?
Я уклонился от ответа, но, кажется, Кита это совершенно не волновало. Он внимательно посмотрел мне в лицо, а потом, схватив за волосы, резко притянул к себе. Наши губы слились в поцелуе; языки сплелись, смешиваясь со слюной.
Он снова и снова целовал меня, то сжимая ягодицы, то расслабляя хватку. Каждый раз мой вход то раскрывался, то сжимался, охватывая и отпуская его член. Я, помня о своей роли, двигал бёдрами. Стоило жёстким волосам коснуться чувствительной кожи, внутри всё вспыхивало, и из меня вытекала смазка.
Кит протяжно выдохнул и кончил в меня. Пока он изливался, я несколько раз сжимал и отпускал мышцы, наслаждаясь ощущением горячей волны, растекающейся по животу. Было так сладко, что в глазах защипало.
Я дал себе установку. Нельзя желать большего.
Поцелуй стал нежнее, глубже, я закрыл глаза, отвечая ему, и вдруг подумал.
Открыв глаза, я несколько секунд моргал в темноте, приходя в себя. Невольно шевельнулся и тут же наткнулся внизу на нечто твёрдое. До меня медленно дошло, что это было. Лицо мгновенно вспыхнуло. В тот же миг рука Кита, до этого расслабленно лежавшая у меня на талии, резко сжалась и притянула меня ближе.
Кит уткнулся носом в мою шею, глубоко втянул мой запах и медленно выдохнул.
— А… да. Простите, я сейчас в свою комнату…
«…вернусь», — хотел сказать я, но замолчал на полуслове. Кит с такой силой сжал меня, что стало трудно дышать. Когда дыхание на миг перехватило, он процедил мне в макушку:
— Я же сказал, что буду трахать тебя все выходные.
Я опешил от его тона. То, что Кит вернулся раньше и застал меня врасплох, было неожиданностью, но ведь с тех пор мы уже несколько раз занимались сексом. Он ведь должен был вернуться только завтра днём, так что, можно сказать, мы выполнили программу наперёд. Разве этого не достаточно?..
— В чём дело? — спросил Кит, словно предчувствуя что-то неладное.
В его голосе послышались давно забытые колючие нотки. Впервые он говорил со мной так в постели, и от этого я растерялся ещё больше.
— Я… я просто подумал, что этого уже достаточно… Вы ведь должны были вернуться только завтра… то есть, сегодня днём… — сказал я и вдруг понял. — Ах, у вас же сегодня были дела. Выходной, поэтому я не знал…
— Эй, — резко оборвал он меня.
Я вздрогнул и повернул голову. Лицо Кита, видневшееся из-за моего плеча, было недовольным.
— Ты притворяешься, что не понимаешь, или внезапно разучился говорить по-английски? Я что, сейчас на испанском говорил?
— А, нет, — в панике покачал я головой, — Дело не в этом… я просто подумал, что мы уже достаточно…
— Ты заснул посреди процесса, — процедил Кит сквозь зубы.
Он смотрел на меня так, словно предлагал высказать всё, что я думаю.
«Но… с другими вы ведь столько не занимались», — слова уже были на кончике языка, но я с трудом их проглотил. В конце концов, я не мог отрицать тот факт, что этот мужчина хочет меня. Даже если в животе всё ещё был дискомфорт, даже если завтра я не смогу встать, я не мог отказать Киту.
Когда я с трудом извинился, Кит вскинул бровь. Словно спрашивая: «И это всё?».
— Если вы чего-то хотите от меня, что бы это ни было… — поколебавшись, спросил я.
Я понял, что совершил ошибку, но пути назад уже не было. Я съёжился, наблюдая за его реакцией. Кит беззвучно улыбнулся. Его рука, обнимавшая меня за талию, скользнула ниже. Он подхватил мою ногу сзади и задрал её вверх, так что моё колено согнулось и оказалось у него на руке, а тело невольно наклонилось вперёд. Навалившись на меня сзади, Кит начал тереться о мой вход.
Дыхание сбилось и я зажмурился. Каждый раз, когда он касался входа, раздавались влажные звуки.
Кит с силой укусил меня за шею и принялся грубо всасывать кожу. Я закричал от боли, но он не останавливался.
Когда член внезапно вошёл, я судорожно втянул воздух. Кит, по-прежнему впиваясь зубами мне в шею, начал двигаться. От горячей плоти, грубо вторгавшейся в меня, перехватывало дыхание. Ах, но почему? Почему, когда так больно, может быть так возбуждающе?
Вместе с дыханием с губ срывались стоны, и я беспорядочно дёргался всем телом. Каждый раз, когда он выходил и входил, внутренняя пустота то заполнялась, то снова обнажалась.
Кит продолжал вбиваться в меня, даже когда кончал. Я издавал сдавленные стоны, раскрываясь до предела. Живот, промежность, мой вход — всё ныло так, что я думал, сойду с ума. Хочу, чтобы он был ещё грубее. Быстрее, глубже, хочу, чтобы он раскрыл меня ещё шире.
Казалось, меня вот-вот разорвёт на части, но ноющее возбуждение становилось лишь сильнее. Когда Кит, до предела заполнив меня, глубоко застонал, я из последних сил сжал мышцы, отчаянно пытаясь не отпускать его.
От резкой жгучей боли я невольно сморщился. Кит, до этого лениво вылизывавший мою шею, иссосанную и искусанную до синевы, остановился. Поколебавшись, я взглянул на него.
Я лишь кивнул — вопрос был излишним. Даже представить не мог, как сейчас выглядит моя шея. Кит несколько секунд молча смотрел на меня и легко поцеловал в губы. Пока я ошарашенно смотрел на него, он без слов вышел из меня. Внутри сразу стало пусто и холодно. С каждым вдохом из не до конца сомкнувшегося входа вытекали густые тёплые капли, пачкая простыни.
Внезапное одиночество окатило меня волной пустоты и растерянности. На мгновение я почувствовал себя ребёнком, которого оставили одного на незнакомой улице, и мог лишь растерянно моргать. Но тут я уловил знакомый сладковатый запах. Кит возвращался.
С губ сорвался короткий, невольный вздох облегчения. Я с усилием повернул голову, глядя, как он подходит ближе.
На одеяло упала небольшая коробочка. Я тупо уставился на неё, не сразу поняв, что он имеет в виду. Кит нахмурился, забрался на кровать, взял коробочку и щёлкнул крышкой. Внутри лежали часы.
Я не сразу понял, зачем они здесь. Кит достал их, взял меня за запястье и надел. Холодный металл коснулся кожи — по руке пробежали мурашки. Я чуть было не отдёрнул руку, но Кит крепко перехватил её и застегнул часы.
Закончив, Кит отпустил меня. С непривычным чувством я поднёс руку к глазам и рассмотрел часы. Усыпанные сверкающими камнями, они были вещью, о которой в моём положении я не мог и мечтать. Подбирая подарки для партнёрш Кита, я неплохо научился разбираться в драгоценностях, поэтому понимал, что эта вещь стоит дороже моей годовой зарплаты.
Почувствовав, как в груди странно похолодело, я снова посмотрел на него. Что всё это значит?
— Нравятся? — спросил Кит, глядя на меня с каким-то ожиданием.
Ну конечно, он сделал подарок и ждёт реакции. Я, помедлив, кивнул.
— …Да, они прекрасны. Но зачем…
Я не успел закончить. Кит лёг рядом и потянул меня к себе за талию. Всё выглядело так естественно, будто так и должно быть. Он уткнулся носом в мои волосы, коротко вдохнул, проверяя запах, и с облегчением выдохнул.
Кит, похоже, был в хорошем настроении.
— В дом Энджела нельзя приходить с пустыми руками, — начал он лениво, — Я всегда покупаю драгоценности, но ожерелья и кольца под запретом. Он однажды пытался покончить с собой, проглотив такое. Если камень будет слишком большим, чтобы его проглотить, то можно, но… ладно, пусть они сами с этим разбираются.
В его словах я заметил нечто неожиданное.
Раз он не поручал это мне, может, попросил Эмму? Я ведь и не знал, что Кит дарит подарки омеге, который его родил. Похоже, каждый раз, когда он навещал Энджела, приносил что-то драгоценное. Я был сбит с толку, узнав новую сторону его личности. Подумать только, я ведь совсем ничего не знал о семье Кита.
— Такое правило. Подарки для Энджел я должен выбирать сам. Абсурд, правда? Дарить драгоценности каждый раз, когда его ловят после побега. Настоящий цирк. И знать не хочу, что они потом делают с этими побрякушками.
Он проворчал это с усталостью и раздражением, но, при этом, крепче прижал меня к себе. Стало неловко от соприкосновения наших обнажённых тел. Набравшись смелости, я прижался к нему ещё теснее и обнял в ответ. И, как до этого он, я глубоко вдохнул его феромоны. От сладкого запаха сознание помутилось, а внизу живота снова разлилось влажное тепло.
Наверное, мой собственный аромат стал гуще — я ощутил это по тому, как напряглось тело Кита. Его плоть быстро наливалась, и, не дожидаясь приглашения, я осторожно поднял ногу, обвивая его талию. Кит, будто только этого и ждал, медленно вошёл в меня.
Даже при всей смазке внутри всё равно ощущалось плотное тянущее давление. Я нахмурился, и Кит, целуя моё лицо, начал двигаться.
— Мои… вы тоже сами выбирали?.. — спросил я, сбивчиво, между горячими вздохами.
Кит с усмешкой поцеловал меня в губы.
— Нет, — я замотал головой, чувствуя, как сердце переполняют эмоции.
Этого не могло быть. Насколько я знал, это был первый раз, когда он лично выбирал подарков для своего сексуального партнёра.
Я попытался поцеловать его в ответ, но не смог. Кит в этот момент толкнулся бёдрами, и я, дёрнувшись, врезался губами в его подбородок.
Я коротко вскрикнул, и Кит рассмеялся в голос.
При виде его смеющегося лица я замер.
В одно мгновение в памяти ожил образ из прошлого и наложился на этот. Кит, что улыбался мне. Его нежные руки, касавшиеся моего тела. Солнечный свет, льющийся из-за его спины. Как он смеялся, сидя на лошади. Запах травы в тот день и сладкие феромоны Кита, смешавшиеся с ним.
— В чём дело? — с удивлением спросил Кит.
Я открыл рот, но не смог издать ни звука. В горле стоял ком, и я с трудом мог дышать. К глазам подступали слёзы.
Образ прошлого Кита — холодного, грубого, отталкивающего — наложился на того, кто сейчас держал меня в объятиях. И я окончательно потерял самообладание.
Я так и не смог сказать ему ничего за все эти годы. Так долго только смотрел издалека, пока сердце изнашивалось от безмолвия.
Я больше не мог сдерживаться и крепко обнял его за шею. В тот момент, когда осознал, что человек передо мной — реальность, что-то внутри взорвалось.