Полный перевод Shooting Stars - Xavier: Myths
Видео версии перевода глав в двух вариантах озвучки вы можете найти по ссылкам: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9
Оглавление: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9
Первая глава
Одна старинная легенда о прошлом Филоса живёт в преданиях бродячих менестрелей, и отголоски её звучат во всех уголках планеты.
Конец эпохи безвластия ознаменовало пришествие легендарной Королевы, что вернула себе законный престол.
Грядëт весна, и в кромешной тьме вновь сияет луч надежды.
Под мудрым правлением Королевы угасающий мир Филоса вновь возродится в былом блеске и величии.
Я восседаю на огромном холодном троне в главном зале. У основания пьедестала – мой Рыцарь Грандис, Ксавье.
Пока народ ликует, празднуя день Коронации Королевы, для него — это день прощания, что предвещает нашу разлуку.
МС: Ты настоял на тайной аудиенции. Не сочтут ли твои товарищи Бэктрекеры подобный жест предательством?
Ксавье: Кроме того, я всё ещё занимаю положение рыцаря Филоса, и почтить визитом Королеву — мой долг.
МС: ...Ты действительно хочешь улететь?
Ксавье: Корабль уже готов к отправлению.
МС: Но это невероятно опасное путешествие!
Ксавье: Пока Её Величество Королева сама не изволит отдать приказ о ликвидации, наша безопасность гарантирована.
Её Величество Королева… Какой холод в этом официальном обращении.
Ко мне внезапно приходит осознание, что Ксавье давно перестал называть меня по имени.
В этот момент, глядя на его фигуру у подножия длинной лестницы, я понимаю, как давно по-настоящему не смотрела в его лицо.
Склонив голову, я поднимаюсь с трона и спускаюсь по ступеням.
МС: В таком случае, я объявлю народу, что...
Я останавливаюсь, оказавшись лицом к лицу с Ксавье.
МС: Рыцарь Грандис пал в героической битве с врагами Филоса. Тебе будут оказаны все положенные почести.
Ксавье: Благодарю, Ваше Величество.
В просторном зале гуляет ветер, и подвеска-звёздочка на эфесе его меча слегка покачивается.
Ночная тьма не позволяет разглядеть её, но этот образ уже успел отпечататься в моём сознании.
Ксавье проводит большим пальцем по эфесу меча.
Я мысленно возвращаюсь к тому дню, когда впервые спросила его о значении этой подвески. Это было очень-очень давно...
Во времена, когда мы ещё учились в Академии Рыцарей Астрии.
Сбросив зимнюю пелену, земля у подножия монумента Святого Меча Богини в центре учебного двора расцветает островками небесно-голубых незабудок.
Узнав о возвращении патруля Звёздных Охотников, я выбегаю из кампуса и мчусь по Аллее Астронауки пока не оказываюсь у монумента Святого Меча.
Ученики, разбившись на небольшие группы, внимают вице-капитану Джеремайе и его браваде о невероятных космических бедствиях, с которыми пришлось столкнуться экипажу.
Джеремайя: Потеряла нашего старосту?
Дважды обведя взглядом толпу, Джеремайя задумчиво чешет затылок.
Джеремайя: Странно, он исчез сразу, как мы вернулись...
Я смотрю в сторону высокой часовой башни.
Я бросаюсь к часовой башне и уже за спиной слышу возгласы Джеремайи.
Джеремайя: Стой! Он ранен, он при смерти! Нельзя его тревожить!
Моя догадка оказывается верна, и на вершине башни я нахожу Ксавье. Он сидит на самом краю, подставив лицо прохладному ветру.
МС: Вернулся, не сказав ни слова, и спокойно сидишь здесь в одиночестве.
Ксавье: Как видишь, ты можешь найти меня, даже если я не скажу ни слова.
Он не оборачивается, в его голосе звучит всё то же привычное равнодушие.
Я устраиваюсь рядом с ним на краю башни. Замечаю, как он крепит звёздную подвеску обратно к эфесу меча.
МС: (Должно быть, опять бездумно рассматривал эту подвеску...)
Ксавье: Почему у тебя такой мрачный вид? Кто тебя обидел?
МС: Джеремайя сказал, что ты при смерти из-за ранения, которое получил во время экспедиции. Я испугалась на секунду.
МС: Но, судя по всему, ты цел и невредим.
Ксавье: Вот как. Значит, если я действительно буду при смерти, ты испугаешься лишь “на секунду”?
МС: Прямо сейчас мне ни секунды не хочется переживать за тебя!
Ксавье: Признаться, я переживал, что стоит мне вернуться, как ты сразу захочешь свести счеты, поддавшись идее отсечь мне руки или ноги.
МС: Раз ты осознаёшь это, в следующий раз не ищи неприятностей, скрывая всё от окружающих.
МС: Хотя ты прав, я действительно хочу свести с тобой счёты.
Речь идёт о том, что случилось месяц назад, сразу после начала зимних каникул.
В последнее время участились нападения Странников на Филос. В целях безопасности всем студентам велели сообщить руководству о своих планах на каникулы.
Только Ксавье никак не отчитался. На второй день каникул он тайком забрался на борт звездолёта зимнего патруля Звёздных Охотников и улетел.
Когда мы случайно столкнулись перед отправлением корабля, он лишь поспешно шикнул, не удостоив меня объяснениями.
МС: Целый месяц вся Академия гудела, и твои фамильные ищейки приходили ко мне с расспросами.
МС: Мне приходилось врать всем им в лицо и трястись от страха, гадая, не нарвался ли ты на какую-нибудь опасность во время патруля!
С каждым сказанным словом злость закипает во мне всё сильнее. Ксавье лишь посмеивается в ответ.
Ксавье: Благодаря твоему невероятному красноречию и актёрскому таланту, моё прикрытие оказалось под надёжной защитой.
Ксавье: С меня чай с молоком и мёдом?
Ксавье: Этого недостаточно? Тогда добавим кусочек пирога с тростниковым сахаром?
Губы Ксавье растягиваются в довольной улыбке, что раздражает меня ещё сильнее. Я решаю, что он не отделается от меня так просто.
МС: И ты составишь мне компанию.
Ксавье: Я всю неделю буду обедать с тобой.
Прикрыв глаза, Ксавье расслабленно откидывается на спину.
Ксавье: Ты молча смотришь на меня. Честно говоря, непривычное ощущение.
Ксавье: Такой приятный ветерок, не присоединишься?
МС: Приближённые твоей семьи наведываются чаще обычного. Возможно, на этот раз случилось что-то серьёзное.
Ксавье: В следующем месяце отбор Искателей Света. Почему ты не тренируешься?
Ксавье: В этом году свободно лишь одно место.
МС: Ты всегда уходишь от ответа, когда речь заходит о твоей семье…
МС: Говорят, если человек влюблён, он часто витает в облаках, смотря в одну точку или на какой-то предмет.
Ксавье: Я много раз повторял тебе – это не то, о чём ты думаешь.
И всё же он не рассказывает, откуда у него эта подвеска, с которой он никогда не расстаётся.
МС: Такие дизайны подвесок были популярны давным-давно. У человека в твоём сердце… старомодный вкус.
Ксавье: Правда? Тогда могу ли я узнать, какие дизайны популярны сейчас в народе?
МС: Простые, с чёткими линиями… Как эмблема на нашей форме.
Ксавье: Никогда не обращал внимания. Но, если подумать, моя подвеска не сильно отличается.
МС: Ещё как отличается! Ты правда этого не понимаешь? В следующий раз, я подарю…
Ксавье: Так что ты собираешься мне подарить?
МС: Ничего! Я ухожу на занятия!
МС: Раз уж ты вернулся, я больше не собираюсь покрывать тебя перед твоей семьёй.
Ксавье: После чая с молоком и мёдом… согласишься на ещё одну услугу?
Ксавье: Иди на занятия. Завтра в полдень встретимся у монумента Святого Меча Богини.
МС: Только не говори, что хочешь снова устроить поединок!
Вторая глава
Академия Рыцарей Астрии – древнейшая и благороднейшая королевская академия на Филосе. Большинство прославленных мечников и Рыцарей Грандис, чьи имена вписаны в историю, вышли из её стен.
Академия основана королевской семьёй для подготовки рыцарей Ордена Искателей Света. В академии три направления: Звёздные Охотники, специализирующиеся на атаке, Лунные Ловцы, сосредоточенные на поддержке, и Радужные Бегуны, чья основная деятельность – защита.
Как правило, все студенты находятся в дружеских отношениях. Но есть исключение: в глазах окружающих я, староста Лунных Ловцов, и Ксавье, староста Звёздных Охотников, – злейшие враги.
На следующий день после обеда мы встречаемся во дворе у монумента Святого Меча Богини.
Студент А: Все сюда! Старосты Лунных Ловцов и Звёздных Охотников снова затеяли поединок!
Студент В: Наш староста – Ксавье, сам принц Филоса! И зачем староста Лунных Ловцов вечно ему досаждает?
Студент С: А что с того, что он – принц? Наша староста – лучшая ученица Рыцаря Грандис. Они не уступают друг другу в искусстве владения мечом, так что невозможно определить, кто выйдет победителем.
Студент А: А ведь пришла весна, наступило самое спокойное время для учёбы. О чём только они могли повздорить?
Студент В: В следующем месяце начинаются вступительные испытания в Орден Искателей Света. Может, они сражаются за право претендовать на единственное место?
Студент С: Но если у них один наставник на двоих, разве нельзя решить вопрос иначе?
Студент А: Похоже, у них слишком натянутые отношения.
Студент В: Это ещё мягко сказано…
Студент С: Должно быть, они презирают друг друга…
Толпа разрастается, окружая нас плотным кольцом зевак, и моя рука невольно ложится на эфес меча.
Ксавье стоит напротив, сохраняя невозмутимое спокойствие, несмотря на колкие пересуды.
Ксавье: Когда дойдём до тридцатого хода, я открою тебе место для удара.
Ксавье: Это всё тот же приём, “След кометы”. Ты должна воспользоваться моментом и одолеть меня.
Обведя взглядом толпу, я невольно вздыхаю.
МС: Ксавье, каждый раз, когда ты не можешь найти предлог, чтобы не возвращаться домой, ты почему-то просишь именно меня инсценировать это показательное поражение.
МС: И из-за этого все вокруг уверены, что мы злейшие враги, хотя учимся вместе уже столько лет.
Ксавье: Мы ученики одного наставника, действующего Рыцаря Грандис.
Ксавье: Следовательно, во всей Академии только ты можешь хоть как-то противостоять мне.
Ксавье: Выбери я кого-то ещё, это выглядело бы неправдоподобно.
МС: В прошлый раз, когда ты не захотел сдавать итоговый экзамен по кулинарии, ты тоже заявлял, что это было в последний раз!
МС: В итоге преподаватель накричал на меня и отчитал за отсутствие товарищеского отношения к сокурсникам…
МС: Неужели ты настолько не хочешь видеть отца, что даже сбежал с патрулём, лишь бы избежать встречи?
Ксавье: Я бы предпочёл, чтобы он вовсе не был моим отцом.
Ксавье опускает голову и слегка сжимает рукоять меча, проводя пальцем по звёздной подвеске, свисающей с него.
Малейшее движение этой звёздочки почему-то режет мне глаза.
МС: Ладно… Верю на слово, в последний раз.
МС: Но на этот раз у меня тоже будет просьба.
Мой взгляд задерживается на звёздной подвеске прежде, чем я подталкиваю рукоять меча большим пальцем, высвобождая клинок.
МС: Скажу, когда проиграешь. Начнём.
Ксавье: Значит, тридцатый ход?
МС: До этого не дойдёт. Я сумею одолеть тебя раньше.
Вскоре во дворе появляется королевский гонец в сопровождении гвардейцев. Пробиваясь сквозь толпу студентов, он видит следующую картину…
Принц Ксавье в разгаре поединка со своей младшей боевой сестрой. Их движения молниеносны, и каждый удар мечей рождает вспышки, похожие на искры падающих звёзд.
Королевский гонец: Почему они снова дерутся?
Королевский гонец, хоть и несведущ в искусстве владения мечом, отлично видит: девушка яростно нападает, её атаки быстрые и агрессивные. Принц же, напротив, находится в незавидном положении и лишь обороняется.
Королевский гонец: Странно, с каких пор принц так посредственно орудует мечом…?
Со всех сторон доносится гвалт, сквозь общий шум прорываются отдельные восклицания: “Вот это напор!” и “Ещё бы им не соперничать!”.
Однако, стоит королевскому гонцу приглядеться, как он замечает нечто странное в поведении соперников.
Пусть атаки девушки и выглядят яростно, нетерпение играет против неё – она раз за разом промахивается по уязвимым местам противника.
Принц же, хоть и загнанный в угол, кажется совершенно невозмутимым. Его изящные шаги неспешны, а на лице – ни тени волнения.
Ксавье: Девятнадцать… Двадцать…
Ксавье: Двадцать с половиной. Этот выпад я парировал, так что засчитаем как половину.
Ксавье: У тебя осталось меньше десяти ходов. Всё ещё настаиваешь, чтобы я не поддавался?
Королевский гонец: О чём он... лучше мне побыстрее вмешаться.
Ведь в указе, что он должен огласить, решается судьба всего Филоса!
Королевский гонец: Немедленно разнимите их!
Гонец взмахом руки подаёт сигнал стоящим сзади гвардейцам — и два отряда единым строем врываются во двор.
Девушка вынуждена резко сменить траекторию выпада. Уворачиваясь от внезапно появившихся стражей, она отпрыгивает назад, почти пригибаясь к земле.
Именно в этот момент принц, до сих пор сохранявший ледяное спокойствие, вдруг теряется. Он бросается вперёд – прямиком на изменивший траекторию клинок девушки.
Королевский гонец: Тревога! Скорее, защитите Его Высочество принца!
Гвардейцы мгновенно отзываются на приказ. Накалённая атмосфера сменяется хаосом, сопровождаемым изумлёнными криками студентов.
Я отступаю к подножию монумента Святого Меча Богини, растирая подвёрнутую лодыжку.
Ксавье внезапно оказывается окружён свитой, что поспешно уводит его прочь, и наша дуэль обрывается. Публика потихоньку расходится.
Джеремайя: В этот раз мы, Звёздные Охотники, перешли все границы. А уж Ксавье…
Джеремайя: Хочет он стать Искателем Света или нет, но привлекать дворцовых гвардейцев для срыва поединка – это уже слишком! Никакой рыцарской чести.
МС: На самом деле, ты всё неправильно понял...
Джеремайя: Ты его ещё и защищаешь? Тогда позволь я кое-что тебе расскажу.
Джеремайя замолкает, затем склоняется к моему плечу с видом заговорщика.
Джеремайя: Говорю тебе это как другу. В последнее время ко двору часто наведываются иноземные послы. Поговаривают, решается вопрос династического брака.
Джеремайя: Ксавье хоть и учится с нами, но не забывай – он принц. Не исключено, что гонец явился как раз по этому вопросу.
Джеремайя: Если ты и вправду к нему что-то чувствуешь... тебе придётся постараться. Нужна моя помощь?
При звуке его голоса я резко выпрямляюсь.
МС: Вы слишком быстро переговорили с гонцом.
Ксавье ничего не отвечает. Его взгляд задерживается на моём лице, скользит от неловко застывшей руки Джеремайи у меня на плече к его напряжённому лицу.
Наконец, так он даёт понять, что настроен враждебно.
Джеремайя: Хватит сверлить меня взглядом. Ты травмировал человека и гордо удалился. Кто-то же должен был о ней позаботиться.
Джеремайя: Вынужден признать, твой подход слишком уж жесток. Она ведь плакала тут от боли!
МС: (Джеремайя немного привирает…)
Ксавье: Крайне признателен за твою отзывчивость.
Произносит Ксавье ровным тоном и снимает руку Джеремайи с моего плеча, подняв за один палец.
Ксавье: Это моя младшая, я сам о ней позабочусь.
Джеремайя: Я ведь из добрых побуждений.
Во дворе достаточно просторно, но Ксавье намеренно вклинивается между мной и Джеремайей, непринуждённо привлекая меня к себе.
Ксавье: Не расточай свои добрые побуждения понапрасну – позаботься о собственных младших.
Третья глава
Сколько я себя помню, моей основной деятельностью было оттачивание искусства владения мечом. Мой наставник – величайший мастер фехтования на Филосе, Рыцарь Грандис Ордена Искателей Света и самый доверенный советник Короля.
Всё это время я знала и о принце Ксавье – своём старшем боевом товарище, что не знал себе равных в мастерстве фехтования.
Долгое время я ни разу не встречалась с ним лично, однако наставник твердил, что мой долг – защищать его в будущем.
Поскольку именно ему суждено взойти на трон Филоса и стать королём.
Мой же путь – стать его Рыцарем Грандис, чья храбрость не имеет границ и чья верность непоколебима.
Позднее в тот же день Ксавье возвращается в дом нашего наставника, подсадив меня к себе на спину.
МС: Ксавье, я в состоянии идти сама…
Ксавье: Ты серьёзно сейчас плакала?
МС: Джеремайя просто преувеличивает! Ты правда поверил?
Ксавье: Тогда позволь, я проверю.
Ксавье опускает меня на землю и наклоняется ближе.
Ксавье: Глаза красные. Если ты не плакала, значит – заболела.
Его фигура, нависающая надо мной, перекрывает свет. Он касается моей щеки, оттягивает нижнее веко большим пальцем, пристально всматриваясь.
Я не успеваю среагировать, как он внезапно дует мне в лицо.
Ксавье: Всё дело в том, что в твои глаза пробралась тень какой-то бесцеремонной личности.
МС: Какая ещё бесцеремонная личность? Неужели ты про Джеремайю?
Ксавье: Наклоняется к тебе слишком близко, фамильярничает, распускает руки… Это очень странно, разве нет?
МС: Странно говорить подобный бред с невозмутимым видом.
Я делаю шутливый выпад в сторону Ксавье, но он, к моему удивлению, даже не пытается увернуться. Мы вместе оказываемся на ковре, его тело смягчает удар от падения.
МС: Ты… Почему ты не увернулся?
Ксавье: Если ты растянешь связку во второй раз, она будет долго заживать.
МС: Но если и ты пострадаешь, наставник не оставит нас в покое и снова начнёт читать нотации…
Ксавье: “Рыцарь Грандис – это клинок воли Короля. Ваши мечи должны быть направлены в одну сторону”.
Ксавье: Разбуди меня ночью – повторю наизусть.
МС: Ох, точно… А как скоро вернётся наставник?
МС: Я толком не отработала новый приём, который он мне показал… Если устроит проверку – мне конец.
Ксавье: Наставник возглавляет экспедицию рыцарей. Он не вернётся в ближайшее время.
Ксавье: Наставник? Вы вернулись раньше срока?
МС: Мы… Поздравляем Вас с триумфальным возвращением!
Наставник: Разве я учил вас приветствовать рыцарей, растянувшись на ковре?
Возможно, в честь триумфальной победы наставник организует роскошный ужин.
Он столько лет провёл в битвах и войнах, что, даже сидя за праздничным столом, без доспехов, источает леденящую ауру смерти.
Ксавье: Наставник, как прошла экспедиция рыцарей в этот раз?
Наставник: Уже на обратном пути рыцарям поступил тайный приказ разыскать пропавшего члена королевской семьи, что, предположительно, затерялся в космических просторах.
Наставник: Экспедиция прошла бы гораздо спокойнее, не помешай нам это дело.
Наставник: Ну что же, как всё прошло? Целую зиму провёл в звёздном патруле. Поделишься наблюдениями?
Пальцы судорожно сжимают вилку.
Опыт научил, что чем непринуждённее тон наставника, тем серьёзнее проблема. Кажется, сегодняшний ужин будет горчить.
Ксавье: Я признаю, что принял неверное решение…
Я украдкой бросаю взгляд на Ксавье. Тот с тяжёлым видом пережёвывает только что отправленный в рот кусок жареной курицы.
Ксавье: Звёздные просторы Филоса обширны, а школьные патрули немногочисленны. В следующий раз я отправлюсь с Искателями Света.
Наставник: Хм. А я, быть может, не соглашусь взять тебя с собой.
Наставник знает привычку Ксавье избегать сути вопроса, переключаясь на второстепенные детали, и потому поворачивается ко мне.
Наставник: Теперь ты. Как ты потянула лодыжку?
МС: Я? На тренировке, по неосторожности…
Наставник: Какое прилежание. Так, кто победил в сегодняшнем поединке?
МС: Не было никакого поединка!
Мы с Ксавье ненамеренно перебиваем друг друга. Тревожно переглядываемся, осознав, как глупо выдали себя.
Наставник: Впервые за всю историю Рыцарь Грандис опускается до того, что помогает королю прогуливать занятия.
Наставник: Раз уж вы оба так любите соревноваться, разве вас могла устроить ничья?
Наставник: Почему бы вам не обменяться ещё тысячей ударов? Пока не выявите победителя, можете даже не возвращаться.
Мы с Ксавье вновь переглядываемся, с неохотой откладываем вилки и поднимаемся.
Но не успеваем сделать и шага, как слышим за спиной нарочито громкий вздох.
Наставник: Доешьте сначала, а потом уже идите.
Монумент Святого Меча Богини возвышается на фоне ночного небосвода. Два клинка высекают искры, похожие на россыпи ярких звёзд.
Ксавье отступает на пару шагов, не теряя равновесия.
МС: Ксавье, ты снова проиграл.
Ксавье: Чудесно. Это значит, что ты снова выиграла.
Я перевожу дух, растираю ноющую мышцу предплечья и вновь заношу меч.
Ксавье: Ты серьёзно намерена отработать тысячу ударов? Слушаешься каждого приказания наставника.
МС: Я и своего старшего боевого товарища слушаюсь, иначе откуда бы взяться этой травме?
Ксавье: Тогда старший товарищ велит тебе немедленно присесть и отдохнуть. Послушаешься?
Он кивает на мои ладони, крепко сжимающие эфес меча.
Ксавье: Сперва займёмся твоими стёртыми в кровь ладонями.
Мы устраиваемся рядом друг с другом у основания монумента Святого Меча Богини.
Он, придерживая кончики моих пальцев, наносит лекарство на окровавленные ссадины.
МС: Ай! Сыплешь слишком много, щиплет.
Ксавье: Глядя на твоё упорство, я было подумал, что ты готова терпеть любую боль.
МС: К упрёкам наставника я привыкла, но ты мог бы хоть добрым словом поддержать…
Ксавье, придерживая мою руку, принимается бережно бинтовать ладонь.
Я оборачиваюсь к возвышающемуся за спиной монументу.
МС: Впрочем, я понимаю, что наставник хочет донести.
МС: Этот памятник выкован из клинков павших в бою Рыцарей Грандис.
МС: Наставник велел нам тренироваться здесь, чтобы я не забывала…
МС: Меч рыцаря всегда должен быть направлен туда, куда укажет его Король.
МС: Рано или поздно наступит день, когда я им стану.
Подобрав колени и устроившись поудобнее, я любуюсь, с какой сосредоточенностью Ксавье обрабатывает мои раны.
МС: Кстати, по какому вопросу придворные разыскивали тебя на этот раз?
Ксавье: Ничего нового – настаивают на моём возвращении.
Ксавье: Королевский гонец сообщил, что уже идут приготовления к Церемонии Титулус.
МС: К Церемонии Титулус?! Это же серьёзное событие, почему так внезапно...
Пусть Ксавье и единственный принц Филоса, придворный этикет чрезвычайно строг. От “Принца” до “Наследного Принца” – всего одно слово, но за ним скрывается целый лабиринт формальностей, которыми нельзя пренебречь.
Монумент Меча увит древними кленовыми лозами. Из-под листьев вылетают светлячки.
Звёздные блики играют на лице Ксавье, но его глаза на мгновение теряют живой блеск.
Ксавье: На этот раз он может и не оправиться.
“Он” – это отец Ксавье. Король Филоса.
Отношения Ксавье с отцом – болезненная тема, которая давно стала запретной в наших разговорах.
МС: Значит… В этот раз ты вернёшься?
Ксавье: Тот случай… Мне никогда его не забыть.
Относительно “того случая”, Ксавье так ни разу и не поведал мне всю историю целиком.
Лишь по крупицам, улавливая обрывки его скрытых мыслей в наших повседневных разговорах, я постепенно собирала воедино картину произошедшего.
Если мои предположения верны, всё случилось во время Церемонии Гладиус.
В истории Филоса укоренилась традиция, согласно которой лишь тот правитель, что выдержит испытание светового клинка и докажет свою власть над его силой, обретает право стать наследником планеты.
Это испытание и есть Церемония Гладиус.
В ту пору, на юге, в Лесу Звездопадов обитал Странник, что долгое время наводил ужас на всю округу.
Испытанием, которое выпало на долю Ксавье, было освободить лес от чудовища, полагаясь лишь на собственные силы.
Я была рядом в тот день и видела, как Принц уходил в лесную глушь.
Это были дикие, ничейные земли, где господствовал хаос магнитных колебаний. Ночной туман клубился между вековыми дубами и тисами, в вышине раздавались крики зловещих птиц.
Стоило Ксавье ступить под сень деревьев, как все звуки разом смолкли. Лес обратился в огромного затаившегося зверя, поджидающего свою добычу.
Толпа у края лесной опушки роптала в ожидании знамения. Но день сменялся днём, а лес молчал, погружённый в свою зловещую тишину.
Один за другим люди разбредались, оставив надежду увидеть Принца живым и пророча ему смерть в пасти чудовища.
В конце концов, осталась лишь я, неустанно вглядываясь в чащу с того места, где он исчез.
За все подобные случаи между нами установилось негласное обещание.
Он часто покидал меня – то отправлялся на разведку с космическим патрулём, то был вынужден возвращаться во дворец под натиском королевских гонцов.
Я всегда спрашивала, когда он вернётся. И если он мог ответить, то никогда не нарушал слова и возвращался в обещанный срок.
Перед тем, как принц должен был войти в лес, все молились за его благополучие. В тот момент Ксавье приблизился ко мне и тихо прошептал на ухо…
Той ночью, когда истёк седьмой день, не было луны. Последний человек, стоявший подле меня, оставил надежду и отступил.
И тогда, перед самым рассветом, из бездны леса пробился слабый луч света.
Он становился всё ярче, пока не обрёл очертания бледной фигуры.
Ксавье вернулся из лесной чащи, оставив непроглядную тьму позади.
Световой клинок, поглощённый его силой, рассыпался мириадами искр от взмаха руки. Он приблизился ко мне, сжимая в ладони Протокор Странника.
Но не было ни желанного ликования, ни облегчения. Лишь тяжелая тишина, когда, опустив голову, он заключил меня в объятия.
Мне до сих пор неизвестно, что ему пришлось пережить за те семь дней в лесу.
Победа над Странником стала его великим подвигом. Но я почувствовала, что с того дня Ксавье изменился.
Словно часть его навеки затерялась в глубине Леса Звездопадов.
Сидя среди мерцающих огоньков у основания монумента, Ксавье склоняет голову.
Ксавье: Я не могу стать тем, кем он хочет меня видеть.
Ксавье: И я не желаю занимать его место на ледяном троне.
Наши судьбы разнятся, и лгать о понимании было бы лицемерно. Мне остаётся лишь взять его за руку.
МС: Но, если в будущем ты всё же станешь Королем Филоса, знай – я буду рядом, всегда на твоей стороне.
Ксавье: Знать, что ты рядом, – это заманчивое условие, но…
Лёгкая улыбка касается его губ, когда он поднимает на меня взгляд.
Ксавье: Всегда быть подле Короля – это действительно твоё желание?
Ксавье: Но что, если я никогда не стану Королём?
Я всегда знала о разногласиях Ксавье с отцом, но мысль о том, что он может отречься от престола, никогда не приходила мне в голову.
МС: Если это окажешься не ты, я ведь должна буду присягнуть тому, кто станет Королём…
МС: (Стать чужим Рыцарем Грандис. Поклясться следовать за ним, хранить верность, вечно взирать на него одного, обнажать клинок лишь в его честь.)
МС: (Я не могу представить, что это может быть кто-то другой… не Ксавье.)
Ксавье: Но я не хочу, чтобы ты становилась чужим рыцарем.
Ксавье: Я не хочу, чтобы ты осталась навечно подле кого-то другого.
Ксавье: Я могу отказаться от роли Короля Филоса.
Ксавье: А ты можешь отказаться вступать в Орден Искателей Света. Можешь отказаться от роли рыцаря Короля.
Это противоречит всему, что я знаю, но его голос звучит ровно и спокойно.
Ксавье: Вселенная Филоса необъятна, перед нами столько возможностей.
Ксавье: К чему тебе добровольно подчиняться чужой воле и становиться чьим-либо Рыцарем Грандис?
МС: Но, как говорит наставник, в этом моё предназначение. Что мне остаётся?
Ксавье: Давай вместе сбежим на Улуру.
Ксавье: Это молодая планета, которую я обнаружил во время последней экспедиции. Я дал ей это имя.
Ксавье: Там нет ни Странников, ни людей… только бескрайние цветочные поля.
Ксавье: Стоит поднять голову – и увидишь все планеты вселенной.
Ксавье: Голубые, красные, розовые…
МС: Но ведь все говорят, что вселенная Филоса погибает. Разве возможно рождение новых планет?
Ксавье опускает взгляд, следя за светлячком, что садится на лепесток незабудки, растущей в пыли у места, где покоится его рука.
Ксавье: С приходом весны рождается надежда.
МС: Хотела бы я увидеть, как наступает весна на других планетах.
Ксавье: Я сохранил координаты той планеты.
Ксавье: Как только управлюсь с семейными делами, я буду ждать. Жать того дня, когда ты сама откажешься от судьбы Рыцаря Грандис…
Ксавье: И тогда мы вместе сбежим на Улуру.
Пятая глава
Кажется, тем поздним вечером усталость одолела меня, и я заснула, склонившись на плечо Ксавье. Проснувшись на следующее утро в своей комнате, я понимаю, что время уже близится к полудню.
Я решаю проверить, не спит ли Ксавье, и направляюсь к его спальне. Дверь оказывается приоткрыта. Ксавье стоит перед зеркалом в строгом, формальном облачении.
Войдя в комнату и взглянув поближе, я понимаю, что это костюм, предназначенный лишь для аудиенций с Королём.
МС: Ты всё-таки решил вернуться?
Ксавье: Бессмысленно вечно бежать от этого.
Ксавье: Я возвращаюсь, чтобы встретиться с ним.
МС: Но если ты не хочешь этого, не стоит принуждать себя.
Ксавье ничего не отвечает и молча снимает со стены меч, висевший рядом с зеркалом.
При виде знакомой подвески-звезды на эфесе, моё сердце тоскливо сжимается.
Если он действительно решил вернуться, кто знает, когда мы встретимся вновь?
МС: Перед нашим поединком я сказала, что у меня тоже будет к тебе просьба.
МС: Тогда, прежде чем ты уйдёшь, могу я задать один вопрос?
Собравшись с духом, я выпаливаю.
МС: Эта подвеска-звезда… Подарок от кого-то, кто тебе нравится?
Задумчивый взгляд Ксавье останавливается на мне и вдруг сменяется улыбкой.
Ксавье: Да, это подарок от той, кто мне нравится.
Предчувствие терзало меня давно, но его спокойное признание всё же поражает меня.
МС: Значит, эта девушка… Она очень тебе дорога?
Ксавье: Она всегда занимала особое место в моём сердце.
Я судорожно сжимаю край своего платья, жалея, что задала этот нелепый вопрос.
МС: Значит, ты так сильно её любишь…
Ксавье: Но много лет назад она оставила меня, и с тех пор я ищу её.
МС: Поэтому ты каждый раз присоединяешься к команде патруля? Чтобы отыскать её?
МС: Тогда, ты никогда не расстаёшься с этой подвеской-звездой, чтобы не забывать о ней?
Ксавье: Но я никогда и не забывал её.
МС: Как она могла забыть тебя?
История явно трагичная, но Ксавье говорит об этом с удивительным спокойствием.
Ксавье: Да, и хотя мы встретились вновь, она так и не вспомнила ни меня, ни подвеску-звезду, которую мне подарила.
Ксавье: На её лице я часто вижу это выражение…
Он украдкой бросает на меня оценивающий взгляд, в его глазах мелькает тень досады.
Ксавье: Полное наивного удивления.
Я проникаюсь сочувствием к Ксавье.
Во мне больше нет и тени сожаления о заданном вопросе. Его сменяет внезапная смелость, рождённая яростным негодованием.
МС: Ксавье, позволь дать тебе совет.
Я решаю быть абсолютно искренней с ним.
МС: Раз она не помнит тебя… Может быть, стоит двигаться дальше в поисках нового счастья?
МС: В Академии много девушек, которым ты нравишься. Среди Лунных Ловцов, к примеру, Лилия, Джоанна…
МС: А ещё Сара из Звёздных Охотников… Все они – достойные девушки.
Ксавье: Ах, значит, ты хочешь, чтобы я переключил своё внимание и влюбился в другую…
Ксавье делает шаг в мою сторону.
Ксавье: Кроме них, есть ещё кто-нибудь?
МС: Есть… тётушки, которые работают в столовой, девушка из булочной неподалёку…
МС: Тебе недостаточно? Никто из них тебе не подходит?
Я невольно подаюсь назад, пока не опускаюсь на край кровати позади. Ксавье склоняется надо мной, опираясь одной рукой на кровать.
Ксавье: Они замечательные, но, так уж вышло, что никто из них не в моём вкусе.
МС: О… Тогда ничего не поделаешь.
Потупив взор, я, не в силах выдержать его взгляд, неловко продолжаю.
МС: Но Джеремайя упоминал, что при дворе рассматривают кандидатуры на роль принцессы.... Они правда подбирают тебе невесту?
МС: Джеремайя также говорил, что…
Ксавье медленно склоняется ближе, наши носы почти соприкасаются.
Ксавье: Тебе нравится Джеремайя?
Ксавье: Ты только о нём и говоришь. Если он тебе нравится, я навещу его перед отъездом.
Ксавье: Мне нужно с ним поговорить.
Судя по его тону, это будет не мирная беседа, а жестокая расправа! Я поспешно останавливаю Ксавье.
МС: Не трогай его! Я сама вытянула из него эти слухи.
Ксавье: Ты так о нём беспокоишься.
МС: У него нет дурных намерений. Он просто немного наивен и часто нуждается в моей помощи… Конечно, я буду беспокоиться за него.
Ксавье: Значит, тебе нравятся наивные простачки, которые всегда ищут твоей помощи.
Ксавье прищуривается и сверлит меня своим проницательным взглядом. Наконец, присаживается рядом на кровать.
Пока я ещё пребываю в замешательстве, он у меня на глазах снимает свою нагрудную брошь.
Ксавье: Помоги мне приколоть брошь.
МС: Но она ведь уже была надета?
Ксавье: Я попытался приколоть её самостоятельно, но вышло криво.
Я забираю брошь из его рук и придвигаюсь ближе.
Ксавье: Тебе хорошо видно, куда её нужно приколоть?
Зная Ксавье столько лет, я вдруг осознаю, что впервые нахожусь так близко к нему.
Возможно, застёжка этой броши слишком тугая, и мои пальцы начинают предательски дрожать.
Ксавье: Кажется, у тебя тоже ничего не получается.
МС: У нас с тобой… разные причины.
МС: Ты даже собственную брошь не можешь приколоть. Что, если твоя будущая невеста разочаруется в таком неумелом принце?
Ксавье: Вполне возможно, моя будущая невеста окажется такой же неумелой, и сама не сумеет приколоть эту брошь.
Мой палец соскальзывает с иглы, и я чувствую острый укол боли.
Ксавье: И даже случайно уколет ею палец.
Рука Ксавье в белоснежной перчатке бережно касается моего пальца.
Ксавье: Почему с тобой вечно что-то случается?
МС: Это спрашивает главный виновник, который смеет изображать невинность.
Когда кровь останавливается, я поспешно отдёргиваю руку и встаю, словно ничего не произошло.
МС: Быть членом королевской семьи – сплошные хлопоты. Гораздо лучше быть рыцарем.
МС: Через несколько дней тебя официально объявят наследным принцем, а вскоре и королём Филоса…
МС: Значит, мне тоже нужно постараться. Если пройду отбор в Орден Искателей Света в следующем месяце, я стану настоящим рыцарем.
МС: Когда тот день настанет, придёт мой черёд встать на защиту Короля и оберегать его от любой угрозы.
Ксавье: Тогда, если я действительно стану Королём, какой подарок ты мне преподнесёшь?
МС: Я подарю тебе маленькую звёздочку. Что скажешь?
МС: Мне кажется, я вчера нечаянно повредила подвеску на твоём мече во время нашего поединка…
МС: Так что я придумаю ей замену, хорошо?
Ксавье: Тогда я хочу, чтобы ты сделала её своими руками.
Не дожидаясь ответа, Ксавье поднимается и пристёгивает меч к поясу.
Ксавье: Мне пора, времени не осталось.
Ксавье: Отъезд и так пришлось задержать, поскольку я был вынужден ждать, пока кое-кто соизволит проснуться. Меня уже ожидают во дворце.
Ксавье, уже стоя в дверях, оборачивается. Его фигура окутана мягким послеполуденным светом.
Взглянув в его лицо, ко мне словно впервые приходит осознание: передо мной Ксавье, юный принц Филоса, чья судьба – взойти на трон…
Он тот, кому я дам клятву верности и защиты – на вечные времена.
МС: Когда ты вернёшься на этот раз?
МС: Или стоит спросить, вернёшься ли ты когда-нибудь?
Он перекидывает плащ через руку и одаривает меня улыбкой.
Той самой, что сопровождает каждое наше расставание.
Ксавье: Как только ты захочешь увидеть меня – я вернусь.
Шестая глава
Уход Ксавье ознаменовал нашу разлуку на долгие годы.
В силу обстоятельств, оставшихся за закрытыми дверьми замка, Церемония Титулус не состоялась в запланированный срок, а Ксавье больше не вернулся в Академию.
Никто не удостоил меня объяснениями. Даже наставник хранил молчание.
Спустя месяц после исчезновения Ксавье я, следуя плану наставника, прошла вступительные испытания в Орден Искателей Света. Это был мой первый шаг к становлению Рыцарем Грандис.
Вскоре объявили весть о смерти Короля. Древний обычай требовал двухсот лет скорби по усопшему. Лишь по истечении этого срока было возможно обсуждение избрания нового монарха.
Дни складывались в недели, недели в месяцы, месяцы в годы. И постепенно, в череде событий, важность королевской власти утратила былое значение в сознании жителей Филоса.
Прошли двести лет безразличия и тишины. Никто более и не вспоминал о несостоявшейся Церемонии Титулус.
Я же продолжала идти по уготованной мне дороге, шаг за шагом, пока не заняла пост капитана элитного передового отряда.
Но утрата монарха посеяла хаос в рядах рыцарей. Разобщённые войска в разных уголках Филоса действовали по собственной воле, забыв о былом единстве.
В то смутное время я, повинуясь наитию, мечом прокладывала себе дорогу и шла вперёд, не зная цели.
Меня не оставляла навязчивая мысль – если Ксавье когда-нибудь вернётся…
Если он всё же станет законным Королём Филоса…
Я не уступлю место подле него никому другому.
Уже несколько дней мой передовой отряд ведёт неустанный бой со Странниками, заполонившими сумрак дремучего леса.
Изнурительные и непредсказуемые схватки истощили нас до предела. Ночью, сидя в одиночестве на лесной поляне, я обдумываю новую стратегию.
Джеремайя: Лес Звездопадов всегда был источником аномалий в Протополе. Столько отрядов предпринимали попытки войти в него, и ни один не вернулся с победой.
Джеремайя: Сомневаюсь, что нам по силам это чудовище.
МС: Прекращай сеять сомнения. Если это окажется не по силам самому передовому отряду Искателей Света, то на что рассчитывать остальным?
Джеремайя: Именно в этом лесу Ксавье проходил Церемонию Гладиус.
Джеремайя: Ты всё никак не отпустишь ту историю, а теперь так рьяно рвёшься сюда… Неужели, это из-за…?
После окончания Академии Джеремайя также вступил в ряды Искателей Света, став самым талантливым и верным соратником под моим командованием.
И за два прошедших века только с ним я могла говорить о Ксавье.
МС: Я действительно хочу знать, что случилось с Ксавье, но не стану рисковать чужими жизнями, чтобы удовлетворить собственное любопытство.
Джеремайя: После смерти короля, твой наставник тоже отправился в странствие по звёздным морям.
Джеремайя: В таком случае Орден Искателей Света должен был перейти к наследному принцу, но Ксавье… Вот подлец.
Джеремайя: Нас раскидало по свету. Кто знает, сколько наших уже отреклось от рыцарского звания? Сложись всё иначе тогда, мы бы не докатились до этого.
МС: Отставить жалобы. Лучше воспользуйся этим затишьем, чтобы перевести дух и набраться сил.
Джеремайя тяжело хлопает меня по плечу и возвращается к остальным.
Дубам и тисам в этом лесу не одна сотня лет, их кроны скрывают луну. Костёр затухает, и вокруг не остаётся ни единого проблеска света.
Проходит время, и дыхание рыцарей становится размеренным и глухим – лагерь погружается в сон. Даже птицы смолкают.
Я не смею сомкнуть глаз, и в этот самый миг из глубин леса возникает белоснежный силуэт.
Несмотря на кромешную тьму, его очертания словно окутаны слабым сиянием. Он оглядывается через плечо, бросая на меня короткий, пронзительный взгляд, и исчезает в чаще.
Я устремляюсь вслед за призрачной тенью. Фигура впереди идёт не спеша, но словно ускользает от меня, не позволяя сблизиться ни на шаг.
В глубине души я понимаю, что это может быть лишь мираж, наваждение…
Но что, если это правда Ксавье?
Усталость сковывает веки, они тяжело опускаются, и в следующий миг фигура исчезает.
Вместе с ней исчезает и лес, а передо мной внезапно разворачивается безбрежная галактика, растекающаяся вокруг, словно дым.
МС: Это было всего лишь видение…
Сердце колотится в груди, отдаваясь в ушах гулким эхом. Я запрокидываю голову к галактике, но теряю равновесие и падаю назад.
В мгновение ока мир оказывается в безумном водовороте. Я не чувствую собственного веса, не чувствую ничего – кроме бесконечного падения в самую бездну вселенной.
Подобно камню, брошенному на дно озера, я падаю вниз. Вокруг стремительно гаснут мириады звёзд, оставляя меня в безбрежном мраке.
перестают существовать и время, и пространство.
Неважно, открыты веки или сомкнуты.
Грань между жизнью и смертью стирается.
Оказывается, мир после смерти такой тихий и спокойный.
Невесомый. Словно пёрышко, парящее в центре мироздания.
Выходит, не стоит так страшиться смерти.
Единственное, что гложет сердце…
Мне так и не довелось ещё раз увидеть Ксавье.
МС: (Я смертельно устала… Нет сил вымолвить ни слова…)
На грани сознания, в тот миг, когда я уже готова поддаться сну, мои веки пронзает ослепительная белая вспышка.
Словно... пробившийся сквозь тьму луч света.
Подобно рождению вселенной в самом начале времён, плотная тьма раскалывается светом, образуя трещину, что неудержимо расширяется.
За этим светом проступают очертания мира.
Я заставляю себя раскрыть веки, не понимая, реальность передо мной или всё то же обманчивое видение…
Ксавье: Не смей засыпать… Очнись!
В этом ослепительном, немыслимо реальном мире я, вопреки столетиям разлуки, вновь вижу лицо Ксавье.
Ксавье: Не засыпай… Мы вернёмся домой. Вместе.
Седьмая глава
Как во сне, Ксавье, самовольно исчезнувший на столь долгий срок, внезапно вновь возвращается ко мне.
Более того, он возвращается в роли одного из рыцарей Искателей Света…
Ксавье спасает меня из мрачного космического водоворота и приводит к месту дислокации его команды –
На противоположную окраину Леса Звездопадов.
В решающие моменты, когда мне грозит опасность, Ксавье всегда оказывается рядом.
Команда, к которой он принадлежит – это, по сути, неофициальный рыцарский отряд.
Их эмблемы и знаки отличия разнятся, намекая на то, что каждый из них некогда служил в разных отрядах Искателей Света.
Какие события прошлого или личные убеждения привели их к тому, чтобы следовать за Ксавье, – для меня это остаётся загадкой.
Джеремайя: Исчезаешь на целую вечность, а потом выясняется, что ты всё это время отсиживался здесь и проворачивал что-то грандиозное!
Джеремайя, как и в прежние времена, остаётся верным своей непринуждённой манере общения.
Ксавье: Я начал изучение этого места только в последние годы.
Ксавье: С самого начала Лес Звездопадов активно притягивал Странников. Я предположил, что здесь что-то скрыто.
Ксавье: Искатели Света ведут бесконечную войну со Странниками, преследуя их по всему Лесу. Но стоит пасть одному, как его место занимает другой, и все усилия оказываются тщетными.
Ксавье: Тогда я решил, что нужно найти первопричину, добраться до источника и покончить с этим раз и навсегда.
Из подручных средств отряд соорудил скромный командный центр. Ксавье, стоя перед виртуальным экраном с картой, подробно рассказывает Джеремайе и мне все детали своих изысканий за минувшие годы.
Голос его звучит ровно, как и прежде, но теперь в нём отчётливо слышится непреклонность и неоспоримая сила.
Наблюдая за Ксавье, пока он отмеряет шагами пространство перед голографическим экраном, я ловлю себя на мысли – в нём произошла какая-то неуловимая перемена.
Ксавье: Витаешь в облаках? Все уже ушли отдыхать, а что же ты?
Ксавье подходит ближе, и только тогда я замечаю, что вокруг никого не осталось.
МС: Ох, я… Наверное, ещё не отошла от того видения… нужно время, чтобы вернуться в реальность.
Ксавье подаёт мне кружку воды.
Ксавье: Помню, кто-то сказал мне однажды, что, если человек влюблён, он часто витает в облаках, смотря в одну точку или на какой-то предмет.
Эта фраза – словно отголосок далёкого прошлого. Я погружаюсь в воспоминания, вновь ощутив то тепло, что некогда связывало нас с Ксавье.
Улыбнувшись, принимаю кружку с водой и прислоняюсь к стене командного центра рядом с ним.
МС: Да… Столько времени прошло. Может, у меня действительно кто-то появился.
Ксавье: В любом случае, это к лучшему.
Ксавье: В бесконечной череде лет только любовь в сердце способна поддерживать огонь надежды.
Эти слова невольно заставляют меня опустить взгляд к эфесу его меча.
Подвеска в виде звезды по-прежнему висит на том же месте. Однако, с годами она выцвела настолько, что стало невозможно определить её изначальный цвет.
МС: Ты действительно дорожишь этой подвеской.
МС: Тогда ты, наверное, помнишь, что в тот год…
Ксавье: О, кстати. Ты ведь ещё не видела наш реконструированный патрульный корабль, верно?
Ксавье: Он здесь, неподалёку. Пойдём со мной.
Во время моего краткосрочного пребывания в лагере Ксавье постоянно был занят.
Он либо уводил свой отряд на разведку в чащу Леса, либо скрывался в одиночестве на космическом корабле, не возвращаясь до самого вечера.
Что произошло после нашего расставания, когда он вернулся во дворец? Почему так и не состоялась Церемония Титулус? Как он присоединился к Искателям Света? Чем он был занят все эти годы?
Я не раз пыталась найти подходящий момент, чтобы задать все эти вопросы и прояснить ситуацию, но всякий раз он мастерски меняет тему разговора.
Он не только уклоняется от ответов, но, похоже, вовсе избегает оставаться со мной наедине.
Во мне нарастает тревожное подозрение. Он явно скрывает от меня что-то очень важное…
Джеремайя: Ты уверена, что хочешь это сделать?
МС: Уверена. Попытка выведать правду у Ксавье на этот раз напрямую зависит от тебя. Только не переигрывай, ладно?
Джеремайя: Так точно! Наконец, спустя двести с лишним лет, я могу помочь тебе.
По счастливой случайности, именно в этот момент Ксавье с отрядом разведки возвращается из глубин Леса. Я быстро падаю ничком рядом с командным центром.
Джеремайя: Эй! Что с тобой? Неужели снова приступ?
Звучит невероятно наиграно, но нам всё же удаётся привлечь внимание Ксавье.
Джеремайя: Я не знаю, но её здоровье значительно пошатнулось после того, как ты спас её из того миража. У меня не было возможности рассказать тебе об этом.
Как и ожидалось, Ксавье мрачнеет.
МС: Да… Бьётся так сильно! И болит…
МС: Возможно, в том мираже какая-то внешняя энергия повлияла на него… Если бы я могла понять, что именно это было…
Джеремайя: Клянусь, она еле сдерживает слёзы от этой боли!
Пока я мысленно отчитываю Джеремайю за неубедительную игру, Ксавье, не говоря ни слова, включает микрофон на гарнитуре и подхватывает меня на руки.
Ксавье: Вы на месте? Операция “Бэктрек” откладывается. Мне нужен корабль.
Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, я пытаюсь его остановить.
МС: Ксавье, всё не настолько серьёзно, не нужно забирать корабль!
Ксавье смотрит на меня с подозрением, поэтому я выскальзываю из его рук и, оказавшись на ногах, несколько раз демонстративно подпрыгиваю.
МС: Просто… Я здесь уже несколько дней, а ты отказываешься рассказывать, что происходит и чем вы занимаетесь. Я была вынуждена пойти на крайние меры.
К моему удивлению, Ксавье не сердится. Убедившись, что я в порядке, он осторожно гладит меня по голове. В этом жесте чувствуется подавленная тревога.
Ксавье: Главное, что всё обошлось.
Но по его реакции мне всё же удаётся сделать определённые выводы.
МС: Из-за чего ты был так обеспокоен вначале?
МС: Неужели из-за происходящего здесь действительно могут возникать какие-то проблемы с сердцем?
Ксавье: Я утаивал это, поскольку у нас были лишь догадки и предположения…
Ксавье, совладав с внутренней тревогой, поворачивает голову в сторону того места, где появился загадочный мираж.
Ксавье: Дело не столько в человеческом сердце. Вернее будет сказать, что проблемы возникли с сердцем самой планеты.
Ксавье: Здесь мы узнали всю правду о Филосе.
Восьмая глава
Может, это правда, а может, лишь догадки Ксавье…
В самом центре нестабильного энергетического поля Леса Звездопадов находится сердце планеты.
Но сердце это – зияющая пропасть, бездонная пустота.
Филос – искусственная планета, которой изначально не должно было существовать. Её естественное ядро давно остыло.
Единственный способ поддерживать её существование – это беспрестанно поставлять новую энергию в “сердце”, заполняя неиссякаемую пустоту.
Филозианцы достигли бессмертия, и их жизни стали самым мощным топливом для питания планеты. Каждый, кто попадает в Лес Звездопадов, становится кормом для ненасытного ядра.
Странники – побочный эффект жертвоприношения, аномальные сгустки энергии.
Эту истину Ксавье постиг ещё двести лет назад, во время Церемонии Гладиус…
Церемония Гладиус, 200 лет назад
Юный Принц возвращается из чащи Леса, сжимая в ладони световой меч, ныне связанный с ним клятвой, и Протокор Странника, павшего от его руки.
Король: Ты справился. Прекрасно.
Принц, крепко сжимая Протокор, с вызовом поднимает его перед отцом.
Ксавье: Ты даже не собираешься взглянуть на него?
Король: В этом нет необходимости. Световой клинок признал тебя достойным.
Ксавье: Нет необходимости или ты просто не смеешь?
Ксавье: Не смеешь взглянуть на то, что некогда было живым бьющимся сердцем?!
Король: Я предвидел подобную реакцию.
Король: Но это ноша Короля Филоса, которую должен разделить и наследник.
Принц делает шаг вперёд, чтобы возложить Протокор на ладонь отца. Придерживая его руки, он заставляет Короля сомкнуть их вокруг багрового ядра.
Ксавье: Когда-то это сердце билось ради тебя одного.
Ксавье: Кем бы она ни стала, что бы с ней ни случилось, от первого вздоха до последнего – это сердце навеки принадлежало лишь тебе.
Сказав это, принц поднимается, кланяется Королю и направляется к выходу.
Король: Запомни! Король не властен над собственной судьбой и не волен выбирать, кого сберечь.
Король: Единственная твоя забота – защита Филоса.
Король: Ты должен подчиниться неизбежному.
МС: Неужели… тот Странник, которого ты лишил жизни, не всегда был… Странником?
Теперь я начинаю понимать ту зияющую пропасть, что разверзлась между Ксавье и его отцом.
Ксавье: Эта бездна поглощала не только дозорных рыцарей и случайных путников, сбившихся с пути.
Ксавье: Порой, в отчаянной попытке продлить существование планеты, королевский род добровольно отправлял в Лес своих самых сильных подданных.
Ксавье: Но это только множило чудовищную орду Странников.
Ксавье: Нет для рыцарей ни чести, ни славы. Но мёртвым до этого уже нет никакого дела.
Ксавье: Орден Искателей Света – всего лишь прикрытие для злодеяний королевской семьи, скармливающей невинные души умирающей планете.
Ксавье: Однако, вернувшись во дворец к Церемонии Титулус, я узнал, что практика жертвоприношений прекратилась.
МС: Значит, больше никому не придётся умирать ради спасения планеты. Разве это не хорошая новость?
Ксавье: Дело в том, что была найдена идеальная жертва.
Ксавье: Тысячелетиями она способна умирать и перерождаться вновь.
Ксавье: Возможно, она и есть жизненная сила этой планеты.
Ксавье: Единственная, кто обладает истинным бессмертием.
Ксавье: Королевская власть решила, что, когда придёт срок, достаточно будет сбросить её в ту бездну, и проблема разрешится сама собой.
Ксавье: Никому нет дела до её чувств, никто не спросил её согласия.
Ксавье: Что им с того, что она будет обречена раз за разом умирать и перерождаться в полном одиночестве в этом мраке и холоде?
Ксавье: Раз она обладает способностью к перерождению, спасение Филоса – её крест.
Ксавье: Вот почему Церемония Титулус так и не состоялась.
Ксавье: Скажи мне, как я могу стать таким Королём, согласившись омыть руки её кровью?
Больше мы никогда не возвращались к этому разговору.
Модернизация патрульного корабля подходит к концу. Завершаются и последние приготовления к началу операции “бэктрекинга”, о которой говорил Ксавье.
Джеремайя, захваченный этим дерзким замыслом, давно присоединился к его команде.
Но конкретной сути плана они не раскрывают, и ни единая деталь не просачивается наружу.
Ксавье: Сильверкорд – ближайший к нашей базе город. Дважды в год здесь устраивают большую ярмарку.
Ксавье: Тут мы можем приобрести всё, что необходимо для операции “бэктрекинга”.
Вероятно, из-за влияния Протополя, каждая семья в Сильверкорде выращивает диковинные растения неземной красоты.
Лавки пестрят изобилием товаров, выставленных на витринах и даже на каменной кладке мостовых.
МС: Мне казалось, ты отрекаешься лишь от отца и королевского титула. Но теперь я понимаю, что ты отвергаешь и саму планету Филос.
Ксавье: Это экспериментальное перемещение сквозь время и пространство не означает, что я отрекаюсь от планеты.
Ксавье: Спасти Филос в этом временном отрезке уже невозможно.
МС: Но путешествия во времени крайне опасны… Куда вы направитесь?
Ксавье: Мы выбрали пространственную точку координат. Трудно определить наверняка, в каком периоде Филоса окажется наша команда.
Ксавье: Но краткосрочные тестовые полёты позволили рассчитать высокий процент успеха нашей миссии.
Я понимаю, что Ксавье уже не остановить.
Звуки флейт и арф приводят меня к фонтану, возле которого воодушевлённая детвора внимает бродячему барду.
Ребёнок В: Ксавье! Ты принёс нам какие-нибудь сладости?
Дети подбегают к Ксавье, обступая его со всех сторон. Он приседает, улыбаясь.
Ксавье: Простите, сегодня забыл.
Ребёнок А: Но ты же обещал! А Ксавье всегда сдерживает свои обещания!
Ксавье оглядывает себя и снимает с груди брошь.
Ксавье: Тогда позвольте предложить это вместо конфет. Подойдёт?
Дети с восторгом хватают сверкающую драгоценность и убегают, заливаясь смехом.
МС: Но эта брошь – символ королевской власти…
Ксавье: Для них это всего лишь блестящая безделушка, навряд ли дороже леденца.
Мы сидим на краю фонтана. Под звонкие переливы флейты бард вдохновенно распевает старинную песнь о королевском роде Филоса.
МС: Странников становится всё больше и больше… Близится конец срока в две сотни лет. Что же станет с Филосом без короля, без рыцарей?
Ксавье: Я не единственный, кто может наследовать корону.
МС: Помнишь наш разговор, когда мы ещё учились в Академии?
МС: Тогда ты не пожелал, чтобы я присягнула кому-то другому и стала чужим рыцарем.
Ксавье: Все мы иногда ведём себя как дети, правда?
МС: Тогда… Что насчёт неё? Ты так и не смог её отпустить?
Меч Ксавье сейчас не при нём, но он понимает, что я говорю о девушке, которая подарила ему подвеску со звездой.
Ксавье на мгновение погружается в воспоминания.
Ксавье: Именно невозможность отпустить её и привела меня к этому решению.
Один лишь этот ответ вмиг открывает мне глаза.
МС: Та идеальная жертва ядру планеты, способная возвращаться к жизни снова и снова, о которой ты говорил ранее… Это она, верно?
МС: Теперь я, наконец, поняла… Вот в чём причина.
Он неустанно ищет её, грезит о ней, тоскует, хотя для неё он – лишь позабытое воспоминание…
И образ её продолжает руководить его жизнью, направляя каждый его шаг.
Каково верное решение – пожертвовать самым дорогим человеком ради спасения планеты или сокрушить мир ради спасения своей любви? Где больше самоотверженности, где больше муки?
В этот миг я болезненно ощущаю, насколько важна для Ксавье его подвеска в виде звезды.
Стоит мне осознать это, как я сразу же решаю, что делать дальше.
МС: Раз ты покидаешь Филос, чтобы уберечь того, кто тебе дорог… То и я последую твоему примеру.
МС: На Филосе остаются люди, которые очень важны для меня.
МС: Мои боевые товарищи, выпускники Академии, друзья юности, наставник, и…
Поймав пытливый взгляд Ксавье, я умолкаю, не договорив "ты", и отвожу глаза.
МС: Эти дети, в конце концов. Здесь их жизнь, их семья.
МС: Я останусь здесь, чтобы защищать их.
Бард самозабвенно допевает легенду о судьбе Филоса.
В час предрешённого конца, когда Вселенная будет объята тьмой и отчаянием, миру явится величайший из правителей.
Он станет великим спасителем Филоса, проводником к новому свету и истинной вечности.
Я поднимаю глаза на Ксавье с непоколебимой уверенностью во взгляде, понимая, что с этого момента наши пути расходятся.
Не в силах разгадать мысли Ксавье, я следую за его взглядом к барду у фонтана.
Ксавье: Возможно, согласно этой легенде, правитель, которому суждено даровать Филосу новый свет и вечную надежду…
Ксавье: В конце концов, окажется Королевой.
Ксавье: Пройдя через всевозможные испытания, даже в самые тёмные дни Филоса она ни за что не сдастся и не склонит головы.
Ксавье: Безо всякого Короля она есть и будет самым преданным и храбрым рыцарем Филоса.
Ксавье: Рыцари, разбросанные по свету, объединятся под её знаменем и вернут себе утерянную честь.
Бард, уловив смысл его слов, отправляется в путь, слагая новую легенду.
Я знаю, стоит барду разнести эту оду, и легенда о Королеве весенним ветром разлетится по всей планете, пустит корни в каждой долине и в каждом ущелье, обещая расцвет новой жизни.
Подобно долгожданной весне после затянувшейся зимы.
Вскоре народ Филоса восторженно воспоёт гимн новой надежде.
После двух столетий безмолвия эта древняя планета, наконец, встретит рассвет новой эры.
Ксавье: Наше отбытие запланировано на завтрашний день.
Поколебавшись, я снимаю с груди рыцарскую эмблему в форме звезды и протягиваю Ксавье.
МС: Пусть я останусь здесь, но сердце моё будет с вами.
Ксавье: Неужели это та самая звёздочка, которую ты обещала подарить мне много лет назад?
МС: Конечно, нет! Ничто не сравнится по важности с той подвеской, что уже есть у тебя. Я отказываюсь от своего обещания!
Ксавье: Напрасно. Открою тебе секрет.
Ксавье принимает эмблему-звезду.
Ксавье: Я никогда не принимал подарки в виде звёздочек от кого-то другого.
Озадаченная словами Ксавье, я чувствую, как мои уши начинают гореть. И всё же не понимаю, что он имеет в виду.
МС: Мне пора возвращаться в столицу.
Ксавье: Да, наверное, в Академии уже начался отбор юных рыцарей? Навести их.
МС: Покинув наше время… Когда ты вернёшься вновь?
Заходящее солнце озаряет лицо Ксавье золотым сиянием.
Ксавье: Когда пророчества древней легенды бардов воплотятся в жизнь…
Ксавье: Как только наши пути пересекутся вновь, настанет мой черёд быть твоим рыцарем.
Девятая глава
По сложившемуся обычаю, в день коронации Королева и её Рыцарь Грандис должны вместе разделить благословение народа.
Но мой рыцарь отчуждённо стоит поодаль, спиной ко мне, отказавшись занять место рядом.
Тот год, когда я покинула Сильверкорд, стал началом целой эпохи перемен – не хватит слов, чтобы описать их все.
Путь от Рыцаря до Королевы был тернист и извилист, но в итоге он привёл меня туда, где я нахожусь сейчас.
Ксавье и его команда Бэктрекеров покинули ряды Искателей Света, за что получили клеймо предателей.
Наши пути расходятся и не предвещают новой встречи.
МС: Вы все должны понимать, какую цену заплатит Филос, если операция “Бэктрекинга” провалится.
МС: Я подозреваю, что истинные цели Бэктрекеров кардинально изменились с момента нашего последнего разговора. Ведь это так?
Ксавье склоняет голову, крепко сжимая рукоять своего меча. В этот момент я вдруг замечаю, что на эфесе новая подвеска – та самая эмблема в форме звезды, которую я подарила ему.
Почему он решил заменить старую подвеску? Спрашивать об этом теперь бессмысленно.
Ксавье: Наставник учил нас, что меч рыцаря всегда должен быть направлен туда, куда укажет его Правитель.
Он поднимает голову, и снова я встречаю этот взгляд, не терпящий возражений.
Только прежняя ясность в нём уступила место непостижимой глубине.
Ксавье: Веришь ты или нет, но я всегда оставался собой.
Он делает шаг назад и с рыцарской учтивостью касается губами моей руки.
Ксавье: Пусть Филос процветает, озарённый светом вечности.
Проходит немало времени, прежде чем я, наконец, очнувшись, выхожу на балкон. Отзвук шагов Ксавье давно растворился в тишине.
Ликующая толпа празднует на площади. Но напрасно я всматриваюсь в лица – в этой массе мне его не найти.
И в этот миг я вдруг вспоминаю тот год, ту ночь, когда он спас меня из непроглядной лесной чащи…
Свет клинка рассекает тьму. Он озаряет мой мир, словно яркая комета, единственная истина среди обмана, звезда, что сияет лишь для меня.
Я вырываюсь из плена сна. И вновь вижу его перед собой, словно не было долгих лет разлуки.
Ксавье: Как ты? Что-нибудь болит?
Он так близко, я чувствую тепло его дыхания, но всё ещё боюсь поверить собственным глазам.
Меня охватывает нереальность происходящего, и я, не в силах сдержать порыв, протягиваю к нему руку.
Ксавье:Это не мираж, это действительно я. Я вернулся.
Ксавье: Наставник учил, что благородный рыцарь не должен наносить удары исподтишка.
Ксавье: Впрочем… Благородный рыцарь также не должен исчезать без предупреждения.
Ксавье: Я первый отступился от правил, признаю. Если хочешь выпустить пар, можешь ударить ещё раз.
Ксавье: Если ты не в состоянии идти, я понесу тебя.
Ксавье: Даже если ты и в состоянии, я всё равно понесу тебя.
Он вызволяет меня из тьмы, ступая по мягкой траве и опавшим листьям. В лесной тишине слышно лишь стрекотание насекомых. Незабудки под ногами мерцают слабым светом.
МС: Цветы в Академии, должно быть, тоже уже расцвели.
МС: Как жаль, что здесь нет светлячков…
МС: Но это не светлячки, это искры созданного тобой света.
Ксавье: Ничего такого. Я просто увидел падающую звезду.
МС: Ксавье, ты ещё помнишь Улуру?
Ксавье: Конечно. Наша маленькая планета.
МС: А что, если однажды Улуру тоже превратится в падающую звезду и исчезнет…
Ксавье: Этого не случится. Улуру всего чуть больше двухсот лет, это совсем ещё юная планета.
Ксавье: Сейчас там, наверное, буйство распустившихся цветов.
МС: Но Странники становятся всё сильнее. Рано или поздно они найдут Улуру, и тогда она станет таким же мёртвым миром, как Филос…
МС: Ксавье, я так устала… Что, если наступит день, когда я не смогу больше держать в руках меч? Что тогда со мной будет…
Ксавье: Если ты устала – отдохни. Я буду рядом.
Ксавье: Если в этом мире не останется уголка, куда можно сбежать... то ты всегда сможешь найти укрытие подле меня.
МС: Я не верю тебе. Ты всегда мне лжёшь.
Всё это время я слышала от него одну лишь ложь.
Он говорил, что с приходом весны распустится и новая надежда.
Обещал отвезти меня на крохотную планету, которую обнаружил в звёздном море.
Уверял, что, отказавшись от трона, он всё же не готов уступить меня кому-то другому.
Он даже осмелился пообещать, что вернётся, как только мне будет его не хватать.
Сказал, что, как только я стану Королевой, наступит его черёд быть моим рыцарем.
Легенда, которую он некогда переиначил, наконец становится реальностью, но в день, когда народ ликует, празднуя мою коронацию, он вновь бросает меня.
В свете салютов я покидаю балкон и возвращаюсь в холодную тьму тронного зала.
В этот миг огромный космический корабль взмывает в небо на горизонте и, словно падающая звезда, исчезает в ночной мгле, оставляя за собой гаснущий след.
Тишина. Только мои шаги отдаются гулким эхом в пустом зале. Больше некому быть рядом, некому идти со мной плечом к плечу.