HWTLQ 184 глава
Автор оригинала: 백삼/103 (Baek Sam/Пэксам)
Переводчик с кор./редактор: KAEN | тг-канал whale_archive
~ перевод выполнен любителем и может быть неточным.
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Прошу вас в первую очередь поддерживать Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks! (однако если у вас есть желание поддержать и переводчика, то он будет очень вам благодарен: сбербанк 2202206131047073)
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Episode 184: Multiple Thoughts/Множество мыслей
Стук. Хам Сокджон поставила свою чашку на стол.
Снова воцарилось молчание. Чха Ыйджэ терпеливо ждал. Расстояние между ними, когда-то близкими, словно членами семьи, теперь стало огромным. Женщина отвернулась и, прикрыв рот кулаком, слегка кашлянула. Она выглядела неважно. Хам Сокджон изо всех сил пыталась подавить кашель, который все время вырывался наружу.
Чха Ыйджэ взглянул на трость, прислоненную к ее стулу. Это была та самая, которую он видел во время пресс-конференции.
– О, видел по телевизору? Значит, ты все-таки живешь не в какой-нибудь глуши.
Она издала короткий смешок. Ха, я больше не могу даже просто пошутить. Чха Ыйджэ тоже неловко улыбнулся. Хам Сокджон потерла левое колено.
– Я получила травму несколько лет назад. После этого я покинула линию фронта... И превратилась в старую реликвию, пылящуюся в подсобке.
Еще один момент молчания. По какой-то причине их разговор никак не протекал гладко. Они всегда старались так поддерживать беседу? Парень попытался вспомнить, но даже это воспоминание было туманным. Он моргнул.
'Это кажется странно знакомым...'
И снова первой заговорила Хам Сокджон.
– Я не буду извиняться. Даже если бы я могла вернуться в прошлое, я бы поступила точно так же. Я бы отправила туда Хеген и тебя. Я бы все равно попросила тебя о помощи, вот так нагло.
Разговор продолжал кружить по кругу, так и не дойдя до сути дела. Они несколько раз обменялись ничего не значащими любезностями. Это было неприятно. Чха Ыйджэ неожиданно спросил.
– Разве вам не интересно, почему я не пришел раньше, а сделал это лишь сейчас?
Хам Сокджон сделала глоток кофе, прежде чем ответить.
– Да. Когда я услышала, что ты вернулся живым спустя восемь лет, но даже не показался, я подумала, может, у тебя тяжелые травмы, чтобы двигаться. Или ты потерял память.
Чха Ыйджэ изучал лицо Хам Сокджон. С возрастом некогда резкие, хищные черты смягчились, но напряженность осталась. Он боялся ее, когда был моложе. Она поставила чашку и тупо уставилась на черную маску.
Хам Сокджон откинулась на спинку кресла, на ее суровом лице заиграла слабая улыбка.
Чха Ыйджэ вздохнул и выпрямился.
Хам Сокджон - первый директор Бюро по делам пробужденных. Она возглавляла его с момента создания, прославившись своей наблюдательностью и острым дедуктивным мышлением. Это не было способностью, дарованной ей после пробуждения, - она родилась с ним. Даже Джей не мог скрыть перед ней своих истинных намерений.
Женщина продолжала говорить, спокойно сложив пальцы один за другим.
– Конечно, это правда, что я искала тебя, чтобы защитить, если ты не сможешь сделать этого сам, и чтобы попросить твоей помощи для предотвращения конца. Но это не было главной причиной.
Наконец, она перешла к делу. Женщина посмотрела на свою сложенную пополам руку и слегка наклонила голову.
– Как насчет Хеген? И других охотников?
Тетя Чха Ыйджэ, охотница Пак Хеген, была близка с Хам Сокджон, как с сестрой. Чха Ыйджэ с трудом сглотнул. Когда он, наконец, открыл рот, его голос прозвучал надтреснуто. Другие могли не заметить этого из-за искажения, но директор, несомненно, заметила.
– Тетя... И другие охотники...
Он сжал кулаки и крепко зажмурил глаза.
– Я не смог... я не смог их спасти.
– Только не говори, что тебе жаль.
Ее слова были резкими. Чха Ыйджэ вскинул голову. Выражение лица Хам Сокджон не изменилось, когда она посмотрела на него.
– Даже ты, Джей, не смог этого сделать. Никто другой бы точно не смог. Разве не так?
– Ты, должно быть, выложился на полную. Я знаю. Охотники с тобой тоже сделали все, что могли. И все же, как все так обернулось.
У него тревожно заныло в груди. Это была не та реакция, к которой он готовился, не тот ответ, к которому он настраивался снова и снова. Это было что-то совершенно иное. Чха Ыйджэ опустил голову, не в силах вымолвить ни слова. Хам Сокджон тихо вздохнула.
– Как директор я должна была сказать именно это.
Она опустила глаза и пробормотала что-то себе под нос.
– Я уже знала, что они мертвы. Я была единственной, кто официально объявил их умершими, и прошло уже восемь лет. Кроме того, если бы Хеген была жива, она бы уже пришла ко мне. Я всё знала.
– Были моменты, когда я задавалась вопросом, что бы произошло, если бы я остановила ее тогда...
– Но смутные подозрения и показания выжившего имеют разный вес. Прости, но мне нужно было услышать это от тебя лично, для самой себя.
Медленно Чха Ыйджэ поднял голову. Он не был уверен почему, но ему хотелось увидеть лицо Хам Сокджон. Она...
– Теперь я наконец могу отпустить это.
Как будто она потеряла что-то важное. Как будто комната осталась пустой.
Чха Ыйджэ уставился на нее, потеряв дар речи. Он хотел что-то сказать, что угодно, но слова не шли с языка. Он рассеянно подумал.
Хам Сокджон схватилась за подлокотник своего кресла и встала. Она медленно, прихрамывая, обошла стол и подошла к Чха Ыйджэ. Он не мог не заметить ее неровной походки. Женщина наклонилась и нежно обняла его.
Такое поведение было на нее не похоже. На самом деле, Чха Ыйджэ удивленно моргнул.
Что происходит с человеком, когда он теряет краеугольный камень* своей жизни?
Ее рука ласково погладила его по спине, совсем как прикосновение его тети. Сначала поколебавшись, Чха Ыйджэ медленно обнял ее за плечи. Это тело казалось ему гораздо меньше, чем он помнил. Закрыв глаза, он подумал.
'Она всю оставшуюся жизнь будет думать о тете...'
Долгое объятие, в конце концов, закончилось. Чха Ыйджэ быстро встал, чтобы помочь Хам Сокджон вернуться на свое место, когда она, прихрамывая, пошла обратно. Когда она села, у нее был измученный вид. Женщина коротко вздохнула, прежде чем задать вопрос.
– Я тут думала... Кажется, вы близки с Саеном.
Черт. Она видела статью. Чха Ыйджэ сморщился. Ему придется еще раз отчитать Скумбрию. И следом пришла другая мысль.
'Саен? Звучит немного близко, не так ли?'
Чха Ыйджэ неуверенно ответил, его лицо исказилось от смущения.
– Нет? В той статье вы выглядели довольно близкими.
– Нет, я просто подумал... Это прозвучало так, будто вы с ним ближе, раз вы называете его Саеном...
– Думаешь, я ему нравлюсь? Вряд ли.
Хам Сокджон тихо рассмеялась и взяла свою чашку. Когда-то горячий кофе уже остыл до теплой температуры. Она закрыла глаза и пробормотала.
– Прошло уже много лет. Это случилось после того, как ты вошел в разлом Западного моря. Был период, когда Чон Бин и Бэ Вону не связывались с нами месяц. В их последнем сообщении говорилось что-то вроде "Мне нужно позаботиться о ребенке, поэтому я не смогу вернуться какое-то время. Извините". Сначала я подумала, что это полная чушь.
Если так поразмышлять, разве Ли Саен как-то не упоминал, что раньше он жил с Чон Бином? Он почти забыл, но воспоминания всплыли с новой силой. Парень поймал себя на том, что больше сосредотачивается на этой истории.
– Так прошло несколько месяцев. У нас и без того была нехватка людей, но с уходом двух наших самых сильных охотников мы были перегружены.
В этом есть смысл. Из-за того, что Чон Бин и Бэ Вону, два самых титулованных охотников, выбыли из строя да еще и он сам отсутствовал, должно быть, творился настоящий хаос. Хам Сокджон вздохнула.
– И тут, как гром среди ясного неба, я получаю сообщение, что они привезут с собой ребенка. Я подумала, что нам, возможно, нужно обустроить игровую комнату или что-то в этом роде, но вместо этого они пришли с высоким молодым человеком. Он был немного взрослее, чтобы его можно было назвать ребенком.
– Но эти двое общались с ним так, словно он был каким-то пятисантиметровым младенцем, постоянно нянчились с ним. На первый взгляд, он казался вполне нормальным, но его глаза... В них было что-то безумное.
Безумные глаза? Это мог быть только Ли Саен. Чха Ыйджэ внимательно слушал, а директор издала смешок.
– Ты только погляди. Твое лицо так изменилось, как только я заговорила о Ли Саене.
Она даже не могла разглядеть его лица под маской, но каким-то образом все понимала. Чха Ыйджэ рассеянно дотронулся до маски. Хам Сокджон поставила чашку и сцепила пальцы.
– Ладно, хватит светских бесед. Давай заключим сделку.
Чха Ыйджэ нервно сглотнул. Он понятия не имел, какие условия она может ему предложить. Хам Сокджон улыбнулась, но в этой улыбке по-прежнему чувствовалась пустота.
– Иногда приходи ко мне поговорить. Поделиться историями.
– Я расскажу тебе истории о Саене, которых ты не знаешь, а ты расскажешь мне истории о Хеген, которых не знаю я.
Чха Ыйджэ рассеянно моргнул. Хам Сокджон подперла подбородок рукой.
– И, когда будешь готов, расскажи мне, что произошло в разломе. Расскажи мне о ее последних мгновениях.
Парень тихо выдохнул. Хам Сокджон улыбнулась с опустошенным лицом.
– Что думаешь? Не похоже, что это навредит тебе.
Примечание переводчика
Краеугольный камень - первый камень, который устанавливают при возведении каменного фундамента. Все остальные камни будут устанавливаться относительно него. Благодаря этому камню обеспечивается вся стабильность системы.