HWTLQ 295 глава
Автор оригинала: 백삼/103 (Baek Sam/Пэксам)
Переводчик с кор./редактор: KAEN | тг-канал whale_archive
~ перевод выполнен любителем и может быть неточным.
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Пожалуйста, по возможности поддерживайте Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks!
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Плейлист главы:
♪ Tomoya Ohtani - Theme of Kronos Island (3rd Movement)
-> пост с загруженной музыкой к главам
Episode 295: The Predetermined End/Предопределенный конец
Потребовалось некоторое время, чтобы до него дошли эти слова. Ча Ыйджэ едва слышно повторил их. Я пришел за тобой. Я пришел за тобой... Человек за плащом терпеливо ждал. Наконец, Ча Ыйджэ понял, что они значат. Он спросил:
Он сразу осознал значение слова "нужен". Должно быть, поблизости ошивались монстры. Ча Ыйджэ пошарил по земле. Копья нет. Только чуть позже он вспомнил, что оно исчезло. Разве у него не было меча? Клык Василиска, который был вонзен в голову змеи.
Все в порядке. Можно драться кулаками, если придется...
Чужая ладонь накрыла его собственную, движущуюся в поиске.
– Ты сказал, что я нужен тебе.
Хватка на его руке усилилась. Неужели речь не об этом? Мысли еще оставались слабыми. Но вель если в нем нуждаются, то сражение - это единственное, что он может сделать? Ча Ыйджэ взглянул на фигуру в маске.
Хаа. Неподалеку прозвучал вздох. Ча Ыйджэ хорошо знал этот вздох. И мог предсказать, что последует дальше. Ты называешь себя героем? Прекрати играть в благородство. Из-за тебя мы выглядим как идиоты. Не стоило тебе доверять. Первое место? В тебе нет ничего особенного...
Но тот, кто вздохнул, больше ничего не сказал - лишь легонько похлопал его по тыльной стороне руки.
Его сердце ёкнуло. Он знал, но услышать это вслух - совсем другое. Ча Ыйджэ слегка кивнул.
Ни у кого не было причин нуждаться в том, кто не мог выполнить свои обязанности. Он уже смирился. Это наверняка сон или галлюцинация. Так и должно быть. Иначе он не может вынести оставшееся ему время. Нельзя привыкать к чужому голосу, к чужому теплу.
Ведь в тот момент, когда иллюзия исчезнет, вернется тишина. И он снова останется один.
Ча Ыйджэ провел пальцами по окровавленной земле и попытался высвободить свою руку, но та, что его держала, не отступала. Она продолжала дарить ощущение тепла и тяжести, словно убеждая, что это не иллюзия.
– Тогда стоит его поискать. А не сидеть вот так.
– Мне нужно остаться рядом с этими людьми.
Черная ткань, закрывавшая обзор, мешала разглядеть тела. Он должен их увидеть. Ча Ыйджэ попытался ее отодвинуть, но чужая ладонь мягко прижала его макушку вниз.
Незнакомец умел говорить фактами. И правда на его стороне. Перед ними мертвецы. От них остались только кровь, кости, ошметки плоти и оторванные конечности. Со все еще прижатой вниз головой Ча Ыйджэ ответил:
– Хм... "Были". Что произошло?
Недовольный вздох. Ча Ыйджэ приготовился к привычным упрекам. Но опять ничего не сказали - только задали новый вопрос:
– Вот как... Эти люди не умели драться? Они были ранены?
– Нет. Они владели основами боя.
– Тогда... Причина кроется в их слабости?
Ча Ыйджэ покачал опущенной головой. Если бы он только вернулся раньше. Если он только остался защищать лагерь. Если бы он вообще не уходил. Когда он пронзал чудовищ копьем, рубил их мечом, ударял кулаками - он думал об этом без остановки. И каждый раз ответ был один и тот же. Сожаление.
– Это были люди, которых я мог спасти.
– Если ты продолжишь мыслить так, то это никогда не закончится... Ты собираешься спасти всех на свете? А если не получится, будешь сидеть вот так рядом с телами?
– Серьезно думаешь, что это возможно?
– Тогда почему ты продолжаешь сидеть?
– Потому что я во всем виноват.
– А... Ладно, чепуха какая. Давай поговорим о чем-нибудь другом.
Давление на голову исчезло. О чем-нибудь другом? Этот человек хотел продолжить разговор.
Ча Ыйджэ прислонился щекой к поднятому колену. До чего же смешно. Он думал, что привык к одиночеству. Но после недолгой беседы ему стало... лучше. По какой-то причине в нем разгоралось волнение. Незнакомец снова спросил:
–...Я дошел до года. А потом...
– Ладно, это утомительно. Поговорим о другом.
Внезапная смена темы была приятной. Так появилось больше пищи для размышлений и получалось хоть ненадолго забыть о боли. Незнакомец в очередной раз спросил:
– Хмм... Например, ячный омлет*, дети или похмельный суп.
Какие неожиданные варианты. В омлете и детях еще есть смысл, но причем тут похмельный суп? Ча Ыйджэ глубоко задумался. Первым делом на ум пришла тетя. Только вот... у него не вышло заставить себя произнести ее имя там, где она умерла. Если он продолжит углубляться в это, то может заплакать, поэтому в результате последовал несущественный ответ:
Похоже, не самый подходящий ответ. Ну, оно и понятно. Сейчас он, наверное, выглядел как заядлый курильщик. Ча Ыйджэ не хотел заканчивать на этом, поэтому небрежно добавил:
– Ясно... А когда это было в последний раз?
– Как только стал совершеннолетним.
– Пусть будет так. Сменим тему?
Похоже, что тему решили избежать из-за неуверенности. Ча Ыйджэ тихо рассмеялся. Он услышал шуршащий звук, а затем почувствовал, как что-то широкое коснулось его сзади. Кто-то сел и прислонилось к нему спиной к спине. Внезапное тепло заставило его пальцы слабо вздрогнуть. За ним раздался шепот:
– Ладно... Давай поговорим вот о чем.
– Ты когда-нибудь спасал чью-то жизнь?
Жизнь героя состояла из бесконечной череды неудач. Он больше отнимал жизней, нежели спасал. Люди говорили, что его присутствие уменьшает количество жертв, что благодаря нему можно сберечь больше людей. Но Джей, Ча Ыйджэ, хотел спасать их собственными руками. Он хотел чувствовать не угасание жизни, а ее продолжение.
Он услышал тихое биение сердца.
Его сердцебиение слилось с ритмом человека, прижатого к его спине. Как давно он не слышал, как бьется чье-то сердце. Прислушиваясь к доказательству жизни, Ча Ыйджэ ответил:
– Да, у меня есть такой человек.
Ча Ыйджэ чуть сильнее прислонился к чужой спине, будто делился своим теплом.
–...Ребенок. Всё его тело плавилось из-за яда. Он ослеп и не мог говорить из-за поврежденных голосовых связок.
– Поэтому сначала я был не уверен, правильным ли решением было спасать его в таком состоянии. Не играло ли тогда моё эго.
– Думал... Что, может быть, было бы лучше просто позволить ему умереть без боли. Возможно, он и сам этого хотел.
Мальчик не засыпал без обезболивающих. При каждой перевязке он издавал хриплые крики и отчаянно сопротивлялся. Когда начинали обрабатывать его раны, он так сильно сжимал зубы, подвергая их опасности, что приходилось вставлять в рот кляп.
Губы мальчика беззвучно шевелились. Возможно, он не просил о спасении. Возможно, он задыхался, а я принял это за мольбу.
Ча Ыйджэ не жалел. Если это эгоизм, то пускай. Он не позволит себе отказаться от этого. Его голос прозвучал с непоколебимой уверенностью:
– Этот ребенок - мой единственный успех.
Послышался тихий смешок. Чужая спина слегка дрогнула вместе с плечами. Странные ощущения. Давно он не слышал, чтобы кто-нибудь смеялся. В конце концов, этот смех затих.
Голос с нотками веселья спросил:
– Значит... Ты будешь и дальше спасать людей?
– Даже если такое снова повторится?
Ча Ыйджэ откинул черную ткань, закрывавшую обзор. Перед ним предстал багровый вид. Кровь и кости. Тех, кого он не смог спасти. Он внимательно смотрел на знакомую картину и сказал:
– И я продолжу это делать. Пока мой единственный успех все еще рядом.
Хаа, послышался вздох. Но это больше не пугает. Потому что знал, что человек за его спиной не сомневается в Ча Ыйджэ.
Тепло, касающееся спины, исчезло. Незнакомец встал.
Над головой раздался веселый голос:
Черная ткань исчезла. На мгновение все вокруг стало белым, а затем заполнилось красным. Ча Ыйджэ не отводил взгляд от красной лужи крови. Позади него кто-то близко стоял.
– Тогда... До встречи, хен. В следующий раз...
Рука в черной перчатке опустилась ему на плечо. Указательный палец легонько коснулся его уха и упал вниз. Последовал ласковый шепот:
– Найди меня первым. Как и раньше.
Ча Ыйджэ резко повернулся. Но человек простыл без следа. Будто его и не существовало. Ча Ыйджэ рассеянно уставился на пустое поле. Он снова остался один.
Примечание переводчика
В оригинале используется слово "계란말이" (керанмари) - это традиционное корейское блюдо, которое представляет из себя многослойный яичный омлет, свёрнутый в аккуратный рулет.
