HWTLQ 74 глава
Автор оригинала: Baek Sam
Перевод с кор.: Mentoltrans
Перевод с англ.: KAEN
перевод выполнен любителем и может быть неточным.
тг-канал whale_archive
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Прошу вас в первую очередь поддерживать Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks! (однако если у вас есть желание поддержать и переводчика, то он будет очень вам благодарен: сбербанк 2202206131047073)
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Episode 74: Where Beans Are Planted, Beans Grow/Что посеешь, то и пожнешь
Ли Саен взял в руки телефон, зажатый между ухом и плечом, и без интереса посмотрел на экран, пока отвечал.
– Мне действительно нужно объяснять? Ты ведь наверняка видишь, что происходит вокруг.
Ответ был тверд. Взгляд Ли Саена упал на черные цепи, обмотанные вокруг руки Чон Бина, и парень раздраженно нахмурился. Гю-Гю, кашляющий на полу и пытавшийся восстановить дыхание, ухмыльнулся.
– Если ответишь неправильно, то тебя сразу же схватят... Получше подбирай свои слова, Ли Саен.
Человек в противогазе холодно взглянул на Гю-Гю.
– Может, мне стоит заткнуть твой рот в первую очередь...
Чон Бин вздохнул и сбросил цепи на пол. Внезапно перед Ли Саеном и Гю-Гю появилась железная клетка. Ли Саен лишь пожал плечами и засунул руки в карманы штанов, в то время как Гю-Гю поднял руки вверх и уткнулся лицом в пол, притворно изображая, что он сдается.
Способности большинства пробужденных боевого типа были предназначены для борьбы с монстрами. Поскольку система оценивала ранги на основе прохождения подземелий и разломов, специализированные охотники обычно занимали более высокие позиции. Однако Чон Бин, четвертое место в Корее, охотник S-ранга, имел совершенно другой вид силы.
Его способностью было обуздание. Но кого? Целью усмирения были не монстры, а другие пробужденные.
Разделив двух дерущихся хомячков, Чон Бин, наконец, тепло улыбнулся.
– Как только мы разберемся в ситуации, то сможем принять решение: арестовать вас прямо сейчас или освободить.
Крепким усилием Чон Бин заставил черные цепи извиваться как живое существо, обернув их вокруг своей руки. Концы цепи угрожающе поднялись, как будто они были готовы нанести удар. Чон Бин сцепил руки за спиной.
– Что ж.. Расскажете мне, кто первым нанес удар?
– Как думаете, что там творит Ли Саен? В сообщении сказано не выходить наружу – может, он использовал свой яд? Что скажете, секретарь?
Пока Хон Есон бормотал себе под нос, раздумывая различные теории, Чха Ыйджэ сутулился и был погружен в свои мысли.
‘Способность Чон Бина… Обуздание’.
Как только пробужденные оказываются скованы цепями Чон Бина, они не могут использовать свою силу некоторое время. В прошлом Джей часто видел, как Чон Бин таскал с собой закованных в цепи преступников. Даже такой человек как Ли Саен не сможет ничего сделать против этой способности.
Если Ли Саен будет схвачен и доставлен в Бюро по делам пробужденных для допроса…
‘Мое возвращение в ресторан будет настоящей проблемой’.
Чтобы этого избежать, ему не оставалось ничего другого, кроме как спасти эту занозу в заднице, которая уже успела сильно напортачить. Он схватил Клык Василиска и резко встал.
– Уходите? И куда, по-вашему, вы собираетесь уйти? Вы даже ничего толком не объяснили и уже пытаетесь сбежать? Нет, я не позволю!
Хон Есон развел руки в сторону и преградил путь, но Чха Ыйджэ это лишь рассмешило. "Секретарь" попытался добавить в свой голос побольше сожаления.
– Я прошу прощения, мне правда искренне жаль, но все, что вы сделали - это похитили человека и сейчас ведете себя так высокомерно. Я бы с радостью ответил на ваши вопросы, если бы вы вежливо попросили об этом…
Парень сложил руки в уважительном жесте.
– Но я не могу поделиться всеми подробностями о Клыке Василиска с человеком, которому не хватает даже базового уважения... Прошу простить, я правда должен идти.
– П-подождите, Зайчик! Не уходи!
Хон Есон со слезами потянулся к Клыку Василиска. Чха Ыйджэ очень старался сдерживать свой смех. Прошло всего ничего времени, как они познакомились, а Хон Есон уже даже прозвище придумал? Меч задергался в руке парня, словно пытаясь вырваться.
[Клык Василиска хочет поговорить!]
[Мысли Клыка Василиска: Отец! Спаси меня из рук этого негодяя!]
Чха Ыйджэ, ныне именуемый негодяем в этой абсурдной драме, недовольно цокнул языком.
Если оставить такого перевозбужденного Хон Есона в нынешнем состоянии, то за ним, скорее всего, начнется охота из-за волшебных камней, и с большой вероятностью настоящий секретарь Ким Сынбин из гильдии "Волна" будет внесен в список разыскиваемых. Зная склонности Хон Есона, так как парень каждый день просматривал его Инхарт, это бы точно случилось. Мало того, что этот секретарь потерял свою личность, так за ним уже был готов погнаться сумасшедший. Что такого сделал Ким Сынбин, чтобы заслужить это?
Чха Ыйджэ уставился на плачущего Хон Есона, придумывая какой-нибудь вариант, чтобы заткнуть его.
‘Хотел бы я врезать ему разочек, только вот…’
Хон Есон должен провести аукцион уже через несколько часов и любое физическое воздействие может перевернуть события с ног на голову. Грустно осознавать, но грубую силу применить не получится. Так..
Его взгляд переместился на свой инвентарь. Сияющий золотой волшебный камень сверкнул ему в ответ.
‘В любом случае, я бы нигде не смог его продать’.
Нужно было действовать осторожно – правильные предметы в правильное время. Если их копить, то они будут лежать без дела и испортятся. Без колебаний Чха Ыйджэ вытащил камень и зажал его между пальцами, позвав Хон Есона.
Его ответ резко прервался, стоило только увидеть сверкающий золотой волшебный камень. Глаза мастера расширились, рот приоткрылся в восхищении, губы задрожали.
Чха Ыйджэ поднес указательный палец к фильтру противогаза, и Хон Есон сразу же зажал свой рот руками, активно кивая. Чха Ыйджэ медленно поднес волшебный камень к лицу Хон Есона. Глаза, которые покраснели от волнения, наполнились слезами.
Кивок. Кивок. Кивок. Кивок. Кивок. Кивок.
Хон Есон энергично и без остановки кивал. Казалось, будто от такого у него вот-вот сломается шея. Чха Ыйджэ вынужденно понизил голос.
– Но я не могу просто так отдать вам что-то настолько ценное, правда?
Это похоже на очередную драму Хон Есона, которая не заканчивается. На мгновение Чха Ыйджэ почувствовал, что к нему относятся как к главной актрисе этой мыльной оперы. Но он быстро отбросил эту мысль и вернулся в реальность как только Хон Есон взволнованно продолжил разговор.
– Может, вы хотите, чтобы я выписал тебе пустой чек? Нет-нет, подождите. Должен ли я предложить наличные? Если мы совершим банковскую транзакцию, ее могут отследить.. – да и налоги есть. Ох! Как насчет того, чтобы я отдал всю прибыль от аукциона наличными? Нам только нужно отвести взгляд Чон Бина.
Хон Есон всегда умел так ловко и сладко вести речи? Эти слова были такими заманчивыми, но Чха Ыйджэ не собирался поддаваться им.
– У вас имеется возможность заключить контракт, поддерживаемый системой? Такой, который бы предусмотрел суровые штрафы в случае нарушения?
Хон Есон вместе с фарфоровым существом рылся в вещах по дому, прежде чем вернулся с хрустящим листом бумаги – контрактом S-ранга. Одной рукой Чха Ыйджэ держал Клык Василиска, другой – волшебный камень, попутно давая указания человеку рядом.
С полным, как всегда, послушанием и горящими глазами Есон взял в руки кисть. Чха Ыйджэ наклонил руку таким образом, чтобы камень маны мог отражать солнечный свет, и начал диктовать.
– Первое. Пробужденный Хон Есон согласен с сегодняшнего дня не расспрашивать о секретаре Киме и не пытаться что-либо о нем узнать. Он не будет пытаться сам и не будет заставлять сделать это кого-то другого.
– Поторопитесь и записывайте. Волшебный камень ждет.
Хон Есон яростно использовал кисть и ворчал. Как только ранее сказанное было записано, Чха Ыйджэ продолжил.
– Второе. Пробужденный Хон Есон согласен полностью и искренне сотрудничать с секретарем Кимом в выполнении его просьб.
– Нет. Мне нужно подготовить алиби для Чон Бина.
– Агх.. Вы просите меня о таком.. это действительно сложно.
Хон Есон почесал висок ручкой кисти, но послушно продолжил писать.
– Третье. Пробужденный Хон Есон соглашается не лезть в историю Клыка Василиска.
– Что? Как вы можете просить меня о таком!
Хон Есон дернул головой в знак протеста, но в ответ встретился с..
Прекрасный ослепительный камень, сияющий на солнце. Это именно то, что он искал. Предмет, в который влюбился с первого взгляда. Его глаза затуманились от одержимого желания.
[Мысли Клыка Василиска обновлены!]
[Мысли Клыка Василиска: Отец?!]
Несмотря на замешательство Клыка Василиска касательно его создателя, кисть Хон Есона поднялась над бумагой, чтобы записать третий пункт договора. После небольшого молчания меч снова поделился своими мыслями.
[Мысли Клыка Василиска:.. жизнь полна одиночества.]
Рукоять в руке Чха Ыйджэ стала чувствоваться острее, чем раньше, а лезвие, кажется, еще больше потемнело. Теперь мы будем переживать фазу бунта? Чха Чха Ыйджэ быстро взмахнул мечом и его лицо поморщилось, как только он заметил странное поведение лезвия. Когда Хон Есон закончил писать последнее предложение, то с чувством облегчения протянул руки вперед.
– А теперь передайте мне волшебный камень!
Чха Ыйджэ схватил контракт и убрал в свой инвентарь, а затем указал большим пальцем на ворота.
– Я отдам его вам после того, как выполните все обговоренные условия. Давайте сначала выберемся отсюда.
Позже Чха Ыйджэ вместе с фарфоровой курицей в руках и Хон Есоном, который держал Чха Ыйджэ за плечи, наконец выбрались из дома с черепичной крышей. Обстановка мгновенно изменилась, как только они внезапно вернулись обратно, откуда начали, прямо за дверью комнаты ожидания. Когда они покинули «Милый дом» Хон Есона, их встретили..
Ли Саен, сгорбившись, сидел на диване с закованными черными цепями руками.
'Блять, как долго я провозился, что его уже успели поймать?'
Ли Саен, увидев Чха Ыйджэ, впился в него взглядом, стиснув зубы. Исходящая от него зловещая аура скрутила живот Чха Ыйджэ. Даже контролируемое цепями Чон Бина присутствие Ли Саена было очень мощным, как всегда. Фиолетовые глаза опасно блеснули сквозь линзы противогаза. Даже Хон Есон почувствовал напряжение и наклонился к Чха Ыйджэ, чтобы прошептать.
– Почему у Ли Саена такая убийственная аура? Я чувствую, что мы все умрем, если приблизимся к нему.
Даже курица издала тихое и нервное кудахтанье, будто бы соглашаясь со словами мастера. Энергия Ли Саена еще больше усилилась, несмотря на его сопротивление. Факт того, что он оказывает такое давление даже в его состоянии... Это впечатляюще.
Ли Саен поднял скованные руки к своему противогазу и снял его. Пронзительный взгляд был нацелен на Чха Ыйджэ, пока он выплевывал слова слова яд
– Серьезно... Я просто должен связать тебя где-нибудь навсегда.