Возжелай меня, если сможешь (Новелла) | 40 глава
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Грейсон замер на месте, обратившись в слух; все его чувства обострились до предела. Казалось, прошла целая вечность, но тишину так ничто и не нарушило.
Только он решил, что это лишь игра воображения, и собрался уходить, как звук повторился. Ошибиться дважды он не мог. Его ухо едва заметно дернулось, он нахмурился и взглядом обвел окрестности.
Типичный спальный район: безликие, похожие друг на друга дома выстроились вдоль дороги, ничем не примечательные и сонные. Чтобы определить источник звука, пришлось сосредоточиться еще раз. Новый, едва слышный всхлип, раздавшийся после паузы, послужил сигналом. Грейсон двинулся вперед. Следующий звук прозвучал уже гораздо отчетливее.
С каждым шагом цель становилась очевиднее. Грейсон замедлил шаг и остановился у одного из типовых коттеджей, внимательно осматриваясь.
Крик ребенка повторился — видимо, малыш уловил шум шагов снаружи. Теперь сомнений не осталось. Грейсон толкнул боковую калитку и вошел во двор. Под подошвами сухо захрустела трава. Побуревшая полумертвая растительность ясно говорила о том, что за этим участком давно никто не ухаживал.
Детский голос звенел от отчаяния. Грейсон прижался ухом к стене дома, выжидая. Внутри царила мертвая тишина — казалось, словно дом вымер. Мальчишка, должно быть, знал, что никого нет, поэтому и вопил так истошно, надеясь на чудо.
Сделав этот вывод, Грейсон опустил взгляд вниз, откуда и доносились мольбы. Там обнаружились массивные створки входа в подвал. Плотно закрытые двери глушили звук, но голос все же пробивался наружу — вероятно, через щели, оставленные для вентиляции. Грейсон опустился на одно колено и склонился к створкам.
На вопрос Грейсона изнутри ответили захлебывающимся криком:
— Да, да! Я здесь! Спасите меня, выпустите, пожалуйста! Умоляю!
Голос, срывающийся на плач, совсем осип — похоже, ребенок кричал очень долго.
— Ох, бедняга... — Грейсон мастерски напустил в голос сочувствия и мягко спросил: — Как тебя зовут? Почему ты там заперт? Что случилось?
Мальчик шмыгнул носом и ответил:
— Я... я Сантиано. Папа сказал, что я плохой ребенок, поэтому должен сидеть здесь...
Конец фразы утонул в судорожных рыданиях. Грейсон понимающе кивнул, хотя собеседник и не мог этого видеть.
— Вот оно что. Ну ничего, я помогу тебе.
Это было его привычное амплуа. Помощь ближнему — что может быть благороднее и альтруистичнее? Грейсон всегда был готов протянуть руку помощи, если представлялась возможность. Так его учили с пеленок. И этот случай не станет исключением.
Он потянул на себя одну из тяжелых створок. На дне глубокого, мрачного подвала стоял крошечный мальчуган, который Грейсону едва ли достал бы до колен. Задрав голову, он смотрел на своего спасителя с выражением крайнего напряжения.
Сантиано встал на цыпочки и изо всех сил потянул вверх ручонки, надеясь на чудо. Заплаканное лицо сияло надеждой. Он верил, что наконец покинет этот темный страшный склеп, что этот сияющий, словно ангел, взрослый мужчина вытащит его, и кошмарные дни закончатся навсегда.
Внезапно Грейсон спрыгнул вниз, прямо в подвал. Тяжелая створка, которую он держал, с глухим стуком захлопнулась над головой, и мир снова погрузился в кромешную тьму. Сантиано замер, не в силах осознать, что только что произошло. Он растерянно моргал, глядя перед собой.
Лишь тонкий луч света, пробивавшийся сквозь щель между створками, выхватывал из темноты ослепительно красивое лицо мужчины. Только сейчас до сознания ребенка дошел леденящий факт — этот человек не собирался его вытаскивать. Вместо этого он сам спустился в эту жуткую ловушку.
— Ч-что вы делаете? Вы же должны были меня выпустить! — в панике закричал Сантиано.
Грейсон склонил голову набок, с недоумением разглядывая перепуганного малыша.
— Зачем? Ты же сейчас наказан.
Сантиано смотрел на него остекленевшим взглядом, отказываясь верить ушам. Грейсон же продолжил мягким, наставительным тоном, словно объяснял прописную истину:
— Сбегать, пока наказание не закончилось, нельзя. Так поступают только плохие дети.
В голове у Сантиано помутилось. Слова взрослого казались бессмысленным набором звуков.
«О чем он вообще говорит?» — пронеслось в голове мальчика.
Заметив, что ребенок побелел как полотно и едва дышит от страха, Грейсон заговорил своим самым проникновенным и заботливым голосом:
— Но, Сантиано, теперь все хорошо. Не волнуйся.
Он медленно протянул руку к ребенку. Мальчик в ужасе отшатнулся, вжимаясь спиной в холодную стену. Грейсон застыл с протянутой в пустоту ладонью и, озарив мрачный подвал светлой, совершенно невинной улыбкой, произнес:
В этот момент последняя искра надежды в глазах ребенка погасла, уступив место безграничному ужасу и отчаянию.
Когда суматоха немного улеглась, пожарные собрались вместе, готовясь к возвращению на станцию. Эзра сделал последний снимок и вернул владельцу телефон. Парни, вынужденные все это время ждать окончания импровизированной фотосессии, наконец выдохнули, разминая затекшие шеи и плечи.
— Как и ожидалось от Дейна Страйкера. Стоит ему появиться, и женщины просто сходят с ума.
Стоило кому-то озвучить эту мысль, как со всех сторон посыпались комментарии:
— Да разве только женщины? Я видел, там и мужики в очередь выстраивались, чтобы сфоткаться.
— А что если запустить кампанию с Дейном в главной роли? — хохотнул кто-то из команды. — Если налепить его сексуальную физиономию на плакаты, эффект будет бомбический!
— В смысле, социальную рекламу?
— Ага! Что-то вроде профилактики пожаров. С таким лицом пожары сами собой прекратятся!
— А что насчет утешения? Ну, знаете, эмоциональная поддержка населения. Слышал, сейчас есть такие услуги. Если запустить это от лица пожарной части... Представляете, если к ним приедет сам Дейн? Народ же просто взорвется от восторга!
— О, звучит круто. Дейн, что скажешь? Гениальная идея, а?
Парни, загоревшись новой задумкой, выжидающе уставились на него. Дейн, молчавший все это время, лениво приоткрыл рот. Взгляд его, устремленный в пустоту, был мутным и совершенно безучастным.
— Больше всего на свете ненавижу работать бесплатно.
На этом дискуссия умерла, не успев родиться. Стало ясно — раздача автографов и недавняя фотосессия случились только потому, что он был при исполнении. Дейн проводил железобетонную границу между работой и личной жизнью. Будь у него выходной, он бы и бровью не повел, кто бы и о чем его ни просил. Просто проигнорировал бы и прошел мимо.
— Ха-а-а... — Дейн, не стесняясь, широко зевнул, едва не вывихнув челюсть.
Наблюдавший за этим Диандре злобно прошипел себе под нос:
— Этот ублюдок опять всю ночь где-то кувыркался?
Другой пожарный понимающе кивнул:
— Почти наверняка. В выходные он из клубов не вылезает.
— Удивительное трудолюбие. Жаль, только в одну сторону работает.
— Ладно, хватит трепаться. По коням, мы уже опаздываем, — Эзра громко хлопнул ладонью по корпусу машины, призывая всех к порядку.
Дейн первым не спеша забрался в салон. Остальные, посмеиваясь и подшучивая друг над другом, потянулись следом. То, что кого-то не хватает, заметили лишь в тот момент, когда двигатель уже зарычал, готовясь к старту.
— Э? Чего-то не хватает... — протянул кто-то неуверенно.
Диандре среагировал мгновенно, его глаза сузились:
Осознав это, команда в панике начала оглядываться. Но сколько бы они ни шарили глазами по окрестностям, высокой фигуры Грейсона нигде не было видно.
— Ты где застрял? Нам ехать пора, живо тащи сюда задницу!
— Грейсон Миллер! Черт бы тебя побрал!
Извергая проклятия, они высыпали обратно из машины.
Их голоса эхом разносились по улице, они кричали, звали его снова и снова, но в ответ была лишь тишина.
Диандре, не сдержав ярости, со всей дури пнул массивное колесо пожарной машины. Остальные хоть и не пыхтели от злости так же свирепо, как он, но выглядели не менее мрачными — выходка новичка действовала всем на нервы.