HWTLQ 176 глава
Автор оригинала: Baek Sam
Перевод с кор.: Mentoltrans
Перевод с англ.: KAEN
перевод выполнен любителем и может быть неточным.
тг-канал whale_archive
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Прошу вас в первую очередь поддерживать Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks! (однако если у вас есть желание поддержать и переводчика, то он будет очень вам благодарен: сбербанк 2202206131047073)
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Episode 176: Wavelength/Длина волны
– Я спрашиваю, что ты наделал!
Несмотря на то, что его схватили за воротник, Ли Саен просто моргал с отсутствующим выражением лица, не оказывая сопротивления. Он все еще казался не совсем в сознании.
Но Чха Ыйджэ тоже был не в своем уме. Он даже не мог успокоить свое бешено колотящееся сердце, все еще не оправившись от шокирующего заявления Ли Саена, и только сейчас он столкнулся с невероятной реальностью. Слухи о том, что они встречаются, которые казались не более чем пустой болтовней, теперь разрослись до такой степени, что их даже обсуждали на канале охотников!
'Черт, что натворили эти Скумбрии?'
Они сказали, что все решит один звонок, но, похоже, это были пустые слова. Чха Ыйджэ стиснул зубы.
‘Было бы лучше, если бы ходили слухи, что мы враги или соперники.’
Чха Ыйджэ, пытаясь привести Ли Саена в чувство, дернул его за воротник. Голова Ли Саена слабо дернулась, вскоре он вздрогнул и схватился за голову.
Чха Ыйджэ ослабил хватку на воротнике. Или, скорее, его силы просто иссякли. С губ Ли Саена сорвался стон.
Неужели он так давно никого не бил, что потерял контроль над своей силой? Даже если он охотник S-ранга, это все равно больно? Видимо так, да? Пока Чха Ыйджэ был погружен в свои мысли, Ли Саен медленно приподнялся, а затем быстро уткнулся в плечо Чха Ыйджэ.
Мягкие волосы, коснувшиеся его, разбудили Чха Ыйджэ. Он быстро схватил руку, обвившуюся вокруг его талии, как змея.
– Ты пытаешься выйти сухим из воды, становясь милашкой, не так ли?
Ли Саен, который до этого прятал лицо на плече Чха Ыйджэ, поднял голову. Прижавшись щекой к плечу, Ли Саен хмуро посмотрел на него снизу вверх.
Он притворяется или ему действительно больно? Чха Ыйджэ все еще чувствовал себя беспокойно. Он взглянул на бледную тонкую шею Ли Саена и увидел красные отметины там, где была его рука. Чха Ыйджэ почесал затылок. Деление такого тела оказалось для него хуже, чем он ожидал.
Вырвался легкий кашель. Чха Ыйджэ чувствовал себя неловко и он бормотал, глядя в пространство.
Ли Саен тихо вздохнул, прищурившись. Его черные пальцы коснулись красных отметин на шее. Теперь, когда он пришел в себя, в его глазах появился интерес, а глупость исчезла. Губы растянулись в улыбке.
– Так значит, это твоя фишка, да?
Чха Ыйджэ резко крикнул. Ли Саен, все еще потиравший шею, пробормотал.
– Душить людей – это своего рода… Плохая привычка, тебе так не кажется?
– Когда я проснулся, то здесь был не ты, а другой парень, что мне оставалось делать?
– О… И ты пошел душить его, не сказав ни слова? Это довольно жестоко…
Чха Ыйджэ замолчал. Он не хотел повторять те ужасные слова. Ли Саен извился вокруг его талии, подталкивая заговорить. Когда Чха Ыйджэ опустил взгляд, выражение лица Ли Саена был на удивление спокойным, несмотря на то, что он был одержим и подвергся нападению.
Что ж, наверное, было бы лучше объяснить все сейчас, чтобы не позволить ситуации выйти из-под контроля. Чха Ыйджэ что-то пробормотал, прежде чем заговорить.
Ли Саен нахмурился. Чха Ыйджэ поспешно уточнил.
– Просто поспать! Буквально! Ничего странного!
– Я и не пытался понять тебя неправильно, но теперь мне кажется, что это у тебя странные мысли, хен.
Когда Чха Ыйджэ сжал кулак и потряс им, Ли Саен улыбнулся и изобразил пальцами крестик у рта. Он поднял брови.
– Я понял, продолжай. Что было дальше?
- Потом он попросил меня душить его сильнее… То есть… Он сумасшедший, да? С чего бы ему хотеть этого?
– О… Так ты снова душил его? Так вот почему у меня такая шея?
– Ты спятил? Я сразу же отпустил его.
Ли Саен глубоко вздохнул, медленно моргая, словно в изнеможении.
Чха Ыйджэ вспомнил лицо, которое продолжало улыбаться, когда он душил его.
По словам Хон Есона, их «основы» были одинаковы. Под «основами души» подразумевается глубинная природа человека. Даже если бы они прожили совершенно разные жизни, их суть бы не изменилась, они были бы одним и тем же существом.
Но Ли Саен, с которым он только что столкнулся, вызвал у него странное чувство дискомфорта. Не из-за абсурдного предложения поспать вместе или извращенной просьбы задушить его. Если бы кто-нибудь просил его, откуда этот дискомфорт…
То это из-за всего, что составляло Ли Саена.
На самом деле, с самого первого момента, когда он увидел его, у него возникло странное чувство неловкости. В его глазах, похожих на стеклянные бусины, не отражалось ничего, кроме Чха Ыйджэ.
Говорят, что глаза – это зеркало души. Но в глазах того Ли Саена не было ни души, ни какого-то «я». Они отражали лишь то, что было перед ними.
И даже энергия, которую он излучал, казалась странной. Больше похоже на подземелье, чем на человека…
– Просто показалось это… Странным.
Чха Ыйджэ неловко закончил фразу. Ли Саен опустил взгляд, глубоко задумавшись, и облизал губы. Когда Чха Ыйджэ увидел, как черный язык соскользнул по красным губам, на его лице снова появилось острое выражение.
Он чуть было снова не позволил увести себя в сторону. Этот парень точно знал, как отвлечь людей своим видом и прикосновениями, прежде чем, как змея, перейти к другому разговору.
Чха Ыйджэ обхватил ладонями щеки Ли Саена, глаза которого расширились, когда он посмотрел на него снизу вверх.
– Разве ты уже не знаешь об этом?
– Скажи это сам. Прежде чем я отправлюсь на Рыбный рынок.
– Что… Я ничего такого не сделал.
Ничего такого? Канал охотников ни за что не стал бы устраивать взбучку из-за ничего. Когда Чха Ыйджэ бросил на него сердитый взгляд, Ли Саен ухмыльнулся.
– Я просто сделал то же, что и ты, хен.
– Когда я увидел, что ты спишь, я поднял тебя и отнес домой.
Ли Саен слегка наклонил голову, моргая. Его ресницы затрепетали.
– Это преступление? Я сделал то же, что и ты, хен.
Нес его? В голове Чха Ыйджэ промелькнул образ, связанный с этим словом. Возникло расплывчатое изображение с низким разрешением. Фотография, где Джей несет на руках Ли Саена. Джей будто баюкал человека, которого несли как принцессу…
По его спине пробежали мурашки. Он вскочил со своего места и начал рыться в комнате. Ли Саен сидел на полу, положив подбородок на колено.
Ли Саен достал из кармана телефон и передал его. Чха Ыйджэ схватил телефон и быстро включил его, подключаясь к интернету. Заголовок на главной странице портала выглядел зловеще.
[Какие отношения связывают Ли Саена и Джея? Гильдия «Волна» хранит молчание.]
Дрожащими руками Чха Ыйджэ щелкнул по статье. По мере того, как значок загрузки вращался в течение нескольких секунд, беспокойство Чха Ыйджэ росло.
Тук, тук, тук. Он нервно стучал ногой по полу. Как только статья загрузилась, Чха Ыйджэ обнаружил, что смотрит в глаза Ли Саена. Перед ним был не настоящий, а тот, что на фотографии.
Ли Саен на снимке улыбался так, будто все видел…
А человек в маске спокойно располагался в его руках.
Когда Чха Ыйджэ замер, Ли Саен легко встал и подошел к нему сзади. Затем он прижался губами к затылку Чха Ыйджэ, который был виден под мягкими пепельными волосами. Тело Чха Ыйджэ напряглось в ответ.
В то же время поверх фотографии на экране появилось отложенное смс-уведомление.
[Хаын: Дядя, бабушка спрашивает, правда ли это]
Тело Чха Ыйджэ задрожало. Ли Саен снова прижался губами к кончикам волос Чха Ыйджэ.
'Говорят, что при детях нельзя даже воду небрежно пить.'
Удивительно, но Чха Ыйджэ не рассердился. Нет, возможно, правильнее было сказать, что у него не было сил злиться. Некоторое время он просто стоял, дрожа, с телефоном в руке, а затем внезапно оттолкнул Ли Саена, который целовал его затылок. Слегка спотыкаясь, он направился в ванную.
Дверь с грохотом захлопнулась.
Каждое действие было таким же естественным, как течение воды. Ли Саен не велел ему открыть дверь и не стучал в нее. Вместо этого он пододвинул стул так, чтобы видеть дверь ванной, сел и стал тихо ждать.
Это было довольно мило… Если бы он хотел уединиться, то мог бы выбрать спальню, но прятаться где-то в углу ванной? Это было так типично для Чха Ыйджэ.
Чха Ыйджэ не выходил целый час, и, если не считать редких тяжелых вздохов или приглушенных криков, изнутри не доносилось ни звука.
Ли Саен, который теперь сидел, откинувшись на спинку и подперев подбородок, закатил глаза. Как только он разминулся с Чха Ыйджэ, незваный гость внутри него снова заявил о себе. Его сознание, которое было сосредоточено на Чха Ыйджэ, медленно переместилось к гостю. Голос Чха Ыйджэ эхом отдавался у него в голове.
– Потом он попросил меня душить его сильнее… То есть… Он сумасшедший, да? С чего бы ему хотеть этого?
Он знал, почему незваный гость повел себя так. Подперев щеку рукой, Ли Саен расслабился.
Может ли кто-то, кто очень долго бродил в одиночестве по миру, находящемуся на грани разрушения, все еще оставаться нормальным?
Подобно большому камню, разрушаемому водой и ветром, и тело с разумом постепенно изнашивались. Как только все было разрушено, даже эмоции, которые когда-то поглощали его, тоже исчезли.
Печаль, гнев, сожаление – все это бы исчезло. И на их месте он бы проводил каждый день, размышляя только о своей цели.
Осталась только одна одержимость.
Незваный гость не ответил. Но Ли Саен знал, что он был прав. Он чувствовал, как другая его версия корчится от дискомфорта.
Как бы отреагировал человек, потерявший все, включая собственное тело, на то, что у него снова есть живое тело? Его, несомненно, вели бы различные стимулы, которые когда-то казались знакомыми, а теперь кажутся чужими. Особенно если источником этих стимулов был Чха Ыйджэ…
Ли Саен дотронулся до своей все еще пульсирующей шеи. Ему не нужно было проверять, но там, вероятно, был синяк. Закрыв глаза, он прислушался к звуку льющейся воды – в ванной, должно быть, открыли кран.
Было ли что-нибудь, что могло заставить человека чувствовать себя более живым, чем стимулы, которым был Чха Ыйджэ?
‘На твоем месте я бы тоже попросил еще…’
Ли Саен понимал чувства другого Ли Саена. И это сильно взволновало его.