HWTLQ 5 глава
Автор оригинала: Baek Sam
Перевод с кор.: Mentoltrans
Перевод с англ.: KAEN
перевод выполнен любителем и может быть неточным.
тг-канал whale_archive
⛔ пожалуйста, не копируйте, не используйте и нигде не распространяйте мой перевод ни в виде текста, ни в виде скриншотов ⛔
Прошу вас в первую очередь поддерживать Пэксам, покупая оригинальные главы новеллы на сайте Ridibooks! (однако если у вас есть желание поддержать и переводчика, то он будет очень вам благодарен: сбербанк 2202206131047073)
Приятного чтения, охотники! <(￣︶￣)>
Episode 5: The Day of the Rift/День Разлома
Черные волосы и белый шарф. И та самая маска, которую невозможно спутать ни с чьей другой.
'Разве это не вторжение в частную жизнь?'
Персонаж, изображенный на обложке, - это, несомненно, охотник Джей, то есть Чха Ыйджэ собственной персоной. Можно ли назвать это нарушением авторских прав на его изображение или незаконное иллюстрирование его маски? Только потому, что его считают мертвым, не слишком ли безрассудно так свободно использовать его портрет?
На самом деле это была не единственная книга, на которой изображался Джей. То ли потому, что люди считали нормой использовать его имя, поскольку его объявили умершим, то ли потому, что его было просто удобно использовать везде, где есть связь с событиями, произошедшими после эры Разлома, но Джей появлялся во всевозможных СМИ так же часто, как и Чон Бин.
То, что он увидел себя по телевизору, его не сильно беспокоило, но то, что он был так напечатан на книге, вызывало странное беспокойство. Может быть, ему следовало создать фонд на пожертвования в память о пробужденном S-ранга. Чха Ыйджэ, чувствуя себя неловко, причмокнул губами и жестом предложил Пак Хаын пройти к кассе.
'Это же цена двух тарелок похмельного супа.'
Чха Ыйджэ небрежно достал из бумажника наличные, расплатился и, держа одной рукой книгу, а другой - руку Пак Хаын, вышел из книжного магазина.
Со Дня Разлома цены взлетели до небес. Даже суп от похмелья в старом ресторане бабушки, который раньше стоил семь тысяч вон, подорожал до пятнадцати тысяч вон из-за повышения цен на ингредиенты. И это еще считалось дешевым по сравнению с ценами других заведений. Возможно, именно поэтому сюда приходило так много охотников... Несмотря на то, что у них было много денег.
Голос Пак Хаын отвлек его от мыслей. Девочка указала на книгу в руке Чха Ыйджэ.
Поскольку книга была не слишком тяжелой для ребенка, он охотно отдал ее. Пак Хаын отпустила руку дяди и обхватила книгу обеими руками. Казалось, она была в восторге, что получила желанную вещь.
– А куда ты собираешься? Я отвезу тебя домой, а потом отправлюсь в ресторан, нужно готовиться к вечерней смене.
Пак Хаын надулась на его решительный ответ, явно желая пойти с ним в ресторан. Чха Ыйджэ пожал плечами, показывая, что у нее не было выбора.
-На вечер нужно хорошенько подготовиться. Я куплю тебе мороженое, так что иди домой и поешь его с бабушкой.
Он погладил ее по круглой голове, а девочка, нехотя, кивнула. Они шли вместе. Несмотря ни на что, Чха Ыйджэ считал Пак Хаын, которая сейчас крепко прижималась к нему, очаровательно милой, поэтому он положил руку на ее маленькое плечо.
Сегодня, как обычно, Чха Ыйджэ, не охотник Джей, должен был готовить хэджангук для охотников. Распорядок дня в ресторане был таким:
Ресторан открывался в 6 часов утра. Охотники, которые были в запое до пятого раунда, приходили в ресторан за шестым, или те, кто был загружен сверхурочной работой, цеплялись за дверь, как ракушки и поспешно занимали свободные места. В этот час посетители были в основном как зомби. Их заказы чаще всего выглядели так.
Неоднократно слыша это, Чха Ыйджэ решил стать переводчиком языка зомби в качестве своей третьей работы.
После того, как зомби ушли, начинали приходить более нормальные клиенты. Большинство из них хотели позавтракать перед уходом на работу, но, даже будучи усталыми, они, по крайней мере, были лучше зомби.
Затем наступило обеденное время, с 11:30 до 14:00. Это был самый оживленный пик продаж. Посетители, в основном охотники, приходили волнами, заполняли заведение так же быстро, как и уходили.
Иногда в этот период времени охотник получал экстренный вызов и убегал прямо в процессе трапезы, вызывая сочувственные взгляды других охотников. Наблюдая, как несчастный охотник оставляет их любимых похмельный суп, они понимали, что в следующий раз на его месте может быть кто-то из них.
После того, как обеденное время заканчивалось, Чха Ыйджэ вывешивал табличку, указывающую на перерыв для приготовления ингредиентов. Это было необходимо, чтобы удовлетворить аппетиты охотников. В это время Чха Ыйджэ забирал Пак Хаын из школы, мыл посуду и готовил продукты для вечерней смены.
Наконец, с 17:00 до 22:00 длилась вечерняя смена. Хотя обед был напряженным, вечером в ресторане было еще более оживленнее. Несмотря на сходство с обеденным перерывом, общение с охотниками, требующими еще одну бутылку соджу, было особенно утомительным.
Увидев, как они прячут пустые бутылки, чтобы выпить еще, он вздохнул. Их поведение всегда было одинаковым - складывать бутылки в инвентарь. Хоть они и не пьянели от обычного алкоголя, они все равно заказывали соджу. Чха Ыйджэ не мог понять их психологию.
Теперь, в 22:20, когда последний задержавшийся посетитель был выпровожден половником из нержавеющей стали, в ресторане воцарилась обычная тишина. Вытирая столы, Чха Ыйджэ потянулся и глубоко вздохнул. Еще один тяжелый рабочий день был закончен.
Убрав со столов, подметя пол и вымыв посуду, он взял из кухонного уголка корзинку с чесноком и сел за столик рядом со стойкой. Живя в подсобке, состоящей из одной комнаты, пристроенной к ресторану, он, естественно, взял на себя ответственность за закрытие и открытие ресторана.
Ловко чистя чеснок, Чха Ыйджэ подумал.
Не нужно было принимать вызовы от Бюро, не нужно бороться с монстрами - ты просто сидишь и чистишь чеснок. Это было роскошью. Возможно, именно такой жизни он всегда и хотел.
В последнее время его беспокоило состояние ног бабушки. Ей стало трудно передвигаться, поэтому Чха Ыйджэ взял на себя большую часть работы в ресторане. Ему нужно было отвезти ее в больницу, но что если ей понадобится операция?
Чха Ыйджэ глубоко вздохнул. Закрыть ресторан на один день было сложно из-за большой загруженности, а еще большей проблемой было оплатить операцию. В отличии от Джея, который жил без финансовых проблем, Чха Ыйджэ был другим. Решив жить спокойно, он предоставил все свои деньги фонду разлома Западного моря. Даже с учетом ежемесячных выплат, денег было недостаточно для оплаты больничных счетов.
Он нахмурился, погруженный в свои мысли, и принялся чистить чеснок.
'На худой конец, я должен тайно обчистить подземелье и продать немного добычи.'
Трофеи из подземелий продавались по хорошей цене и могли помочь покрыть расходы на операцию. Пока он размышлял, что делать дальше, за стойкой неожиданно зазвонил телефон. Чха Ыйджэ взял трубку, продолжая чистить чеснок.
– Здравствуйте, это ресторан похмельного супа.
Он уже был готов сказать, что ресторан закрыт и у них нет доставки, но неожиданный голос на другом конце провода заставил его замереть.
Это была бабушка. Ее голос слегка задрожал, что-то было не так. Чха Ыйджэ затаил дыхание, ожидая ее ответа. Через мгновение она заговорила.
Взволнованный Чха Ыйджэ крепче сжал трубку. Бабушка, изо всех сил стараясь успокоиться, настойчиво продолжала.
– Хаын куда-то ушла. Я не знаю, когда она это сделала, я и не заметила. В наши дни мир так опасен, а она ушла одна...
Чха Ыйджэ взглянул на часы. 22:20. Было слишком поздно для того, чтобы маленький ребенок гулял без присмотра. Он отогнал мрачные мысли, закравшиеся в его голову.
– Сначала я свяжусь с полицией. И я сам пойду ее искать, поэтому, пожалуйста, постарайся сохранять спокойствие. Я уверен, все будет хорошо.
Чха Ыйджэ намеренно говорил весело, откладывая нож и чеснок. Бабушка обеспокоенно спросила.
– Ты правда уверен, что все будет в порядке?
– Да, не нужно волноваться так сильно.
– Будь осторожен. Хаын не могла уйти куда-то далеко, верно? Не задерживайся допоздна и возвращайся поскорее, хорошо? Береги себя.
– Хорошо. Я скоро тебя наберу.
После того, как он повесил трубку, в памяти всплыл образ Пак Хаын, радостно покупающую книгу. Когда он собирался уходить, лицо Чха Ыйджэ стало напряженным, в отличии от его ранее успокаивающего голоса. Сказанные слова были направлены на то, чтобы успокоить и его самого.
Надев маску, Чха Ыйджэ быстро открыл дверь и вышел из ресторана. Заперев дверь, он повесил красную табличку "Закрыто". Ночной воздух был довольно прохладным.