╰┈➤ Основное:
✦┆Имя: Пелагея Волковна Клык
✦┆Раса: Гибрид
✦┆Пол: Женский
✦┆Возраст: 16 лет 07.07
✦┆Рост: 168
✦┆Родина: Империя тридцать девятая
✦┆MBTI: ENTP - A

╰┈➤ Родители или другие родственники:
Серый волк из сказки об Иване Царевиче и Сером Волке приходится ей отцом, а служанка Елены Прекрасной стала её матерью. Неплохой дуэт,не так ли ?
ㅤ
╰┈➤ Факультет:
Факультет Героический
ㅤ
╰┈➤ Биография:

╰┈➤ Внешность:

╰┈➤ Характер:

╰┈➤ Особый талант:

Прежде чем перейти к описанию особого таланта, важно прояснить один момент.

По праву наследства Пелагее должна была передаться способность её отца - полное обращение в форму сказочного волка, со всеми вытекающими преимуществами. Однако на данный момент наследница героя не может обратиться целиком. Максимум, на что она способна, - явить отголоски способности в конечностях и органах восприятия. Тем не менее даже частичное обращение даёт ощутимый эффект: физические параметры Пелагеи улучшаются, а восприятие обостряется. Для справки внесу ясность что после применения данной способности рефлексы Пелагеи и обоняние выдают показатели в полтора раза эффективнее человеческой особи, по силе и скорости в данной форме её нельзя сравнить с атлетом однако особи не уделяющей времени на развитие своего тела будет весьма трудно сражаться с девушкой в рукопашную.

А теперь, пришло время поговорить про особую силу наследницы. Такое же воплощение хаоса и ядрёной смеси эмоций. "Тили-Бом". Талант что пробудился у девушки в стенах академии - он позволяет ей менять сущности, различные предметы и саму себя менять в хаотичном порядке тем самым привнося неопределённость и новый уровень сложности как и своим врагам так и неподготовленным союзникам. Тип таланта как и вербальный так и соматический, проще говоря для активации Пелагея может использовать как своё тело и свою собственную речь. Однако отсюда вытекает ряд нюансов которые она выяснила опытным путём :

1. Это стало самым что ни на есть открытием и радостью - талант может воздействовать также и на предметы. Однако они не должны быть баснословных размеров и больше самой Пелагеи.
1.1 Огромные здания, деревья, механизмы и существа не чувствуют сил волчицы, всё меняется когда под рукой найдётся небольшая вывеска или урна ведь с ней Пелагея может поменяться однако использовать талант сможет использовать лишь через пять секунд опосля ведь в противном случае ничего не произойдёт.
1.2 Если же размер иных предметов меньше вышеуказанных - будь то маленькая палочка или стрела, то талант может быть использован без временных ограничителей. Здесь уже будет иное обязательное условие - волчица должна будет прикоснуться рукой к данному предмету.
2. Что же насчёт живых существ. Начнём с того что радиус действия способности равен одному метру. И если в радиусе этого метра находится одно живое существо Пелагея может использовать свой талант без временных ограничений, и вместе с этим может использовать свой талант из пункта 1.2
2.1 Данный пункт вполне схож с пунктом 1.1 : Если в радиусе действия таланта находится два и более живых существ Пелагея может использовать свой талант раз в пять секунд. Однако вместе с этим правило из пункта 2. становится не действительным, свою ликвидность сохраняют пункты 1.1 и 1.2

╰┈➤ Факты о персонаже / доп. информация:

╰┈➤ Юзернейм:

Среди сотен исписанных листов, скрывающихся в сумраке часовни, один приковывает внимание. Пожелтевший пергамент, прикреплённый к стене аккуратным восковым оттиском, исписан ровными строчками с чётким наклоном вправо. Этот почерк - удивительно читаемый и изящный - кажется сознательным подражанием изяществу самого особняка, его строгой каллиграфии и строгой яви убийственной игры.

Наблюдение это одно из немногих удовольствий которое осталась здесь у меня. Каллиграфия помогает освободить мысли от тяготящей общей беспомощности. Скоро снова начнутся смерти, я ясно ощущаю неизбежное. Потому пусть хотя бы на листах этой вычурной бумаги останется какое-то воспоминание о них. О нас всех - сильных, слабых, глупых, умных но всё таких же людях.

Келли Грейс:
В тебе словно отголоски той надежды, которую я когда-то потерял. Ты хоть и не истинное солнце, но стараешься дарить тепло и надежду каждому из этих глупцов. Я даже в некоторой степени завидую той семье, которую ты потихоньку собираешь здесь, и той семье, которая осталась у тебя там, в Японии. Но к зависти примешиваются и соболезнования - Инферналес непрозрачно намекает, что здесь, среди прошлой группы, был кто-то дорогой для тебя. Не хочу спрашивать, не хочу заставлять тебя страдать об ушедшем. Ты не одна.

Лунь:
Я стараюсь тебя понять, но как бы я ни старался, ничего не выходит. Я словно вижу своё отражение и не вижу его вовсе; твоя закрытость в ответ на мою закрытость. Неужели мы все, коллеги, такие? Тем не менее, я благодарен тому диалогу, который произошёл в ту ночь. Возможно, мы сможем сотворить чудо вместе с тобой.

Сайл Редгрейв:
На удивление, ты мне понятнее большинства из них. Чем бы ты ни занималась, я хочу поддержать тебя в твоих начинаниях и в событиях этого чёртова цирка. Возможно, твоя доброта и отзывчивость держатся на этой простой договорной клятве, которая в любой момент нарушится, и ты тоже предашь. Что же, время покажет - оно, как никак, свидетель разных явлений.

Штайр:
Дрянной шакал с дрянными целями и дрянными словами. В который раз словно действуешь назло. Если я тебе так ненавистен, то вперёд, трусливый охотник, атакуй напрямую, без других жертв, и я с радостью вспомню былое ремесло о котором умолчал Инферналес. А пока продолжай запугивать и обманывать. На большее ты как никак не способен.

На суде я пойду твоей же дорогой. Мне будет попросту наплевать, пока мне не заплатят нужную сумму. Я телохранитель, как они говорят. Хотя, кого я обманываю - я им никогда и не был.

Нифта:
Украшение, не более.

Алекс Макнейр:
Ещё одна представительница касты проблемных подростков. Разве что ты, будто бы, прошла пубертатный период и уже находишься на финишной прямой перед развилкой. Ты пытаешься найти каких-то союзников и опору, и каждый раз меняешь своё мнение со сменой союзников. Не буду отрицать, ты явно умнее большинства. Но пора уже определиться.

Гамлет Белероз:
То же самое касается и тебя. Хотя, даже если ты снова начнёшь метаться, я не уверен что смогу принять твою ложь. Это действительно больно. Жалею, что поддерживал тебя на суде и защищал тебя.

Каспар Тамм:
Пьянчуга-толстячок. Ничего иного, положительного или отрицательного, более не скажу. Толком не общался с ним.

Маринелла Чекановер:
Мне нечего о тебе сказать. Ты потрясла своим страхом и своей же наглостью. Celle qui n'écrit pas que des scripts.

Альвин Винод(?):
Привычнее называть тебя Рэгнульфом. Безрассудный и аморальный, хоть мне тебя и жаль, останавливать тебя я не стану, как минимум, пока это не забьёт тебя насмерть. Be strong.

Вицко Ковалевич:
Вы были примером для подражания в армии. Помню, казарма во время ваших действий всегда стояла на ушах. Конечно, в пехоту я не пошёл, но, как и многие, ровнялся на вас и старался думать, как вы, и действовать, как вы. Я верю в то, что именно вы спасёте этих людей, если не сделаю это я. Когда я потерял всё, думал обратиться к вам за помощью; быть может, всё могло бы сложиться иначе.

Чиё Ядзава:
Ты явно что-то скрываешь. Тогда я не придал этому значения, но теперь думаю об этом всё чаще. Не могу сказать, нравишься ли ты мне как человек или нет, однако я благодарен за ту отзывчивость в первый день нашей встречи.

Деметра:
Антисоциальная и социофобная. Дитя платформы 4chan и ей подобных — вот первое, что я могу сказать про Деметру. В некоторой степени циничная, а в некоторой — беспросветно глупая за пределами своей сферы деятельности. Не видела жизни иной, кроме как за компьютером, и пытается учить каждого и помыкать каждым. Простой проблемный подросток в пубертате.

Хейко Пауль Нойман:
Напоминание о тяжёлом прошлом. Твой талант вызывает горечь на устах. Однако разум и действия не показали схожести с моей матерью - а значит, рано или поздно мы сможем наконец поговорить по душам. Мне также жаль твои глаза и психику, которой часто приходится наблюдать весь ужас, мелькающий в чате. Тебе остаётся только молиться, пастор, и такое чувство, что я скоро начну молиться вместе с тобой.

Мааи:
После Хейко я сразу вспоминаю о тебе. Ты хрупкая и нежная, славная девушка, очень славная. Я рад, что ты перестала меня бояться; жаль только, что мы так редко общаемся вживую. Я обязательно передам тебе эти чудные тапочки, хотя они уже стали мне здесь родными. Спасибо тебе.

Зарина:
За чёрным котом всегда следует золотистый ретривер, не так ли? Зарина, ты такая замечательная и солнечная - оставайся такой как можно дольше и подари частичку своей яркой улыбки каждому. Вы чудесно ладите друг с Мааи, я заметил это ещё во время наших прогулок по лесу, и потому я не переживаю ни за Мааи, ни за тебя. Вы обе чудесные.

Бай Сэ:
Мне жаль.

Ронда Спирит:
Живая и человечная. Полностью. Возможно, я снова тянусь к чему-то, что напоминает мне о моём прошлом, к людям, в которых нахожу отклик. Я не могу ей, как и многим другим, рассказать о том, что нахожу в особняке, - им не нужно это знать. Пусть живут своей жизнью и ругаются. Простите, но я не смогу этого сделать. Отмечу также, что она чересчур эмоциональна и неустойчива, но кто без греха. И уж лучше эти всплески поглощаются её пристрастием к веществам, чем выливаются во что-то иное. Главное, чтобы не устроили здесь наркопритон, а остальное - не так уж важно.

"Вильхельми":
Держится за завесой тайны и недосказанности, но при этом помогает множеством способов. Выражаю тебе благодарность за содействие.

Пьер Воше:
Ты потерялся за собственными масками, Арлекин. Возможно, я сторонюсь тебя, потому что боюсь стать таким же потерянным. Я действительно страшусь, что все мои старания пойдут прахом. Может, у тебя есть идея, как спасти хотя бы половину этих людей.

Патрисия Инферналес:
Противоречивый подросток на своём жизненном пути. Я не могу тебя как-то описать: ты не непостоянна, как порывы западного ветра, но кто сказал, что устами твоими глаголет истина. Я бы хотел услышать тебя, Патрисия. Может ты такая же сломленная душа.

Баал Инферналес:
Жестокий гений с изощрённым умом. Я часто пытаюсь понять, какая мотивация стоит за этим представлением и кто зрители этого безумия. Что ты хочешь показать на сцене и скольких ты захочешь вычеркнуть из своего сценария. Только не отбирай то, что я сумел сохранить. Не надо.

Ада Нива:
Ты действительно замечательная, ты идеальная женщина. Я всегда буду на твоей стороне, что бы ни говорили люди, не знающие твоей истории. Спасибо за то, что спасла меня тогда, и за то, что остаёшься на моей стороне по сей день. Вживую мы так и не признались друг другу, но я выведу эти трудные слова на бумаге. Я люблю тебя, Ада Нива.

Sunrise Parabellum.

Солнце давно встало.

A.Y

Имя, фамилия: Альфред Рейзенхард

Бывший абсолютный талант: Абсолютный телохранитель

Пол: Мужской

Рост: 197

Вес: 89

Дата рождения и возраст: 23 апреля 2002 год

Группа крови и резус-фактор: II Rh-

Национальность: Немец

Заслуги и достижения: Альфред оперативник элитного подразделения BKA по обеспечению защиты важных физических лиц. На его счету более трёх сотен довольных и защищённых клиентов которые могли умереть ещё совсем недавно. Также херр Рейзенхард прославился предотвращением теракта на заседании НКАТ в Берлине. Был представлен к двум государственным наградам высшей степени, орденам BVO. Помимо всего за ним наблюдается участие в благотворительных балах, да и сам герр Рейзенхард отличился вкладом в развитие охранной сферы Германии. Его лекции по развитию бдительности и реагирования во время чрезвычайных ситуаций стали нарицательными как на родине так и за пределами Европы.

BKA - Bundeskriminalamt,Федеральное ведомство уголовной полиции Германии

BVO - Bundesverdienstorden,Орден «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия»

Внешность:

Рейзенхард — человек, чья внешность является прямым отражением его непростой судьбы. Его внушительная фигура и поджарое, но мощное телосложение выдают в нем бывшего военного и элитного телохранителя. Движения точные и сдержанные, даже в состоянии покоя в нем чувствуется скрытая энергия, словно у хищника, готового в любой момент к действию.

Его лицо с резкими, угловатыми чертами кажется высеченным из камня — высокие скулы, твердый подбородок, тяжелая челюсть. Глубоко посаженные глаза холодного серо-стального оттенка почти никогда не выдают эмоций, лишь иногда в их глубине вспыхивает искра, напоминающий о внутренней ярости и боли. Коротко стриженные волосы цвета темной пшеницы, идеальная военная выправка и несколько шрамов на лице и руках дополняют образ человека, прошедшего через огонь,воду и медные трубы.

Одет он всегда функционально и сдержанно — темные практичные вещи, классические костюмы, иногда добротная кожаная куртка. Даже в состоянии упадка и алкогольного забвения в его облике читается сила и дисциплина, скрывающие глубокую, неизлечимую усталость. Вся его аура говорит о внутренней борьбе между былой непоколебимой силой и нынешним разочарованием в жизни.

Блок основной информации:

Парный персонаж: Ада Нива (P.S Необязательно чтобы она попала в каст)

История получения абсолютного таланта:

4 сентября 2025 год. Происходит вооруженное нападение на членов берлинского пленум НКАТ. Зафиксирована попытка детонации трех газовых бомб. Сотрудники агентства телохранителей "L.I.B.R.A" нанятые для патруля и охраны территории смогли предотвратить худший из исходов пленума сведя жертвы к минимуму. Отличился капитан группы реагирования "L.I.B.R.A" среди остальных сотрудников опытным курированием младших коллег и своей отдачей когда заградил собой херр Председателя НКАТ от вражеской пули. После проведения пленума все сотрудники представлены к ордену за отвагу и переведены в BKA. После инициативы Альфреда,и проведения повторного экстренного пленума НКАТ херр Рейзенхард был представлен к Титулу Абсолютного.

История утраты абсолютного таланта:

7 февраля 2028 год. Свежие новости. Рейзенхард лишается статуса абсолютного после двухмесячного разбирательства о его причастности к смерти последнего клиента. Федеральный канцлер и Председатель НКАТ поделились своим мнением с общественностью : ...

Именно с такого заголовка начался выпуск февральского FAZ. Эти долгие два месяца общественность ждала информации по поводу скандального случая в Берлинском аэропорту где умер клиент Рейзенхарда. Городская общественность пребывала в смятении и разделась на два лагеря по поводу причастности их любимца. В социальных сетях "погода" весьма иная - телохранителя окрестили не самыми лучшими словами вспомнив все скандальные отрезки в его карьере которые успели всплыть в медиапространство. Некоторые неравнодушные смогли найти последнего живого члена семьи Рейзенхард, Агнесс Рейзенхард которая добавила масла в огонь публично объявив что давно презирала своего отпрыска. Тяжело представить их эмоции на утро седьмого февраля, Альфред Рейзенхард Янг лишается титула абсолютного. Ликование ненавистников быстро сменилось негодованием - суд постановил что к смерти своего клиента он не причастен. Ещё долго негодовала страна и всемирная паутина еще много раз были попытки засадить за решетку подкупившего всех телохранителя. Эта ненависть все только нарастала как снежный ком и сводила с ума - ежедневные забастовки под окнами, посты с ненавистью в социальных сетях и бывшие друзья из шоубизнесса теперь на федеральном канале открещиваются от него и несут какую-то околесицу. Уже близилась весна когда толпа раскричалась не на шутку и начала крушить особняк телохранителя, они устали от того что правительство не слышит их требования а полиция остается безучастной. Начнется самосуд. Последнее пристанище телохранителя вспыхнуло огнем. Толпа ворвалась в здание чтобы зажать его в угол. Но ничего не было,хотя нет, вернее даже было все на своих местах. Мебель, посуда, одежда, награды за службу - но самого телохранителя не было. Словно он пропал. Им ничего не оставалось кроме как выместить свою ненависть на том что оставил после себя этот человек. Все сгорело, людям на потеху горело все. А службы реагирования приехали уже под конец когда от собственности Рейзенхарда остались дотлевающие угли. Власти не поднимали дело о поджоге, они опасались что это поднимет еще одну волну беспорядков. Лишь в социальных сетях последующую неделю шло обсуждение об этом происшествии и рассуждение о том куда мог пропасть мужчина. Однако, в июле появилась одна единственная фотография снятая с огромного расстояния на которой человек весьма похожий на Рейзенхарда заходит в дорогой стриптиз клуб.

FAZ;Frankfurter Allgemeine Zeitung - Франкфуртская всеобщая газета,одна из ведущих межрегиональных газет Германии.

Биография:

Детство Альфреда Рейзенхарда было овеяно запахом свежего сена и земли его семейной фермы под Берлином. Он всей душой любил эту жизнь, где честный труд вдали от городской суеты был его отдушиной и главным смыслом. Однако идиллия оказалась хрупкой и отравленной изнутри. Его мать, протестантский пастор, с годами всё глубже погружалась в пучину религиозной радикальности. Её проповеди становились всё более жёсткими и апокалиптическими, а вера трансформировалась в параноидальное стремление очистить мир от скверны, которую она начала видеть повсюду — даже в собственной семье. Постоянное подавление собственных амбиций и несбывшихся мечтаний, жертвой которых она себя считала, вылилось в невыносимую внутреннюю напряжённость. Всё чаще в доме можно было застать её за бормотанием молитв, а её взгляд, устремлённый в никуда, становился стеклянным и невидящим. Случайно подслушанный Альфредом яростный спор родителей стал кульминацией этого надлома. Его мать, женщина с ледяным голосом и глазами, полными непримиримой ярости, кричала на отца: «Я ненавижу каждый сантиметр этой фермы! Эти стены, эту землю! Я пожертвовала ради всего этого собой, своими мечтами, и теперь я в западне, среди тех, кого должна спасти!». Эти слова, отравленные ядом сожаления и религиозного помешательства, стали для Альфреда первым камнем в стене, которую он начал возводить вокруг своей души. Вскоре за этим последовал развод, и юноша, раздавленный и потерянный, оказался в шумном, безразличном Берлине.

Годы в столице лишь усугубили его отчуждение. Подавленный годами давления, Альфред видел в учёбе единственный шанс вырваться. Он предпринял отчаянную попытку поступить на юридический факультет, свято веря, что закон и справедливость станут его спасением от царившего вокруг мракобесия. Но напряжение и внутренняя опустошённость сделали своё дело — он недобрал заветных баллов. Вернувшись домой с этим известием, он попал под шквал ярости матери. Вместо поддержки она увидела в его неудаче лишь подтверждение его «греховной природы» и «слабости духа». «Убирайся с моих глаз,» — прошипела она, её лицо исказилось от праведного гнева. — «Ты — грязная, неблагодарная душа! Ты плюёшь на все жертвы, которые я принесла! Ты не достоин даже пыли этого дома!». Вышвырнутый из собственного дома, юноша, окончательно раздавленный и потерянный, оказался в шумном, безразличном Берлине. Не видя иного выхода, он вернулся на ферму, но уже не как к дому, а как к месту последнего пристанища. Именно там состоялся судьбоносный разговор с бабушкой, единственным человеком, кто ещё видел в нём того самого мальчика с фермы. Её мудрость и вера в него стали тем катализатором, что направил его ярость и боль в конструктивное русло — он принял решение уйти в армию.

Служба в мотострелковых войсках стала для Альфреда не просто долгом, а долгожданным спасением. Жесткие, но честные армейские порядки, ясность уставов и прямолинейность армейской жизни стали глотком свежего воздуха после душной, пропитанной лицемерием атмосферы родного дома. Он прижился в роте мгновенно. Его природная собранность, выносливость и острый, аналитический ум, не замеченные матерью и учителями, здесь нашли мгновенное применение. Уже на пятый день «учебки» он не просто освоил свой армейский мотоцикл — он почувствовал его как продолжение себя. Пока другие курсанты робели перед грохочущей техникой, Альфред уверенно жал на газ, чувствуя не страх, а чистую ярость, которую наконец можно было направить в конструктивное русло. Дорога, ветер и рёв мотора стали для него лучшей терапией. Но главным открытием стали люди. В армии он впервые нашёл то, чего был лишён всегда — братство. Его сослуживцы, такие же как он, сломленные или ищущие себя ребята, стали его настоящей семьёй. Товарищи не осуждали его прошлое, они смотрели только на то, что он представляет из себя сейчас. Вместе прошли огонь учебных полигонов, а затем и настоящей горячей точки, куда их роту перебросили для участия в миротворческой миссии. Там, среди чужих развалин и под чужими взглядами, полными ненависти и страха, их связь закалилась в сталь. Отслужив положенный срок, Альфред вернулся на гражданку. Будущее виделось ему туманным, пока двое его армейских товарищей, уже устроившихся в престижное агентство «L.I.B.R.A.», не предложили ему попробовать свои силы. Они узнали его как надёжного и хладнокровного бойца за срок их службы, и именно по их рекомендации Альфред прошёл жёсткий отбор. Так начался его путь в мире частной безопасности, где его армейский опыт и боевое братство стали самым ценным капиталом.

Возвращение домой должно было стать триумфом, но судьба приготовила ему самый жестокий удар. Войдя в родной дом, Альфред застал картину чистого ада: мебель была перевернута, повсюду следы борьбы, а его бабушка лежала бездыханная, жестоко убитая. Его мать, окончательно поглощенная религиозным безумием, совершила это чудовищное преступление, уверовав, что в собственной свекрови воплотился грех. Позже бульварные газеты смаковали шокирующие подробности под заголовками «Безумная пасторша» и «Кровавый кошмар в бранденбургской глуши», упоминая, что она едва не лишила жизни и собственного сына, когда тот попытался остановить ее. Этот акт сакрального насилия, совершенный во имя Бога, окончательно добил в Альфреде остатки веры. Все, во что его заставляли верить, рухнуло в одночасье, оставив после себя лишь ледяную ярость, которую он теперь направлял исключительно на работу в агентстве «L.I.B.R.A.», которое отправило его и пару других телохранителей для обеспечения безопасности членов НКАТ во время заседания — что и объясняло его присутствие там в роковой день. Именно там его искалеченная душа обрела идеальную форму — форму телохранителя, где бдительность и холодная ярость стали главными инструментами. Его часом триумфа стал теракт на заседании НКАТ, когда группа боевиков ворвалась в зал, началась стрельба и паника. Но Альфред не дрогнул: сначала он молниеносно скоординировал действия других оперативников «L.I.B.R.A.», четкими командами организовав периметр защиты, и только затем, обеспечив прикрытие коллег, бросился к председателю, закрыв его собой от смертоносной пули, получив при этом сквозное ранение чудом не задевшее его органы.Это был не просто подвиг, а высший пилотаж, хладнокровный расчет и самообладание, за которые он получил не только медаль. Коллеги как и руководство агентства уговаривали парня не останавливаться на таком, и смогли уговорить Альфреда подать заявление на титул абсолютного. 16 сентября 2025 года после повторного проведения Берлинского Пленума НКАТ председатель лично подписал заявления нашего героя, и миру явился новый мастер своего дела - Абсолютный Телохранитель Альфред Рейзенхард Янг.

Но слава и почёт лишь глубже загнали его внутренних демонов. Он всё больше разочаровывался в системе, которую защищал, видя её лицемерие. Его профессиональная отстранённость грозила превратиться в мизантропию. Роковой случай, который публика окрестила провалом, стал закономерным итогом этого пути.

Задание казалось рутинным: обеспечить безопасность известного общественного деятеля по пути в международный аэропорт Берлина. Всё прошло безупречно. Машина Альфреда шла первой в кортеже, его глаза, привыкшие сканировать местность, не упустили ни одной детали. Он лично сопроводил клиента до зоны предполётного досмотра, где его уже ждала частная охрана самого деятеля — надменные и самоуверенные типы, пренебрежительно отнесшиеся к рекомендациям «какого-то наёмника из BKA». Они настояли на том, чтобы принять объект под свою опеку, торопясь побыстрее отправить его в частный самолёт. Альфред, скрипя сердцем, подчинился протоколу и официально передал клиента. Его миссия была завершена. Но он,как заядлый перфекционист, остался на месте, наблюдая, как его бывший подопечный поднимается по трапу. Он видел, как тот занял своё кресло у иллюминатора, как откинулся на спинку... И в этот миг стекло лопнуло от точечного удара снайперской пули, выпущенной с высоты заброшенного ангара. Хаос, который он предотвратил на земле, настиг его клиента там, где тот чувствовал себя в полной безопасности — в кресле собственного самолёта. Именно с этого мига начался его конец. Двухмесячное разбирательство вылилось в показательный процесс. Окружение погибшего искало виноватых, и идеальной мишенью стал «телохранитель, который ушёл до окончания операции». Общественность, ещё вчера боготворившая его, разделилась на два лагеря. Всплыли все прошлые, давно забытые скандалы. Суд, к удивлению многих, вынес оправдательный приговор, признав, что прямой вины Альфреда нет. Но это уже не играло роли. Его репутация была мертва. Титул Абсолютного Телохранителя был аннулирован.

Его особняк - символ былой славы, был сожжён разъярённой толпой, а власти предпочли не замечать этого самосуда. Для них он был просто неудобной проблемой, которую лучше списать в утиль.

Бегство в Японию не было спонтанным побегом. Для Альфреда, чей аналитический ум привык оценивать риски, это был холодный, стратегический подход. Проведя бессонные ночи за изучением волны ненависти в сети, он заметил любопытный дисбаланс: японский сегмент интернета почти не интересовался его персоной. Для страны, поглощенной своими внутренними культурными кодами, скандал какого-то немецкого телохранителя был просто белым шумом. Здесь, в отличие от Европы, где его имя знал каждый и где путь был наглухо заказан, царила та самая благословенная анонимность, которую он искал. Япония — страна интровертов, где на тебя не смотрят, не осуждают, потому что всем в равной степени плевать на чужое прошлое, — стала его единственным логичным убежищем.

Токио поглотил его, он растворился в нем - как лед в его любимом виски. Он сбежал от всего, погрузившись в алкогольный мрак и дым сигарет ночного клуба «Алый Сапфир», того, что спрятан в узком переулке, куда не льётся свет неоновых софитов. Именно там, в грохоте тяжёлой музыки и полумраке, его и заметили впервые — огромный немец, чьи глаза, словно у хищника, холодно сверкали из темноты, наблюдая за танцем отрешения. Там же он нашёл Аду. Никакого утешения в ней не было. Они были двумя одинокими островами, товарищами по несчастью, нашедшими в другом молчаливое понимание без лишних слов. Их редкие моменты физической близости были таким же побегом от реальности — страстью, а ещё одним способом заглушить боль, механическим соединением тел, дававшим временное забвение. Они просто сосуществовали, пытаясь заглушить своё прошлое грохотом настоящего, найдя в равнодушном мегаполисе ту самую свободу — свободу быть никем.

Страна проживания: Япония

Языки и уровень знания:

Английский - С2

Немецкий - С2

Японский - A1

Французский - B2

Заболевания:

Отсутствуют

Психические отклонения:

F43.81 — Комплексное посттравматическое стрессовое расстройство (К-ПТСР)

• Возникшее после пролонгированной травмы (в т.ч. в детском возрасте) и острого кризиса взрослого возраста.

Сопутствующие диагнозы:

• F43.23 — Пролонгированная депрессивная реакция
• F60.7 — Расстройство зависимого типа личности (с чертами перфекционизма)

Клинические особенности:

• Реактивация детской травмы беспомощности.
• Моральная травма на фоне профессионального провала.
• Вторичная травма ряда действий со стороны системы.

Фобии и страхи:

Ох-хо. Тяжёлая тема с ещё более тяжёлым пониманием. Если копнуть глубже — все его страхи были не про внешние угрозы, а про внутреннюю пытку быть недостаточно хорошим.

В детстве это был настоящий ад: он боялся сделать лишний шаг, громко дышать или проявить какую-то глупую, детскую радость. Боялся не соответствовать ледяным, невысказанным ожиданиям матери — её молчаливому осуждению, её взгляду, который мог пригвоздить к месту. Он боялся, что ему запрещено улыбаться и мечтать — ведь это признак слабости, недостойный «избранного». Он панически боялся показаться неидеальным в глазах окружения — потому что за этим следовало незамедлительное отторжение. И больше всего он боялся потерять свой смысл жизни — тот самый «хлеб», возможность быть полезным, быть нужным. И ведь по итогу он его и правда потерял. Иронично не так ли ?

Что же насчёт сейчас. Сейчас никаких страхов нет. Вообще. Ни капли. Только холодная, выжженная пустота. Тот, кто боялся — далеко в Германии, под руинами того особняка. Осталась лишь обугленная уверенность, что терять уже больше нечего.

Секрет:

Вот он — тот самый гвоздь, на котором висит вся его испорченная душа. Всё началось с возвращения в родной дом, где он застал кошмарную сцену: его мать в религиозном безумии жестоко напала на его бабушку. В ярости и ужасе он вступил в схватку с матерью, выбил у неё нож, но та, падая, ударилась головой и потеряла сознание. Увидев, что бабушка ещё жива, но находится в невыносимых мучениях, он принял роковое решение. Со знанием, полученным в армии, он одним точным движением прекратил её страдания. После этого он закрыл ей глаза, и его охватили рвотные позывы — от ужаса содеянного и ярости к матери, и к самому себе.

В приступе безумия он едва не направил нож на мать, но в последний момент остановился. Вместо этого он подстроил сцену, расставив всё так, чтобы убийство выглядело исключительно как дело рук его матери, и лишь затем вызвал полицию.Его самый страшный секрет не только в самом акте, но и в том, что в тот миг он почувствовал жуткое облегчение — и от прекращения страданий бабушки, и от возможности навсегда скрыть свою вину. Этот поступок навсегда определил его судьбу: став телохранителем, он бессознательно пытался искупить вину, спасая тех, кого ещё можно было спасти.

Инвентарь:

Сигареты Malboro с крепким табаком три упаковки, зажигалка, металлический кастет, фляга 0,25 л полная виски, две упаковки бинтов, стерильные нитки с иглой, наручные часы дорогой фирмы, нож из углеводородистой стали, нижнее бельё Ады.

Приглашение:

Токийские сумерки были густы, как дешёвый виски в стакане. Очередной вечер тонул в сизой дымовой завесе, где время измерялось не часами, а количеством опустошённых бутылок. Ада, распластавшись на подокне, напоминала измождённую бабочку, пришпиленную к витрине ночного клуба. Их совместное существование стало формой молчаливого самоуничтожения, ритуалом, где слова были лишними.

Когда стук в дверь разрезал пьяный ступор, Альфред не шевельнулся. Но тихий шорох конверта, скользнувшего под дверь, заставил его повернуть голову. Бумага пахла чужбиной. Разрыв клеевой полосы прозвучал как выстрел. Строчки плясали перед глазами, но армейская заказа брала верх над хмелем. Каждое слово впивалось в сознание отточенными когтями. «Нашёл... знаю всё... самосуд...» Ледяная волна прокатилась по позвоночнику. Кто-то выследил их в этом азиатском убежище, пригрозил расправой над единственным человеком, ставшим ему чем-то большим, чем случайный попутчик в падении.

Внезапно в ладони оказался шёлковое нижнее бельё Ады — то самое, что пахло её духами, смесью японской вишни и чего-то неуловимо горького. Сжав ткань в кулаке, он машинально сунул её в карман пиджака, словно этот клочок шёлка мог стать талисманом. Движения обрели давно забытую чёткость: аптечка, документы, отложенная пачка денег — годы профессии пробудились инстинктом. Дверь захлопнулась за его спиной с тихим щелчком. Токио поглотил его фигуру, растворяя в неоновом мареве. Он шёл к аэропорту, к последнему в своей жизни полёту, где на кону была не его собственная шкура, а нечто, что он уже давно не решался назвать надеждой.

Планы по раскрытию:

Я планирую раскрыть Альфреда в некоем роде старшего для всей группы. Сначала нелюдимый и расчетливый здоровяк который будет в будущем становится опорой и щитом для группы. Он раскроется как более чувственный человек со своим тяжелым прошлым. Хочу также показать что он может быть жестоким, в моменты выявления убийцы. Очень хочу добиться того что он станет фигурой отца/старшего брата для кого-нибудь участников и в момент опасности пожертвует собой. И плевать до чего дойдет жертва от потери конечностей и зрения вплоть до самой смерти.

Дополнительно:

Сейю Альфреда можно считать господина Кенджиро Цудо

Музыкальная тема персонажа - Отказываю - небу Pyrokinesis, House of memories - Panic atthe disco, Wiege - Alien stage, Дайте Танк - М

До случая с бабушкой Альфред шел по стопам матери и был протестантом, на данный момент он является атеистом

Альфред обожает персики

Альфреда добавили в ряд видео-игр, что он считает своим скромным достижением. В одной ммо-рпг игре спутником игрока может стать персонаж с расой ликантропа очень похожего на нашего телохранителя. Во всеми любимом шутере Рейзенхард появился напрямую как оперативник. И сообщество, которое играло в эти игры титанически стояла за своего любимца. Не потому что мета или красивый стиль, а потому что признание.

Характер:

Альфред Рейзенхард — это человек-противоречие, раздираемый между двумя полюсами своей натуры. Внешне он — воплощение циничного, уставшего от мира мизантропа, чья холодность и отстранённость отталкивают окружающих. Он предпочитает молчание и односложные, часто язвительные реплики, создавая вокруг себя непробиваемый барьер. Этот цинизм и насмешливое отношение ко всему — его главный щит, защищающий от повторных разочарований. В его глазах читается усталость человека, видевшего тёмную изнанку жизни и человеческой натуры, и ему претит чужая наивность и суета.

Однако под этой толстой бронёй скрывается совершенно иная сущность. В основе своей он — идеалист, чьи лучшие побуждения были жестоко попраны и системой, и людьми, и им самим. Его душа изранена колоссальным чувством вины, которая пожирает его изнутри. Эта вина — его вечный спутник и главный демон, заставляющий видеть себя чудовищем, недостойным прощения. Отсюда проистекает его глубокое, почти абсолютное одиночество: он сознательно изолирует себя, будучи убеждён, что любая попытка сблизиться обернётся лишь новым предательством или разоблачением его сути.

Именно эта внутренняя борьба между врождённым желанием защищать и привитой жестокостью окружающего мира формирует его главный мотиватор — болезненную, отчаянную потребность в искуплении. Вся его деятельность, даже самая циничная на поверхностный взгляд, на глубинном уровне является попыткой загладить вину и доказать самому себе, что в нём ещё осталось что-то человеческое и стоящее. Его профессионализм и хладнокровие в кризисных ситуациях — это единственный знакомый ему язык, на котором он может говорить и действовать уверенно.

Всё это делает его трагической фигурой. Его сила — не в чистом героизме, а в несгибаемой воле терпеть невыносимую внутреннюю боль и, вопреки всему, продолжать искать путь к искуплению через защиту других. Он становится щитом для окружающих именно потому, что себя защитить уже не в силах. Его жертвенность — это не только благородный порыв, но и акт самонаказания, последняя возможность обрести покой и доказать свою ценность. Он — живое доказательство того, что под маской самого жёсткого и циничного человека часто скрывается тот, кто истерзан собственной чудовищной чувствительностью к несправедливости мира.

Блок характеристик:

Физ. Сила 9/10

Ловкость 6/10

╰⪼ Мелкая моторика 6/10

Скорость 6/10

Выносливость 10/10

Внимательность 9/10

Стрессоустойчивость 8/10

Скорость реакции 8/10

Интеллект 6/10

╰⪼ Эрудиция 6/10

Телосложение 4/5

Уровень активности 5/5

Болевой порог 4/5

Навыки:

Тактическая подготовка и выживание:

• Тактическое ориентирование на местности (включая работу с картой, компасом и GPS в условиях ограниченной видимости и стресса).
• Тактическая медицина (Tactical Combat Casualty Care - TCCC) — оказание неотложной помощи в боевых условиях, включая остановку кровотечений, декомпрессию грудной клетки и поддержание жизненно важных функций до прибытия медиков.
• Базовые навыки выживания в различных климатических зонах.

Огневая подготовка:

• Экспертное владение стрелковым оружием: Профессиональное обращение с пистолетами и пулеметами высокого калибра (включая точность стрельбы, скоростную перезарядку и устранение заклиниваний).
• Стрельба в стесненных условиях и в толпе с минимизацией риска для окружающих.

Вождение:

• Контраварийное вождение транспортных средств различных категорий (включая бронированные автомобили).
• Квалифицированное вождение мотоциклов, в том числе в экстремальных условиях (унаследовано от службы в мотострелковых войсках).

Прочие профессиональные навыки:

• Телохранитель высшего класса (Close Protection Officer) — все аспекты обеспечения безопасности VIP-лиц.
• Кризисное управление и оперативное планирование.
• Физическая подготовка уровня спецподразделений (рукопашный бой, выносливость).

• Минирование и подрывное дело (базовый уровень, необходимый для обнаружения и обезвреживания).
• Ведение наблюдения и контрнаблюдения.
• Преодоление препятствий и высотная подготовка.

...

Блок информации об участнике:

Юзернейм: @everlasting_takt

Часовой пояс: МСК +4

Местоимения: Милейший

Кого Вы хотели бы видеть в касте: @Imsorasson; @lol_chto_eto; @xiao_sora

Кого Вы не хотели бы видеть в касте: @si1ven

Код:

С милостью примут :

Это их обычай

Оберегаемый от других,

Рай тут

Необычный

БОЕВОЙ РАПОРТ
Код доступа: Кураторский
Досье №: 09-K-EDM / “Звезда Эдема”
Объект наблюдения: Янг Иоахим Ноктивириен
Позывной: “Судья”
Фракция: Сумеречные охотники
Тип аномалии: Электрогенез (кодовое имя: “Девятый Ключ: Звезда Эдема”)

I. КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА:

Аномалия “Звезда Эдема” представляет собой уникальный случай контролируемого биогенного электрогенеза, активируемого через искусственно ускоренное сердцебиение. Пиковое напряжение генерируется в миокарде, с последующим высвобождением через руки субъекта. Энергия окрашена в кроваво-красный спектр, что, по предположению исследователей, связано с взаимодействием с субъективными когнитивными маркерами.

Воздух вокруг Янга во время активации аномалии приобретает выраженные свойства электростатической нестабильности — наблюдаются микроразряды, избыточная ионизация воздуха и кратковременные помехи в радиосвязи. Отмечается наличие ауры устрашения: феномен, при котором большинство противников, не обладающих защитой ментального порядка, испытывают острый тревожный эффект, не поддающийся медикаментозной коррекции.

II. ИСТОРИЯ ПРОЯВЛЕНИЯ:

Аномалия активировалась впервые в 32 часа после завершения Операции "Вавилонская башня". Вследствие перегрузки организма произошло неконтролируемое расширение камер сердца, приведшее к клинической смерти и последующей экстренной реанимации. После стабилизации субъект подвергся хирургическому вмешательству: в сердце Янга вживлён нейропульсный стабилизатор третьего поколения — имплант на основе квазибиологических цепей, разработанный инженерным отделом Ордена. Устройство регулирует сердечный ритм и минимизирует перегрузку нервной системы. Однако, при частом использовании аномалии стабилизатор теряет эффективность, увеличивая риск нейронных отказов, судорожного синдрома вплоть до летального исхода. Однако с момента установки стабилизатора появилась возможность увеличивать выход энергии и точечное давление на ключевые функции тела.

III. ОСНОВНЫЕ БОЕВЫЕ ПРИЁМЫ:

Громовой барьер — Иоахим создаёт защитную оболочку из электричества, полностью заключая себя под купол. Этот барьер эффективно блокирует физические атаки. При контакте с барьером противник испытывает электрический удар, причём с каждым последующим прикосновением урон возрастает. Барьер значительно ослабляет возможности врага, предотвращая дальнейший контакт.

Громовой покров — Иоахим покрывает своё тело и оружие электрическим полем. Помимо того, что этот приём действует как передвижной громовой барьер, он также может быть использован для нанесения атакующих ударов. В ближнем бою его удары наносят электрический урон, а в дальнем бою — он способен выпускать "громовые вспышки", наносящие урон и вызывающие эффект дебаффа у противников.

Каскад Разума — Центральный механизм аномалии Иоахима. Сердце, активируя аномалию, инициирует усиление функций тела, регулируя их синхронно или индивидуально по указанию оператора. С момента установки нейропульсного стабилизатора третьего поколения появилась возможность увеличивать внутреннее давление на физиологические процессы, контролируя нагрузку на органы и системы. Этот процесс задействует нейропульсную активность, что позволяет точную настройку физиологических функций для оптимизации боевых способностей или ускоренной реакции на внешние стимулы, увеличивая пределы выносливости и физических возможностей организма.

Willen des Herschers — Иоахим активирует сложный нейроэлектрический каскад, в результате которого происходит электролизация ауры — насыщение окружающего пространства высокочастотными биоэлектрическими импульсами. Это создаёт локализованное поле биоэлектрического раздражения, которое напрямую воздействует на нервную систему противников.

Под действием этого поля у целей наблюдаются:

• Дестабилизация вегетативной нервной системы: учащённое сердцебиение, нарушение дыхательного ритма, гипергидроз (повышенное потоотделение);
• Искажение сенсомоторных реакций: сниженная скорость реакции, ухудшенная координация;
• Психофизиологический сбой: чувство иррационального страха, паники, повышенная тревожность — не как результат аномального внушения, а как побочный эффект электрического перегруза центральной нервной системы;
• Нарушение когнитивной функции: снижение способности принимать решения, кратковременное помутнение сознания.

Эффект сравним с направленным электрошоковым воздействием низкой амплитуды, которое, в отличие от оружия, не вызывает физических ожогов, но дезорганизует боевые навыки и нарушает работу коры головного мозга.

Золотой зверь грома — Высший уровень активации аномалии, в ходе которого Иоахим стабилизирует поток энергии с помощью трости, минимизируя риски потери сознания из-за длительного воздействия аномалии. При активации сила, высвобождаемая Янгом, приобретает форму энергетической сущности, напоминающей лань. Это энергетическое существо подчиняется указаниям оперативника и может беспрепятственно перемещаться через незаземлённые структуры. Лань остаётся активной до тех пор, пока Иоахим сохраняет сознание и жизненные функции. В случае разрыва связи с ланью, когда Иоахим отпускает трость, сущность исчезает, и в точке её исчезновения возникает мощный импульс, в виде шаровой молнии, воспламеняющий окружающую среду.

IV. СЛАБОСТИ И ОГРАНИЧЕНИЯ:

1.Физиологические ограничения:

• Аномалия активируется через искусственно ускоренное сердцебиение, что создаёт чрезмерную нагрузку на миокард. При частом и длительном использовании возникает риск сердечной недостаточности и неконтролируемого расширения камер сердца.
• Перегрузка организма вызывает судорожные синдромы, нейронные сбои и в крайних случаях — клиническую смерть.
• Уровень физической выносливости существенно снижается при повторных активациях без достаточного времени на восстановление.

2.Зависимость от нейропульсного стабилизатора:

• Стабилизатор третьего поколения поддерживает работу сердца и нервной системы, регулируя пульс и снижая риск отказов.
• Потеря или повреждение стабилизатора приводит к мгновенному выходу аномалии из-под контроля и резкому ухудшению физического и психического состояния оператора.
• Эффективность стабилизатора снижается при частом использовании аномалии, что требует регулярного технического обслуживания и диагностики.

3.Психофизиологические слабости:

• Эмоциональные и психические состояния оператора влияют на стабильность аномалии. Депрессия, стресс или панические атаки могут привести к непредсказуемой активации или полной утрате контроля над энергией.
• При кризисных состояниях возможна фатальная самоподрывная реакция организма.

4.Тактические уязвимости:

• Электрическая природа аномалии чувствительна к заземлению и изоляции — применение противником средств защиты (резиновая броня, электромагнитные щиты, влажная среда) может значительно снизить эффективность атак и защитных барьеров.
• При утрате трости, контролирующей “Золотого зверя грома”, Иоахим теряет возможность поддерживать энергетическую сущность, что резко снижает боевой потенциал.
• Частое использование “Громового барьера” истощает энергетические запасы и снижает реактивность.

V. ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

Оценка риска: Высокий
Разрешение на использование: Получено. Использование последнего приема после протокола "Гром и молния"
Протокол наблюдения: Постоянный мониторинг ЭКГ, еженедельная диагностика стабилизатора, контроль за эмоциональным состоянием.

Назад

В системе Adalith появляется уведомление, а следом за ним файл общего доступа - "Интервью Мистера Янга"

При запуске файла слышится мужской голос который подаёт команду "Начали", а после к микрофону пододвигается человек и прокашлявшись начинает монолог :

Доброго дня коллеги, говорит Иоахим Янг. Кодовое имя Судья. Ребята разработавшие Адалитпригласили меня сделать тестовую запись с моим мнением о паре оперативников. Считаю дело нужное. Приступим.

• Ричард Хартман:

Хороший человек, один из немногих кто терпел мою дурную голову когда я только поступил в орден. Начитанный, от него узнал много интересного про робототехнику. Жаль не пьёт только.

• Джейн Браун:

Необычная девушка, крайне необычная. Жалко младшего брата, до ужаса жалко что она стала частью этих трагедий и частью ордена через такой кровавый путь. Боевой потенциал низкий - есть куда расти. И раз она ученица Хартмана то есть то тем более разовьётся в нечто выдающееся.

• Иванова Михаила Алексеевна:

Мало информации в досье, немного тревожит информации об этом юноше. Или девушке. Разве это не мужское имя. Чёрт. Я запутался. Давайте следующего оперативника.

• Холгер Линдэманн:

Достойный оперативник. Мне нравится с ним работать. Один из первых с кем я тесно работал в Ордене. Один из немногих с кем я могу сражаться на равных и не ровен час могу умереть. Если меня желторотые слушают то мой им совет - нет нет но имейте в привычку курить сигары особенно с фруктами. А так хотелось бы с ним снова пересечься по работе.

• Раскольникова Родион Марковна:

Ещё одно чудо в перьях. Verdammt noch mal. Diese Russen werden mir mit ihren Geheimnissen echt das Hirn wegblasen. Ладно, про это чудо известно побольше чем про Иванову. В отличие от неё оперативник "Родя" не обладает должной дисциплиной что весьма печалит, но её добродетельность хоть и смешанная с нотками алчности добавляет новых красок картине. За ней стоит приглядывать ...

• Козявкееф Иван Александрович:

Русские коллеги не перестают удивлять. Харизматичный оперативник, хоть и тот ещё забулдыга. Ладно, никто не лучше. Боевой потенциал чуть выше "Роди", но в команде с ней показывают себя отлично наблюдал за ними. Единственное замечание к оперативнику это то как он юлит время от времени.

• Хуан Фюрст:

Ему бы поесть что-ли, или мышечную массу набрать. Тощий как уличный фонарь - его так и не ровен час разорвёт от собственных сил. Холодный, буквально и в переносном смысле. Ответственный, не проблемный, еще и сильный. Идеальный пример для оперативника и даже лидера, но мне плевать. Порой гневается, но рад что не на меня.

• Кунья Измаил Алексеевна:

Жемчужина "русского" отряда ордена. Мне интересно наблюдать за ней и тараканом внутри неё. Ведут себя кардинально по разному, но гармонию находят. Обнадёживает. Пытался с ней выпить один раз, так по чистому везению не слёг с отравлением. Тяжело.

• Карриер Шикимоно Хаджиме:

Ходячий сканер. Добродушный юноша правда временами тот ещё говнюк, отправил меня сразу в список неблагоприятных. Что уж, мне так даже удобнее. Следующий.

• Шайя Роуз Сайкс:

Она напоминает меня в молодости. Я хоть и не слишком себя обожаю, но эта девчушка славная. В нужном русле серьезная, порой мягкая, но это скрыто за пеленой трагедии. Талантливый оперативник, возможно в будущем займет пост наставника для других желторотов или вовсе отправится к верхушке.

• Сигизмунд Вильям:

Высокий боевой потенциал. Мне нравится стиль его боя, да и готовит славно. Но стоит перестать задирать нос. Первым ляжет на фронте из-за своих "махинаций" с людьми. И пусть помогает с бойлером в помещении, раз уж такая сила у него.

• Фокс Малдер:

Оооо... Долгая история. Еще один отбитый оперативник. По моему мнению он третий человек способный меня убить. Опасный тип, рад что работает с адаптаторами не с охотниками. Хотя интересный кадр.

• Генри Рид:

Надо же, нашёлся оперативник старше меня. Помню помню. Хороший оперативник, крайне трудолюбивый. Помню встретились мы в первый раз перед тренировкой, правда он тогда оказывается спал и не был рад проснуться. Из-за чего отправил меня в полёт, ну и я его. Забавный.

• Джеймс Шурф:

Славный малый. Чересчур правильный или даже податливый. Такие долго не живут, особенно в наших условиях. Ему стоит выпустить своих демонов и быть более инициативным и немного скажем так "du bist total abgefuckt". Ибо такие оперативники и ввыживают, с такими бездна не знает как быть.

• "Крук":

Ещё один "потеряшка". Интересно, так нас охотников находят, именно в таком состоянии?

Ладно не суть — подаёт большие надежды. У него сильная сильная аномалия и сила духа, если правильно распорядится временем и усилиями, достигнет высот. Пока что нечего добавить.

• Бергман Генри:

Кибер-франкенштейн. Один из сильнейших адаптаторов, очень интересная аномалия, оживил мне бутылку коньяка и я смог мнимо побеседовать с алкашкой. Забавно.

• Петренко Александр:

Ещё один крайне интересный кадр русского "подразделения". Славный малый, отчего-то мне напоминает алабая. Не место ему на войне — слишком добрый паренёк и быстро пропадёт. Хотя кого он будет слушать...

• Ева Хёрст:

Доводилось с ней работать. Харизматичная девушка, яркая. Привлекает много внимания, даже если ты находишься в далеком поле зрения. Как исследователь способная, в бою ведёт себя порой опрометчиво. Дисциплинирована ну "ура", не знаю что добавить.

• Алиса Столен:

Ещё одного ребёнка коснулась эта несправедливость. Она мне импонирует. Правда её сила напоминает о не самых лучших временах, но именно это мне и помогает не забыть кто я есть. Я почему-то сам хочу видеть её победы и помочь справится с поражениями. Крайне родная оперативница, я б её удочерил не будь это диким. Что я несу? Вырежи эту хрень, редко так я проникаюсь.

• Кэтрин Фландерс:

Пришибленная, но это даже смешно когда сначала полторашка тебе угрожает потом она становится амбалом который тебя может в футбольный мячик свернуть. Когда она отвлекла меня от попойки фразой о том что её хотел изнасиловать собственный холодильник я вообще ахерел.

• Крейн Рейнколл:

Крайне спокойный человек, я бы сказал безразличный с ещё одним гостем внутри себя. Редко контактирую с ним. Постоянно дымит в коридорах, надоедает.

• Кагэно Накадзима:

Ответственный человек, постоянно мне помогает с бумажной волокитой. Правда я сначала не понял что она пыталась мне сказать своими жестами и принял её за итальянку, ахах. Хорошая девушка, благодарен ей. Жаль судьба у неё тяжёлая. Всегда интересно было, как он в душ ходит со своей аномалией. Да или на тот же пляж ...

• Иоан Лореляй:

Не хочу вдаваться в подробности наших возможных корней. Он меня достал. Бешеный и неадекватный, выживает из-за одной удачи на фронте, доиграется и отхватит пиздюлей. Обнадеживает его талант. растёт с самых низов быстрее чем кто либо, но ему следует угомониться и взяться за голову.

• Астра Луцерия:

Немного пугает из-за своего эффекта зловещей долины и деланной эмпатии. В боевом потенциале, смею предположить что она может потягаться с нашими охотниками. В целом мало что могу сказать про неё, я лишь стараюсь быть с ней и нашим "Кибер-франкенштейном" повежливее. Мало ли ...

• Камилла Ортиз:

Сторонюсь её. Нет,она не плохая оперативница или женщина. Наоборот, душа этой "охотничьей" компании. Право слово, мама утка для желторотых. И готовит хорошо, и дисциплина на уровне. Просто её способность умеет вскрывать шкафы полные скелетов. А этого мне не нужно.

Фух. Наконец это всё. Опыт интересный как и сказал ранее. Если кто-то обиделся - не обижайтесь. И если захотите тоже стать частью опыта разработчиков Адалита то обращайтесь в Нью-Йорский филиал, в пятый подземный этаж. Триумфальных миссий,коллеги. Конец записи.

Назад

Время незаметно шло. Иоахим Янг, известный всему медиа как «Несгибаемый», стремительно поднимался по карьерной лестнице. Его лицо не сходило с экранов — он спасал заложников, раскрывал заговоры, принимал участие в международных миссиях. В Токио его называли Некоронованным судьёй страны восходящего солнца. Он был не просто героем — он стал живым символом справедливости, надежды и холодной решимости. Иоахим женился на Ичике — девушке, с которой вместе прошёл сквозь ад. Семь лет брака сделали их союз крепким, как кремень. Они многое пережили вместе — службы, командировки, смерть напарников, восстания. Их любовь стала тихой гаванью среди штормов. И вот, наконец, свершилось: Ичика забеременела. Дочь… маленькая Аста. Имя было выбрано ещё до того, как они узнали пол — символ жизни, силы и будущего, которого он так ждал.

Однажды, поздним вечером, он вернулся после очередной смены. Особняк, ставший его крепостью, был разрушен. Мебель разбросана, картины сорваны, двери выломаны. На стенах — следы борьбы: вмятины, ссадины, капли крови. Мебель разнесена в клочья. Камеры видеонаблюдения вырваны с корнем, словно палач заранее хотел, чтобы никто не узнал об этом. Деньги и техника исчезли. Но худшее ждало его в центре гостиной. На холодном паркете, среди крови и искорёженных стен, лежала Ичика. Иоахим сидел на холодном полу разрушенного особняка, не сводя глаз с окровавленного ковра. Его пальцы судорожно сжимали обрывок ткани — подол платья жены, пропитанного алой безысходностью. В комнате пахло металлом, порохом и смертью. Он не кричал. Он даже не плакал. Слёзы — роскошь для тех, кто ещё надеется. Её глаза были полны застывшего ужаса, губы — чуть приоткрыты. Живот — варварски вспорот, как будто над ней трудился не человек, а мясник. Рядом, в кровавых простынях, лежал мёртвый зародыш. Девочка. Его Аста. Цветок, который так и не расцвёл. А на стене — надпись, выведенная кровью:

«Слава Божественной Мудрости»

Иоахим не знал, сколько времени он просидел в оцепенении. Но его выдернул из ступора голос, спокойный и сухой из рации:

— Агент Янг. Мы приближаемся. Подтвердите, живы ли вы.

Он машинально дотянулся до гарнитуры, не замечая, что вся ладонь в крови.

— Подтверждаю. Объект мёртв. Потери... личного характера.

— Принято. Отряд зачистки прибудет через 4 минуты.

Снаружи завыли сирены. Он даже не обернулся, когда раздался грохот приближающейся техники. Через разбитую входную дверь ворвался отряд зачистки, в бронированной форме с логотипом агентства "Hero" на плечах. Они быстро начали прочёсывать дом, не вмешиваясь, не задавая вопросов. Всё было ясно. Но не прошло и минуты, как за ними вломились журналисты. Камеры вспыхнули, объективы щёлкали, вспышки ослепляли даже в полумраке. Репортёры орали вопросы:

— Правда ли, что агент Янг сорвался с катушек?!
— Это работа фанатиков?! Кто стоит за атакой?!
— Где была охрана агентства "Hero", когда убивали его жену?!
— Несгибаемый пал? Или это его перерождение?!!

Иоахим молча поднялся. Его глаза были чёрными, как бездна, и в этой бездне уже никто не искал света. Он не ответил ни на один вопрос. Вместо этого, он медленно подошёл к стене, где висела катана — она осталась в наследство от Хакасэ. Рукоять была покрыта пылью, но лезвие сияло зловещей чистотой. Он снял оружие, и в тусклом свете блеснула выгравированная фраза:

„Für das Licht“ — За свет.

Он повернулся к журналистам и, не произнося ни слова, медленно наставил клинок в их сторону. Его взгляд говорил всё: Убирайтесь. И репортёры отступили. Один за другим, молча, словно сама Смерть вышла из тени и показала им своё лицо. Комната опустела. Только Иоахим и двое мёртвых, навеки запечатлённые в его памяти. Он подошёл к телу Ичики, опустился на колени и обнял её, осторожно, как будто она ещё могла почувствовать тепло. Его пальцы дрожали, но взгляд оставался холодным. Он прижал её к себе, как ребёнок — любимую куклу, которую больше не починить. Время застыло. Мир за стенами дома мог продолжать падать в бездну — но Иоахиму было уже всё равно.

Прошло два года. Казалось сотни лет.

Все это время Иоахим Янг пил, терял себя, жил как призрак в мире, который когда-то спасал. Он исчез с радаров Hero. Скрывался в дешёвых квартирах, с бутылкой в одной руке и фотографией Ичики — в другой. Он больше не верил ни в Бога, ни в справедливость, ни в силу героев. Он сомневался даже в собственной реальности. Агенство Hero больше не казалось ему домом — скорее, ловушкой, из которой он чудом вырвался. Но в глубине души Иоахим отказывался верить, что те, кому он доверял, могли быть причастны к смерти его семьи. Эту мысль он отталкивал — как ядовитую занозу под кожей. И вот в одну из ночей, когда стены в квартире дрожали от ветра, в дверь ворвались люди. Сначала — молча. А потом с криком:

— Слава Божественной Мудрости!

Толпа. Не трое. Не пятеро. Толпа. Они лезли в окна, в коридоры, в двери, ломали мебель, стены, стекло. Каждый был вооружён ножами, топорами, оскалами. Иоахим, несмотря на опьянение, мгновенно активировал рефлексы. В ход пошли осколки стекла, обломки мебели, кулаки. Он вырывался из объятий смерти, оставляя за собой вырванные зубы, сломанные кости и реки крови.Когда сил почти не осталось, и казалось, что последний удар уже летит ему в спину — комната погрузилась в тишину.

Голос. Холодный, спокойный. Не звучал ни как угроза, ни как приказ. Он просто... был. Иоахим хотел было обернуться как мужчина опередил его.

— Нет нужды оборачиваться, Оперативник Мир. Или мне стоит звать тебя Несгибаемый. Или быть может Иоахим Ноктивирьен Янг ?

Неизвестный обошел героя со спины и встал перед ним. Это был средних лкт мужчина — высокий, в тени, лицо скрыто полумраком. Он стоял так, будто был здесь всегда.

— Кто ты? — прохрипел Иоахим.

— Неважно. Моё имя ничего не значит. Я не бог, не лидер. Просто оперативник. Один из многих.

— Сектанты?.. — он с трудом поднял окровавленную руку, указывая на тела.

— Мы не сектанты. Эти — да. Но я не один из них. И ты знаешь это.

Он подошёл ближе, обвёл взглядом разгром.

— Мы наблюдали за тобой. Не вмешивались. Ждали. А теперь — момент настал. Ты больше не ослеплён. Ни любовью. Ни верой. Ни иллюзией, что агентство Hero — твоё спасение и твоя благодетель.

Он наклонился.

— Мы хотим, чтобы ты работал с нами. Не ради веры. Не ради цели. Ради мести. Ради того, чтобы каждый из тех, кто был причастен к смерти твоей семьи, ответил.

Он развернулся к выходу, бросив напоследок:

— Наши источники засекли движение человека, называющего себя Апокалипсисом. Да, того самого. Из-за которого вы штурмовали логово. Мы знаем, где он может быть. Присоединяйся к Ордену Пограничья. Ведь ты же хочешь достойного суда для этих ублюдков. Не так ли ?

Иоахим вступил в Орден Пограничья без колебаний. Он не искал искупления — он искал цель. Его первое задание прошло хладнокровно, без лишних эмоций. Он действовал точно, не щадя тех, кто представлял угрозу. Второе задание — ещё сложнее, ещё мрачнее. Он всё ещё держался особняком, стремясь работать в одиночку. Но в Ордене это не поощряется: одиночные операции подрывают структуру и подвергают риску соратников. Ему напомнили об этом — выговоры, отчёты, первый настоящий разговор с кураторами. Не угрозы, но жёсткое напоминание: ты часть системы.

Так началась его работа в составе оперативных групп. Впервые за долгое время он позволил кому-то быть рядом — не потому что хотел, а потому что понимал: границы реальностей не остановить в одиночку. Он стал наставником, не по зову сердца, а по долгу службы. Ученики шли за ним — кто-то по восхищению, кто-то по страху.

Цель оставалась прежней. Каждый бой — шаг к пониманию. Каждая победа — мост к истине. Он больше не искал мести. Он учился различать холодную необходимость и личные чувства. Оставаться внутри устава, даже если это шло вразрез с болью внутри. Его методы были жёсткими, но не беспощадными. Он не каратель. Он — Пограничник.

Со временем его путь внутри Ордена напоминал его прежнюю жизнь: от рядового до лидера операций. Только теперь он знал: даже великая система не лишена изъянов. Он не разрушал её — он защищал, но не позволял ей забыть, что истина не всегда следует приказам.

Он шёл вверх. Не для власти. А чтобы однажды, если потребуется, суметь сказать «нет» — и быть услышанным.

Месть больше не вела его за собой — она стала тенью за плечом.
Он шёл вперёд.
Не один, но старается отдельно.
Несгибаемый — не от гордости, а потому что иначе не выжил бы.

Назад

Иоахим Янг родился в аристократической семье в самом сердце Берлина. Даже спустя десятки витков истории, его род — один из самых надменных и жестоких — продолжал цепляться за своё имя, как за знамя. Высокомерные родственники стремились передать младшему поколению старые идеалы, не оставляя места свободе выбора.

С самого раннего детства — едва ли не с шести лет — Иоахима подвергли строгому обучению: грамота, история, науки, политика. Всё, что, по мнению родителей, «должен знать наследник». Его мнение не спрашивали. Он не знал, что ему нравится, чего он хочет, кем он хочет быть. Он знал лишь одно — книги.

Сначала это было бегство, потом — единственный якорь в мире, где не было любви, друзей и понимания. Он жадно читал всё: научную литературу, философию, художественные романы, старые сказания, поэзию, фантастику. Книги стали его миром — полным, живым, настоящим. Он не делал различий между жанрами — он поглощал всё, что было написано с мыслью и чувствами.

Он не мечтал о власти. Он мечтал понимать. И, возможно, именно это сделало его таким, каким он стал.

Но такие увлечения и отстранённость от клановых интриг не устраивали семейство Янг — они рассчитывали, что он, как и прочая «золотая молодёжь», ослепнет от денег и статуса. Но Иоахим держался в стороне.

«Если честно, мне противны мои сверстники. Это не личности — это лишь пустышки, начинённые похотью и пороком. Мне отвратительно их общество», — именно так он отозвался о своих одноклассниках, когда его спросили, почему он не играет ни с кем, как нормальный ребёнок.

Зато он нашёл себя в науке — каждый день с наслаждением погружаясь в её просторы, Иоахим открывал для себя всё больше нового. Эволюция его мышления и жажда знаний росли не по дням, а по часам. А вместе с ними — разочарование родителей в собственном сыне. Он отказывался идти по протоптанной дорожке аристократов — да и на арийца даже не был похож. Настоящий позор на их головы.

В пятнадцать лет Иоахим был изгнан из клана. И тогда он начал вершить свой план — восстановление справедливости. Он хотел доказать родителям, что способен добиться успеха даже без их помощи. К счастью, даже среди семьи Янг нашлись люди, которые приютили его. Так и случилось — юноша с отличием поступил в полицейскую академию, которую также окончил с отличием и получил ряд рекомендаций. Он смог попасть не куда-нибудь, а в ООН — в качестве младшего оперативника. Он готовился к скучной жизни, полной бумажной волокиты. Но судьба отправила его в Японию.

В Японии уже ждали того самого юношу, которого так хвалил представитель из ООН. Он должен был помочь в расследовании похищений людей. Дело уже получило международную огласку — исчезали как резиденты страны, так и туристы из ряда европейских государств.

Иоахим работал в паре с другими агентами ООН, местными — Мисато Сюань и Хакасэ Сюань, отцом и дочерью, которые радушно приняли иностранца, не способного связать и двух слов по-японски. Во время работы с ними он получил своё прозвище — Вельт: миролюбивый и страстный оперативник, готовый жертвовать собой ради справедливости. Ему было всего семнадцать. Сердце ликовало от смены обстановки. Хотелось всего и сразу — всё узнать, всех спасти, всех защитить.

Годы шли своим чередом — за каждым раскрытым преступлением следовало другое. Но следов похитителя так и не удавалось обнаружить. Даже несмотря на растущее отчаяние, Иоахим и его товарищи не сдавались и продолжали общее дело, веря, что рано или поздно правда откроется.

Джойс стал близким человеком для семьи Сюань и для всего японского филиала ООН. Между Иоахимом и Мисато всё чаще и чаще вспыхивали искры. Все мысли глупого немца были о ней.

Сакура… Нежные пурпурные волосы Мисато напоминали ему цветы сакуры. Ведь с их цветением связано их общее воспоминание.

Падающие лепестки сакуры… Неужели кто-то, кроме прежних Мисато и Иоахима, мог найти в этой круговерти смысл? Возможно, пурпурный бархат лепестков на фоне бордового заката действительно был прекрасен — так, наверное, думали эти двое влюблённых идиотов. С того момента прошло слишком много времени. Они давно изменились, стали другими. Но деревья остались прежними — им всё равно. Они родились раньше и переживут даже их потомков. Им не важно, насколько красив лепесток, под каким углом он падает и с какой скоростью дует ветер. Для них это просто смена сезонов, а для Иоахима — поток дорогих воспоминаний.

В тот день, когда нужно было что-то сделать, а сделать уже было нельзя, лепестки также падали предательски безразлично. Им ведь действительно всё равно. Им плевать, что какой-то недогерой сделает из этих снимков памятный фотоальбом и будет, когда всё потеряет, с тоской вспоминать о том каскаде бархата и чувств.

В тот день, четыре года назад, природа была такой же — она умирала... Нет, пробуждалась ото сна, чтобы к лету вновь зажечь огонь жизни.

— Ты правда меня любишь?

Стоя под сенью сакуры, спросила обладательница пурпурных волос, вглядываясь в алый закат. Она прекрасно знала, насколько он немногословен и как трудно вытянуть из него признание. А он — он уже привык к этому и отвечал, потому что действительно любил:

— Да, — тихо ответил он, наблюдая за двумя красотами этого мира, что так прекрасно дополняли друг друга. — Тебе очень идут лепестки сакуры...

Добавил шатен, медленно подошёл к Сюань, обнял за талию и вовлёк в поцелуй. Она, пробормотав смущённый упрёк, снова увлеклась поцелуем. Целуя, казалось бы, единственную в его жизни, и держа в руке лепесток сакуры, упавший с её волос, Иоахим понял: они — как тот лепесток. Только не упавший на землю, а покоящийся в ладони — близкий, родной, драгоценный и хрупкий. Как и это воспоминание.

Любой сказке не суждено длиться вечно, не так ли?

В один из будничных дней, не предвещавших беды, Хакасэ вызвал Мисато и Иоахима, отрывая эту парочку от текущих дел на срочный вызов — тот, за кем они долгие годы охотились, некто, называющий себя Апокалипсисом, дал о себе знать подобно Джеку Потрошителю. Этот безумец начал присылать письма от себя во множество агентств,радиостанций и полицейских участков.

Этот плевок в лицо Хакасэ не принял. Старику уже не терпелось выйти на след ублюдка, который заставил их потеть три года ради его поимки — и потому, не дожидаясь подкрепления, он взял Иоахима и Мисато с собой, чтобы вместе схватить злодея, как они того мечтали. Отчаянный, но великолепный план Хакасэ — надёжный, как японские часы. Штурм,нейтрализация и захват.

Когда они добрались до главной комнаты, где находился Апокалипсис, тот уже готовился нажимать на подозрительную кнопку. Мисато рефлекторно стреляет — и промахивается, попадая в одну из колб. Из разбитой колбы вырывается нечто ужасное: тварь, словно сшитая из множества человеческих тел, покрытая отростками, как сращённый из боли и плоти конструкт. Она издаёт гортанный вопль, от которого стынет кровь, и с одним прыжком бросается на Апокалипсиса. Тот исчезает в хаосе — монстр отбрасывает его в дальний угол, затем поворачивает взор к троице.Иоахима зверь отшвыривает в стену, и тот сильно ударяется головой. В ушах звенит. Он не сразу услышал приказ, доносившийся из наушника:

«Оперативник Янг. Ваш главный приоритет — покинуть комплекс и увести агентов Сюань живыми. В высшем приоритете. Угроза жизни допустима.»

Он был в растерянности — ему буквально сказали, что он может умереть, и всем будет всё равно. Страшно представить, что будет, если он не справится… Нет, отставить. Он справится. Дуло пистолета уже смотрит в сторону монстра, который несётся на него. Мисато пытается поймать ускользающего врага. Смерть близко. Когтистая лапа промелькнула перед лицом. Он уже готовится умирать как перед ним встаёт Хакасэ заслоняя собой юношу. Монстр утробно рычит, словно воплощение кошмара. Рёв. Кровь. Иоахим слышит плач Мисато в отдалении и последние слова её отца:

— Иоахим, мой мальчик… Пожалуйста, защити мою дочь…

Картина перед глазами плывёт. Монстр заносит лапу, но Иоахим в последний момент успевает уклонится и, схватив кусок арматуры, вонзает его в брюхо твари. Та издаёт вой, больше похожий на рёв перевёрнутого мира. Дальше все события как в тумане. Очнулся он когда его нашли оперативники. Пахло кровью, формалином, горелой плотью и пылью. Оперативники прибыли на место слишком поздно. Лаборатория была разнесена в клочья. Апокалипсис пропал.

Агент Хакасэ Сюань был мёртв. Мисато Сюань была тяжело ранена, но жива. А оперативник Иоахим Янг — единственный, кто смог остановить чудовище.

Об этом деле заговорили по всей стране. Обычный оперативник, двадцатилетний парень, смог противостоять существу и маньяку, терроризировавшему Японию. Тогда на него обратило внимание агентство “H” — “Hero”, организация, собирающая "героев", чьи поступки вошли в историю. Так он стал одним из них — героем по имени “Несгибаемый”. Однако счастье вновь длилось недолго. Мисато Сюань, оправившись физически, не справилась с травмой — и через три месяца после смерти отца совершила самоубийство. Иоахим замкнулся. Спрятался в особняке. Отвернулся от мира, который звал его по имени.

— Где же герой?! Где Несгибаемый?! Почему он ушёл, когда мы в нём так нуждаемся?!

Толпа кричала под окнами. Страна была в смятении, в хаосе. Беспорядки, преступность, страх. А их символ надежды исчез. Прошло полтора года после смерти Хакасэ, три месяца — после гибели Мисато.Голоса, пугающие голоса орали под окном особняка.Уже прошло полтора года после смерти отца Мисато,и где три месяца после её собственной смерти. Кошмары не отступали каждую ночь,а отсутствие поддержки лишь глубже рыла могилу для того,кого люди зовут "героем". Да какой он герой — как только умерла его девушка сразу закрылся от всего мира,и держится особняком даже от прислуги. Страшно,страшно,страшно — он не хочет убить кого-то снова,смерть это ужасная вещь и вряд-ли он пожелает такое своим будущим врагам.

— Иоахим ? Х-хей ... Ты тут ?

Голос старой знакомой звучит из проёма соединяющий его кабинет с другим "миром" особняка. Девушка, чьё имя было Ичика наведалась в особняк судьи лично дабы удостовериться что этот дурень ничего не сделает на эмоциях. А он сделал — в кабинете,отделанному по стилистике Англии девятнадцатого века,к слову любимого периода истории Европы для Иоахима,были хаотично разбросаны бутылки из под дорогого алкоголя, где-то лежали коробки из под пиццы,а на полу хаотично валялись книги в открытом состоянии-словно владелец хаотично брал книгу,читал пару страниц и начинав скучать бросал на пол начиная читать другую,да и от скрипки края которой были обрамлены золотом остались щепки.Сам же Иоахим сидел на полу на коленях,пытаясь закрыть уши. Выглядел хоть он как и всегда неотразимо,но в то же время скверно — одни лишь брюки которые брюками назвать сложно, грёбаный он халк.

— Ох боги,Иоахим. Ты до сих пор страдаешь ... из-за неё ?

Фыркнув спрашивает рыжеволосая,да Ичика знала в лицо и младшую Сюань ибо была коллегой этих двух и испытывала нежные чувства к переведённому немцу ещё с первой встречи.А эта по её мнению слабохарактерная всё время вставала посреди их зарождающихся чувств.Ох, сколько же раз она пыталась безуспешно разлучить их. А всего лишь хватило смерти папаши как та бросает объект её любви, и сама потом же выпиливается. Она всей душой хотела получить сердце Вельта - но точно не таким путём.

— Он умер,хотя начальство дало приказ умереть мне ... — Хрипит Вельт поднимаясь на колени, воспоминания ужасом всплывают в полу-пьяной голове. Как голос из наушника озвучивает диспетчера. Приказ о том,что во что бы не стало он должен был защитить важнейших агентов ООН. А он Хакасэ,он защитил его — вот так,просто бросил под лапу монстра заслонив собой Вельта.От ужаса до сих пор болят сорванные гланды,ведь он видел внутренний мир чуть ли не буквально. "Позаботься о моей дочери.Прощай,Иоахим." — ДА ОН ПРОСТО УМЕР,ЗАЩИТИЛ МЕНЯ КОГДА Я ДОЛЖЕН БЫЛ УМЕРЕТЬ. ПОЖЕРТВОВАЛ СОБОЙ,ЧТОБЫ Я ХОТЬ ЧТО-ТО ПОПРОБОВАЛ. — Крик души вырывается с хриплого голоса с новой силой разрывая ноющие связки судьи в кровь . Теперь страдает последний целый элемент декора в комнате — фортепиано из чёрного дуба, когда-то он любил сидеть за ним и играть Шопена пока Мисато подпевает ему. Сейчас же Фредерик рыдал вместе с ним. Сейчас всё противно,хочется обмануться,забыться и не думать не о чём — не о разбитом фортепиано,не содранных голосовых связках,ни о руке кости которой он стёр чуть ли не в порошок пока долбил инструмент,ни о девушке что с сожалением смотрит на то,что с ним стало. Он сожалеет что совершил столько ошибок,что он выжил. Ну не бред ли,да ?

— Иоахим,какой же ты всё таки дурак... — Обронив капли слёз молвит Ичика переступая осколки различной битой мебели дабы подойти ближе к парню что упал на колени и рукой, что была до ужаса сломана и окровавлена долбил пол,словно пытаясь из ада вызывать достать Сюань Хакасэ. — Ты такой замечательный парень Иоахим,господин Хакасэ наверняка разделял моё мнение и потому пожертвовал собой чтобы спасти тебе жизнь. Ты же герой,мой герой...

Иоахим не выдерживая уже выпускает остатки подноготной души и уткнувшись в плечо девушки тихо льёт слёзы о своей никчёмности,а она улыбаясь сквозь слёзы принимала его всего и гладила по плечу. Так зажглась умершая звезда. Зажглась ради любви.

Назад

Пороки же богами нам даны,чтоб делать нас людьми,а не богами

Однако - из этих пороков рождается трагедия. Это довольно иронично.

1. Фамилия Имя Отчество.

Янг Иоахим Ноктивириен

Позывной : Мир (Welt); Несгибаемый; Судья;

2. Возраст.

45

3. Рост/вес.

205/104

4. Фракция.

Сумеречные охотники

5. Предыстория
1.Ab inferis ad astra
2.Tod. Supernova.

6. Характер.

Нету уже того отзывчивого и доброго героя-оперативника "Welt" который был всеобщим любимцем и героем. Сейчас Вельт не любит общество — он одинаково ненавидит и "героев" и "злодеев",но работает на Орден лишь потому что они хорошо платят.

Наш герой крайне неоднозначный человек. Нечто среднее между флегматиком и сангвиником. Своенравен и не проявляет ни капли энтузиазма, лишь в крайне редких случаях. Предпочитает хандрить и избегать работы, крайне недоволен нынешним течением дел, но при этом не ноет, наседать на уши со своими проблемами считает глупым и неуместным занятием. Презирает нытиков и обиженных жизнью людей.

Долгое время он был наставником для многих оперативников и в ООН и в Ордене, в собственных учениях он достаточно строг и серьезен. Отвечает исчерпывающе, не приукрашивая. Не брезгует грубой силой, считает что такие методы растят настоящих воинов. Но так он относится лишь к толковым ученикам. До самопровозглашенных гениев и бесперспективных болванов ему нет дела.

В бою он расчетлив и холоден, не испытывает жалости, хладнокровен. Таковым быть его научила военная служба в своё время. Во время возможной опасности его мозг переклинивает, и тот входит в состояние логической максимальной выгоды. Редко разговаривает в сражении, лишь если на сотню процентов уверен в своей победе.

Прирождённый лидер. Пускай он сам терпеть не может это дело, считает себя отвратным командиром, но на деле всё совершенно наоборот. Люди к нему тянутся, он испытывает чувство долга перед своими подопечными, делится нужными советами, и всегда оказывает нужную помощь, от чего другим остаётся лишь брать пример и слушать. Есть гарантия что этот человек надежён тогда когда это необходимо.

7. Внешность.

Иоахим Янг — высокий и стройный мужчина, обладающий худощавым, но выносливым телосложением.Его фигура сохраняет прямые плечи, ровную осанку и подчёркнутую сдержанную силу. Его тело не перегружено излишней мускулатурой — оно функциональное, приспособленное к выживанию и долгим физическим нагрузкам. Мускулы очерчены сухими, резкими линиями, без громоздкости, но с впечатляющей выносливостью.

На Иоахиме видны следы множества тяжёлых лет: старые шрамы на теле и руках, кожа слегка потускневшая от пережитых лишений.Тёмные круги под глазами свидетельствуют о хронической бессоннице и внутреннем напряжении. Лицо худое, с остро выраженными скулами и лёгкой впалостью щёк. Морщины на лбу и вокруг глаз указывают на годы тяжёлых размышлений, а временами в его взгляде проскальзывает усталое, тяжёлое выражение, напоминающее о старых психологических травмах и тяжести личных утрат.

Следы алкоголизма, вызванные попытками справиться с пережитым, также слегка заметны: временами кожа кажется чуть отёчной, а в глазах можно уловить тусклый, потухший отблеск долгой внутренней борьбы. Однако всё это не ослабило его волю и собранность.

В движениях Иоахима ощущается точность и экономность.Он передвигается бесшумно, шаги у него выверенные, уверенные, как у опытного ветерана. В бою он действует быстро и чётко, никогда не теряя самообладания. Его жесты резкие, но аккуратные, каждая реакция продумана и эффективна. Даже в самых опасных ситуациях он сохраняет профессиональную хладнокровность.

Его внешний вид подчёркнут соответствующей экипировкой: длинное тёмное пальто с золотистыми вставками свободно облегает фигуру, не мешая движениям. Одежда выглядит дорого и функционально, местами потёртая или заштопанная после сражений, что лишь добавляет ощущение реального боевого опыта. Всё в нём говорит о человеке, который прошёл через войну, потери и боль, но остался стоять, сохранив разум и достоинство.

8. Способность.

Девятый ключ : Звезда Эдема

9. Дополнительная информация.

Сейю Иоахима Кенджиро Цудо.

Мнение о персонажах.

Любимый алкоголь - виски и ром. Также приверженец табака. Хотя курит в разы реже, да и то после действительно напряжённых ситуаций.

Нравятся тюлени, однажды его ученики полгода ухаживали за нерпами в Японском заповеднике заместо тренировочных боёв.

Одно время хотел взять ребёнка на попечение из приюта, но пока остановился на ручном вороне по имени "Куруш" и пока полностью всем доволен.

"Иоахим" имя которое ему подарили крестные родители после того как родные ветви клана отвернулись от него.

Имеет аллергию на яблоки. Из похожих "болячек" можно отнести хроническую бессонницу.

До определённого момента был бытовым инвалидом но нашёл себя в готовке. Помимо этого увлекается фортепиано. По его словам это хорошее хобби.

Наследие оставшееся ему от немецких родственников ушло в поддержку ряда студий анимации, ибо раньше было лучше как говорит сам Янг.

Он не любит когда его зовут ботаном, хотя контактирует с многими оперативниками из фракции исследователей. И наверняка мог стать бы их частью. IQ Мистера Янга 147.

Боевая тема

Тема персонажа

10. Юзер ролевика.

@everlasting_takt