HWTLQ 299 глава
Автор оригинала: 백삼/103 (Baek Sam/Пэксам)
Переводчик с кор./редактор: KAEN | тг-канал whale_archive
~ перевод выполнен любителем и может быть неточным.
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Пожалуйста, по возможности поддерживайте Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks!
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Плейлист главы:
♪ British Sea Power - Whirling-In-Rags, 8 AM
♪ Dorian Tale - Sunset Rider
♪ Hiromitsu Maeba - Floating Indoors
♪ Stereo Relax, Lo Fi Hip Hop #1
-> пост с загруженной музыкой к главам
Episode 299: Waiting Position/Выжидательная позиция
Даже без подписи было ясно, кому принадлежит этот почерк. Скорее всего, Ли Саену. Кто еще мог обратиться к Ча Ыйджэ таким "ты"? Он закатил глаза.
В последнее время этот сопляк перестал называть его "хёном" и начал говорить "ты", так ведь? Ча Ыйджэ провел кончиками пальцев по буквам на странице. Конечно, от чернил не исходило тепла. Несмотря на это, он неловко пробормотал что-то себе под нос:
Ему казалось, что он пишет так же коряво, как и Нам Уджин. Возможно, Чон Бин обучил его правильному письму. C этой праздной мыслью он начал обыскивать стол в поисках ручки. Рука уже собиралась написать ответ, но она остановилась.
'...А дойдет ли до него сообщение?'
В противном случае он бы просто выглядел как дурак, который написал "Я вижу" в книге Нам Уджина. Но Ли Саен сам наверняка не был уверен, что Ча Ыйджэ получит послание, написав [а вдруг...] В таком случае, Ча Ыйджэ тоже мог позволить себе воспользоваться маловероятным шансом.
Он уставился на красивый почерк, оставленный Ли Саеном. Затем среди разбросанных повсюду мятых бумаг он взял один лист и начал импровизированную тренировку письма.
Поднеся свой лист к книге с чистыми буквами и сравнив два почерка, Ча Ыйджэ подумал, будто его наспех нацарапанную фразу писала пара червяков.
Ча Ыйджэ глубоко вздохнул и попробовал еще раз, стараясь делать буквы как можно четче.
Шариковая ручка треснула пополам. Он лишь сжал ее покрепче, а она взяла и сломалась, еще и на двойной согласной, отчего стало жутко. Ча Ыйджэ недоверчиво сверлил взглядом два листка в своих руках, прежде чем убрать их в карман. Что ж, извините, Нам Уджин. Взяв со стола другую ручку, он начал снова аккуратно выводить по одной букве.
Он сломал три ручки подряд, после чего понял, что красивое письмо по принуждению и хлипкие шариковые ручки - вещи несовместимые. В ресторане похмельного супа он всегда небрежно записывал что-то маркером, поэтому раньше никогда и не осознавал этого.
И тут его осенило новой мыслью.
Этот паршивец много раз видел его почерк в ресторане. Тогда нет нужды прилагать усилия и пытаться сделать лучше.
Ча Ыйджэ вздохнул, крутя сломанные части ручки между пальцами.
Если я собираюсь отвечать, то должен постараться, чтобы выглядело отлично.
Он отчаянно взъерошил волосы. К счастью, в лаборатории Нам Уджина запасено немало бумаг и ручек - так что никто и не заметит, если они придут в негодность. Ча Ыйджэ схватил скомканный лист и начал писать одну и ту же фразу, из раза в раз. И продолжал до тех пор, пока, наконец, не остался доволен полученным результатом.
Не успел он опомниться, как лист полностью заполнился повторяющимися предложениями, плотно набитыми сверху донизу. Только тогда тело остановилось. Если бы кто-нибудь стал свидетелем этой картины, то подумал бы, что перед ним письмо от одержимого сталкера.
Почесывая затылок обратной стороной ручки, он вывел немного другую фразу* в уголке, где было пустое пространство.
Слова, которые вызывали смущение.
'...Боже, что я вообще делаю?'
Ча Ыйджэ скомкал бумагу в комок. Кончики пальцев покалывало. И все равно он не выкинул лист. Если его обнаружат, то настанет катастрофа.
– Они бы решили, что Нам Уджин кого-то сталкерит.
Легким движением рука бросила скомканную бумагу в инвентарь. Из всех совершенных им в жизни глупостей эта, пожалуй, в топе самых выдающихся.
В этот момент книга вспыхнула ярким светом. Ча Ыйджэ быстро ее проверил. Под аккуратно выведенными буквами появилось новое сообщение, написанное тем же почерком.
Ча Ыйджэ прошептал себе эти слова. В порядке. Кто именно? Ли Саен? Ча Ыйджэ? Отсутствие подлежащего порождало много мыслей.
В глубине души уже был ответ. Наверняка Ли Саен написал это, чтобы его утешить - с такой отчаянной решимостью, даже не зная, дойдут ли эти слова до адресата.
Ча Ыйджэ провел пальцами по строчке и резко выдохнул:
Ему было одиноко. Потому что Ли Саена не было рядом.
Он сжал ручку и уставился в книгу. Ли Саен ждал восемь лет без каких-либо надежд, имея только крошечное обещание на мизинцах. Хотелось задать вопрос—
Как, ради всего святого, ты смог это выдержать?
У тебя не было никакой гарантии, что я вернусь живым.
Я... Так переживаю, даже зная, что ты жив.
Он хотел выплеснуть на страницы все свое огорчение до последней капли- заполнить их проклятиями и честными эмоциями. Но вместо этого Ча Ыйджэ проглотил внутреннее волнение и выразил его одним предложением. Ручка коснулась бумаги.
Черная линия растянулась, превращаясь в буквы, а буквы — в слова.
Фраза, которую он бы никогда не смог произнести вслух.
Когда с предложением было закончено, Ча Ыйджэ с громким хлопком закрыл книгу и яростно потер лицо в маске. Хоть это всего лишь одна строчка, но всё его тело покрылось мурашками.. И тогда пришло ощущение чужого присутствия, которое приближалось к лаборатории. Ча Ыйджэ вскочил со стула.
Не успела дверь полностью открыться, как с уст сорвался хриплый и раздраженный голос:
–...Значит, тебя сюда отправила директор? Что, опять какие-то придирки? Я уже тысячу раз говорил: когда вы меня торопите - работа не идет быстрее! Мне написать объяснительное письмо? Оформить медицинскую справку? Тогда принимаю плату в пятьдесят миллионов вон прямо сейчас!
Яркий белый свет проник в открытую дверь. Ча Ыйджэ не верил своим глазам. Бледное лицо, криво расположенные очки, запутанные белые волосы, наспех собранные в пучок, впалые щеки, мятый медицинский халат, сгорбленные плечи, сутулая спина и старые поношенные кроксы, шаркающие по полу. В дверном проёме безошибочно стоял зомби.
Зомби, разразившийся злостной тирадой, глубоко вздохнул и поправил перекошенные очки. Его выгоревшие глаза расширились.
–...Что за— Джей? Черт подери, когда ты вернулся?
Стоявший рядом с ним мальчик вежливо ответил:
– Он вернулся сегодня, хозяин.
– Ты знал о Джее и не рассказал мне?
– Я сообщал вам об этом. Но вы услышали только то, что директор кого-то отправила, и решили, что это еще один человек с поручением, поэтому проигнорировали меня.
– Вы хотите, чтобы я повторил все сказанное мною ранее?
– Не надо. Просто принеси мне энергетический напиток.
Зомби взял у мальчика кружку и осушил его одним глотком, после чего вытер рот тыльной стороной ладони и спросил:
– Давно не виделись. Ты же был в разрушенном подземелье?
– Должно быть, ты что-то там видел, раз отсутствовал столько времени.
Зомби шагнул вперед и крепко сжал плечо Ча Ыйджэ. В сознание ворвался резкий стерильный запах, смешанный с непонятно какими химикатами. Выгоревшие белые глаза ярко горели - глаза человека, который совсем сошел с ума.
С львиным рыком зомби взревел:
примечание К: дословно здесь "от одного до десяти" - 하나부터 열까지, где используются корейские числительные 하나/хана - один, 열/ёль - десять.
- Хватит терять время! Приготовь белую доску! Включи диктофон! А ты будь рядом и всё записывай! Принеси стол, стул и воду - быстро!
Мальчик действовал быстро, и в мгновение ока беспорядочная лаборатория превратилась в импровизированный конференц-зал. Ча Ыйджэ осознал, что его ведут к белой доске. Мальчик сунул ему в руки маркер и ластик. Он еще не успел собраться с мыслями, а зомби уже сел, держа диктофон, всем своим видом напоминая старательного студента, сидящего в первом ряду лекционного зала.
- Вперед. Начинай с момента захода в подземелье и заканчивай своим побегом - изложи всё до мельчайших подробностей.
– Быстрее! Нельзя упускать ни минуты! Начинай!
За спиной Нам Уджина, зомби, вспыхнула опасная аура - молчаливая угроза, что если сейчас Ча Ыйджэ не начнет лекцию, то его могут вскрыть скальпелем. Со вздохом сожаления Ча Ыйджэ снял колпачок с маркера.
'Блять, к черту эту практику правописания - надо было просто сбежать.'
Однако сожаление всегда приходит слишком поздно. Когда мальчик установил видеокамеру, а чересчур нетерпеливый студент посмотрел на него с ожиданием, Ча Ыйджэ не имел иного выбора, кроме как начать занятие, не в силах сопротивляться.
Он совершенно не подозревал, что блокнот начал светиться.
Кап-кап-кап... Из капельницы стекала жидкость. Гаён резко отдернула тонкую занавеску, закрывающую больничную койку. Она повернулась к стоящему там мужчине и спросила:
– Я просто хочу убедиться~ Она еще не проснулась, не так ли?
– Д-да... Не похоже, что она вот-вот очнётся.
Женщина осмотрела кровать. Там лежала Юн Гаыль. Если бы не легкое движение груди, то ее можно было принять за труп - застывший, как статуя.
Хоо. Гаён громко вздохнула, убедившись, что мужчина это услышал. Затем она схватила его за волосы и, стиснув зубы, прошептала:
– Кретин, какую дозу препарата ты ей вколол? Как объяснить то, что она уже неделю находится без сознания? Я просила тебя усыпить ее, а не отправлять в страну грез в один конец. Я ведь говорила? А?
– Ох~ Думаешь, что все можно загладить простым извинением? Вот так мечта! Они уже ушли далеко нас! Мы не можем бесконечно испытывать верующих, понимаешь?
Гаён с силой оттолкнула мужчину.
Бам— Он рухнул на пол, после чего поднялся на колени, склонив голову. Гаён наступила на его колено. Мужчина сжал челюсти.
– Разбуди ее как-нибудь... Ясно? Мне все равно, даже если придется похитить пробужденного. Мы хотя бы должны услышать, что она смогла выяснить на данный момент.
– То станешь моим материалом для работы. Учти.
Лицо мужчины стало бледным, как у мертвеца. Он ударился лбом о пол и умолял:"Простите, простите...". Гаён проигнорировала его рыдания и вышла из палаты. Ожидавший у двери исследовать нерешительно заговорил:
– Госпожа Гаён, вероятно, нам следует обратиться за помощью к Провидцу...
Гаён усмехнулась, делая вид, что чешет ухо, и ответила:
– Какая польза от того, кто только и делает, что болтает без умолку?
– Н-но, госпожа Гаён...! Если кто-нибудь услышит...
– Они все слишком заняты своими священными песнопениями, чтобы обратить на это внимание~ Давай вернемся в лабораторию.
Издалека доносились голоса людей. Верующие пели в унисон.
Гаён раздраженно цокнула языком и повернулась к молящимся спиной.
Юн Гаыль резко вздрогнула и подняла голову. К ней очень близко приблизилось лицо роскошной красавицы. Ик! Она тихонько вскрикнула и откинулась назад. Пчелка хихикнула, уперев руки в бока:
– О чем задумалась? Мы же все-таки разговариваем.
– А-а, нет... Мне показалось, что я что-то слышала.
– Не нужно извиняться. Насколько много ты поняла из разговора?
– Посмотрите на нее, совсем рассеялась. Вот!
Юн Гаыль замолчала. Взгляд Пчелки переместился к кому-то, кто стоял за ее спиной. Там, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, стоял Ли Саен. Его мрачное лицо так и отдавало убийственным настроением. Понизив голос, она прошептала на ухо Юн Гаыль:
- Мы сделали копии на всех, чтобы каждый мог за ним присматривать.
Примечание переводчика
Я хочу разобрать написанные ребятами фразы. Если вам будет интересно задержаться здесь, то желаю еще одного приятного чтения!^^
~"Я вижу": 보고 있어 (пого иссо) - глагол 보다 (видеть, смотреть), конструкция 고 있다 ссылает на действие, которое происходит прямо сейчас.
~"Я скучаю по тебе": 보고 싶어 (пого щипо) - глагол 보다 (видеть, смотреть), конструкция 고 싶어 выражает наше желание что-либо сделать.
То есть если переводить дословно, то будет "Хочу увидеть", но это стандартный способ сказать "Я скучаю по тебе"^^
Две фразы наполовину созвучны, но несут разный смысл.
~"Все в порядке" от Саена: 괜찮아요 (кэнчанаё) - глагол 괜찮다 (быть в порядке), окончание вежливой формы настоящего времени 아요. Оно является вежливым, но не слишком формальным, это придает более дружескую и повседневную манеру общения.
Дальше пойдут именно мои предположения, как я понял момент, когда Ыйджэ упомянул отсутствие подлежащего в предложении. В корейском языке субъект часто опускается, смысл понимается по контексту, но мы можем ориентироваться на точку, которая ссылает на утверждение, а не вопрос. Сначала Ча Ыйджэ сомневался, может, по причине того, что он находится в тяжелом ментальном состоянии, ему одиноко и плохо без Ли Саена, но все же разумом он понимал, что эти слова предназначены для того, чтобы подбодрить Ыйджэ, чтобы он не волновался, даже без гарантии, что это увидят, но если получится, то ему может стать легче, ведь [Я в порядке.] Но сам Ыйджэ был не в порядке, даже зная, что Ли Саен жив, ему не было лучше, он скучал и хотел быть рядом с ним.