Возжелай меня, если сможешь. (Новелла) 94 глава.
Над главой работала команда WSL;
Наш телеграмм https://t.me/wsllover
Кажется, миру скоро конец. Не исключено, что уже сегодня ночью человечество канет в Лету.
«Надо срочно позвонить родителям и сказать, что я их люблю». «Сегодня или никогда — я признаюсь ей!» «Знал бы, что так будет, оплатил бы подписку на стриминги всего на месяц, а не на год вперёд! Деньги на ветер!»
Пока в головах пожарных царил хаос из запоздалых решений и горьких сожалений, их взгляды были прикованы к одной точке.
Там, у подоконника, прислонившись к раме, стоял Дейн. На его лице застыло выражение глубочайшего страдания, словно он жевал лимон вместе с коркой. А сзади, крепко обхватив его руками поперек груди, висел Грейсон. Он не просто обнимал Дейна — он буквально льнул к нему, то и дело блаженно, как огромный кот, потираясь щекой о его затылок.
Нарушить тишину отважился, как всегда, Эзра. Бледный как полотно, он сделал шаг вперед от группы товарищей и неуверенно ткнул дрожащим пальцем в сторону сцепившейся парочки.
— Что... как это понимать? Э-э... почему вы... так стоите?..
Вопрос вышел скомканным, слова застревали в горле. В ответ на это заикание Грейсон лишь лениво улыбнулся, напоминая сытого кота, греющегося на солнцепёке. Его губы подрагивали, словно он умирал от желания что-то сказать, но из вредности хранил молчание.
Зрители, наблюдавшие за этой пантомимой, потеряли дар речи. Оставалась надежда на Дейна, но тот, казалось, решил игнорировать реальность: он лишь остервенело затягивался сигаретой, выпуская клубы дыма, и не выказывал никакого желания объясняться.
В конце концов Эзра снова обратился к Грейсону:
— Похоже... э-э... случилось что-то хорошее? Может, поделишься с нами? ...И заодно объяснишь, почему ты на нём висишь.
Эзра не решился озвучить вторую часть вопроса вслух, лишь неопределенно помахал рукой в воздухе, указывая на объятия.
Грейсон издал тихий смешок — «Хе-хе», — который перерос в долгий, полный удовлетворения вздох. — Ха-а...
Наконец он соизволил ответить. Его лицо сияло такой гордостью и восторгом, что на него было больно смотреть. Он нарочито растягивал гласные, смакуя каждое слово:
— Мы-ы теперь встреча-а-аемся.
Все, кто до этого затаил дыхание и навострил уши, застыли, не в силах переварить услышанное. Несколько секунд в помещении висела гробовая тишина.
— Что этот ублюдок сейчас вякнул? Мне, кажется, послышалось.
Эта фраза прорвала плотину. Остальные тут же начали яростно отрицать реальность, хватаясь за любую соломинку.
— А-ха-ха! А-ха-ха-ха! Миллер наконец-то окончательно свихнулся.
— Мы в последнее время слишком часто выезжали на вызовы, да? Накопилась усталость, вот и начались коллективные галлюцинации. Видим то, чего нет.
— Эй, видели, как сегодня акции рухнули? Там сплошная красная зона, конца и края нет...
Они несли полную чушь, перебивая друг друга, лишь бы не признавать очевидного. И их можно было понять. Дейн с кем-то встречается? Не перепихнулся на одну ночь, не снял кого-то в баре, а завел отношения? Тот самый Дейн Страйкер?
Да еще и с Грейсоном Миллером?!
Бред сивой кобылы. Очевидно же, что у всей смены одновременно отказали уши и глаза!
Пока коллеги мысленно обменивались контактами своих офтальмологов и лоров, только Эзра нашел в себе мужество взглянуть правде в глаза.
— Эм... Дейн. Что за чушь несет Миллер? Я что-то... плохо понимаю происходящее.
Дейн даже не взглянул на мужчину, издавшего этот смешок, хотя, безусловно, слышал его. Остальные парни, которые еще секунду назад несли какую-то чепуху, мгновенно притихли. В повисшей ледяной тишине голос Грейсона прозвучал особенно отчетливо:
— С сегодняшнего дня мы встречаемся. Проще говоря, я теперь парень Дейна.
Договорив, он с видом человека, умирающего от восторга, принялся тереться щекой о плечо Дейна. Рука Грейсона, до этого лежавшая на талии пожарного, скользнула выше и, не теряя времени, собственнически сжала его грудь.
На виске Дейна тут же вздулась синяя вена. Впервые за все это время его непробиваемая броня дала трещину.
— Отвали от меня, ёбаный извращенец!
Рявкнув, Дейн схватил Грейсона за волосы, пытаясь силой оторвать его от себя. Но тот, словно приклеенный, продолжал висеть на его пояснице, скалясь в широкой улыбке и продолжая бесстыдно наминать грудь Дейна одной рукой.
Увидев эту картину, Эзра почувствовал, как кровь отлила от лица; перед глазами у него потемнело, и он едва не пошатнулся. В ту же секунду остальные пожарные, до последнего старавшиеся игнорировать происходящее безумие, наконец сорвались — их вопли и визг, казалось, могли обрушить стены станции.
Дейн стоял, привалившись спиной к шершавой внешней стене пожарной части, и выпускал изо рта длинную струю дыма. Уловив краем уха чье-то присутствие, он рефлекторно напрягся и резко обернулся, но, разглядев пришедшего, тут же расслабил плечи.
Эзра улыбнулся, но вышло это криво и неловко. Дейн ничего не ответил, лишь настороженно скосил глаза ему за спину. Эзра, мгновенно считав этот взгляд, поспешил успокоить друга:
— Я оторвался от Миллера, не волнуйся. Он сюда не придет.
Только тогда Дейн отвел взгляд и снова поднес сигарету к губам. Заметив мрачное выражение на лице товарища, Эзра тихо подошел и встал рядом, осторожно изучая его профиль. Лишь когда Дейн глубоко затянулся и медленно выдохнул густое облако дыма, Эзра решился заговорить:
— Слушай, Дейн... Что, черт возьми, стряслось? Я так перепугался... Да и остальные тоже. Все переживают, не понимают, что происходит.
Дейн повторил это слово так, словно сама концепция беспокойства была ему чужда. «С чего бы им вообще париться?» — читалось в его интонации. Эзра кивнул:
— Ну, сам понимаешь, ситуация, мягко говоря, ненормальная. У тебя какие-то проблемы? Если мы можем чем-то помочь...
Дейн отрезал это твердо и безапелляционно. Эзра на мгновение растерялся, пытаясь уловить подтекст: означало ли это, что проблем действительно нет, или что помочь им никто не в силах? Но отступать он не собирался.
— Это... может, ситуация такая, что о ней сложно говорить?
Он зашел издалека, максимально деликатно, но Дейн продолжал молча смотреть куда-то вдаль, яростно затягиваясь сигаретой, словно хотел выкурить ее в один присест. Глядя на это нервное курение, Эзра не выдержал и озвучил свою главную догадку:
— Только не говори, что Миллер тебя шантажирует?
Дейн бросил короткий ответ с таким лицом, будто у него разболелся зуб. Эзра продолжал сверлить его встревоженным взглядом, ожидая продолжения. В конце концов, Дейн, выпустив дым вместе с тяжелым вздохом, неохотно пояснил:
— Он предложил повстречаться три месяца. Вроде как испытательный срок. Я просто согласился, вот и всё.
Эзра застыл, не в силах сразу переварить услышанное. Сам факт того, что Дейн принял подобное предложение, уже был шокирующим, но представить, как именно и при каких обстоятельствах они вообще договорились до такого, было выше его понимания.
Дейн прервал мыслительный процесс друга прежде, чем тот успел снова открыть рот с новыми подозрениями. Он снова поднес сигарету к губам и холодно добавил...
— Он спас жизнь Дарлингу, я просто не мог отказать. К тому же он пообещал: если я потерплю три месяца, он свалит с глаз долой.
Эзра вытаращил глаза от удивления. Дейн, не меняя позы, коротко пояснил:
— Если через три месяца мои чувства к нему не изменятся, он уволится из части и больше никогда не появится в моей жизни.
Эзра выдержал паузу, словно пытаясь переварить услышанное. В его голосе звучало недоверие. Дейн, продолжая смотреть куда-то в сторону, ответил с ленивым безразличием:
— Приходится верить на слово. А если он вдруг переобуется на ходу... ну, тогда и буду решать, что делать.
Голос Эзры прозвучал неуверенно, фраза повисла в воздухе с каким-то странным, липким послевкусием. Дейн, почувствовав это, скосил на него глаза.
— Чего ты? Хочешь что-то сказать — говори.
Стоило ему бросить эту фразу, как Эзра смутился. Он неловко почесал щеку и, пряча взгляд, пробормотал себе под нос:
— Да нет, просто... вдруг ты и правда передумаешь...
Голос Дейна лязгнул холодом, безжалостно обрубая даже призрачную возможность такого исхода.
— Меня сейчас вполне устраивает моя жизнь. Зачем мне всё усложнять какими-то отношениями? На кой чёрт мне этот лишний геморрой?
— Прости. Я не хотел тебя злить, извини.
Эзра поспешно отступил, рассыпаясь в извинениях. Дейну стало тошно от самого себя: сорвался на парне ни за что. «Это всё вина того извращенца, а отдувается Эзра», — с досадой подумал он, поморщившись.
Но ходить в должниках он ненавидел. Жизнь Дарлинга — это святое. «Если цена за спасение моего кота — терпеть этого ублюдка три месяца, то я еще легко отделался, — рассудил Дейн, чувствуя, как внутри всё же ворочается глухое раздражение. — Дарлинг стоит гораздо большего, с жизнью этого придурка не сравнить».
— Я не передумаю. Серьезные отношения — это не для меня. Ни с ним, ни с кем-либо другим.
Эзра кивнул, соглашаясь, и тут же, словно стирая недавнее напряжение, натянул на лицо привычную мягкую улыбку.
— Ладно, я пойду внутрь. Надеюсь, Миллер тебя здесь не засечет.
На эту шутливую реплику Дейн даже не обернулся, лишь лениво махнул рукой на прощание.
Слушая, как затихают шаги Эзры, удаляющегося по коридору, он снова поднес сигарету к губам. Горький дым заполнил легкие до отказа, а затем медленно, тягучей струей покинул их.
В памяти внезапно всплыло то, что он упустил минуту назад. Почему слова Эзры, на которые он тогда не обратил внимания, вдруг зазвучали в голове так отчетливо, словно эхо в пустой комнате?
«Какое счастье, что между тобой и Миллером ничего нет...»
Дейн замер, забыв даже моргнуть. Сизый дым некоторое время клубился вокруг его неподвижной фигуры, пока, наконец, безвольно не растворился в воздухе.