«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешнаго». В этой молитве - вся Библия, все ее Благовествование сведено здесь к своей самой простой сути: исповедание господства Христа, Его Божественного Сыновства, а следовательно, Троицы; затем - бездна падения и, наконец, призывание бездны Божественного милосердия. Начало и Конец собраны в единое Слово, содержащее всю, почти приравненную к таинству, силу присутствия Христа в Его Имени. Эта молитва звучит непрестанно в глубине души, принимает ритм дыхания.
Проходят «времена и лета», быстро сменяются годы, унося с собою пёструю смесь жизней, волнений, радостей и скорбей, непрерывной чредою плывут поколения, движутся века с их вековыми запросами и задачами, и одна только святая Церковь неизменно стоит, как незыблемая скала, о которую разбиваются все волны житейского моря и в которой находят себе спасение от ярости волн все плавающие по этому морю.
Страх Божий, молитва и благотворение ближнему – вот три основания совершенства.
«Таинство». Этот термин является у нас общим понятием, объединяющим в себе четыре частные догматические мысли, именно:
«Что есть истина?» вопрошал Пилат у Истины. Он не получил ответа, - потому не получил, что вопрос его был всуе.
Ведь не посты и другие труды телесные, не слёзы и не добрые дела – благо подвижника, а восстановленная в целости, то есть уцеломудренная личность. «Ничто, - говорит св. Мефодий -, ничто не зло по природе, но по способу пользования делается злым злое. Нет в человеке никакой реальности, которая была бы злом; но ложное употребление сил и способностей, то есть извращение порядка реальности, есть зло. Зло есть не что иное, как духовное искривление, а грех – всё то, что ведёт к таковому.
Примечательное различение понятий верить и веровать находим в Д.А. Хомяков, - Православие , как начало просветительное, бытовое, личное и общественное, М., 1907г., с.95-96: «В русском языке есть два слова, происходящие из одного корня, выражающие одно понятие, но передающие два оттенка такового, которые ускользают во всех других (по крайней мере арийских) языках, и которые имеют громадное значение для точного выражения отношений человека к Церкви видимой и невидимой. Эти слова суть: «верю» и «верую». Им соответствуют существительные вера и верование. Принадлежность к Церкви невидимой определяется обладанием веры; Церковь же видимая требует только «веровать». «Верую во единого Бога Отца» и т.д. Не говорится – верю, ибо, в сущности...