Альфа травма (Новелла) 15 глава
Над главой работала команда " WSL"
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Когда наступило утро, Уён проснулся в крохотной комнате внутри здания. Несколько Омег спали прямо на полу, жалко свернувшись калачиком, без подушек и одеял. Уён лениво приподнялся, потирая глаза, и окинул комнату сонным взглядом.
Солнечные лучи пробивались сквозь грязное окно, наполняя комнату слепящим светом. Глаза у него были налиты свинцом, голова раскалывалась, а горло пересохло. Лишь через несколько секунд Уён осознал, что он один спал на кровати, а не на полу, и осторожно выбрался из-под одеяла.
Пол в комнате оказался тёплым, и только это спасло его от замерзания в ночной холод. Зевнув, он потянулся, скинув толстовку, которая теперь казалась излишней.
В этот момент дверь открылась, и вошёл Сону. Он небрежно зажёг огонь на газовой плите в углу комнаты, пнув нескольких Омег, которые продолжали спать, а затем удивлённо уставился на Уёна.
— Ух ты… Что с твоими волосами? Что, сорока свила там гнездо?
Его ярко окрашенные волосы торчали в разные стороны, вздыбленные после сна и снятой шапки. Хотя волосы и не были слишком спутанными, их всё же стоило расчесать. Но это казалось слишком утомительным занятием.
Уён сидел, безвольно опустив плечи, а Сону подошёл ближе.
Вместо того чтобы попытаться привести себя в порядок, Уён снова надел шапку, избегая взгляда на себя в зеркале. Пока он, слегка покачиваясь, пытался прийти в себя, Сону продолжил говорить.
— Но, знаешь, я вчера увидел тебя с новой стороны.
Уён нахмурился. Боль в затылке отозвалась неприятным пульсом, вероятно, следствием выпитого соджу. По крайней мере, желудок не устроил революцию.
Голос Сону, полный явного возбуждения, неожиданно разорвал его мысли.
— Ты ведь вмазал кулаком старшему, Киму Джинсану.
Сон мгновенно улетучился, и Уён уставился на Сону в шоке. Вместо ожидаемой серьёзности Сону лишь хмыкнул и вскинул брови.
Уён попытался восстановить в памяти вчерашние события. Он помнил, как Гарам ушёл, и как началась игра на выпивку, но после этого воспоминания начинали расплываться. Сонбэ щедро разливал соджу, настоянное на феромонах, и он, кажется, выпил пару рюмок. Но что было потом?
— Ты действительно так напился? И всё это с таким спокойным лицом?
— Ух ты, ты даже этого не помнишь?
Сону рассмеялся и почесал затылок. Он продолжал пинать тех, кто всё ещё спал, пытаясь их разбудить.
— Ты сказал, что он раздражает тебя, льёт феромоны в алкоголь и пристаёт ко всем.
— Потом сказал ему остановиться и спросил, зачем он вообще это делает.
Уён закрыл лицо руками. Каким бы сильным ни было его желание вспомнить, голова оставалась пустой, словно её вычистили до блеска.
— Не знаю. Я видел только это.
Сону небрежно пожал плечами, словно ничего не значащий факт. Уён тяжело вздохнул, чувствуя, как в голове проносится одно слово: «позор».
— Да ладно тебе. Это было круто. Видеть, как Джинсан злится, было даже приятно.
Сону беззаботно растрепал волосы Уёна, словно подбадривая его. Затем добавил:
— Только будь осторожнее в следующий раз. Ты мелкий и хрупкий, а Джинсан больше похож на медведя.
Уён слабо кивнул, но замер, когда услышал следующее.
— А ещё ты ругался на английском.
— Ага. Думаю, все это были ругательства.
Сону смотрел на него с выражением забавы и лёгкого сочувствия. Видя, как лицо Уёна бледнеет, он усмехнулся.
— Тебе вообще нельзя пить, честно.
Уён пробормотал что-то в знак согласия, смущённо потупившись. Казалось, кто-то уже говорил ему то же самое раньше.
Он с надеждой посмотрел на Сону.
Тот почесал щёку и отвёл взгляд.
Зрачки Уёна заметно дрогнули. Его лицо стало печальным, почти жалким.
— Да ничего не случилось. Доён сказал, что ты пьян, и просто вернул тебя назад.
— Если хочешь узнать, что было дальше, спроси у него.
Сону поднялся, потрепав свои волосы, и попытался успокоить Уёна:
— Всё нормально. А Джинсан ушёл рано утром. Был в хлам пьян.
Уён кивнул, вытирая лицо руками. Всё, что касалось Джинсана, перестало быть важным. Его беспокоило только одно: он мог случайно устроить переполох.
— Если понял, иди умойся. Выезд до 11.
В гостиной начали собираться студенты, усталые, но постепенно приходящие в себя. Некоторые уже ушли, другие только просыпались.
Когда Уён умылся и вышел, он сразу привлёк внимание старших.
— О, наш храбрый первокурсник проснулся!
— Хорошо спалось? Живот не болит?
— Ешь лапшу быстрого приготовления. Я положил туда всё мясо, что осталось со вчерашнего ужина.
К счастью, Уён не столкнулся с реакциями, которых опасался. Никто не смотрел на него подозрительно, не подмигивал с явным намёком и уж точно не пытался его игнорировать.
— Эй, Уён! Я слышала, Джинсан вчера пытался тебя одурачить!
Гарам, с самого утра занятая порицанием старшего студента, оживлённо бросила эту фразу, не скрывая возмущения. Она спросила Уёна, что произошло после того, как она уснула, извинилась за то, что не смогла остаться до конца, и даже предложила разобраться с Джинсаном, если тот доставил проблемы. Её выразительный взгляд говорил: «Скажи мне, если что-то случится».
Уён замялся, неловко потёр затылок и опустил глаза, избегая взгляда Гарам.
— Спасибо, что выпила вместо меня.
— …Ну, это само собой разумеющееся!
Хотя она ответила так, Гарам была явно довольна. Её ясные глаза весело прищурились, а на губах заиграла довольная улыбка. Но Уён решил не продолжать эту тему, вежливо отказавшись от предложенных ею деревянных палочек.
Стук. Палочки выскользнули из её рук, а лицо на миг застыло, будто превратившись в мраморную статую. Уён осознал, что подобные моменты ему совершенно не идут, и решил быстро свернуть разговор.
Холодное мартовское утро всё ещё превращало дыхание в облачка пара. Уён, сбежавший от чрезмерно оживлённой Гарам, направился к месту, где, как он предполагал, мог быть Доён.
Доён сидел на скамейке перед зданием, задумчиво куря сигарету.
Доён медленно поднял голову. Дым от сигареты, клубясь, окутывал его лицо, придавая ему ещё более бесстрастное выражение. Убедившись, что перед ним Уён, он вежливо улыбнулся.
Уён попытался подойти как можно более непринуждённо. Он принял предложенную сигарету, даже не подумав отказаться. Когда Доён протянул ему зажигалку, Уён проигнорировал её, решив перейти сразу к делу.
— Я вчера сказал что-то странное?
Эта мысль беспокоила его с самого утра. Он не мог отделаться от тревоги, что мог назвать Доёна «учителем» или сказать что-то ещё более неловкое.
Доён спокойно затянулся, выпуская долгий клуб дыма. Уёну казалось, что тот дразнит его своей неторопливостью.
Даже если это будет как рытьё собственной могилы, Уён решил, что ему нужно услышать правду.
Но ответ оказался совершенно неожиданным.
Доён заговорил на английском — уверенно, мягко, словно произносил серенаду. Но смысл сказанного был далёк от романтики. Это были ругательства, причём одно за другим.
Ошеломлённый, Уён смотрел на Доёна, пока тот с невозмутимым видом не закончил.
«Может, мне просто бросить универ? Это место мне явно не подходит.»
Его мысли невольно перенеслись к Дэниелу, который однажды тайком приносил ему пиво в США. И теперь, благодаря этому Дэниелу, Уён ругался как заправский американец.
Доён, видя, как Уён мучительно крутит эту мысль в голове, мягко улыбнулся, стряхнув пепел с сигареты.
— Да ладно, большинство наверняка ничего не поняли.
Хотя эти слова явно предназначались для утешения, Уён чувствовал, что его поддевают.
Он надеялся, что нет, но взгляд Доёна говорил об обратном.
— Хочешь, чтобы я сказал «нет»?
Уён опустил голову, чувствуя себя униженным как никогда. Теперь он точно знал, что значит хотеть провалиться сквозь землю.
Доён рассмеялся, но в его голосе не было злости.
— Твоё особое умение — ругаться на английском?
Его голос звучал так обиженно, что Доён решил сменить тон.
Уён поднял голову, его взгляд выглядывал из-под капюшона. Доён, кажется, следил за каждым его движением.
— Даже если бы ты использовал более крепкие слова, всё было бы в порядке.