«IN WONDERLAND»
— Значит, вам снятся сны со мной? — Профессиональный голос разрезает тишину после твоего долгого рассказа со всеми красками и подробностями. По-детски моргнув пару раз, ты отрицательно помотала головой.
— Это не сны, это всё правда. Не знаю, как объяснить вам… — Зубы сами собой впились в губу, когда ты замялась, подбирая нужные слова. — Другая вселенная? Мир, где всё иначе.
— И я там кот? — Приспустив свои очки на переносице, твой лечащий врач, Сугуру Гето, заинтересованно посмотрел на тебя, хотя в этом взгляде не было ничего предосудительного.
— Чеширский кот, который постоянно улыбается. — Наконец закивала ты в знак согласия.
На твои слова Сугуру не спешил отвечать. Ты попала в психиатрическую больницу совсем недавно, месяцев пять назад, успела при этом сменить трёх лечащих врачей и только у него, темноволосого доктора, смогла задержаться. Он был твоим лечащим врачом уже третий месяц и не замечал отклонений, пока ты не стала раскрываться. Осторожно и не спеша ему всё же удалось завоевать твоё доверие, и от холодного молчания вы перешли на оживлённые диалоги, пока ты не упомянула про сны.
Ты забросила удочку на прошлой вашей встрече, мельком упомянув эти сны, так беззаботно и легко.
— Доктор, а вы любите улыбаться? — Не соблюдая тематику разговора, ты прервала эту самую нить смысла, перескочив совершенно на другой берег.
— А что? — Задумчиво произнёс мужчина, стараясь вспомнить, когда последний раз улыбался от души.
— Вы были там… — Прошептала ты. — В Стране чудес.
На этом невнятном, непонятном диалоге ваш сеанс был закончен, а Сугуру так и не смог забыть вброшенную тобой фразу, которая заставила его впасть в раздумья. Возвращаясь домой, он думал о твоём вопросе, уходя на работу, он надеялся встретить тебя и расспросить больше об этой стране, но, как назло, ни разу не видел тебя после сеанса. Мужчина не знал, почему именно ты вызвала у него заинтересованность, далеко не профессиональную. И вот спустя неделю вы снова встретились.
— И как вы туда попадаете? Когда ложитесь спать? — Постукивая ручкой по листкам бумаги в блокноте, Сугуру не спешил делать какие-либо записи.
— Нет… — Вырвалось из твоих губ быстрее, чем ты обдумала свой ответ. — Через зеркала, двери, окна…
— Шляпник говорил, что это не единственные двери в Страну чудес. — Ваши отношения с Сугуру становились всё более доверительными, поэтому он позволял тебе небольшие вольности. Осторожно закинув ноги в тапочках на стул, ты подобрала их к туловищу и обняла руками. — Он перечислял ещё много проходов. Например, даже кроличью нору.
— Шляпник? — Мужчина поднял очки на голову, убирая с лица выбившиеся пряди. Тёмные глаза, как две глубокие бездны, разглядывали тебя куда пристальнее, чем обычно. Поначалу его взгляд, казалось, морозил, но теперь в нём лишь была профессиональная холодность. — Он тоже на кого-то похож?
— Нет, — отмахнулась ты, отводя голову в сторону и застенчиво улыбаясь. Фразы, сказанные Шляпником, всегда вызывали у тебя особый интерес. Они всегда казались странной загадкой, пока ты не начала мыслить иначе. — Шляпник единственный в своём роде.
Карандаш доктора Гето опустился на желтоватый лист блокнота с особым стуком. Быстрые заметки, которые тебе никогда не удавалось прочесть. Мужчина всегда писал быстро и никогда не двигал блокнот с края стола, а как только тобой предпринимались попытки привстать, он закрывал свои пометки рукой. Поэтому даже если сейчас у тебя и получится, то одно слово совсем ничего не даст.
— И когда начались твои путешествия в Страну чудес? — Приостановив движения карандашом, Сугуру снова взглянул на тебя, поддерживая зрительный контакт. Под его глазами скопились бессонница и ответственность, выражаясь в синяках.
— Лет в семь. — Подняв голову вверх, ты начала прокручивать в голове моменты, когда первый раз попала туда. — Я была не той. И мне пришлось стать той.
— Что значит «той»? — Возможно, он нашёл причину, по которой твой дядя и тётя отправили тебя сюда. Именно поэтому был полон решимости расспросить как можно больше о странной Стране чудес. До этого ты казалась ему обычной, скучной.
— Тогда вам придётся долго стараться, доктор. — Короткое умозаключение, не подкреплённое ничем, да и незачем. Пока Сугуру продолжал косо поглядывать в блокнот, шурша карандашом, ты начала качаться на стуле. Скрипя под тобой, сиденье поддавалось каждой махинации. Для тебя это был вид особого расслабления под раздражающие звуки.
В лёгких покачиваниях ты успевала смотреть в окно. Уже неделю солнце не показывалось из-за облаков, которые грозились дождём. Синоптики предупреждали о надвигающейся буре, но ты уже не могла дождаться мелодии капель, постукивающих по окну твоей комнаты. Готова была часами сидеть, наблюдая, как они в погоне за чем-то сползали вниз и пропадали. Жалюзи были подняты вверх, как ты и любила. Окно выходило прямо на ухоженный садик психиатрической больницы, но сейчас ты могла видеть только ветви большого дерева, находившегося в середине этого сада.
— И как долго вы находитесь в этом мире? — Сугуру пытался отвлечь тебя от наблюдения за природой, но ты не поддавалась жалким махинациям. Не оторвала взгляда, но губы всё же зашевелились.
— Не знаю. Так уж это важно? — Доктор мог видеть, как из покачивающихся то в одну, то в другую сторону прядей волос проглядывает насмешливая улыбка.
Стул продолжал скрипеть, в моменте тебе показалось, что двигать им становилось намного тяжелее. Сугуру, покрутив пальцами карандаш, снова начал что-то писать. Но звук стал неестественным для пишущего предмета. Этот звук ты могла сравнить только с царапающими когтями, когда они безжалостно проходились по бумаге. В комнате похолодело, хотя Гето всегда старался следить за температурой в кабинете, чтобы помочь своим пациентам расслабиться и открыться. Ты почувствовала, как ветерок играл с твоими волосами. Лицо само повернулось на поток, а именно обратно к своему врачу. Прикрыв глаза, ты наслаждённо вдыхала свежий воздух.
— Важно, — услышала ты перед собой скрипучий голос. Он был похож на голос доктора, но не его. Ты была уверена.
Вокруг задышало жизнью. Бетонные стены словно испарились, открыв новый мир звуков природы. Вдалеке зажурчала речка, а неподалёку шелестели листья деревьев. Под собой ты почувствовала что-то холодное и гладкое, оно плавно качало тебя из стороны в сторону, поддаваясь твоим порывам. Как только ты распахнула глаза, увидела перед собой пару пялящихся глаз, похожих на человеческие, но таковыми они не являлись. Лист под тобой резко искривляется. Соскользнув, ты падаешь на свой бок. Холодная земля совсем не смягчила удар, трава тем более словно расступилась перед твоим приземлением.
— Чешир? — С шипением вопрошаешь ты, жмурясь от боли. Человек перед тобой плавно исчезает, словно пыль, оставляя после себя кошачью улыбку. Через секунду он появляется на стуле за большим дубовым столом.
Стол встретил тебя знакомым беспорядком. Сколотые кружки, пятна на скатерти, погнутые приборы, будто кто-то снова поссорился во время чаепития. Только чайник стоял нетронутым. Белый фарфор с незамысловатыми синими узорами поблёскивал на солнце среди всего этого хаоса. Шляпник никому не позволял трогать его.
— Ну что ты? Скорее садись за стол, кошечка. — Знакомое прозвище заставило тебя распахнуть глаза. Только здесь тебя так называли. Существо за столом имело большие чёрные уши. Всегда хотелось их потрогать и узнать, насколько они были мягкими. А за спиной, словно змея, вилял такого же цвета ухоженный хвост. Из вас двоих он больше был похож на кота. Чешир осторожно постукал пальцами по столу, приглашая тебя, не забыв при этом отбить чёткий ритм своими острыми когтями.
— Где остальные? — Поднявшись на ноги, ты начала отряхиваться, но белая больничная одежда, казалось, впитала в себя эту грязь, как краску. — Ну вот, Чешир, из-за тебя испачкалась. Что скажут доктора?
— Доктора? Ты больна? — Поёжилось существо перед тобой, а когда ты начала подходить ближе, Чешир упёрся руками о стол, отодвинулся, и его улыбка пропала. Он был обеспокоен, но не о твоём здоровье, а о том, что ты была заразна. Даже спустя столько лет его шуточки не становились менее раздражающими.
— Нет, — процедив сквозь зубы, ты, скрестив руки, приземлилась на стул. Чешир, сидевший во главе стола, на месте Шляпника, снова исчез. Но ты не подала виду. Твой друг оказался позади тебя и бесцеремонно подвинул стул ближе, словно галантный джентльмен. Тебе еле как удалось удержаться, в другую же секунду Чешир начал наливать тебе чай. Убрав руки от стола, ты боялась, что капли, хлещущие из побитой чашки, могут обжечь.
— Не дуйся… — Чешир вернулся на место Шляпника. Перемещаясь так, он казался легче воздуха. Улыбка почти никогда не сходила с его лица, даже в самые неблагоприятные моменты. Постукивая по чайнику когтями, друг не спешил наливать чай. Скорее игрался с любимой вещью Шляпника. — Так что там с докторами, кошечка?
— Знакомая история… — Усмехнулся Чешир.
Ты отвела взгляд к чайнику. В прошлый раз после встречи с Шляпником тебя держали трое санитаров, а врач долго спрашивал, кого именно ты увидела в палате. Потом белые таблетки заменили красные, начинающиеся на букву Д…
Глаза Чешира чуть поблёскивали в лучах бледного солнца. Он не сводил с тебя взгляда, исследуя тебя повзрослевшую, в новой одежде, в которой никогда тебя не видел. Запоминал тебя — ещё неизвестно, через какое время вы увидитесь снова.
— Так где остальные? — Поднеся к губам целый край чашки, ты отпила. Чай оказался сладким, с привкусом карамели. В прошлый раз из-за Мартовского Зайца твой напиток был солёным.
— На выходных, — загадочно ответил Чешир. — Не нравится проводить со мной время?
— Ну же, кошечка, возьми ещё печенье. — Он ближе подвинул к тебе миску с песочным печеньем. С каждой встречей Чешир становился только непонятнее. Его улыбка померкла. — Почему тебя считают сумасшедшей?
— Потому что так сказали дядя и тётя. — Холодная констатация фактов. Твой голос даже не дрогнул при упоминании этих людей. — Ты всё равно ничего не поймёшь.
Важно заявив это, ты увидела, как Чешир наклонил голову набок, а его хвост нервно дёрнулся позади. В глазах мелькнуло что-то лукавое, на секунду когти перестали постукивать. Он наконец ловко подхватил пальцами ручку чайника и небрежно вылил в чашку остатки.
— Я ведь говорил, что постараюсь.
Что-то кольнуло под рёбрами, и ты сразу ощутила нехватку кислорода больничных палат, особенно кабинета доктора. Без особого труда ты подхватила с миски печенье и откусила большой кусок. Крошки посыпались в чай. Раньше ты любила макать сладости, но сейчас совсем позабыла вкус. В больнице не баловали.
— А что, если я правда сумасшедшая?
— Что ж… Я всегда знал. Как иначе ты сдружилась бы со Шляпником? — Его колкость в этот раз вызвала улыбку на твоих губах.
Громко рассмеявшись, ты бросила чашку в сторону Чешира. Существо спокойно, без особых трудностей увернулось, снисходительно выдохнув. Чашка звонко разбилась о камень. Капли чая после полёта разбавили серую скатерть, добавив новые узоры помимо имеющихся.
— Берёшь пример с Мартовского Зайца? — Произнёс Чешир, после чего глотнул чай из самого чайника, игнорируя полную кружку перед собой. — Плохая привычка, кошечка.
— А ты не боишься, что Шляпник тебе уши оторвёт за чайник?
— Да? — Он замер лишь на секунду, прежде чем театрально оглядеться по сторонам. — Ну, мы же ему не расскажем? Это будет наш общий секрет.
— У меня нет секретов от лучшего друга.
— Не ты ли выкинула шляпу, подаренную им? — Его вопрос заставил тебя вздрогнуть. А Чешир продолжал сидеть как ни в чём не бывало.
— Это неправда! — Вскочила ты, уперев руки в стол и нахмурившись. — Я потеряла её. Совершенно случайно!
— Ну-ну, — Чешир даже не обратил особого внимания на твои оправдания, продолжая делать глотки из чайника.
Облака вокруг вас начали сгущаться, подул неприятный холодный ветер, заставляя трепетать скатерть, которая доходила до пола. Листья закружили в резвом танце, то опускаясь, то поднимаясь. Широкие короткие рукава задирались, оголяя синяки от частых уколов успокоительных. Сжав руки в кулаки, ты прищурилась. Снова дразнил, но теперь ты не собиралась спускать с рук его поведение. Коленями ты залезла на стол, безжалостно сбивая ногами посуду со своего пути. Чешир не шелохнулся. Он был прямо перед тобой. Рывком ты потянулась руками к его ушам, чтобы лично надрать их.
Резкий порыв ветра заставил тебя остановиться. Он дул прямо в лицо, развевая твои спутанные волосы, да так, что тебе пришлось зажмуриться. Глаза сохли, и, пока ты старалась привыкнуть, ветер утих. Так же быстро, как и появился. Открыв глаза, ты не увидела тех мягких ушей, а на стуле сидел всё тот же Сугуру Гето, твой лечащий доктор. Колени смяли его бумаги на столе, а твои руки возвышались над его головой. Мужчина замер, смотря своим пронзительным взглядом снизу вверх.
Осторожно похлопав его по голове, словно хваля щенка, ты неловко спустилась со стола, вернувшись на свой скрипевший стул. Теперь ты не была расслаблена. Спина была ровная, натянутая, как струна, а ноги спущены вниз и сведены вместе. Тебе не было оправдания. Нужных слов подобрать для объяснения этой странной ситуации ты тоже не могла. Стыдливо ты исподлобья взглянула на реакцию доктора.
— Что ж… — Сугуру Гето улыбался, наклонив голову. Хитрая улыбка не доходила до ушей, но была схожа. Его взгляд сузился в знакомом выражении. На секунду тебе показалось, что сейчас прозвучит привычное прозвище. Длинные сцепленные пальцы покоились на столе, с краю которого стоял знакомый чайник. — Полагаю, мы стали понимать друг друга лучше.