HWTLQ 227 глава
Автор оригинала: 백삼/103 (Baek Sam/Пэксам)
Переводчик с кор./редактор: KAEN | тг-канал whale_archive
~ перевод выполнен любителем и может быть неточным.
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Пожалуйста, по возможности поддерживайте Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks!
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Плейлист главы:
♪ KOHTA YAMAMOTO - TRAITOR
♪ SawanoHiroyuki[nZk] - OUT OF “iv”
-> пост с загруженной музыкой к главам
Episode 227: End/Конец
Звяк, звяк... Рука в перчатке бесцельно прошлась по аккуратно разложенным хирургическим инструментам. Вскоре она остановилась на остром скальпеле. Мужчина сгорбился и тихо вздохнул.
Чха Ыйджэ поднял глаза. Человеком, которого он только что видел, несомненно был...
Это был Сон Джохон. Первый охотник, который встретился ему на пути после восьмилетнего отсутствия. Человек из той же эпохи, который заставил его осознать, что он вернулся в свой родной мир. Чха Ыйджэ ярко вспомнил Сон Джохона в старом коричневом экране телевизора, мужчину, который когда-то излучал уверенность, острую, будто у тигра.
Он хотел верить, что это неправда. Сон Джохон был амбициозном человеком, но Чха Ыйджэ думал, что они идут одним путем. Они вместе пережили трудности. Он верил, что он не плохой человек.
Треск... Край металлического стеллажа, за который он ухватился, прогнулся под его рукой. Парень быстро отпустил его.
Восемь лет назад тело Сон Джохона выглядело иначе. На нем были ожидаемые небольшие шрамы, но не было неровных швов, как будто его тело зашивали, словно старую ткань. Чха Ыйджэ тихо спросил.
– Вы знаете, когда на теле Сон Джохона появились эти шрамы?
– Хм, нет. Стыдно это признавать, но я только сейчас узнал, что у него вообще были такие шрамы.
Со Минги бесшумно вышел из тени, вскочил на ноги и отряхнул пыль с черного костюма. Его лицо выглядело немного удрученным.
– Он всегда был безупречно одет, от головы до кончиков ботинок. Об этом даже писали на главных страницах в мужских журналах. Он никогда не носил одежду с короткими рукавами, даже в тяжелую летнюю жару. По словам главы гильдии, это своего рода силовой прием, чтобы продемонстрировать свой авторитет... Так думает и большинство других людей.
– Точно не помню... Но, вероятно, это было после того, как он стал пробужденным S-ранга.
После того, как Джей оказался в ловушке разлома западного моря, Сон Джохон стал пробужденным S-ранга.
– Я и представить себе не мог, что он прячет что-то подобное под своим костюмом. Теперь я понимаю, почему его не видят в более открытой одежде.
Со Минги открыл шкаф и достал белый халат, накинув его поверх костюма. Он быстрым движением поправил солнцезащитные очки на носу.
– В любом случае, это выглядит не очень хорошо. Вы же видели, верно? Он так непринужденно лег.
– У него даже есть "постоянный" врач. Значит, он, должно быть, часто бывал здесь.
Он, казалось, был отлично знаком со скрытой базой "Прометея", раздевался и ждал, как будто это было обычным делом, острым взглядом узнавал незнакомые лица, его тело с ног до головы покрывали шрамы, а его ранг повысился с А до S. Все улики указывали в одном направлении. По спине Чха Ыйджэ пробежал холодок.
'Над ним ставили эксперименты?'
Скорее всего, он изъявил свое собственное желание.
Резкий, нетерпеливый кашель прервал его размышления - явный сигнал поторопиться. Со Минги слегка опустил очки, осматривая бутылочки с лекарствами и инструменты, шепча.
– Если бы здесь был государственный служащий, он бы сразу арестовал его как преступника. Но у нас нет таких полномочий, поэтому нам нужно получить информацию. У Сон Джохона на удивление хороший имидж в обществе, знаете.
– Он был первым охотником А-ранга, который повысился до S-ранга. Вы не представляете, насколько это было масштабно. Для гражданских он олицетворял надежду, заполняя пробел, оставленный Джеем, а охотникам он показал, что наши ранги тоже могут повыситься.
Ранг пробужденного - это клеймо, которое всегда сопровождает его. Когда Чха Ыйджэ работал в ресторане, он слышал жалобы охотников более низкого ранга. Люди помнили только выдающихся охотников, в то время как низкоранговые были вынуждены выполнять всю грязную и нудную работу, их высмеивали за то, что они были охотниками лишь на словах.
Даже если Чха Ыйджэ пытался понять, существовало то, что он никогда не мог по-настоящему осознать.
Со Минги ловко выдвигал ящики стола.
– Именно поэтому гильдия "Самра" так быстро набрала силу. Это была не только первая официальная гильдия в Корее: ее возглавлял человек, который изменил свой ранг. Все хотели знать, как он это сделал, как он преодолел такое ограничение...
Со Минги с лукавым выражением вгляделся в его лицо.
– Среди пропавших охотников... Немало тех, кто состоял в гильдиях под руководством "Самра".
– Это было расценено как плохое управление подчиненными гильдиями, но... Увидев это, я начинаю думать иначе.
Чха Ыйджэ посмотрел на ящик рядом с дверью. На подносе из нержавеющей стали лежали шприц и маленький пузырек размером с кончик пальца. Он поднес маленькую бутылочку к яркому флуоресцентному свету. Чистая бесцветная жидкость замерцала. Что это за лекарство? Что-то, что укрепляет тело пробужденного?
Послышался еще один кашель. Чха Ыйджэ повернулся к Со Минги. Тот просматривал стопку бумаг, отвечая на чужой взгляд.
– Уверен, вы уже догадались, не так ли? Так что же вы будете делать?
– Я последую за вами, что бы вы ни решили.
Чха Ыйджэ поставил предмет на стол. Его темные глаза холодно блеснули.
– Сначала я хочу спросить его.
– О чем, черт возьми, он думал, когда делал это?
Чха Ыйджэ достал маску и надел ее. Его лицо, выражавшее холодную решимость, исчезло за черной маской. Он рывком открыл дверь. Сон Джохон лежал на кровати с закрытыми глазами. Парень целеустремленно подошел к нему. Почувствовав ауру опасности, мужчина резко открыл глаза. Он попытался сесть, но Чха Ыйджэ оказался быстрее.
Глухой звук! Твердая рука сжала его горло, вены вздулись. Сон Джохон ахнул, дыхание перехватило. Чха Ыйджэ сжал сильнее, наваливаясь всем своим весом. Сон Джохон отшатнулся, не в силах противостоять силе. Его рука с вздувшимися венами попыталась разжать хватку на горле, но это было похоже на кандалы, которые не поддавались.
Чха Ыйджэ изо всех сил толкнул его в шею. Бах! Мужчина врезался в шкаф. Аккуратно расставленные бутылки разлетелись вдребезги по полу.
Его глаза, горящие яростью, отражались в гладкой черной маске. Глаза мужчины расширились от ужаса.
Чха Ыйджэ схватил Сон Джохона за плечи и крепко сжал. Его грубые пальцы впились в тело, отчего лицо исказилось от боли. Голос, лишенный эмоций, прогрохотал сквозь маску искаженным тоном.
Черная маска пристально посмотрела на волосы, в которых появились седые пряди. В этом приглушенном голосе проскользнул намек на эмоции.
– Что, черт его побери, вы натворили...?
Разочарование, которое невозможно было скрыть.
Неприятно видеть пейзаж разрушенного мира каждый раз, когда засыпаешь. Конец, который рано или поздно наступит. Разрушение. Ужасные сцены гибели людей, когда их топчут ногами. Хоть она и могла передать сами пейзажи, она не могла передать эмоции. Юн Гаыль чувствовала себя беспомощно и впадала в отчаяние каждую ночь. Конечно, Хам Сокджон и Чон Бин внимательно выслушивали ее, но на этом всё.
Существовала непреодолимая пропасть между опытным пробужденным, прошедшим через множество битв, и недавно пробудившимся, не имеющим никаких боевых способностей. Они поверили ее словам и отнеслись к ним серьезно.
Но они не могли разделить ее страх.
Слишком слабая, чтобы называться охотницей, и в то же время слишком особенная, чтобы считаться обычным человеком. Она хрупко балансировала между пробужденным и мирным гражданским, знающим о надвигающейся гибели, но бессильным что-либо изменить своими силами. Так что она всегда зависела от кого-то другого и всегда отчаивалась. Вот такой была Юн Гаыль.
И именно поэтому Юн Гаыль всегда была одинока.
В маленькой комнате стало душно. Девушка прикусила губу. Мужчина закончил свои слова последним замечанием о том, что им нужны ее силы, а затем замолчал. Он ждал ее ответа. Но...
Перед глазами у нее все расплывалось. Сдерживая подступающие слезы, Юн Гаыль резко протерла глаза. Она попыталась вспомнить о своих друзьях. Она подумала о Джее.
Лицо, которое озорно улыбалось даже в трудной ситуации.
Мысли о лице Джея немного успокоили ее бушующее сердце. Юн Гаыль сжала кулак и сделала глубокий вздох. Да, Джей все еще здесь. Со мной. И если это Джей, то он найдет способ решить всё.
...Но разве это действительно нормально?
Я просто убегаю, оставляя все на Джея?
В конце концов, я ничего не могу сделать сама, взваливая все на Джея, довольствуясь этим...?
Это была крошечная трещина. Она твердо верила в Джея, но ее глубокое недоверие к себе оставалось, позволяя сомнениям просачиваясь сквозь щель. Нежный мужской голос рассеивал эти сомнения.
– Пережить страх в полном одиночестве, когда ты юная школьница. Это действительно впечатляет.
Юн Гаыль тупо уставилась в потолок. Единственная лампочка периодически мигала. В этот момент из динамика донесся голос.