«NO ROMEO. NO JULIETTE»
— Дружка своего высматриваешь?
ᅟ
Хэ Тянь всё норовил подобраться ближе. Котом беспризорным чёрным, что когти драл обо всё подряд, томимый какой-то неясной ему виной, он приглядывал за тобой. По-хорошему, он должен бы пересчитать все зубы и рёбра Ше Ли, а не беречь его девушку в его отсутствие. Альтруизмом этим Тянь не гордился, Мо признаться в этом не спешил, да и не смел, справедливо полагая – тот не будет в восторге. Если не наорёт, то всё равно вполне невежливо попросит своего парня отвалить от тебя. Знает,потому что неприязнь Тяня к тебе ядовита, а ты не заслужила, чтобы тебя травили.
ᅟ
Хэ Тянь действовал незаметно, якобы невзначай. Издалека свои выводы делал, не желая признаваться себе, что помимо неприязни в нём взыграло недоумение и нечто рыцарское. В королевы он свои тебя не записывал, но вот что-то отеческо-братское, когда хочется глупую младшую сестру по носу нащёлкать за проступки, он хотел.
ᅟ
К Мо ревность сошла на “нет”, а вот обеспокоенность тобой не совсем. Акварельно бледная, полуживая, ты больше ему теперь не серого кардинала напоминала, а просто мясо на костях. Машину. Зомби. Нечто неживое.
ᅟ
Вот сегодня он подметил, как ты зайцем испуганным мельтешила у окна напротив кабинета Ше Ли. Вся в ожидании болезненном бездумно по толпе скользила взглядом, взволнованно губы кусала.
ᅟ
«Ну ясно всё» – какая-то горечь осознания обдала в тот день его мысли.
ᅟ
Он нарисовался вскоре рядом. Прислонился к подоконнику, поддал фальшивого безразличия в свой низкий голос. Взглядом проводил одноклассников — гомон этот живой грел ему душу, вот только ты, неприкаянная грусть в человеческом обличии, беспокоила.
ᅟ
Ему захотелось узнать, что тебя волновало и, может быть, узнать тебя саму?
Розовые сердечки на стене местами уже успели отклеиться, и лежали на полу теперь разодранными полосками эти никому не нужные открытки парадные – рвань сердец бумажных подпинывали в шутку, растирали по линолеуму обувью. Никому не важны были эти бумажные сердца.
ᅟ
— Высматриваю? — в робкой ответной улыбке ты выдала с потрохами всю себя. Слишком явственны в голосе твоём помехи волнения, слишком видна на кончике ресниц,неловко подкрученных, твоя торжественная подготовка.
ᅟ
Для кого старалась? Для кого губы подводила и тушью ресницы подкрашивала сегодня? Кого теперь обманывать тут? Себя ли, что впала в отчаяние? Тяня, что видел в тот раз твоё поражение в объятиях Ше Ли?
ᅟ
— Высматриваю… Не знаю, где он.
ᅟ
Тянь был искренне удивлён. Окинул взглядом твою скомканность смешно нарядную, щемящую сердце тоску в глазах и попридержал колкость на языке. Взъерошилсмущённо лишь чёлку тёмную, улыбнулся, хищно оскалившись.
ᅟ
— Он нескоро объявится. Если вообще объявится. Ли сейчас под домашним арестом сидит. Отец его, если ты не слышала, наказал. И ведь есть за что, а? Скажи же.
ᅟ
Всё хотелось ему в безразличии своём перед тобой покрасоваться, но не получалось в полной мере: в подавленной тебе он увидел себя. Как если бы он остался без Мо, как если бы он тосковал по тому человеку, что заполнял весь эфир его мыслей.
ᅟ
Злорадство в нём лопнуло шариком в тот момент – любовь Хэ Тянь понимал, принимал и даже твою такую странную он вдруг зауважал. Надо иметь храбрость любить чудовище, или же окончательно помешаться рассудком. Вы говорили оба на языке любви, пусть она у вас и была разной.
ᅟ
Ты заморгала, сжимая в ладони телефон, свой позорный виртуальный тайник. Там стопкой тяжёлой копились все непрочитанные Ше Ли сообщения — твои сообщения, те самые, которые ты впервые написала ему первой. Впервые требовала, умоляла, теряла достоинство, пытаясь прорваться сквозь виртуальный холод отсутствия.
ᅟ
Зависимость, ломка, нехватка дозы – если эмоциональную деструкцию по человеку можно описать, как наркозависимость, то это она и была. Со всей её ломкой, паникой в поисках дозы и чёрной дырой на месте, где вырвали Ли. Если у душевной боли, привязанной к конкретному человеку, и есть клиническая картина, то твоя выглядела именно так.
ᅟ
Ты бродила по всем кругам ада, и каждым из них были воспоминания о том, кого ты призывала в своих мыслях исчезнуть. Сердце щемила тоска. Ты нуждалась теперь в Ше Ли.
ᅟ
Тот злосчастный день поставил точку. Ты сначала к груди Ли жалась, спасая от расправы, а потом прогнала. Логика твоя девичья Ли была непостижима, но он старался тебя понять и ответственность за всё взять на себя.
ᅟ
Ведь всему виной был он, и все вокруг это знали. Потому что порой правда бывает настолько громкой, что даже соседи за стенкой слышат её. Уродство этой правды кололо глаза всем, и не имело больше смысла прятаться за дверью, когда присутствие твоё было раскрыто.
ᅟ
Ты не заметила, как вы оказалась у тебя дома. Дверь за спиной закрылась не тобой — это Ли не впустил ворох снежинок в порывах метели. Единственным облегчением того дня стало то, что мамы не было: видимо, ушла на ночную смену. Ты тяжело, грузно, едва волоча ноги поднялась к себе. В глазах твоих гремела пустота и тошнило, до жути тошнило от происходящего.
ᅟ
Зудели позвонки, ты чувствовала взгляд, что ковырял тебя сквозь мокрое пальто. Ли остановился у порога несмело – он помнил эту комнату. Храм им осквернённый, кровать твоя, где он смело твои ноги развёл, чтобы пальцами вторгнуться и нащупать твою невинность. И вместо раскаяния за содеянное сегодня, за не доведённое до конца убийство, в его груди так невовремя разлилось тепло. В памяти его тонких губ ещё теплится фантомное касание твоих, ещё живы воспоминания о твоих глазах, что кричали, как ты ненавидишь и хочешь его одновременно.
ᅟ
А потом он посмотрел на тебя нынешнюю — замученную и уставшую. Сердце полоснуло осознание терпкое, а трезвость ошпарила осознание — ты, хрупкий его цветок, увидела сегодня то, чего никогда не должна была видеть.
В горле запершило, по лицу вновь растеклась маска живодёра.
ᅟ
Чем оправдать себя в твоих глазах теперь? Глаза твои — свидетели его жестокости, чужая кровь, что въелась в твои пальцы — истинное доказательство. Обман сейчас что тряпка, которой уже не прикрыть труп твоего доверия к нему.
ᅟ
— Мне уйти? — спросил он обыденно. Сковырнул с себя без труда всю мягкость к тебе, вновь обнажив гнилое нутро. Актёр без Оскара опять высококлассно играл свою роль, хотя спазм сжал горло, и наждачкой заиграла по желудку нервная тошнота. Момент трусости и смелости его, когда в руки взять надо всю ответственность за тебя, за себя, за всё, что делает он с тобой.
ᅟ
Вы встретились глазами. Серой тенью с помехами Ли маячил у порога. Дымкой зыбкой, сонным параличом. Ты сжала ладони в жалкой попытке унять приступ агрессии, такой внезапной, что даже мигрень вгрызлась в виски. Захотелось взять что-то тяжёлое и швырнуть в своего мучителя, криком его огорошить, в истерику впасть, но силы тебя оставили ещё на пороге.
ᅟ — Мне всё равно, — прошептала ты и плюхнулась в кресло, не раздеваясь. Мокрый воротник кололся в пульс на шее, мигрень лизалась в глазницах. Ощущения возвращались — ты дома, пахнет мамиными духами слабо и ветер за окном воет. Ноги промокшие замёрзли, саднили, гудели царапины на коленках.
ᅟ
Пташка его маленькая. Злой воробушек, гордый, дикий. Сердце до боли защемило нежностью — рассыпается прахом ржавчина и накипь теперь. Ли скользнул тихо ближе, отлепился от порога с трудом. Псиной послушной он устроился прямо у твоих ног. Гордость свою растеряв, опустил белокурую голову тебе на бедро, щекой размазал грязь на пальто. Глаза закрыл в моменте полного самоуничтожения.
ᅟ
Затрепетали ангельскими крыльями белоснежные ресницы, и ты смотрела на них, завороженная, зачарованная. Какие белые ресницы… Белее хлопьев долгожданного снега, белее облаков и бумаги. И мягкость их манящая такая — вот бы пальцем смазать эту нежность, слизать хрупкость эту снежную, проглотить…
ᅟ
В усталости твоего голоса печаль. Светлая печаль утраченного покоя и принятия – Ли заноза твоя, Ли в сердце твоём кровоточащая трещина, Ли твоя тяжесть дней.
ᅟ
— Мне нравится, что ты меня ненавидишь. Значит, чувствуешь ко мне что-то.
ᅟ
Слова, словно дети капризные, не хотели держаться за руки и складываться в предложения, комком тошноты застревая в горле. Истина была на ладони, только вы оба её замалчивали. Ли умолчал истину, что ты ему важна, ты же съела правду, что Ли тебе нужен. Круговорот не лжи даже, а молчания ни во благо, ни во спасение. Молчание упрямства.
ᅟ — Ненавижу... Ненавижу тебя! Ты плохой человек! Ненавижу тебя! Ненавижу!
ᅟ
Так хотелось вложить в ладони больше сил, сделать Ли так же больно, как он посмел сделать больно Мо. Но так смешно и слабо ты зашлёпала ладонями по широким плечам, будто поглаживая неряшливо. Белоснежность и невинность ресниц его затрепетала насмешливо – Ли только зажмурился, и в хвате крепком обнял твои бёдра, давая волю твоему гневу.
ᅟ
Бей его. Ругайся и кусайся. Пощёчин надавай, исцарапай ему лицо. Живой будь рядом, ешь его нервы, ненавидь. Всё ведь лучше, чем равнодушие – это евангелие его, тихая молитва. Твоя ненависть ему манна небесная в мире выстраданной лжи.
ᅟ — Почему, Ли… Почему ты такой?
ᅟ
В вопросе простом пуд соли – слишком многое ты умалчивала, копила. Ли моргнул, наконец-то открыв глаза. В стену вперился янтарём своих глаз, обдумывая возможный ответ.
ᅟ
— Не знаю. Может, только это и даёт мне силы жить.
ᅟ
Не этих слов обречённых ты ждала. Чувства, и без того исковерканные до этого, скомкались, размякли, разбухли бумагой в воде. Чудовищность, которую собой являл Ли, стояла перед тобой фактом — и всё же страха к нему у тебя более не было. Только мучительное недоумение, что давно терзало мысли, крутилось на кончике языка: почему именно ты? Почему он к тебе привязался?
ᅟ
Вопросы тобой ведомы, тропы ответов — истоптаны Ли. Журчит в тишине ручей продолжения разговора — ты хочешь понять, внимаешь теперь чужое лицемерие, отсекая ложь, оставляя самую суть.
ᅟ
— Почему ты не даёшь мне покоя? Я что-то тебе плохое сделала?
ᅟ
Буря твоих эмоций чуть поутихла — вместо шлепков по широким плечам пришла усталая нежность. Легла она тебе на пальцы тяжестью, заставив неосознанно зарыться в снежную белизну его волос.
ᅟ
Нежность и шёлк на затылке собрались в невинные завитки, как мягкий пух в колыбели младенца. Какая же жестокая, всё-таки, в иронии своей судьба: демон твой облачён в плоть ангела, носит маску красивую, изысканную, а душой червив.
ᅟ — Нет. Ты ничего плохого мне не сделала.
ᅟ
Отстранённость его голоса заглохла — Ли всё жался к теплу твоих бедёр изголодавшимся до тепла человеком, замёрзшим потерянным псом. Ладони в движении собственническом запустил под пальто, мял бёдра твои жадно, вжимаясь в тебя, будто врасти в твоё тело хотел.
ᅟ
Обнажить нервы хочется перед тобой, все жилы намотать в клубок и отдать тебе. Мясом без кожи стать, чтобы вот, ты видела всю его суть. Чтобы стала его хозяйкой, той, кто раздавит и размажет его, станет карой за всю его грязь.
ᅟ — Я не знаю, как тебе всё это объяснить. Нужна ты мне. Вот и всё.
ᅟ
Захотелось стереть эти слова, ударить себя по губам за такую нелепую, приторную фразу. Слова эти ему не привычные привкусом тошноты легли на корень языка.
ᅟ
Он даже тяжело сглотнул. Решиться, сказать ли тебе это паршивое слово на «Л» громко вслух? Приличиями Змей не страдал, раздеться пред тобой ему не тяжело, но душу обнажить? Блажь такая. Опошлена любовь давно, продана, не существует её.
ᅟ — Нет, — Ли поднял лицо и тепло его жёлтых глаз скользнуло ощутимо по твоим щекам. В них сверкнула уязвимость и давно потухло лукавство.
ᅟ
— Я не могу больше терпеть, Ли. Мне тяжело. Мы можем прекратить всё это?
ᅟ
Искренняя хрипотца вопроса содрогнула его сердце. Вот он, конец. Так берёг тебя от самого себя, что дал увидеть, какое он чудовище, а теперь теряет тебя, пташку свою.
ᅟ
В смятении холодном Ли перехватил твои пальцы, коснулся исцарапанных костяшек губами. Нежно, трепетно, до тошноты сладки касания — поцелуй выше пошёл, по грязному запястью, по всей синеве твоих венок. Губы горячие искали правду, губы несли ответ и извинения.
ᅟ
Твои же пальцы в судороге болезненной ищут линию его челюсти, цепляют нижнюю губу. Дурацкая нежность напоследок, как лекарство в разгар болезни, не поможет ничем.
ᅟ — Хорошо. — наконец выдавил из себя Ли. — Я оставлю тебя в покое. И Мо. И… Вы обо мне скоро забудете. Вы меня оба простите, ладно?
ᅟ
Он чуть задрал подол измученного твоего пальто, прижался губами к разодранной коленке в сплетении едва держащихся нейлоновых нитей колготок. Судорожная попытка мысленно смахнуть кадры памяти с самого детства — все уходили от него, а теперь он и сам станет тем, кто уйдёт. Это, наверное, должно было случиться рано или поздно?
ᅟ
Ржавой иглой проткнули твои лёгкие его слова, и так холодно стало от внезапного итога разговора. Куском мрамора, глыбой мёртвого камня ты погрузилась на дно внезапного осознания. Все уходили от тебя. Даже Ли решил уйти.
ᅟ
Гордость пережала тебе крепкой ладонью рот, не позволила попросить остаться. Как сказать, как признаться, что привязалась к Ли больной, уродливой привязанностью? Что он нужен тебе рядом, хотя приносит один только вред.
ᅟ
То есть, он уйдёт, унесёт с собой всё то, что тобой выстрадано, а ты останешься здесь, одна? Сама прогоняешь, сама себя и его жалеешь — есть ли зерно рассудка в твоих действиях?
ᅟ
Ли закивал слабо. Он вдруг не смог смотреть на тебя. Совсем жалко, новорождённым ягнёнком он попытался встать на ноги, хватаясь то за твои бёдра, то за кресло.
ᅟ
— Так лучше для вас. Для… Для всех лучше. Я так решил.
ᅟ
С улыбкой лёгкой выдаёт навязанные самому себе мысли, держа под языком одну единственную не высказанную вслух — так лучше для всех, но только не для него.
ᅟ
Он насилует себя ложью, а тебя задушили слёзы — с кресла ты сползла на кровать и плакала, плакала, не желая мириться с утратой. Бросили? Тебя бросили! Но настоящий ли разрыв, если у вас была фальшь напоказ без настоящего с самого начала?
ᅟ
И он долго сидел у твоей кровати, улыбался дураком последним и гладил плечи твои. Маленькая его, ты плакала, а он в слезах твоих видел облегчение, что ты больше не увидишь его. Ше Ли не узнать никогда, что ты оплакивала вас двоих, вас — запутавшихся, и свою собственную печаль — отказ Ли от тебя.
ᅟ
Ты уснула вскоре в слезах, и Ли долго смотрел на тебя, не смея дышать. Только губами прижался к виску напоследок. Переодел неуклюже. Отмерил шагами расстояние от твоего дома к ближайшему магазину – дурак, он накупил тебе разных колготок, в ночи пальто какое-то отыскал онлайн. Курил нервно и механически, не чувствуя вкус сигарет. Замести следы преступления, выбросить твоё испачканное в ближайший мусорный бак: исцелить за ночь твои раны всё равно не выйдет, так пусть хоть одежда поверху царапин будет чиста и цела.
Под рёбрами Ли кололось и разливалось теплом смесь поганых, настоящих чувств — тяжело ему было осознать, что обрёл в твоём лице любовь. Тяжело было и принять, что долюбить ты ему себя не дашь.
ᅟ
Ты попросила поставить точку, и ему надо уйти. И Ли ушёл, растаял в ночи, унося с собой ложное убеждение, что поступил в кои веки верно.