HWTLQ 305 глава
Автор оригинала: 백삼/103 (Baek Sam/Пэксам)
Переводчик с кор./редактор: KAEN | тг-канал whale_archive
~ перевод выполнен любителем и может быть неточным.
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Пожалуйста, по возможности поддерживайте Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks!
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Плейлист главы:
♪ Osawa Shinichi - Shorter to Sing
♪ Explosions in the Sky - Camouflage
-> пост с загруженной музыкой к главам
Episode 305: Boundary Line/Пограничная линия
Нам Уджин потер подбородок и осмотрел Ча Ыйджэ с головы до пят.
– Хорошо скрывался. Даже директор Хам ни за что бы не догадалась, что бывший охотник номер один, которого считали мертвым, заботится о пожилой леди в каком-то захудалом ресторане.
Ча Ыйджэ ответил без энтузиазма:
–...Пожалуйста, держите это в секрете. Я не хочу раскрывать свое лицо.
– Хах. Не то чтобы мне было кому рассказать, но все же... Меня всегда интересовало, зачем Ли Саен связался с гражданским.
Мужчина разглядывал лежащего с вновь разгоревшимся любопытством:
– Этот парень знал о твоей личности? Поэтому и держал при себе?
– Нет... Не думаю, что он знал об этом, когда мы встретились после моего возвращения.
Тогда Ли Саен вел себя крайне грубо. Угрожал людям и использовал их в корыстных целях. Воспоминания о прошлом теперь звучат довольно смешно. Сейчас Ли Саен стал полной противоположностью— и так отчаянно пытался помочь ему во всем.
Проклятье. Ча Ыйджэ прикусил щеку изнутри. Нам Уджин нахмурился:
– Получается, понятия не имел, но лез из кожи вон, чтобы привести тебя ко мне? С его-то характером?
– Сделку? С ним? Вот так неожиданность.
Нам Уджин что-то пробормотал и отвернулся. Ча Ыйджэ раскрыл ладонь. Цепь на оставшемся шраме слабо мерцала золотым. Скорее, даже не сделка, а угроза - его чуть не встретила смерть от яда...
Но, оглядываясь назад, не сомневаешься: то был правильный выбор.
'Никогда не представлял себе, как буду смотреть на этот шрам, осознавая, что он жив...'
Ли Саен жив. Если метка активна, он еще дышал. На данный момент этого хватало, чтобы успокоиться. Ча Ыйджэ пригладил взъерошенные от статического электричества волосы и задал вопрос:
– И это первое, что ты спрашиваешь...? Ну, живой. Однако пока не пришел в себя. Потребуется некоторое время. У него, вероятно, тоже останутся шрамы.
Ах, слава богу. Ча Ыйджэ выдохнул с облегчением. Шрамы - не беда. Главное - остался цел. Парень провел рукой по лбу. Его собственные раны полностью зажили. Нам Уджин цокнул языком:
– Ты что, защищался головой? Совсем с ума сошел?
– И не смотри на меня с выражением аля "ну я же выжил"! Или "ничего страшного, то был только один удар". Обычный охотник уже закончил бы с проломом в черепе. Вы, сверхмогучие чудовища, никогда не цените свою чертову жизнь!
Нам Уджин начал яростно ругаться, ткнув в него пальцем. Ча Ыйджэ поджал губы и выпрямился - среагировал неосознанно. Тело еще помнило, какой нагоняй пришлось пережить в Мемориальном подземелье.
Доктор поправил очки и потер виски. Его лицо выглядело здоровее, чем раньше, но руки остались пугающе тонкими, как в фрагментах.
– Серьезно... каждый из вас... Я итак полностью погружен в работу, но вместо неё мне приходится беспокоиться об идиотах, которые могут умереть!
– Твоё "да" ничего не изменит! Ты просто повторишь то же самое!
Мужчина закатал рукава и положил руку на лоб Ча Ыйджэ. Тронутая область кожи окуталась мягким сиянием.
– Боль? Головокружение? Тошнота? Раздвоение зрения?
– Все эти симптомы были у меня перед тем, как я потерял сознание, но... Хмм, теперь все хорошо.
– О, значит, ты ринулся в бой, будучи в таком состоянии? Не понимая собственных пределов?
Ча Ыйджэ скучал по тем дням, когда они обращались друг к другу с почтением, когда еще сохранялась некоторая дистанция и формальность. Однако после того, как Нам Уджин посетил специальную лекцию Джея в Мемориальном подземелье, его речь стала проще, без какой-либо официальности. Жаловаться бессмысленно... Особенно учитывая то, что Ча Ыйджэ потратил годы, чтобы использовать свой возраст в качестве оружия, командуя людьми как истинный старомодный зануда.
В конце концов, его настигла карма. И не было иного выбора, кроме как терпеть ворчание пугающего доктора.
Через мгновение Нам Уджин убрал руку. Ассистент, стоящий позади него, начал медленно записывать что-то в таблицу. Ча Ыйджэ потер лоб:
– Тот парень, Скумбрия. Нашел тебя уже в отключке. Всё продолжал поднимать шум, что ты повредил голову и, возможно, есть риск травмы мозга. Не умолкал ни на секунду.
Ха. Ча Ыйджэ неловко усмехнулся. Нужно будет поблагодарить его позже. Если бы не он, то уже бы проснулся лицом к земле.
– Я не слышал никаких плохих вестей, так что, полагаю, всё в порядке. В наши дни отсутствие новостей - уже хорошие новости.
Наконец напряжение немного спало с тела. Ча Ыйджэ выдохнул и провел рукой по лицу. Славно. Рыбный рынок спасен от Обеления и мутация Скумбрии остановлена. Хоть Со Минги и ранен...
– Лежит на столе. Пришлось её снять, чтобы обработать лицо. Знаешь, сколько на ней было крови? Да она пропиталась ею полностью изнутри и снаружи. Как кадр из фильма ужасов.
Тогда понятно, почему он чувствовал влажность. Ча Ыйджэ каким-то образом сумел сдержать язык. Если он произнесет эти мысли вслух - недовольство Нам Уджина наверняка увеличится пятикратно. Парень лишь вежливо поклонился.
– Спасибо, что позаботились обо мне.
– Коли и вправду благодарен, то заботься о себе получше.
– Не произноси это просто так—
Когда Нам Уджин собирался начать очередной поток ругани, ассистент тактично вмешался в ситуацию:
– Хозяин, пора провести испытание нового препарата.
–...Уже? Черт. Ладно. Ты, ходячая катастрофа, забирай свою маску и на выход. Она в комнате, где ты ждал в прошлый раз. Если что-то будет не так, приходи сразу ко мне.
Доктор небрежно махнул рукой и ушел. Ассистент вручал Ча Ыйджэ ключ-карту и одноразовую маску.
– Возьмите. Временный пропуск и маска. Дверь будет заперта, так что воспользуйтесь этим.
– Я уверен, так вы избежите ненужных встреч. Тогда...
– Он в отделении неотложной помощи. Туда может зайти только медицинский персонал - посетителям вход воспрещен. Мы сообщим вам, когда его состояние улучшится, чтобы вы могли с ним встретиться.
Ассистент вежливо поклонился и последовал за своим хозяином. Ча Ыйджэ размял затекшую шею, крутя ее из стороны в сторону. В той комнате... там должна быть записная книжка.
– Может, заодно стоит ее проверить.
Там могли появиться новые записи. Его шаги ускорились.
Пчелка, одетая в черное, безучастно смотрела в окно. Снаружи группа людей собралась в круг, а в центре пылал сооруженный из камней погребальный костер. Юн Гаыль шмыгала носом, периодически вытирая глаза рукавом. Она терла так сильно, что кожа вокруг глаз покраснела и саднила.
Ли Саен вертел в пальцах ручку и пробормотал:
–...Тебе не стоит зацикливаться на остатках воспоминаний.
Пчелка закрыла рот и замолчала. Ли Саен не стал настаивать и повернул голову в сторону. Незачем усугублять ситуацию для них обоих. Кроме того, он не умел утешать людей.
–...Как вы думаете, все ли хорошо в нашем мире? Они здоровы...?
После его смерти гильдия "Совон" быстро развалилась. Люди начали думать о "конце" еще больше, чем раньше. Уже стало обыденным видеть, как они лишаются жизни, безвольно вися словно увядшие цветы. Последствия стали еще серьезнее по сравнению со смертью героя Джея. И не безосновательно. Джей уже утратил свое значение из-за болезни, но Чон Бин фактически был лидером выживших. Без командира команда оказалась обречена на провал.
Пчелка смотрела на неподвижную фигуру через стекло. Мэттью наблюдал за пламенем без всяких эмоций. Он станет следующим лидером.
Пчелка произнесла сквозь зубы:
– И нет никакого способа это остановить?
– Вмешиваться в события - значит, просто потакать своему эго. Даже если и сможешь что-то предотвратить - реальность всё равно останется прежней.
–...Мы должны сидеть и смотреть, как разворачиваются эти воспоминания? Словно дураки?
Девушка прислонилась виском к холодному стеклу с усталым лицом:
–...Будто бы нас заперли в тюрьме.
Воссозданный мир приближался к предопределенному концу. И все, что они могли сделать, - ждать его наступления. Даже если это означало полный конец света.
Оставив девушек, Ли Саен вышел из комнаты и направился в кабинет Нам Уджина. Под настольной лампой, которую оставили включенной, лежала открытая книга.
Какой преданный делу архивариус. Ли Саен взял книгу и рассеянно пролистал страницы. Минуя множество пустых листов, он наконец достиг последней записи. Его безразличный взгляд стал суровым. Слегка приоткрытые губы замерли на полуслове. Фиолетовые глаза вгляделись в незнакомые слова.
Почерк не принадлежал Нам Уджину. И не ему самому. Буквы, написанные ручкой, наводили на мысль, что сообщение старались сделать аккуратным. Хотя ближе к концу буквы стали более поспешными, превратившись в обычные хаотичные каракули. Ли Саен провел большим пальцем по надписи, и на его лице появилась слабая улыбка.
Он никогда бы не произнес этого вслух, но смог так легко написать. Ли Саен слегка прижался губами к чернилам, прежде чем быстро отстраниться. Он взял валявшуюся рядом ручку.
Кончик ручки заскользил по бумаге, уверенно выводя слова.
[Чон Бин умер из-за того, что ему перерезали горло во время попытки остановить мутировавшего члена группы. Проверь, нет ли признаков мутации среди окружения Чон Бина.]
Постучав по подбородку колпачком ручки, Ли Саен добавил:
Без колебаний ручка дописала финальную фразу.
