HWTLQ 79 глава
Автор оригинала: Baek Sam
Перевод с кор.: Mentoltrans
Перевод с англ.: KAEN
перевод выполнен любителем и может быть неточным.
тг-канал whale_archive
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Прошу вас в первую очередь поддерживать Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks! (однако если у вас есть желание поддержать и переводчика, то он будет очень вам благодарен: сбербанк 2202206131047073)
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Episode 79: Where Beans Are Planted, Beans Grow/Что посеешь, то и пожнешь
Для того, кто оказался в центре внимания, Чха Ыйджэ на удивление был спокоен – только если не считать того факта, что тяжелое тело Ли Саена навалилось на него, будто игнорируя свой вес.
– О, просто держись там, пока ставка не рассчитается.
– Да-да. Не нападай, просто блокируй.. Нам же нужно оправдание в конце концов.
Лязг! Лязг! Лезвия, направленные на Ли Саена, были отбиты массивной стеной, отчего те со стуком упали на пол. За барьером все затихло.
Ли Саен, закрыв глаза, лениво отвечал Бэ Вону, который все это время принимал свою защитную стойку возле дивана, блокируя поступающие к ним удары.
– Глава гильдии! Теперь я могу крикнуть?
Кан Джису, рыжеволосая девушка, которую Чха Ыйджэ несколько раз видел в ресторане, сделала глубокий вдох и подняла табличку с цифрой "7", издав львиный рев.
Казалось, все здание затряслось от грохота. Двое дерущихся неподалеку охотников схватились за уши и рухнули на пол. Чха Ыйджэ заметил, что трясется даже лопатка, лежавшая перед ним на столе. Аукционист, который до этого кряхтящий от боли, снова поспешил схватить микрофон.
Аукцион подразумевает под собой процесс, в котором предложивший наиболее высокую цену получает товар, верно? Даже специальные таблички предусмотрены. Так почему же вместо этого супер хомяки решили использовать их для избивания людей? Вместо того, чтобы предлагать высокие ставки, эти охотники решили действовать физической силой.
Чха Ыйджэ очень четко видел это. Прямо за крепкой спиной Бэ Вону Пчелка летала как бабочка, пока разбивала голову какому-то охотнику той самой табличкой. Хруст! Пчелка тихо выругалась и отбросила сломанный кусок в сторону.
Раздался низкий и глубокий, как в пещере, голос. Чха Ыйджэ посмотрел налево. В эпицентре этих сумасшедших боевых действий было лишь одно место, где оставалось хоть какое-то спокойствие, помимо того где сидели Чха Ыйджэ и Ли Саен, - это там, где сидели Пчелка и похожий на медведя мужчина. Пока Пчелка летала вокруг и нападала на других охотников, мужчина-медведь неподвижно сидел на своем месте.
В этот момент мужчина –Мэттью- перевел взгляд на него. Или, скорее даже, на Ли Саена, который лежал с закрытыми глазами на плече Чха Ыйджэ. Несмотря на свое крупное телосложение, Мэттью был одет в серый костюм, на лице находились очки в серебряной оправе – это все создавало вокруг него некую интеллектуальную атмосферу.
– Господин Ли Саен, не думаете, что пора что-то предпринять?
Ли Саен, отдыхая на чужом плече со скрещенными ногами, лениво произнес.
– Почему я должен что-то делать?
– Это же вы затронули за живое гордость охотников?
– Разве это не их вина, что у них отсутствует терпение? Не моя проблема, что они не умеют себя контролировать.
Хоть тело и было слабым, но этот язык был груб, как и всегда. Язвительные замечания Ли Саена сыпались один за другим, без каких-либо усилий. Оказавшись между двумя лучшими охотниками, занимающими второе и третье места, Чха Ыйджэ, нынешний номер один, просто хотел сбежать от всего этого дурдома в тихое место. Он хотел, чтобы весь этот цирк вообще продолжался без него.
Мэттью не стал набрасываться или спорить. Он просто стоял и молча слушал. Ли Саен цокнул языком и коротко вздохнул, прежде чем добавить.
– Просто следи за Пчелкой. Вам обоим понадобится какое-то оправдание, когда вернется Чон Бин.
Матфей учтиво наклонил голову. Он что, воспринял это не как наезд, а как совет?
Пока Ыйджэ пребывал в шоке, Матфей начал копаться в инвентаре и вытащил что-то оттуда. Ыйджэ настороженно следил за его действиями. А вдруг он сейчас, опомнившись, разозлится и набросится? Но, к его удивлению, в руках мужчины оказался...
'Тот самый ностальгический вкус! Чондыги*!'
Продолговатый желтый пакет с чондыги.
Несмотря на любопытные взгляды, Мэттью спокойно открыл упаковку и поднял указательный палец правой руки. На кончике его пальца вспыхнул маленький огонек.
Случившееся дальше было еще более удивительным. Мэттью начал жарить закуску над огнем, с идеальной точностью регулируя температуру. Появился пикантный аромат от жарки и Ли Саен пробормотал.
– Этот придурок опять жарит...
Саён ответил приглушенным, усталым голосом:
– Когда главы гильдий собираются вместе, он иногда жарит кальмара в масле."
Он что, еще и за закуски отвечает... Выражение лица Ыйджэ скривилось. И в этот момент слева неожиданно появилось что-то теплое и подрумяненное. Матфей протягивал ему два чондыги.
– Прошу, возьмите. Получилось очень вкусно.
На слова Саёна Ыйджэ, в котором тут же проснулась сущность секретаря Кима, поспешно и почтительно принял чондыги обеими руками. Он вежливо склонил голову в знак благодарности. Матфей тоже кивнул в ответ и затем снова принялся жарить чондыги.
Когда беспорядочный шум в зале начал стихать, Пчелка вернулась на свое место, проводя рукой по волосам.
– Аггх... Они такие слабаки.. Хах? Что это?
– Что? Я и не думала, что ты взял их с собой. Спасибо!
Пчелка улыбнулась и уже попробовала кусочек чондыги, а затем откинулась на спинку дивана и скрестила ноги. Теперь, когда Бэ Вону не загораживал собой обзор, Чха Ыйджэ мог видеть, как большинство хомяков лежат на полу без сознания.
– Что ж... Теперь, когда не осталось конкурентов...
Ли Саен бормотал эти слова, выпрямляясь на своем месте. Он указал на Кан Джису, которая все еще высоко держала табличку.
– Собери все их таблички и сломай.
В мгновение ока Кан Джису исчезла. Ли Саен поднял табличку с цифрой «2» со стола своими связанными руками и посмотрел на аукциониста.
– По правилам для участия в торгах нужна эта табличка, верно?
Фиолетовые глаза скользили по помещению. Вокруг периодически раздавался хруст ломающихся табличек, пока Кан Джису ломала их. Ли Саен поднял предмет в своих руках на уровень глаз и ухмыльнулся.
– Хмм... Получается, теперь я единственный, кто может участвовать.
– Что? Эй! Кто сказал, что только ты м…
– Что? Хочешь жареных кальмаров? Понял.
Пчелка пыталась протестовать, но Мэттью смог ее утихомирить, запихивая в рот одну за другой свежеиспеченную кукурузу. Аукционист уже был абсолютно сбит с толку. Он взглянул на Хон Есона, но тот был в своем мирке. Ухмыляясь, мастер схватил молоток ведущего и громко объявил.
– Все уже решено. Товар переходит Ли Саену. Давайте закругляться!
Бах! Бах! Бах! Удар молотка эхом разнесся по залу. Ли Саен медленно моргнул, затем глубоко вздохнул. Он снова опустил голову на плечо Чха Ыйджэ и прошептал ему на ухо.
– Передай Чон Бину от меня кое-какую вещь.
– Дай ему знать, что я заставлю его заплатить за это в двойном размере.
Что-то бормоча, Ли Саен наклонился вперед. В то же время табличка, которую он держал в руках, упала на пол. Чха Ыйджэ быстро подхватил падающее тело. Оно было ужасно холодным.
В затуманенном сознании Чха Ыйджэ всплыло одно единственное слово. Шум вокруг него был будто бы где-то вдалеке.
Это случилось из-за его плохого состояния? Это настолько сильно повлияло на него ограничение источника энергии? Могло ли это ослабить его до такой степени, что он мог потерять сознание? К кому мне обратиться за помощью? Куда пойти…
Его мысли путались, а сердце бешено колотилось. Дрожащие руки Чха Ыйджэ держали Ли Саена и сжимались еще крепче вокруг него.
Казалось, его пульс замедлился и дыхание стало слабым.
Нет. Руки Чха Ыйджэ тряслись, пока он держал холодное тело. Он лихорадочно огляделся и увидел массивную фигуру перед ним.
Бэ Вону, на лице которого была паника, быстро возвел защитную стену. Он резко повернул голову и убедился, что они скрыты, после чего спросил.
– Секретарь, что с ним? Что случилось?
Чха Ыйджэ уже было открыл рот для ответа, но лишь сильно прикусил язык. Острая боль была с металлическим привкусом крови, но это вернуло его в реальность. К счастью, его голос звучал ровно.
– Я не знаю. Он чувствовал себя нехорошо еще с того момента, как его связали. Внезапно он потерял сознание.
– Что? Он раньше никогда не был в таком состоянии... Я тоже был скован этими цепями, но такого сильного эффекта не чувствовал.. Джису! Быстрее найди Чон Бина!
– Черт.. Где он может быть? Ладно. Я его поищу!
Кан Джису проскользнула через щель в стене. Тем временем Бэ Вону достал из своего инвентаря всевозможные зелья, которые имел, и разложил рядом, отчаянно хватаясь за голову.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем спина Чха Ыйджэ покрылась холодным потом и в стене раздалась серия ритмичных ударов. Одна из стен двинулась в сторону и вошла Кан Джису, тяжело дыша и волоча за собой Чон Бина.
– Госпожа Кан Джису, что здесь случилось..
– … Ли Саен? Что, черт возьми…
Выражение лица Чон Бина мгновенно изменилось, когда он опустился колени перед Ли Саеном. В комнате повисла тяжелая тишина. Оценив его состояние, государственный служащий тихо вздохнул.
– Мне жаль. Я совершил ошибку. Я не осознавал, что прошло уже так много времени.
Торопливыми движениями Чон Бин распутал цепи, стягивающие запястья Ли Саена. Слабые руки упали по бокам. Сидящий перед ним на коленях Бэ Вону обеспокоенно что-то бормотал.
– Саену никогда не было так плохо. Что происходит?
Чон Бин смутился, но затем проявил решимость и тихонько заговорил.
- Вы же знаете, что мои цепи связывают источник энергии пробужденных? Это, конечно, общеизвестная информация.. но..
Чха Ыйджэ продолжал держать холодную руку Ли Саена, смотря говорящего Чон Бина.
– Если точнее, то мои цепи возвращают тело в исходное состояние, еще до пробуждения. В этом и есть смысл моего навыка. Он временно откатывает структуру тела назад, удерживаясь на моменте перед пробуждением.
Внезапно Чха Ыйджэ вспомнил то, что говорил ему Нам Уджин.
– Посреди черных руин он был совершенно один, одетый в свободную медицинскую одежду.
– Обратно в то тело, которое было до пробуждения.
Примечания Каена:
1. Чондыги (쫀드기) - корейская уличная сладость в виде плоской и длинной крахмальной палочки, которую обязательно обжаривают, чтобы она стала тягучей. Чондоги - ностальгическая и недорогая закуска из 90-х.
2. 성인군자 (seong-in gun-ja) - "святой мудрец и благородный муж", выражение из конфуцианства, обозначающее чрезмерно правильное, безупречное поведение.