Ливень (Новелла) 64 глава
— У вас есть аллергия на какие-то цветы? Если да, их можно убрать.
Хэ Джин, завороженно разглядывавший цветы, сузил глаза от неожиданного вопроса. Он пытался держать дистанцию, но промолчать не мог — аллергия была опасна. Однако в этом вопросе сквозило что-то тревожащее, и его лицо невольно стало жестче.
Лайл же сделал вид, что полностью равнодушен, даже слегка смутившись, когда его телефон ненадолго завибрировал.
Пробежав глазами сообщение, он едва заметно нахмурился и, на этот раз глядя прямо на Хэ Джина, осторожно спросил:
—... У Марка есть кое-что для вас. Можно ему войти на минутку?
Снова почувствовав тот странный трепет, Хэ Джин кивнул. Учитывая, как он обычно нервничал во время еды, он понимал, почему Лайл спрашивал разрешения.
Что это за ощущение? Оно отличалось от слабого раздражения, которое он испытывал в прошлый раз, и это сбивало его с толку еще сильнее.
— Хозяин, мне нужно срочно обсудить с вами текущую перестройку. Думаю, лучше сделать это в присутствии мистера Брайта. Вы не против?
Марк лучезарно улыбнулся, и Хэ Джин едва сдержал горькую усмешку. Марк всегда вел себя осторожно, словно боясь напугать его. Но Хэ Джин уже давно привык к этому взгляду, полному беспокойства.
— Похоже, работы будут очень шумными и пыльными. Комната мистера Брайта может стать не самым удобным местом для проживания.
Удивленный словами Марка, Лайл бросил беспомощный взгляд на руку Хэ Джина, лежащую на столе. Это вышло неосознанно.
Установка лифта немного затянулась. Подготовка к смещению мэра шла гладко, но теперь какая-то организация, помешанная на историческом наследии, связалась с ними. Их можно было проигнорировать, но Лайл не мог просто отмахнуться, особенно когда ему заявили, что особняк якобы находится под угрозой обрушения.
На всякий случай он заказал детальную проверку конструкции здания. Рисковать жизнью Хэ Джина он не собирался.
— Пока что мистеру Брайту придется переехать. Как вы знаете, в главном корпусе только одна гостевая комната, а снаружи тоже будет неспокойно.
Даже если другие комнаты были в порядке, Лайл и не думал отправлять Хэ Джина туда. Он вспомнил, как тот стоял перед его дверью, промокший до нитки под дождем.
Просчитывая варианты, он вдруг вспомнил одно место. И прежде чем успел остановить себя, импульсивно предложил:
— Рядом с моей гостиной есть смежная спальня.
На него уставился удивленный взгляд Хэ Джина. Рефлекторно Лайл взял свои феромоны под контроль. Сегодня солнечный свет особенно красиво играл на его ресницах, и Лайл завороженно следил за этим, будто зачарованный. В этой пышной оранжерее его взгляд цеплялся только за темные волосы Хэ Джина.
— ...Ходить туда-сюда каждый день неудобно и небезопасно, так что, возможно, ближе — лучший вариант.
Комната, которую он имел в виду, была хозяйской спальней особняка. Две спальни располагались напротив друг друга с гостиной посередине — традиционная планировка для супружеских пар.
Но поскольку его родители никогда не делили эти комнаты по-доброму, изначальный смысл давно стерся. Произнося эту наглую просьбу, он надеялся, что Хэ Джин не поймет скрытого подтекста.
Понял ли Хэ Джин его намерения или нет, но его взгляд метнулся между лицами Лайла и Марка. Чем дольше длилось молчание, тем сильнее ладони Лайла покрывались потом.
Борясь с тревогой, он решил упомянуть то, что давно вертелось у него в голове. Рядом с той комнатой находились помещения, важные для его планов с лифтом.
— И еще... рядом есть кабинет. Самый большой в особняке. Думаю, вам будет удобно.
Хэ Джин нашел странной эту внезапную одержимость Лайла кабинетом, но не стал заострять внимание. Вместо этого он вспомнил сцену, которую увидел по пути в оранжерею.
Почему-то в особняке было непривычно оживленно. Больше дверей, чем обычно, оказались открыты, и люди сновали туда-сюда. Похоже, шла масштабная переделка.
Прожив здесь больше пяти лет, Хэ Джин прекрасно знал, что старый особняк требовал постоянного ухода. Видимо, в этот раз работы затронули зону рядом с его комнатой.
Не подозревая, что вся эта суета — ради него, он лишь думал, что попал в неловкое положение.
Но он не мог отделаться от ощущения, что между ним и Лайлом все становится слишком близко.
Конечно, добираться до комнаты Лайла ему действительно было трудно. Передвигаться на костылях по лестницам — не самое простое занятие, а планировка особняка и вовсе казалась враждебной к человеку с травмой.
Теперь, когда за ним по пятам ходили встревоженные слуги, возникла новая проблема. Сначала сопровождал один-два человека, но теперь, стоило ему пошевелиться, как собиралась целая толпа.
И что он мог ответить, если хозяин особняка просил его временно переехать из-за необходимого ремонта?
Тот странный трепет не проходил. А когда Лайл мягко поблагодарил его, он стал только сильнее. Что-то было не так, но Хэ Джин не мог понять что.
Один простой кивок — и множество людей пришли в движение. Хотя кивнул Хэ Джин, сам он оставался неподвижным, тихо сидя на кровати.
Попытка помочь со сбором вещей лишь заставила слуг мягко, но твердо отстранить его. Осознав, что только мешает, он покорно уселся на край кровати.
Неужели нужно перетаскивать все вещи для временного переезда?
— Как вам оранжерея? Это моя гордость, знаете ли.
Марк, ненадолго отлучившийся по делам, постучал в дверь. Несмотря на суету в особняке, он проверял состояние Хэ Джина каждый час.
Хоть это и напоминало наблюдение, тревожиться было сложно. Морщинки вокруг глаз Марка складывались в добродушные лучики, и Хэ Джин задумался, каково это — иметь дедушку.
У него не было дедушек и бабушек. Его родители потеряли своих рано. Без близких родственников Хэ Джин, едва обретший семью, снова остался один после аварии.
Марк с гордостью рассказал, что лично занимался оранжереей, которую годами забрасывали. Это вынудило Хэ Джина поделиться искренними впечатлениями.
Действительно, он никогда не видел такой великолепной оранжереи. Использовать такое место для завтрака — опыт, который вряд ли повторится. Мимолетный момент. Хэ Джин старался не придавать этому слишком много значения.
Хотя он невольно упомянул, что голубая арка внутри оранжереи особенно прекрасна.
— Все скоро закончат. Через пару часов можно будет поужинать и переехать. Вам что-то особенное приготовить?
Если только он не тосковал по особому супу своей матери, Хэ Джин редко делал конкретные запросы. Но Марк, зная это, все равно никогда не переставал спрашивать.
— Кстати, я волнуюсь, что в новой комнате вам будет трудно уснуть. Может, немного вина за ужином? Уверен, после этого вы уснете лучше.
— Ну... по последним анализам ваше здоровье значительно улучшилось, так что немного алкоголя не повредит. Или вы предпочитаете что-то кроме вина?
Хэ Джин ожидал, что Марк уйдет после отказа, но вместо этого тот задал неожиданный вопрос, и ему стало неловко.
— Э-э... я никогда не пил алкоголь.
Марк тоже не смог скрыть удивления. Он не предполагал, что Хэ Джин мог не пробовать спиртного.
Тот попал в особняк сразу после совершеннолетия. У него просто не было возможности выпить раньше. Хотя он помнил, как его брат часто выпивал и потом нежно к нему приставал.
Подумав, Марк снова улыбнулся, словно чувствуя себя немного виноватым под взглядом Хэ Джина.
— Может, воспользуетесь случаем и попробуете?
— Я выберу хорошее вино с низким содержанием алкоголя. Конечно, только если вы захотите.
Марк с гордостью рассказал о богатой коллекции вин в особняке. Немного освоившись, он стал общительнее с Хэ Джином.
И в конце концов тот, растерянный, кивнул.
— Я скоро вернусь за вами. Если что-то понадобится — просто позовите.
С этими словами Марк снова тепло улыбнулся и вышел.
Будто шторм прошел. Вино? То, о чем он даже не задумывался. Хэ Джин пытался убедить себя, что все это — лишь потому, что его здоровье улучшается.